<<
>>

§ 1. Общая характеристика правовой защиты осужденных на стадии исполнения наказания

Статья 6 УПК РФ выделяет защиту прав, свобод и законных интересов граждан в качестве одной из задач уголовного процесса. Для такой защиты уголовно-процессуальный закон предоставляет лицам, вовлекаемым в уголовное судопроизводство, определенные процессуальные права, одновременно возлагая на органы государственной власти соответствующие обязанности.

Такая регламентация означает предоставление конкретным участникам уголовного судопроизводства возможности осуществлять деятельность в определенном направлении, влиять при этом на ход и результаты расследования рассмотрения уголовных дел для достижения поставленных ими целей и одновременно содействовать выполнению задач уголовного судопроизводства. Участники процесса выступают в различных процессуальных качествах, преследуют свои цели, но их деятельность по своей направленности и сути едина. Она представляет собой защиту их духовных, личных и имущественных ценностей, прав и интересов.

Как известно, в науке уголовно-процессуального права такого рода направления деятельности именуются функциями[581]. Существует несколько точек зрения по поводу содержания, количества и субъектов осуществления уголовно-процессуальных функций. Не касаясь всего комплекса этих вопросов, считаем необходимым остановиться на некоторых аспектах этой проблемы применительно к такому направлению деятельности участников процесса как отстаивание и защита ими своих интересов применительно к стадии исполнения наказания.

В течение длительного времени в теории уголовно-процессуального права господствовала теория трех функций: обвинения, защиты и разрешения дела, основанная на представлениях о равноправных и противоборствующих сторонах обвинения и защиты, и суде, который разрешает дело на основании объективной и беспристрастной оценки результатов состязания сторон. В соответствии с этой теорией все субъекты уголовно-процессуальной деятельности выполняют одну из перечисленных функций.

Они разделяются здесь следующим образом: носителями функции обвинения являются следователь, прокурор, потерпевший, общественный обвинитель и гражданский истец; функцию защиты выполняет обвиняемый (подсудимый), его защитник, и гражданский ответчик; функция разрешения дела возлагается на суд. Остальные участвующие в процессе лица, поскольку они не выполняют ни одну из названных функций, вообще не признаются субъектами уголовнопроцессуальной деятельности[582].

В научной литературе указывается на коренной недостаток концепции трех основных функций. А именно, она не отражает всей полноты уголовнопроцессуальной деятельности и оставляет в стороне значительное число участников процесса[583]. В частности, перечисленные функции не охватывают деятельность всех остальных, помимо обвиняемого, участников процесса, осуществляющих защиту своих прав и законных интересов. В том числе это касается и осужденного.

С внесением в 1992 г. изменений и дополнений в УПК РСФСР, предусматривающих участие защитника в деле с более ранних этапов уголовного судопроизводства, число сторонников концепции защиты как деятельности, осуществляемой только обвиняемым, его защитником, и заключающейся исключительно в опровержении обвинения, значительно поубавилось. Хотя аргументация, приводившаяся ими в обоснование этой точки зрения, была мало убедительна и в условиях 1960-1980 гг. Даже тогда некоторые процессуалисты, видя явные недостатки существующей конструкции понятия защиты, вносили в нее существенные коррективы, указывая, что данная деятельность состоит не только в опровержении обвинения, но и подозрения, и осуществляет ее подозреваемый, обвиняемый и защитник[584]. Г.П. Саркисянц настаивал, что «защита означает весь комплекс предусмотренных законом действий обвиняемого и его защитника, направленных на опровержение обвинения подозрения»[585].

Более того, подозреваемый, обвиняемый, подсудимый, а также их законные представители и защитники осуществляют защиту не только от подозрения, обвинения, осуждения и наказания, а отстаивают и другие свои законные права и интересы, не охватываемые обвинением.

В частности, понятие защиты прав распространяется и на возбуждение ходатайств об отмене или изменении принятой в отношении обвиняемого, подозреваемого, подсудимого меры пресечения, мер обеспечения предъявленного к нему гражданского иска. Распространяется оно и на отстаивание им своих непроцессуальных прав и интересов[586].

Кроме того, необходимо иметь в виду, что защита от обвинения тоже есть отстаивание обвиняемым своих интересов, потому что суть всякой защиты, в том числе осуществляемой обвиняемым, не только и не столько в отражении, нейтрализации нависшей угрозы. Всякая защита, представляя собой отражение, опровержение угрозы (обвинения), в конечном итоге всегда означает отстаивание, охрану интересов, непосредственно подвергающихся угрозе и связанных с ними[587].

Интересы личного, имущественного порядка, то есть интересы не охватываемые обвинением, (защита которых в стадиях предварительного расследования и судебного разбирательства по сравнению с защитой от обвинения как бы уходит на второй план как менее необходимая и менее значительная), подлежат защите на протяжении всего уголовного процесса, во всех его стадиях, в том числе и в стадии исполнения приговора. Тем более, что в этой стадии обвинение, в том смысле, в котором оно существует во время предварительного расследования и судебного разбирательства, отсутствует, и, следовательно, отпадает необходимость в защите от него. Здесь в защите от необоснованного ограничения и нарушения нуждаются специфичные процессуальные и иные непроцессуальные (в том числе имущественные) права и интересы осужденного.

Эти соображения позволяют сделать вывод, что защита это не только деятельность, противоборствующая обвинению и ограждающая интересы какого-то определенного лица или круга лиц, вовлекаемых в сферу судопроизводства по уголовным делам.

Следует отметить, что данная позиция прослеживается в работах ряда ученых-процессуалистов, выделяющих функцию защиты от обвинения и функцию охраны прав всех других участников судопроизводства, объединяя их общим названием функции защиты личного процессуального интереса[588].

Концепция такого нетрадиционного понимания защиты в уголовном судопроизводстве представляется нам более верной, так как она основана на логической посылке, в соответствии с которой каждый участник процесса в любой его стадии так или иначе защищает свои права и интересы. В этом заключается как направление, так и смысл деятельности подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, осужденного, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика, их защитников и представителей.

Иными словами, понятие защиты как процессуальной деятельности, осуществляемой всеми участниками процесса, перечисленными в Разделе II УПК РФ, и направленной на охрану их прав и законных интересов, едино по своей сути. В связи с тем, что эта деятельность реализуется сообразно с правами, интересами, потребностями и целями каждого отдельного участника уголовного судопроизводства, это позволяет выделять:

1) защиту прав и интересов подозреваемого, подсудимого, осужденного, оправданного;

2) защиту прав и законных интересов потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика, а также других участников процесса. Свою правозащитную деятельность они осуществляют собственными силами и средствами, а также с помощью защитника или представителя.

Таким образом, защита в уголовном судопроизводстве - это вид деятельности, осуществляемая во всех его стадиях участниками уголовного процесса (самостоятельно, а также с помощью защитника) и представляющая собой совокупность процессуальных действий, направленных на достижение желаемого для них результата судопроизводства и отстаивание нарушенных или могущих быть нарушенными процессуальных и непроцессуальных прав, свобод и законных интересов. При этом защита как процессуальная деятельность пронизывает все стадии уголовного судопроизводства, обладая при этом в каждой из них своей спецификой.

Определив общее понятие защиты в уголовном процессе, мы переходим непосредственно к исследованию этой деятельности в стадии исполнения наказания.

Как и во всех других стадиях уголовного процесса, защита в стадии исполнения наказания представляет собой уголовно-процессуальную деятельность по обеспечению прав и законных интересов участников процесса. Данная деятельность проявляется через уголовно-процессуальные правоотношения, которые складываются между субъектами защиты с одной стороны, и иными субъектами процессуальной деятельности, - с другой.

Субъектом защиты в стадии исполнения наказания следует признавать того, кто заинтересован в защите своих или представляемых им лиц прав и интересов, а также прав и интересов других лиц, доверивших ему их защиту. При этом, на стадии исполнения наказания продолжают свою правозащитную деятельность субъекты, которые осуществляли ее на предшествующих стадиях уголовного процесса: обвиняемый (выступающий в этой стадии, как осужденный, оправданный), защитник, потерпевший, гражданский истец и гражданский ответчик и их представители. Но в данной стадии появляются и новые субъекты, ранее не известные процессу, преследующие свои собственные процессуальные интересы. Их деятельность часто противоборствует правозащитной деятельности других участников уголовного судопроизводства, ибо процессуальные интересы последних, как правило, не совпадают. Это - администрация исправительно-трудовых учреждений, представители лечебных учреждений, наблюдательные комиссии органов исполнительной власти, комиссии по делам несовершеннолетних, общественные организации, судебные исполнители, а также представители других органов, исполняющих наказание. При рассмотрении вопросов, возникающих в процессе исполнения наказания, в суд, по мере необходимости, могут быть вызваны и другие лица, права и интересы которых тоже должны быть надежно защищены.

Защита прав и законных интересов осужденного в стадии исполнения наказания - понятие широкое и сложное. В первую очередь это касается характера ее деятельности, которую следует понимать в материально-правовом и процессуальном смыслах.

В уголовно-процессуальной литературе предложено понимать защиту в материально-правовом смысле, - как антипод обвинения, а в процессуальном смысле, - как средства и способы защиты материальной[589].

В основе такого деления лежит разделение обвинения на материальноправовое и процессуальное, и такое одностороннее понимание защиты, в соответствии с которым защита якобы беспредметна при отсутствии обвинения и предполагается только там, где есть обвинение. Иными словами, защищаться можно только тому, кого в чем-либо обвиняют. Поэтому защита обоснована только юридическим фактом появления материально-правового обвинения и обвинительной деятельностью (называемой обвинением в процессуальном смысле)[590].

Повторимся, что мы разделяем позицию, при которой защита понимается как процессуальная деятельность, не только противостоящая обвинению, но и представляющая собой отстаивание и других законных интересов в любой стадии процесса. Поэтому материально-правовой характер защиты направлен не только на опровержение и смягчение тезиса обвинения, но и на отстаивание других процессуальных и непроцессуальных интересов.

Конкретно реализуется эта позиция: во-первых, в несогласии с обвинительным тезисом; во-вторых, в стремлении возражать против отсутствия или недостаточно полного изложения в обвинительном тезисе обстоятельств, смягчающих ответственность и индивидуализирующих наказание; в-третьих, в стремлении отстаивать иные интересы обвиняемого, затрагиваемые и незатрагиваемые обвинением. В основу такой классификации положен объект защиты, то есть то, на что направлена защита, и к чему стремится субъект, ее осуществляющий.

Соглашаясь с необходимостью деления защиты на материальноправовую и процессуальную, предпринятого, к сожалению, только в отношении защиты обвиняемого в стадиях предварительного расследования и судебного разбирательства, следует признать, что в стадии исполнения наказания защита как деятельность также носит материально-правовой и процессуальный характер, обладая при этом определенной спецификой.

Во-первых, в этой стадии обвинения как такового уже нет, но есть его последствия - исполняемый приговор. Он может быть, по мнению осужденного, необоснованным и являться результатом необоснованного обвинения;

осужденный может быть не согласен с ним, а также с результатом его пересмотра, если это имело место.

Во-вторых, есть позиция субъектов судопроизводства, участвующих в этой его стадии (администрации исправительно-трудовых учреждений, представители лечебных учреждений и др.), сформулированная и выраженная ими в ходатайствах и представлениях, касающаяся оценки действий и поведения осужденного. Эту позицию субъекты будут отстаивать с помощью определенных процессуальных средств и способов отстаивать при разрешении судом вопросов, касающихся исполнения наказания. Она будет влиять на характер выносимого судом решения, затрагивающего положение осужденного, его права и интересы. Причем, в результате этих действий положение осужденного может стать хуже и будут нарушены его права. Всему этому и противостоит защита в ее материально-правовом смысле.

Защита в процессуальном смысле представляет собой совокупность процессуальных действий, направленных на осуществление, реализацию защиты в материальном аспекте, восстановление и осуществление нарушенных процессуальных прав и интересов осужденного.

Таким образом, исходя из предложенной выше модели соотношения материальных и процессуальных аспектов в обеспечении правовой защиты прав осужденных, необходимо констатировать, что защита на стадии исполнения наказания включает в себя первичные процессуальные и вторичные материальные отношения. При этом в судопроизводстве по исполнению наказания, защита в материальном смысле и защита в процессуальном смысле связаны между собой как составные части одного явления, как сущность и ее проявление, как содержание и ее форма.

Следует согласиться с В.Д. Адаменко, что при рассмотрении защиты осужденного в стадии исполнения наказания лишь как уголовнопроцессуальной деятельности «вне поля зрения оказывается защита в статике». Действительно, если признавать защиту лишь как деятельность, то это неизбежно приведет к отрыву правоотношений от норм права, регулирующих отношения, к отрыву деятельности по претворению в жизнь норм от самих юридических норм. В конечном итоге, подобное может выразиться в переоценке процессуальной деятельности либо в недооценке норм права, регулирующих эту деятельность. В.Д. Адаменко по этому поводу отмечает следующее: «Выяснить сущность защиты в судопроизводстве по исполнению приговора возможно лишь при условии исследования не только отношений, возникающих в сфере этой защитительной деятельности, но и норм, регулирующих эти отношения. Исходя из этого, защиту в стадии исполнения приговора необходимо исследовать не только как уголовно-процессуальную, но и как уголовно-исполнительную деятельность»[591].

Роль защиты в осуществлении задач стадии исполнения наказания выражается в том, что она прежде всего является средством, методом реализации прав и интересов осужденного. Тем самым она объективно содействует выполнению общих задач уголовного судопроизводства, хотя защита не ставит перед собой непосредственной цели осуществления задач уголовного судопроизводства. Ее цель - отстаивание прав и законных интересов осужденного, и на задачи уголовного процесса ее субъекты не обращают никакого внимания. Но, тем не менее, она косвенно, невольно содействует их осуществлению, ибо в их числе - охрана прав и интересов личности[592]. Кроме того, по справедливому замечанию А.Д. Бойкова, «цель защиты - служить одной из гарантий достижения истины по делу»[593].

Действительно, по каждому рассматриваемому вопросу в судопроизводстве по исполнению приговора должно быть «достаточно истинное знание»[594]. Задаче установления такого знания способствует сознательная, целеустремленная правозащитная деятельность осужденного и других субъектов его защиты, направленная на обеспечение, реализацию его прав и интересов.

Таким образом, защита прав и законных интересов осужденного есть совокупность процессуальных действий самого осужденного, его защитника и других субъектов защиты, направленных на достижение желаемого для осужденного результата, отстаивание нарушенных или могущих быть нарушенными его прав, свобод и законных интересов. Правозащитные действия в стадии исполнения наказания направлены на реализацию позиции осужденного, которая может выражаться: во-первых, в его стремлении не признавать исполняемый приговор законным и обоснованным и добиваться его пересмотра в свою пользу; во-вторых, в стремлении полностью или частично не признавать отрицательную оценку его действий и поведения; в стремлении смягчить отбываемое наказание, воспользоваться предусмотренными законом льготами при реализации наказания; в стремлении реализовать иные свои интересы.

Исследование защиты в стадии исполнения наказания требует раскрытия того, на что она направлена и к чему стремятся субъекты, осуществляющие ее в этой стадии уголовного судопроизводства, то есть исследования объекта и предмета правозащитной деятельности.

Защита как любая деятельность имеет свой объект, то есть то, к чему стремятся субъекты, а также свой предмет, вокруг которого эта деятельность сосредоточена.

В уголовно-процессуальной теории вопрос об объекте и предмете защиты в стадии исполнения наказания специально почти не исследовался[595] [596]. Применяемые к другим стадиям эти понятия зачастую смешиваются, подменяются одно другим. Так, по мнению В.Д. Адаменко, «предмет защиты составляют субъективные интересы и нарушенные субъективные права обвиняемого» .

Такое понимание предмета защиты, точнее его составных элементов, вызвано неправильным подходом к определению его сущности, которую следует выводить не из направленности правозащитной деятельности, а исходя из самой сути этой деятельности и ее конкретного содержания.

Если под защитой мы понимаем процессуальную деятельность, то предмет этой деятельности составляют обстоятельства, на выяснение которых она направлена. Так как правозащитная деятельность представляет собой процесс доказывания, то предметом ее является предмет того доказывания, которое осуществляют ее субъекты.

В процессуальной литературе понятие предмета доказывания зачастую отождествляют с обстоятельствами, перечисленными в ст. 73 УПК РФ, среди которых: событие преступления, виновность обвиняемого и мотивы преступления, причины и условия, способствовавшие совершению преступления. Но эти обстоятельства подлежат доказыванию не по каждому уголовному делу и не во всех стадиях уголовного судопроизводства.

А.М. Ларин верно говорит о разных предметах доказывания, образуемых, помимо обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК, также и обстоятельствами, представляющими собой основания для прекращения дела, оправдания обвиняемого или для применения принудительных мер медицинского характера, и перечисленными в других предписаниях закона[597] [598].

В свое время, М.С. Строгович писал о двух основных формах предмета доказывания. Первая представляет собой обстоятельства, перечисленные в ст. 73 УПК РФ (в то время ст. 69 УПК РСФСР), это т.н. «главный факт в положительной форме». Вторая - обстоятельства, исключающие уголовную ответственность, служащие основанием для прекращения дела, оправдания или применения принудительных мер медицинского характера, это т.н. «главный факт в отрицательной форме»2.

Предмет доказывания в процессуальной деятельности по исполнению наказания специфичен. Рассматривая и разрешая вопросы, касающиеся отбывания наказания, суд уже не обращается к доказательствам совершения преступления, виновности осужденного. В процессе установления соответствующих обстоятельств в этой стадии судопроизводства суд исходит из этих фактов как уже доказанных, установленных вступившим в законную силу приговором. Предметом доказывания на этом этапе судопроизводства являются обстоятельства, наличие или отсутствие которых закон предусматривает в качестве оснований для досрочного освобождения от наказания, для замены назначенного по приговору наказания более мягким или более суровым, условного наказания безусловным, а также для изменения режима наказания в виде лишения свободы и решения других вопросов.

Кроме того, характер предмета доказывания в судопроизводстве по исполнению наказания приобретают обстоятельства, указывающие на заболевание осужденного душевной или иной тяжкой болезнью, инвалидность, уклонение от исполнения наказания, не связанного с лишением свободы, примерное поведение и добросовестное отношение к труду и обучению или, напротив, злостное нарушение требований режима в местах лишения свободы и т.д.

Обстоятельства, образующие предмет доказывания в той или иной его форме (положительной или отрицательной) в стадии исполнения наказания на момент осуществления производства, как правило, относятся к прошлому. Объективное их содержание уже не зависит от субъектов уголовнопроцессуальной деятельности в том числе и от самого суда, от осужденного и его защитника. Эти обстоятельства могут и должны быть исследованы, выяснены, познаны. На пути к данной цели поиска истины суд располагает разными версиями о предмете доказывания. Одна из них выражается в формулировке, изложенной, например, в представлении или ходатайстве, представленными суду органом, ведающим отбытием наказания. Этой формулировке противостоит (по крайней мере, может противостоять) позиция защиты, находящая свое выражение в объяснениях осужденного, в защитительной ре- чи или в письменных ходатайствах осужденного и его защитника. Обстоятельства, соответствующие этой позиции, и являются предметом защиты в стадии исполнения наказания[599].

Помимо указанных обстоятельств, к предмету правозащитной деятельности на стадии исполнения наказания имеют определенное отношение обстоятельства, свидетельствующие о необоснованности обвинения и приговора как его результата. Эти обстоятельства не могут быть предметом доказывания, осуществляемого в этой стадии судом, но они могут входить в предмет доказывания, осуществляемого субъектами правозащитной деятельности, заинтересованными в их установлении. Для осужденного не имеет значение то, в какой стадии процесса они будут установлены. Для него важен результат - добиться своего освобождения путем пересмотра исполняемого приговора и его отмены.

Подобная правозащитная деятельность осуществляется посредством представления жалобы или ходатайства соответствующим должностным лицам, имеющим право приносить протест в надзорном порядке на незаконный и необоснованный приговор, а также возбуждать производство по вновь открывшимся обстоятельствам.

Таким образом, предмет защиты в судопроизводстве по исполнению наказания составляют любые обстоятельства поведения, действий осужденного, в установлении которых он и его защитник заинтересованы.

Признание этих обстоятельств предметом доказывания, осуществляемого субъектами правозащитной деятельности в судопроизводстве по исполнению приговора, а равно и предметом защиты имеет важное теоретическое и практическое значение. Теоретическое значение заключается в том, что подобный подход помогает разобраться в сущности защиты в стадии исполнения наказания и в ее специфике. На практике же, осужденному, отбывающему наказание, а также его защитнику, должна быть обеспечена возможность доказывать в суде обстоятельства, служащие основанием для смягчения наказания и для досрочного от него освобождения, а также опровергать представления органов, ведающих исполнением наказания, о неблагоприятных для осужденного изменениях вида и режима наказания, например, о переводе осужденного из воспитательной колонии в колонию общего режима и т.п. Кроме того, осужденный должен иметь все возможности для осуществления правозащитной деятельности, направленной на установление обстоятельств, свидетельствующих, по его мнению, о необоснованности и незаконности исполняемого наказания и могущих послужить основаниями для его пересмотра и отмены в последующем.

Итак, предметом правозащитной деятельности на стадии исполнения приговора являются обстоятельства, служащие основанием для полного или частичного освобождения от наказания, либо для смягчения вида наказания, или для отклонения требований о замене назначенного наказания более тяжким, о переводе в места лишения свободы с более суровым режимом отбывания наказания, а также обстоятельства, установление которых требуется для разрешения сомнений и неясностей, возникающих при приведении приговора в исполнение.

Определение понятия «объект защиты» на стадии исполнения наказания является более простым, и, в целом, под ним понимают права и интересы осужденных, на отстаивание которых направлена правозащитная деятельность на данной стадии. Они уже были рассмотрены нами ранние как составная часть правового статуса осужденного (см. § 1 первой главы), поэтому здесь представляется необходимым остановиться лишь на некоторых проблемных аспектах данного понятия.

В юридической литературе выработана позиция, в соответствии с которой в защите нуждаются, якобы, лишь нарушенные субъективные права участников процесса[600]. Высказана и такая точка зрения, что в действительности нарушение прав может быть мнимым, и в защите государства они могут не нуждаться. То есть субъективные права, если они не нарушены, в защите не нуждаются, т.к. тут возникает вопрос лишь об осуществлении, реализации субъективного права[601].

Вряд ли можно согласиться с такой позицией. Смысл защиты состоит не только в восстановлении нарушенных прав участников процесса, но и в отстаивании всего существующего комплекса субъективных прав, в том числе и ненарушенных, в предотвращении угрозы возможного их нарушения, в создании необходимых предпосылок и условий для того, чтобы это нарушение не состоялось. В этом и заключен интерес осужденного. Причем, в судопроизводстве по исполнению наказания охранная функция защиты проявляется в большей степени, чем в предшествующих стадиях уголовного процесса.

Кроме того, факт состоявшегося или несостоявшегося нарушения субъективных прав осужденного может быть выявлен лишь в ходе самой правозащитной деятельности, в ходе установления истины по делу, установления определенных обстоятельств.

Помимо этого, сам осужденный может считать свои права нарушенными, а в действительности нарушения может и не быть. То есть объектом защиты в стадии исполнения наказания являются не только реально, но и мнимо нарушенные субъективные права осужденного. Субъекты защитительной деятельности на стадии исполнения наказания проверяют реальность нарушения субъективных прав осужденного для оказания дальнейшей юридической помощи осужденному. И лишь когда нарушения обнаруживаются, тогда субъекты защитительной деятельности в пределах своей компетенции принимают меры, то есть другие защитительные действия для ликвидации этих нарушений[602].

В основе приведенного выше подхода относительно того, что в защите не нуждаются ненарушенные субъективные права личности, лежит ее понимание лишь как восстановительной деятельности. Такое узкое толкование сущности защиты, корни которого лежат в недостаточно внимательном отношении к состязательной сущности уголовного процесса, создает представление о нецелесообразности расширения ее возможностей в стадии исполнения наказания. В этом случае закон не предоставляет осужденному тех средств и способов защиты, которые он имел в предшествующих стадиях процесса, будучи в ином процессуальном качестве.

Подобное положение и прежде всего отсутствие в законе самого необходимого перечня возможностей для защиты ненарушенных субъективных прав осужденного (необязательное участие осужденного в судебном заседании, допуск защитника), создает предпосылки для нарушений этих субъективных прав. В последующем невозможна действенная защита по восстановлению нарушенных прав опять же в силу отсутствия у осужденного самых необходимых средств и способов защиты, которых он был лишен, оказавшись в процессуальном качестве осужденного в стадии исполнения наказания.

Ограничительное толкование сущности защиты как исключительно восстановительной деятельности связано также с имеющим место в уголовно-процессуальной литературе несколько неверным суждением о различии охраны и защиты прав граждан. Так, по мнению В.Д. Адаменко, защиту следует рассматривать как составной компонент охраны. При этом, «суть охраны в узком смысле слова состоит в создании условий по реализации субъективных прав, предотвращении возможных нарушений этих прав, что является обязанностью ведущих процесс органов, а суть защиты состоит в ликвидации уже существующего нарушения субъективного права»[603]. Вряд ли с этим можно согласиться. Восстановительная функция защиты в стадии исполнения наказания - не самая главная. Г ораздо более важным и значимым является принятие мер по предупреждению возможных нарушений независимо от характера и вида источника таких нарушений, то есть охранная функция защиты.

Кроме того, восстанавливая субъективные права осужденного, субъекты этой деятельности в то же время осуществляют и охранную функцию в смысле предотвращения возможных нарушений прав. В этой связи практически невозможно отделить друг от друга действия субъектов защиты, имеющие одновременно и восстановительные и охранные черты. Поэтому, соглашаясь в основном с необходимостью выделения понятия охраны, на наш взгляд, не стоит выводить его из сферы правозащитной деятельности. Необходимо представлять охрану как один из аспектов, присущих этой деятельности.

Таким образом, объектом защиты в судопроизводстве по исполнению наказания являются не только реально нарушенные субъективные права осужденного, и не только мнимо нарушенные. В объект защиты в судопроизводстве по исполнению наказания, на наш взгляд, следует включать все субъективные права осужденного, в том числе и ненарушенные, для устранения предпосылок возможного их нарушения.

Нарушение субъективных прав осужденного в судопроизводстве по исполнению приговора и воспрепятствование осуществлению его законных интересов не позволяет успешно решить задачи судопроизводства. Поэтому государство наделяет ведущие процесс органы процессуальной обязанностью обеспечить лицам, вовлекаемых в сферу уголовного судопроизводства, в том числе и осужденному в стадии исполнения приговора, возможность осуществлять защиту своих субъективных прав и законных интересов. Эти субъективные права и законные интересы осужденного и составляют предмет права осужденного на защиту. То есть, право на защиту в стадии исполнения наказания распространяется не на весь объект защиты осужденного, а лишь на ту его часть, которая не противоречит общественным интересам и способствует всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств дела в судопроизводстве по исполнению наказания.

Включение в предмет права осужденного на защиту субъективных прав и законных интересов осужденного обуславливается не только обязанностью суда, осуществляющего производство по исполнению наказания, но и всей правовой средой реализации института защиты в судопроизводстве по исполнению приговора, обуславливающей и обеспечивающей эту правозащитную деятельность.

В целом же, процессуальную защиту осужденного предлагается определить как совокупность процессуальных действий осужденного и его защитника, направленных на достижение желаемого для осужденного результата, отстаивание как нарушенных, так и могущих быть нарушенными прав и законных интересов.

<< | >>
Источник: БЕЛИК ВАЛЕРИЙ НИКОЛАЕВИЧ. ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ ОСУЖДЕННЫХ К ЛИШЕНИЮ СВОБОДЫ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Рязань 2008. 2008

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 1. Общая характеристика правовой защиты осужденных на стадии исполнения наказания:

  1. Общая характеристика свойств приговора суда
  2. Психолого-педагогические задачи организации индивидуаль­ного и общего предупреждения преступности в свете концеп­ции криминогенной сущности личности преступника
  3. § 1. Особенности правового статуса осужденных к лишению свободы
  4. § 2. Правовая защита как составная часть правового статуса осужденных к лишению свободы
  5. § 3. Судебная практика в сфере правовой защиты осужденных
  6. § 1. Судебный контроль на стадии исполнения наказания как средство правовой защиты осужденных
  7. § 2. Прокурорский надзор на стадии исполнения наказания как средство правовой защиты осужденных
  8. § 1. Общая характеристика обращений осужденных
  9. § 1. Общая характеристика правовой защиты осужденных на стадии исполнения наказания
  10. § 2. Организационные проблемы обеспечения деятельности адвоката (защитника) на стадии исполнения наказания
  11. § 3. Особенности оказания юридической помощи осужденным на стадии исполнения наказания
  12. § 2. Исполнение мер уголовно-процессуального принуждения, применяемых решением суда
  13. § 1. Понятие и общая характеристика гарантий избирательных прав граждан в Российской Федерации
  14. § 1. Определениепонятия «уголовное право» («Strafrecht») в немецкой уголовно-правовой науке («Strafrechtsn'issenschaft»)
  15. 1.1.Деятельное раскаяние как разновидность посткриминального поведения и его уголовно-правовые последствия
  16. Военные наказания и наказания за военные преступления
  17. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ источников И НАУЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -