<<
>>

Психологические основания оценки личности преступника при решении вопросов о его наказании

В соответствии с принципом индивидуализации ответственности уголовный закон требует учитывать при назначении наказания, наряду со степенью общественной опасности совершенного преступления и об­стоятельствами, влияющими на ответственность, также и личность ви­новного.

Оценка личности виновного выступает, в соответствии с УК, специальным основанием, определяющим возможность: а) избрания су­дом наказания в виде лишения свободы, если санкция статьи предусмат­ривает и другие виды наказаний; б) назначения наказания ниже низшего предела, предусмотренного санкцией статьи УК за данное преступление или перехода к другому более мягкому наказанию; в) назначения вида исправительной колонии с отступлением от общих правил; г) условного неприменения наказания или предоставления отсрочки его исполнения; д) освобождения подсудимого от наказания. УК и УИК устанавливают, что личность осужденного учитывается (наряду с его поведением) при принятии решений о замене назначенного ему наказания более мягким или об его условно-досрочном освобождении.

В связи с проблемой учета личности преступника при назначении наказания заслуживает пристального изучения широко применяемый в ряде западных стран социально-правовой институт, называемый "пробацией". Пробация выступает, с одной стороны, мерой наказания, которая состоит в передаче лица, признанного виновным в совершении

.і-

преступления под надзор специальной службы на определенный срок и на условиях установленных судом (их нарушение влечет назначение тю­ремного заключения). С другой стороны, пробация является системой средств и мер направленных на достижение цели исправления осужден­ного [330, с. 14]. Служба пробации выполняет свою функцию не только после вынесения судом соответствующего решения, но и на стадии под­готовки такого решения. Досудебная функция заключается в изучении личности виновного с целью обеспечения суда информацией, необходимой для назначения наиболее целесообразного наказания, включая и примене­ние пробации. В этой связи думается, что подготовка специалистами информации о личности виновного и выводов о возможности примене­ния к нему института пробации представляет серьезный шаг вперед в во­просе индивидуализации наказания, ориентированной на цель исправле­ния осужденного при экономии уголовной репрессии. Выводы специа­листов о личности виновного и наиболее целесообразном наказании с точки зрения предупреждения совершения им преступлений и его ис­правления не вторгаются в компетенцию суда, поскольку отражают лишь специфическую сторону одного из оснований назначения наказа­ния.

В уголовных кодексах Беларуси, России, модельном УК стран СНГ требование учета личности виновного при назначении наказания не по- лучило специальной регламентации. В теории уголовного права в этой связи сформулированы лишь общие положения. Они заключаются, на­пример, в необходимости учитывать "систему жизненных ценностей ли­ца, вид и глубину искажения его индивидуального сознания,... психо­биологические особенности лично сти,... отношение к труду, обучению, общественному долгу, поведение на работе и в быту, трудоспособность, состояние здоровья, семейное положение, сведения о судимости" [317, с.396].

Шаг вперед в решении этого вопроса представляют работы

О.Д.Ситковской, в которых содержатся рекомендации об учете ряда психологических свойств личности [300, 301].

Существует точка зрения, о том, что в силу взаимосвязи обще­ственной опасности совершенного преступления и личности виновного и во избежание двойного их учета при назначении наказания законодатель "подразумевает под личностью виновного то, что ее характеризует лишь помимо общественной опасности совершенного преступления" [318, с.379]. В соответствии с таким подходом выделяются четыре группы "обстоятельств, характеризующих личность":

1) обстоятельства, характеризующие личность в момент совершения преступления - раскрывающие отношение индивида к деянию и его по­следствиям, которое выражает форму и вид вины, мотивы и цели деяния;

2) обстоятельства, существовавшие до совершения преступления, касающиеся причин и условий его совершения либо поведения лица в прошлом, многие из которых закреплены в перечне обстоятельств смяг­чающих и отягчающих ответственность (например: совершение преступ­ления впервые, небольшой тяжести, в следствие случайного стечения об­стоятельств, противоправность или аморальность поведения потер­певшего, несовершеннолетие, рецидив и др.);

3) обстоятельства, касающиеся поведения после совершения пре­ступления, которые могут быть основанием лишь смягчения ответствен­ности (явка с повинной, активное способствование раскрытию преступ­ления, добровольное возмещение имущественного или морального вреда и т.п.);

4) обстоятельства, учитывающиеся из соображений гуманности, ре­альной исполнимости назначенного наказания (например, при избрании лицу штрафа, обязательных.работ) и т.п. [318, с.380-381].

Безусловно, указанные обстоятельства имеют отношение к харак­теристике личности виновного, поскольку его личность проявляется в

особенностях объективной и субъективной сторон преступления, в ряде обстоятельств, смягчающих и отягчающих ответственность, в признаках субъекта преступления. Однако эти данные в соответствии с уголовным законом должны учитываться судом как самостоятельные основания наз­начения наказания.

На наш взгляд,вопросы, которые должны получить раскрытие в характеристике личности преступника вытекают из предназначения этой характеристики: отображать те стороны личности и представлять те вы­воды о ней, которые значимы для принятия наиболее правильных судеб­ных решений о наказании преступника: назначении наказания, замене назначенного наказания более мягким или об условно-досрочном осво­бождении. В свою очередь, критерием правильности судебных решений является цель уголовного наказания, закрепленная в уголовном и уго­ловно-исполнительном законах. Эта цель по отношению к виновному заключается не только в каре за совершенное преступление, но и в его исправлении, в предупреждении совершения им новых антиобщественных деяний. В общих началах назначения наказания Уголовного кодекса России (ст. 60) закреплено требование об учете влияния назначаемого на­казания на исправление осужденного, а также на условия жизни его семьи. Требование об учете влияния наказания на исправление осужден­ного, по существу, означает, что "суд, назначая наказание, прогнозирует его действие на осужденного. Именно с учетом этого он и решает, какой именно вид наказания и какой размер (срок) будет достаточен для ис­правления осужденного (то есть повлечет за собой переоценку ценно­стей) и предупреждения совершения новых преступлений" [317, с.397]. Из этого следует, что характеристика личности виновного должна предо­ставлять основания для вывода о наибольшей целесообразности примене­ния к нему того или иного вида и размера наказания из предусмотренных законом за совершенное преступление, а также иных уголовно-правовых

мер и институтов уголовного права. Целесообразность наказания опре­деляется обоснованными в теории уголовного права и введенными в уголовный закон (ст. 3 УК Беларуси) требованиями справедливости на­казания, его необходимости и достаточности. Последнее требование на­правлено на недопущение избыточности уголовной репрессии и выра­жается в нормах, регламентирующих общие начала назначения наказа­ния. Так, в ст. 62 УК Беларуси сказано; "Наказание в виде лишения сво­боды может быть назначено лишь при условии, что цели уголовной от­ветственности не могут быть достигнуты применением более мягкого наказания". В ст. 60 УК России это требование выражено по отношению ко всей совокупности видов наказаний: "более строгий вид наказания назначается лишь в случае, если менее строгий его вид не может обеспе­чить достижение целей наказания".

Требования справедливости, необходимости и достаточности нака­зания относительны. "Категория "социальная справедливость", как пи­шет В.В.Мальцев, вполне сопоставимая с понятиями "общество", "нравственность", "право", лежит в основе одноименного принципа уго­ловного законодательства, выступающего поэтому основополагающим в системе этих принципов" [206, с.30-31]. Мы разделяем также точку зре­ния А.С.Горелика, который считает, что помимо логического обоснова­ния вида и размера наказания оно должно быть справедливым с точки зрения общественного правосознания, частью которого является право­сознание судей. Автор не без оснований считает, что "общественное мнение оценивает справедливость наказания, исходя прежде всего из то­го, за что (а не кому) оно назначено, т.е. его размер сопоставляется, в первую очередь, с содеянным (характером действий, тяжестью послед­ствий, содержанием мотивов и целей и т.д.)" [82, с. 144]. С учетом этого тезиса можно утверждать, что справедливость наказания соотносится с правовыми нормами и морально-оценочными эталонами общества, про-

являющимися в общественной оценке соответствия строгости наказания степени тяжести вреда, причиненного преступлением, и характеру вины преступника. Эту оценку как бы рефлексирует суд (судья), принимая ре­шение о наказании. В рамках диапазона "справедливых” наказаний и должна осуществляться индивидуализация наказания, исходя из его не­обходимости и достаточности, что определяться, с одной стороны, сте­пенью общественной опасности личности виновного, с другой -- пред­упредительными и исправительными возможностями тех видов наказа­ний, которые могут быть применены. Указанные возможности обуслов­лены, как предусмотренными правоограничениями, специальными обя­занностями осужденного, степенью его изоляции от общества, мерами контроля за ним, средствами исправления, так и уровнем эффективности предупредительной и исправительной деятельности, достигнутым прак­тикой. Эффективность этой деятельности, в свою очередь, определяется развитием ее научно-методических основ и профессиональным уровнем работников органов и учреждений, исполняющих наказания, а также благоприятностью для исправления осужденных тех условий, в которых они будут находиться, отбывая наказания.

При этом нельзя не учитывать противоречия, присущие наказанию в виде лишения свободы и в некоторой мере наказанию в виде ограниче­ния свободы, когда предусматривается проживание осужденных в специ­альных учреждениях. Наиболее существенное противоречие заключается в том, что содержание осужденного при исполнении наказания среди других преступников весьма затрудняет его исправление, а также в том, что по мере увеличения срока отрыва осужденного от нормальной соци­альной среды, углубляется его социальная дезадаптация, разрушаются положительные социальные связи и одновременно происходит привыка­ние к жизни в местах лишения свободы. Все это препятствует формиро­ванию у осужденного готовности к законопослушному образу жизни. В

этой связи лишение свободы, не смотря на его суровость как вида нака­зания, нельзя считать наиболее эффективным в плане исправления пре­ступника. В то же время достижение превентивной цели в отношении значительной части преступников требует применения именно данного вида наказания, поскольку изоляция от общества остается единственным средством, препятствующим лицу совершать общественно опасные дея­ния. В идеальном случае наибольшими исправительными возможностя­ми мог бы обладать такой вид наказания, который сочетал бы меры ка­рательного характера с содержанием осужденного в нравственно здоро­вой социальной среде, с систематическим оказанием на него исправи­тельно-воспитательного воздействия и с включением его в те виды дея­тельности и социально-ролевого поведения, которые были бы реально присущи его законопослушному образу жизни после отбытия наказания.

Что касается требования закона обеспечивать при назначении на­казания его справедливость, необходимость и достаточность, то соот­ношение этих понятий, выйолняющих роль руководящих идей можно выразить следующим образом. Мера справедливости является исходной и определяет нижний и верхний пределы социально справедливого нака­зания в рамках возможных по закону. В пределах этой меры справедли­вого наказания должна осуществляться его индивидуализация, отве­чающая требованию необходимости и достаточности. Мера необходимос­ти определяется, в первую очередь, комплексом средств предупреждения, которые должны использоваться -для недопущения совершения винов­ным новых преступлений и, во вторую очередь (при обеспечении пред­упредительной функции) - необходимым комплексом средств исправле­ния осужденного. Средства предупреждения выражаются в изоляции от общества или в ограничении свободы, в комплексе обязанностей, возла­гаемых на осужденного по соблюдению ограничений в поведении, ин­формированию органа, исполняющего наказание о месте своего на-

хождения и роде занятий и т.п. Эти средства могут нести и исправитель­ное воздействие. Наряду с ними средства исправления включают прове­дение с осужденным специальных исправительно-воспитательных меро­приятий, образовательных и лечебно-коррекционных программ по из­бавлению от алкогольной или наркотической зависимости, включение его в деятельность, полезную для исправления. Мера достаточности на­казания определяется той минимальной степенью изоляции от общества или ограничения свободы и тем минимальным комплексом дополни­тельных обязанностей (в отличие от общегражданских), возлагаемых на осужденного, которые позволят обеспечить решение и предупредитель­ной, и исправительной задач.

Основываясь на изложенных посылках, можно определить общий принцип соотнесения необходимости и достаточности наказания с точки

зрения цели недопущения совершения преступником новых общественно опасных деяний и его исправления. Его суть заключается в следующем: чем меньше степень общественной опасности личности преступника и выше его готовность к законопослушному образу жизни, тем меньше объ­ем ограничений требуется. для предупреждения новых преступлений и меньший "объем" исправительно-воспитательного воздействия необходим для его исправления. При этом степень опасности личности в общем виде определяется степенью опасности тех видов антиобщественных деяний, совершение которых личностно приемлемо для индивида и степенью зрелости внутренней необходимости совершения этих деяний. Учитывая это уточнение, названный принцип можно детализировать. Чем выше степень потенциальной опасности криминогенных склонностей лич­ности, и чем более зрелыми они являются, тем выше степень изоляции и ограничений должно содержать наказание, интенсивнее должно осу­ществляться исправительное воздействие, более широкий круг обязанно­стей предупредительного и исправительного назначения должен возла-

гаться на осужденного.

Одним из принципиальныхположений в учете личности преступ­ника является требование, сформулированное в частности И.И.Карпецом: "Личность должна оцениваться как с положительной, так и с отрицательной стороны, с позиций обстоятельств как смяг­чающих, так и отягчающих ответственность. Это, на наш взгляд, расши­ряет возможности индивидуализации, но касается лишь тех обстоя­тельств, которые прямо относятся к личности" [139, с. 192]. Из изло­женных выше посылок вытекает, что характеристика личности преступ­ника, отображаемая в материалах уголовного дела и личного дела осуж­денного, должна давать ответы на ряд вопросов, определяющих принятие решений суда о его наказании: о назначении наказания и применении иных уголовно-правовых мер, о замене назначенного наказания более мягким или об условно-досрочном освобождении от наказания. Наши обобщения, основанные на теоретическом анализе, а также на изучении предложений и оценочных суждений экспертов (должностных лиц, осу­ществляющих раскрытие и расследование преступлений, и сотрудников учреждений, исполняющих наказания - всего 35 человек),' позволяют утверждать, что к основным из таких вопросов необходимо отнести сле­дующие.

Первый вопрос — какие меры предупредительного характера целесо­образно применить к преступнику ? Эти меры выражаются, во-первых, в степени его изоляции, во-вторых, в характере и интенсивности контроля за ним и, в-третьих, в совокупности обязанностей по соблюдению огра­ничений в поведении.

Степень изоляции преступника от общества может дифференциро­ваться как:

а) максимальная изоляция - тюремное заключение;

б) общая изоляция - содержание в исправительных колониях зак-

рытого типа;

в) частичная изоляция -- содержание в учреждениях с режимом, предусматривающим возможность нахождения вне учреждения для вы­полнения работы и общения с семьей в течение нескольких часов в сутки и иного временного периода;

г) ограничение свободы - содержание в учреждениях открытого ти­па - нахождение в учреждении предусматривается лишь в ночное время.

Либо может быть сделан вывод, что он не нуждается в изоляции.

Характер и интенсивность контроля можно дифференцировать сле­дующим образом:

а) постоянный — требуется постоянное наблюдение за поведением осужденного;

б) систематический - необходимо осуществлять ежедневно провер­ки места нахождения, занятости и состояния трезвости осужденного;

в) периодический — указанные проверки могут проводиться менее часто и сочетаться с возложением на осужденного обязанностей по регу­лярному информированию о месте своего нахождения.

Возложение на осужденного обязанностей соблюдать ограничения в поведении направлено на уменьшение возможностей попадания его в си­туации, провоцирующие актуализацию криминогенно релевантных мо­тивов (потребностей) или связанные с криминогенными воздействиями на него иных лиц. Перечень таких обязанностей и ограничений может предусматривать:

а) запрет покидать жилище в определенный период времени (например, в вечернее и ночное время);

б) запрет на выезд за пределы административного района;

в) запрет на посещение определенных общественных мест, меро­приятий и заведений;

г) запрет на употребление алкоголя или других одурманивающих

веществ, сочетаемый с обязанностью регулярно проходить тестирование на употребление этих веществ;

д) запрет на занятие определенными видами деятельности или дея­тельностью в определенных организациях или учреждениях (например, по п режнему месту работы) и другие.

Второй вопрос, на который необходимо получить ответ в результа­те изучения и отображения личности преступника, определяет - какой характер должно носить исправительно-воспитательное воздействие в от­ношении преступника ? Это воздействие может быть:

а) разрушающим криминогенную потенцию и переориентирующим социально-правовую позицию;

б) способствующим формированию готовности к законопослушному образу жизни при наличии стремления к этому;

в) поддерживающим имеющуюся решимость и достаточно зрелую готовность вести добропорядочный образ жизни.

Третий вопрос связан с определением условий жизнедеятельности осужденного (из реально возможных), которые наиболее приемлемы с точки зрения предупреждения противоправного поведения и его исправле­ния, если ему будет назначено наказание, не связанное с лишением сво­боды. Такие условия могут выражаться в проживании:

а) в населенном пункте по прежнему месту жительства или в ином населенном пункте (высылка);

б) в жилье совместного с лицами, с которыми виновный проживал до совершения преступления или в ином жилье;

в) в учреждениях открытого или закрытого типов.

Четвертый вопрос определяет — какие обязанности должны

быть вменены осужденному в целях воздержания от совершения проти­возаконных деяний и формирования готовности к законопослушному образу жизни ? К таким обязанностям можно отнести:

а) посещение образовательных программ или поступление на учебу при отсутствии базового образования;

б) лечение от алкоголизма или наркомании;

в) прохождение воспитательных и психокоррекционных программ, ориентированных, в частности, на преодоление патологии влечений, имеющих криминальную направленность;

г) занятость трудом или совершение действий, направленных на осознание причиненного вреда и на возмещение или заглаживание ущер­ба, причиненного преступлением.

Для выводов по этим вопросам характеристика личности виновного (осужденного) должна отражать следующие стороны.

Во-первых, характеристика личности должна отражать ее потен­цию к совершению уголовно наказуемых деяний, т.е. совокупность кри­миногенных склонностей, имеющих достаточную степень зрелости. Ха­рактеристика криминогенной потенции личности призвана раскрывать наличие и характер личностной приемлемости преступных способов дей­ствий в основных сферах социального поведения, связь этой приемле­мости с потребностями индивида, специфическую обусловленность та­кой приемлемости внешними условиями (в том числе определенным ти­пом проблемных ситуаций), а также наличие специфической обуслов­ленности этой приемлемости социальной ролью индивида и фоновым психическим состоянием. В соответствии с выделением основных сфер социального поведения, соотносимого с уголовно-правовым запретом, наиболее полная характеристика криминогенной потенции личности предполагает отражение наличия криминогенных склонностей:

а) в сфере обеспечения материального достатка — наличие склонности к противозаконному способу удовлетворения материальных потребностей;

б) в сфере взаимодействия с другими людьми и коллективными со -

циальными субъектами (включая органы государства) — наличие склон­ности к совершению насильственных или иных действий, причиняющих физический или моральный и иной вред человеку (конкретным людям или определенной социальной категории людей и т.п.);

в) в сфере потребления и досуга (развлечений) -- наличие склон­ности к уголовно наказуемым действиям, нарушающим общественный порядок и нравственность (связанным с потреблением наркотиков, удо­влетворением половой потребности и др.).

Эти сферы поведения, соотносимого с уголовно-правовым запре­том, можно считать основными, поскольку с ними связаны ведущие по­требности и интересы людей. Наряду с ними существуют сферы поведе­ния, имеющего уголовно-правовую значимость, которые связаны с вы­полнением специфических профессиональных или служебных обязанно­стей, гражданского долга. Изучение криминогенных склонностей лич­ности в этих специфических сферах социального поведения может быть необходимым лишь при постановке специальной следственной или су­дебно-экспертной задачи. Наряду с отражением содержания кримино­генной склонности необходима оценка степени ее зрелости (развития) как внутренней причины преступного поведения, прежде всего ее гармо­ничности-противоречивости "" и устойчивости проявления (уко рененности).

Во-вторых, при установлении отсутствия (несформированности или исправленности) криминогенной склонности в определенной сфере социально-правового поведения характеристика личности должна отра­жать противоположный по своему содержанию феномен — антикрими­нальную устойчивость личности в этой сфере. Антикриминальная устой­чивость предполагает сформированность готовности личности к право­мерному обеспечению потребностей или разрешению проблемных си­туаций в определенной сфере социально-правового поведения. Эта

устойчивость представляет личностное неприятие противозаконного способа действий и готовность к использованию правомерного способа. Она также характеризуется отсутствием как личностных предпосылок возникновения криминогенных мотивов, так и отсутствием криминоген­ных перцептивно-смысловых установок. Отсутствие таких установок можно рассматривать как выражение того, что для индивида не су­ществует ситуаций, при которых у него могут возникнуть криминоген­ные побуждения и цели.

В-третьих, характеристика личности должна представлять особен­ности ее взаимосвязи с типичными для индивида социальными условиями жизнедеятельности или условиями, в которых он может проживать при отбывании наказания. Иными словами она должна раскрывать характер влияния типичных условий жизнедеятельности и социальной среды на индивида как субъекта социально-правового поведения. Это влияние может быть: а) криминогенным (предрасполагающим к противоправно­му поведению); б) антикриминогенным (сдерживающим проявление криминогенной склонности) и благоприятным для его исправления; в) индифферентным (не имеющим выраженного отрицательного или по­ложительного влияния; г) противоречивым. Характеристика условий жизнедеятельности индивида ,по мнению большинства экспертов (более 75 % высказали свои предложения о необходимости учета условий, ука­занных в каждом пункте),должна охватывать:

1) влияние ближайшего социального окружения индивида, а именно, влияние семьи, круга лиц, с которыми он постоянно общается, лиц, ко­торые могут оказывать на индивида наиболее сильное влияние. Харак­тер (направленность) этого влияния может быть понят при выявлении отношения индивида к лицам, представляющим ближайшее социальное окружение, зависимость от них, формальные и неформальные обязан­ности, характер контактов с лицами, совершавшими преступления или

39i

ведущими аморальный образ жизни;

2) влияние материальных условий жизни, выражающееся в наличии условий и возможностей вести законопослушный образ жизни -- наличие жилья, работы, материальной обеспеченности, достаточной для нор­мальной жизни и т.д.;

3) характер основной деятельности и социальная среда, в которой она осуществляется как фактор, влияющий на правовую направленность профессионального поведения индивида.

Остановимся более детально на изучении и оценке криминогенной потенции личности преступника. Можно выделить три подхода к реше­нию этой задачи.

Первый подход предусматривает изучение проявлений кримино­генных склонностей личности, а также ее адаптированное™ к правомер­ным способам решения жизненных задач на основе изучения поведенче­ских актов индивида, его деятельности, социальных связей, образа жизни и жизненного пути. Этот подход основывается на допущении того, что свойства личности, проявившиеся в предшествующий период в тех или иных поступках, видах деятельности и социально-ролевого поведения, сохраняются и могут проявиться в сходных условиях. Такой подход,по своей по сути, получил закрепление в нормативных актах по вопросам назначения наказания (Постановления Пленумов Верховного Суда Бе­ларуси по вопросу индивидуализации назначения наказаний) и на сегод­няшний день используется в судебной практике, по существу, как един­ственный. При характеристике личности преступника, оценке ее обще­ственной опасности в качестве исходного критерия принимается харак­тер и степень общественной опасности совершенных преступлений. Учи­тываются также факты, свидетельствующие как об укорененности кри­миногенных склонностей личности, так и о ее приспособленности к пра-

вомерному решению жизненных задач, В качестве таких фактов прини­мается во внимание: рецидив преступлений, продолжительность времени после отбытия прежнего наказания до совершения нового преступления, занятие до совершения преступления общественно полезным трудом, от­ношение к выполнению родительских обязанностей и др. Уголовный за­кон предусматривает также и возможность учета снижения опасности личности после совершения преступления, что проявляется как "чистосердечное раскаяние" и рассматривается как обстоятельство, смяг­чающее ответственность. Вместе с тем раскаяние, по своей сути, должно представлять собой не только юридически фиксируемый поведенческий акт, а прежде всего изменение личности виновного. Раскаяние, если оно носит истинный характер, выражается в устойчивой решимости винов­ного не совершать впредь противозаконных деяний, т.е. в снижении ли­бо ликвидации криминогенной склонности (общественной опасности) его личности. Для установления этого обстоятельства необходимо спе­циальное психологическое изучение личности, позволяющее выявить ре­альность указанных изменений.

Основным недостатком рассматриваемого подхода, как мы отме­чали в первой главе, является ретроспектнвность оценки криминогенной склонности личности, формальный учет ее последующих изменений, ко­торые могли произойти в результате совершения преступления и насту­пивших последствий, В то же время эти изменения могут оказаться весь­ма существенными, особенно для лиц, совершивших преступления впер­вые.

Второй подход воплощает идею криминогенетического анализа и строится на методологических положениях принципа развития в психо­логии. Этот подход учитывает проявления личности в ранее совершен­ных поведенческих актах, однако при этом предусматривает исследова­ние последующих изменений личности, предполагая возможность их на-

ступлений в результате событий, пережитых человеком, оказанных на не­го воздействий определенных лиц или социального окружения, в связи с включенностью его в те или иные виды деятельности, принятием или по­терей им определенных социальных ролей, произошедших изменений со­циального статуса, условий и образа жизни. Данный подход представ­ляется более прогрессивным, однако он строится на допущениях о воз­можных изменениях психического склада личности и слабо ориентиро­ван на непосредственное выявление этих изменений.

Третий подход выражается в изучении личности на научно- методических основах психологической диагностики. Он предполагает непосредственное выявление совокупности криминогенно значимых свойств личности, исходя из понимания ее криминогенной сущности. Эти свойства могут выявляться с помощью психологических методов и мето­дик по научно обоснованным признакам, проявляемым при выполнении испытуемым специальных диагностических заданий или фиксируемым в его "естественном" поведении в различных диагностически значимых си­туациях (в вербальных и невербальных актах) или в экспериментальных условиях. Важнейшее значение при этом приобретает разработка мето­дов и приемов "вызывания проявления" криминогенно релевантных свойств и научное обоснование их объективно фиксируемых признаков. Данный подход призван выявить и оценить криминогенную потенцию личности, сложившуюся ко времени ееизучения. Такая оценка личности преступника должна содержать вывод о возможности совершения им определенных видов противозаконных деяний в интересующей исследо­вателя сфере юридически значимого поведения при некоторых условиях, реальных для социального статуса индивида и его образа жизни. В этом выражается прогностическая ориентация оценки криминогенной потен­ции личности преступника. Однако рассматриваемый подход лишен "непосредственного" объективного критерия оценки личности, основан-

ного на ее проявлений в реальной жизнедеятельности. В этой связи дан­ный подход вступает в противоречие с уголовно-правовой доктриной оценки общественной опасности личности и неизбежно вызовет отрица- тельное отношение участников уголовного процесса или процесса по во­просам исполнения приговоров как "субъективный".

Учитывая изложенные посылки, представляется наиболее обосно­ванным использование при изучении личности виновного (или осужден­ного) и при ее характеристике, значимой для решения вопросов о нака­зании, трех названных подходов в комплексе как взаимодополняющих. Их комплексное использование может быть осуществлено поэтапно в следующем порядке.

1. На основе изучения фактов противозаконных деяний индивида в определенных сферах социально-правового поведения устанавливается существовавшая у него личностная приемлемость определенных видов этих деяний и ее укорененность, выражающаяся в повторности их со­вершения, а также выявляется подготовленность к правомерному реше­нию тех жизненных задач, в связи с которыми он совершал противоза­конные действия (наличие "двойственной адаптации").

2. В результате изучения особенностей социальной среды, в кото­рой жил индивид, характера его образа жизни, жизненных событий и данных о других факторах, значимых в формировании или изменении личности, выдвигается гипотеза о возможных изменениях правовой пози­ции личности преступника. Эта гипотеза может содержать предположе­ния: а) о сохранении или также об укоренении имевшихся ранее кримино­генных склонностей; б) о расширении сферы личностно приемлемого про­тивозаконного поведения; в) об утрате таких склонностей и формирова­нии готовности к правопослушному решению определенного круга жиз­ненных задач; г) о доминирующем либо побочном характере правомерного поведения в связи с решением этих задач и др. Выдвижение этой гипо-

тезы затрагивает прежде всего те сферы жизнедеятельности и потребно­стей индивида, в которых проявлялись либо могли сформироваться кри­миногенные склонности личности в результате влияния условий жизне­деятельности индивида и социальных воздействий,

3. На основе выдвинутых гипотез проводится психологическая ди­агностика криминогенных склонностей личности и альтернативных им феноменов - антикриминальной устойчивости личности в определенной сфере юридически значимого поведения, включая диагностику готовности личности к правомерному решению соответствующих жизненных задач в данной сфере поведения. Такая диагностика осуществляется на основе вы­явления тех психологических свойств личности, которые обоснованы нами как элементы криминогенной склонности личности или противоположного ей образования - антикриминальной устойчивости.

4. При установлении отсутствия в психическом складе личности той криминогенной склонности, которая ранее существовала, необходима до­полнительная проверка реальности этого факта посредством изучения при­чин исчезновения данной склонности. Эти причины могут быть связаны с пережитыми ■ событиями, изменениями в образе жизни, воздействиями определенных лиц и т.п. В ином случае, при установлении признаков нали­чия криминогенной склонности, которая не нашла проявления в юридиче­ски фиксируемых фактах поведения индивида, также необходим поиск фак­торов формирования данной склонности на основе криминогенетического анализа (по Е.Г.Самовичеву [289]). Этот анализ также строится на изучении жизненных событий, условий жизнедеятельности индивида, характера ин­формационного потока из ближайшего социального окружения, воспри­нимаемых примеров поведения и т.д.

При исследовании личности преступника принимаются во внима­ние два вида данных (фактов), выражающих проявление изучаемых лич­ностных образований - криминогенных склонностей личности либо ее

антикриминальной устойчивости, включающей готовность к решению жизненных задач правомерным способом. Первый вид данных выра­жается в актах социального поведения, второй - представляют данные о вербальных и невербальных поведенческих или физиологических реак­циях на диагностический стимульный материал, а также данные об осо­бенностях выполнения специальных диагностических заданий. Указан­ные данные выступают объективными признаками проявления опреде­ленных психологических свойств личности. В исследовании мы предпри­нимаем попытку дать'их систематизированный перечень.

Данные о поведенческих проявлениях, значимые для установления наличия и характера как криминогенной склонности личности, так и правомерной социальной адаптированности (готовности к равномерно­му обеспечению потребностей и интересов), нами получены при группо­вых опросах экспертов, включающих выдвижение ими предложений и их коллективную оценку. Использовалась следующая дифференциация экс­пертных оценок выдвигаемых предложений: "считаю существенным", "считаю второстепенным", "считаю не значимым". Для учета отобраны предложения о поведенческих проявлениях, получившие оценку экспер­тов как существенные на уровне не ниже 75 %. Эти данные мы система­тизировали следующим образом.

1. Данные, значимые для вывода о существовании в предшествую­щий период времени склонностей к преступному поведению и о наличии криминогенно релевантных свойств личности,отражают:

- совершение ранее преступлений и правонарушений и их виды;

- количество эпизодов однотипных преступлений и правонаруше­ний (по данным о привлечении к уголовной и административной ответств енно сти);

- время, прошедшее с момента совершения последних противоза­конных деяний определенного вида, а также время, прошедшее после от-

бытия наказания, предусматривающего изоляцию либо ограничение свободы. Учитывая, что основная часть повторных преступлений совер­шается в течение первых двух-трех лет со времени отбытия наказания, этот срок можно считать критическим. Его преодоление без совершения противоправных деяний при наличии данных о положительной соци­ально-правовой адаптированности можно принимать в расчет как признак ослабления криминогенной потенции личности.

- прохождение специальной подготовки к единоборствам и боевым операциям, самостоятельная подготовка к насильственным действиям (в том числе,искусственная деформация кистей рук для усиления ударов), участие в боевых действиях и операциях;

- принадлежность (стремление принадлежать) к неформальной касте преступников, "профессионально" занимающихся преступной дея­тельностью и претендующей на лидерство в их общностях.

2. Данные, свидетельствующие о криминогенно значимой социаль­ной позиции индивида,выражаются в фактах систематического общения, делового взаимодействия и совместных развлечений с лицами, совер­шавшими преступления. Криминогенно значимыми фактами поведения (образа жизни) в определенной сфере социального поведения (сфере по­требностей) являются следующие:

а) в сфере материального обеспечения жизни - незанятость трудом и отсутствие законных источников доходов при достаточном уровне ма­териального обеспечения жизни или явное превышение уровня потреб­ления материальных благ над уровнем законных доходов;

б) в сфере взаимоотношений с другими людьми — высокая кон­фликтность и агрессивность поведения в быту, трудовом коллективе, выражающаяся в высказывании угроз, оскорблений, учиненим сканда­лов, нанесении побоев, совершении иных хулиганских действий, а также характерность для поведения аффективных вспышек агрессивной на-

правленности;

в) в сфере потребления и досуга - пьянство, употребление наркоти­ческих или других одурманивающих веществ;

3. Данными, свидетельствующими о положительной социальной адаїітированности и положительном влиянии на индивида социальной ср еды, являются:

- систематическая занятость трудом, учебой, другой общественно полезной деятельностью;

- проявление заботы о членах семьи, надлежащее выполнение се­мейного (родительского, сыновьего) долга;

- проведение основной части времени досуга в кругу семьи и про­явление стремления к сохранению семьи;

- добропорядочное поведение членов семьи или иных лиц, с кото­рыми индивид поддерживает положительные отношения или которые способны оказать на него влияние.

4. Данными, значимыми для выводов о положительном изменении правовой позиции личности преступника,выступают:

- устройство на работу или регистрация в службе занятости и над­лежащее выполнение обязанностей безработного;

- поступление на учебу;

- участие в духовно-религиозной мероприятиях, направленных на нравственное возрождение;

- поступки, нацеленные на сохранение и улучшение отношений с семьей или другими родственниками при отсутствии семьи;

- прохождение лечения от алкоголизма или наркомании;

- прекращение контактов с лицами, ведущими аморальный, па­разитический образ жизни, ранее совершавшими преступления;

- деятельное раскаяние в совершенном преступлении-; выражаю­щееся в явке с повинной, оказании содействия в раскрытии и расследо-

вании преступления, розыске иных преступников, похищенных матери­альных ценностей, добровольном возмещении ущерба, причиненного преступлением, и в ином заглаживании вреда;

- положительное поведение в период отбывания наказания, вклю­чая акты, свидетельствующие об отсутствии стремления к соблюдению норм и обычаев преступной субкультуры. В качестве таковых выступа­ют: принятие в письменной форме обязательства о законопослушном поведении и стремлении к исправлению, выполнение работ по благоуст­ройству, уборке помещений и территории мест лишения свободы, уча­стие в работе самодеятельных организаций осужденных, обращение с заявлением о ранее совершенных и нераскрытых преступлениях, добро­вольное досрочное (помимо удержаний) возмещение ущерба, причинен­ного преступлением.

При проведении психологической диагностики криминогенной по­тенции личности, как и ее альтернативы - антикриминальной устойчи­вости, включая готовность к правомерному поведению принципиально важное значение имеет установление формы и содержания выводов, кото­рые могут быть сделаны с достаточной научной достоверностью. Изучая потенцию личности к преступному поведению, исследователь должен выявлять и анализировать совокупность психологических свойств, суще­ственных в детерминации такого поведения в соответствии с концепту­альной моделью этой потенции (криминогенной склонности). Выявление указанных свойств заключается в выявлении фактов, выступающих их научно обоснованными признаками. Поэтому вывод диагностического исследования должен выражать обобщение фактов, свидетельствующих о наличии или отсутствии определенного психического свойства, кото­рое может выступать элементом личностной предрасположенности к определенному поведению. Важным моментом в данном выводе является валидность и достаточность полученных фактов для утверждения о на-

линии (или отсутствии) диагностируемого психологического феномена личности.

Признаки различных элементов психической деятельности и реали­зующихся в них психических свойств, как известно, могут проявляться в особенностях поступков, суждениях, ответах на вопросы или уходах от от­ветов на них, в вопросах испытуемого, неречевых актах общения, двига­тельных и физиологических реакциях на диагностические стимулы и других формах. Однако на сегодняшний день нельзя утверждать, что в психологии сложилась теория, систематизирующая диагностические признаки мотиво- и целеобразующих свойств личности, относящихся к ее моральным ка­чествам, обосновывающая методы и приемы вызывания их проявления и правила интерпретации. Особое значение в научной проблеме диагностики такого рода свойств приобретает мотивация сокрытия социально неодоб- ряемых склонностей, побуждений, стремлений. Хотя наше исследование ставило свей задачей разработку диагностического инструментария лишь для исследовательских целей, оно позволяет наметить некоторые перспек­тивные направления развития методических основ указанной диагностики. В частности, достаточно продуктивными оказались такие методические приемы диагностики криминогенных склонностей как;

- постановка проективных вопросов, касающихся преступного и пра­вомерного способов удовлетворения определенных потребностей и поведе­ния в определенных проблемных ситуациях, и вопросов, ориентированных на описание субъектов первого и второго способов поведения;

- "проективный" рассказ о том, как испытуемый представляет себе событие преступления определенного вида, которое совершает' "некий" че­ловек. На основе этого рассказа разворачивается комплекс проективных вопросов, касающихся образа субъекта воображаемого преступного дея­ния, последствий этого деяния, образа потерпевшего и т.д.;

- проективная оценка ситуации совершения неким лицом преступ-

ления, которая оказывается неблагоприятной для этого лица. Коммен­тируя эту ситуацию, испытуемый, занимает определенную позицию на­блюдателя: идентифицированную с преступником, отчужденную от него либо нейтральную или противоречивую;

- методика основанная на идее цветового теста отношений (см. при­ложение 2), ориентированная на изучение психологической близости- чуждости для испытуемого преступного и правомерного способов пове­дения и субъектов этих способов.

Выводы о криминогенной сущности личности преступника, обос­нованные в нашем исследовании, позволяют утверждать, что оценка личности преступника, даваемая на основе данных, полученных психо­логическими методами ее изучения, должна отражать прежде всего на­личие и степень развития криминогенных склонностей в интересующих исследователя сферах социального поведения (в связи с необходимостью удовлетворения определенных потребностей или разрешения проблем­ных ситуаций) и характер приемлемых противозаконных способов пове­дения. При отсутствии существенных признаков криминогенной склон­ности оценка личности должна раскрывать наличие и степень зрелости альтернативного феномена — антикриминальной устойчивости личности в рассматриваемой сфере либо по отношению к определенным противо­законным способам удовлетворения потребностей (разрешения про­блемных ситуаций). Оценка личности .по параметру криминогенность- антикриминальная устойчивость в определенной сфере юридически зна­чимого поведения, соотносимого с уголовно-правовым запретом, может быть выражена следующими вариантами формулировок.

Вариант 1. В психическом складе личности имеются существенные предпосылки антикриминальной устойчивости в сфере [...(указывается сфера социально-правового поведения)], которая имеет [...] степень зре­лости (среднюю, высокую). Далее излагаются психологические предпо-

сылки антикриминальной устойчивости личности.

Вариант 2. Позиция личности в отношении криминального спо­соба действий в связи с удовлетворением [...] потребности (или разре­шением проблемной ситуации, выражающейся в [...]) не сформирована. Не проявляется достаточно определенно как личностная приемле­мость криминального способа, так и его неприятие. Далее излагаются основания такого вывода на основе выявления сформирован пости и содержания свойств, определяющих криминогенность либо антикри- минальную устойчивость личности. На основе этого анализа делается вывод о существовании возможности совершения индивидом проти­возаконного деяния при определенных криминогенных условиях или воздействиях на него иных лиц. Дается конкретизация возможных криминогенных условий и воздействий, основанная на изучении соци­альной среды, социального положения и образа жизни индивида, а также его внушаемости, конформности и отношения к тем лицам, ко­торые могли бы предположительно выступить субъектами кримино­генного воздействия.

Вариант 3. В психическом складе личности проявляются предпо­сылки криминогенной склонности, имеющей [...{ степень зрелости. Это определяет возможность совершения испытуемым преступного деяния в виде при определенных условиях. Далее приводятся психологи­ческие предпосылки криминогенной склонности и конкретизируется характер условий (ситуаций) и воздействий, которые необходимы для реализации данной склонности.

Вариант 4. Позиция личности по отношению к преступному спо­соб)' поведения в связи с необходимостью удовлетворения [...] потреб­ности (или разрешения проблемной ситуации [...]) имеет противоречия. Излагаются противоречия в совокупности психологических свойств,

403

определяющих криминогенную склонность либо антикриминальную устойчивость личности. Делается вывод о том, что позиция личности определяет возможность преступного поведения в виде [...] при определен­ном характере условий или воздействия на индивида. Излагается характер этих условий.

Вариант 5. В психическом складе личности проявляется доста­точно зрелая криминогенная склонность, определяющая возможность инициативного совершения испытуемым преступного деяния в виде [...]. Далее излагаются психологические предпосылки указанной склонности и описывается характер условий (ситуаций), которые стремится приискать или создать индивид для совершения преступно­го деяния.

Приведенные варианты оценки личности по параметру кримино- генность-антикриминальная устойчивость основываются на анализе сформированности и содержания психологических свойств, высту­пающих предпосылками противозаконной либо законопослушной ориентации личности в рассматриваемой сфере юридически значи­мого поведения. Эти варианты оценки также основываются на диффе­ренциации степени зрелости криминогенной склонности и степени гармоничности-противоречивости содержания позиции личности по отношению к преступному и правомерному способам поведения. В таблице 9 приведены содержательные характеристики психологиче­ских свойств, которые в качестве существенных определяют кримино­генность личности или ее антикриминальную устойчивость.

Таблица 9

Структурные элементы позиции личности, выступающие предпосылками ее криминогенности - антикриминальной устойчивости в определенной сфере юридически значимого поведения

Типы позиции личности
Психологические свойства, выступаю­щие предпосылками кри миногенности- антикриминальной устойчивости лично­сти Выражена криминоген­ная склон­ность Позиция не сформи­рована Позиция

противоре-,

чивая

Выражена

антикри­

минальная

устойчи­

вость

1 2 3 4 5
Убеждение(представ- ление)о значении пре ступного способа удовлетворения пот­ребности или разре­шения проблемной ситуации преобладаю­ще (или ис­ключитель­но) отрица­тельное ^сформи­рованное (или ин­дифферент­ное) противоре­

чивое

преобла­дающе (или иск­лючитель­но) поло­житель­ное
Убеждение (предста­влен ие)о личностном смысле преступнно- го способа удовлет­ворения потребности или разрешения про­блемной ситуации ♦1 11 я 11
Отношение к пре­ступному способу

удовлетворения пот­ребности или разре­шения проблемной ситуации (его психо­логическая близость или чуждость)

проявляется

психологи­ческая чуж­дость спосо­ба

11 я проявляет

ся психо­логичес­кая бли­зость спо­соба

Личностная норма в отношении к прес­тупному способу удовлетворения пот­ребности или раз­решения проблемной ситуации сформирован запрет на

использова­ние способа

отсутствует как запрет, так и дол­женствова­ние на ис­пользова­ние существует допусти­мость ис­пользова­ния спосо­ба однознач­ная необ­ходимость (должен­ствование) использо­вания спо­соба

1 2 3 4 5
Установка, выражаю щая готовность к использованию прес­тупного способа отсутствует

(проявляется

барьер)

отсутствует могут про­являться признаки и установки, и барьера имеется

зрелая го­товность к

использо­ванию спо

соба

Отношение к субъек­ту преступного спо­соба (психологичес­кая близость или чуждость его образа) преобладаю­ще или ис­ключительно отрицатель­ное (чуждо­сть образа . субъекта) не сформи- ровано(или индиффе­рентное) противоре­

чивое

преобла­

дающе

или исклю

чительно

положи­

тельное

(близость

образа

субъекта)

Убеждение (пред­ставление) о значе­нии правомерного способа удовлетво­рения потребности или разрешения про­блемной ситуации от отрицате­льного до противоре­чивого или индиффе­рентного от положи­тельного до отрица­тель

ного

от положи­тельного

до отрица­тель

ного

преобла­дающе (или иск­лючитель­но) поло­жительное
Убеждение (представ­ление) о личностном смысле правомерно­го способа удовлетво­рения потребности

или разрешения проб­лемной ситуации

и 1]
Отношение к право­мерному способу удовлетворения пот­ребности или разре­шения проблемной ситуации (его психо­логическая близость или чуждость) 19 }> 91 проявляе­тся психо­логичес­кая бли­зость спо­соба
Личностная норма в отношении правомер­ного способа удовле- торения потребности или разрешения про­блемной ситуации запрет или допусти­мость испо­льзования

способа

допустимо­сть исполь­зования

способа

допусти­мость ис­пользова­ния спосо­ба однознач­ная необ­ходимость

использо­вания спо­соба

1 2 3 4 5
Установка, выражаю щая готовность к ис­пользованию право­мерного способа могут прояв­ляться навы­ки, умения и

психологиче­ский барьер

может про­являться

как готов­ность, так

и психоло­гический барьер

может про­являться

как готов­ность,так и

психологи­ческий ба­рьер

имеется

зрелая го­товность к

использо­ванию спо­соба

Отношение к субъек­ту правомерному спо соба (психологичес­кая близость или чуждость его образа) преобладаю­ще отрица­тельное или противоречи­вое от положи­тельного

до отрица­тельного

от положи­тельного до отрица­тельного преобла­дающе (или иск­лючитель­но) поло­жительное

Степень зрелости криминогенной склонности выражает степень развития потенциальной внутренней необходимости совершения пре­ступного деяния при определенных условиях. Она может быть диффе­ренцирована как:

- минимальная, выражаясь в противоречивой представленности в личности преступного способа или в его приемлемости лишь на уровне значения при отсутствии, однако, ясного личностного смысла, отноше­ния к нему и личностной нормы, касающейся данного способа. При этом возможно индифферентное, противоречивое или преобладающе поло­жительное отношение к субъекту преступного способа^индифферентное, противоречивое или преобладающе отрицательное отношение к право­мерному способу и его субъекту;

- средняя, проявляющаяся в преобладающе положительной пред­ставленности преступного способа в личности на уровне личностного смысла и отношения к нему, в индифферентном или преобладающе поло­жительном отношении к субъекту данного способа. При этом представ­ленность в личности правомерного способа и его субъекта может быть индифферентной, противоречивой или преобладающе отрицательной;

- высокая, характеризующаяся преобладающе положительной

представленностью в личности преступного способа на уровнях личност­ного смысла, отношения, личностной нормы и поведенческой установки, а также проявляющаяся в преобладающе положительном отношении к его субъекту (в психологической идентификации с ним). Представленность в личности правомерного способа и его субъекта при этом может быть пре­обладающе отрицательной.

Характеристика гармоничности-противоречивости содержания по­зиции личности по отношению к преступному и правомерному способам удовлетворения потребности (или разрешения проблемной ситуации) и по отношению к субъектам действий, выражающих эти способы, конкре­тизирует степень зрелости криминогенной склонности или антикрими­нальной устойчивости личности. Эта характеристика, будучи основан­ной на выявлении конкретных противоречий, может даваться, ориенти­руясь на следующую дифференциацию формулировок:

- содержание позиции личности (криминогенной склонности или антикриминальной устойчивости) гармоничное;

- содержание позиции в преобладающей степени гармоничное с на­личием несущественных противоречий;

- содержание позиции личности имеет существенные противоречия. Одной из характеристик, конкретизирующих содержание криминоген­

ной склонности, является характер побуждения, в связи с которым она проявляется. Данная характеристика призвана отразить вид потребности или проблемной ситуации, в связи с которыми лицо склонно совершить противозаконное деяние. Об основных видах потребностей, выражающих внутреннюю необходимость совершения юридически значимых поведен­ческих актов, соотносимых с уголовно-правовым запретом речь шла в параграфе 3,3. Особое значение для понимания степени зрелости крими­ногенной склонности имеет отражение ее отягощенности свойствами личности, порождающими криминогенно релевантные мотивы, виды ко­торых раскрытые параграфе 4.3.

Еще одной существенной характеристикой правовой позиции личности, выражающей ее криминогенную склонность или антикрими- нальную устойчивость является соотношение степени приемлемости- неприятия противозаконного и правомерного способов поведения, в том числе эскапического варианта поведения, предполагающего уход от раз­решения проблемной ситуации. Данная характеристика может выра­жаться в следующих выводах:

- полное доминирование ориентации на криминальный способ удо­влетворения потребности или разрешения проблемной ситуации (указывается конкретно характер потребности или ситуации) с абсолют­ным неприятием правомерного способа;

- преобладающее доминирование ориентации на использование криминального способа с проявлением несущественных элементов при­емлемости способа правомерного;

- относительно равнозначная ориентация на использование и пра­вомерного, и преступного способов;

- преобладающее доминирование ориентации на использование пра­вомерного способа с проявлением несущественных элементов приемле­мости способа противозаконного;

- абсолютное доминирование ориентации на использование право­мерного способа.

Обусловленность проявления криминогенной склонности внешни­ми условиями, выступая необходимой ее характеристикой, может быть выражена следующими суждениями:

- криминогенная склонность проявляется (может проявляться) в антиобщественных действиях (указывается их характер) при отсутствии объективной криминогенности внешних условий;

- криминогенная склонность проявляется при определенных кри­миногенных внешних условиях (указывается их конкретный характер в соответствии с дифференциацией, изложенной в параграфе 3.3).

Характеристика обусловленности проявления криминогенной склонности фоновым психическим (или функциональным) состоянием уместна лишь при наличии зависимости ее проявления от специфическо­го состояния индивида. Основными видами фоновых психических со­стояний, которые могут обусловливать проявление криминогенной склонности, как показано в параграфе 3.3, являются: состояние повы­шенного нервно-психического возбуждения, состояние повышенной за­торможенности, состояние повышенной податливости психологическо­му воздействию, а также могут выступать иные индивидуально специфи­ческие состояния, связанные, например, с периодами переживаний деза­даптирующих (криминогенно значимых) эмоционально-мотивационных состояний, вызванных актуализацией соответствующих акцентуаций ха­рактера или с психопатическими фазами. Формулировка такой характе­ристики может выражаться, например, следующим образом: "проявление криминогенной склонности обусловлено состоянием повышенного нервно-психического возбуждения, которое у лица может быть наиболее вероятно вызвано [...] (указываются конкретные факторы, например, конфликтной ситуацией, фрустрацией определенной потребности, употреблением алкоголя, периодами актуализации акцентуаций или пе­реживания психопатических фаз и т.д.)".

Обусловленность проявления криминогенной склонности актуаль­ной социальной ролыо указывается, если она существует и имеет специ­фический характер, например,в связи с ролью члена определенной рефе­рентной для индивида группы или в связи с определенной профессио­нальной ролыо и т.д..

Для психологического изучения личности преступника с отражени­ем ее позиции (криминогенности или антикриминальной устойчивости) в определенной сфере юридически значимого поведения необходимы специальные психологические знания и применение психологических ме­тодик исследования. Поэтому практическое использование в уголовном судопроизводстве психологической оценки личности виновного может быть осуществлено в порядке консультации специалистов, а в перспекти­ве при совершенствовании научно-методических основ такой оценки — в порядке судебно-психологической экспертизы.

5.2.

<< | >>
Источник: ПАСТУШЕНЯ Александр Николаевич. КРИМИНОГЕННАЯ СУЩНОСТЬ ЛИЧНОСТИ ПРЕСТУПНИКА (психологический аспект). Диссертация на соискание ученой степени доктора психологических наук. Москва - 2000. 2000

Скачать оригинал источника

Еще по теме Психологические основания оценки личности преступника при решении вопросов о его наказании:

  1. § 1 Понятие теократического государства
  2. Библиографический список
  3. ОГЛАВЛЕНИЕ
  4. ВВЕДЕНИЕ
  5. 1.2. Юридические основания подхода к личности преступника как к объекту психологического исследования
  6. Концепция и организация психологического исследования криминогенной сущности личности преступника
  7. Психологические основания оценки личности преступника при решении вопросов о его наказании
  8. 1.1.Деятельное раскаяние как разновидность посткриминального поведения и его уголовно-правовые последствия
  9. Факторы, влияющие на прогнозирование эффективности исполнения уголовного наказания в виде ограничения свободы