<<
>>

§ 2. Конституционно-правовые гарантии и нормы уголовно-исполнительного законодательства в области правовой защиты осужденных

Юридический термин «право на защиту» в источниках права встречается в довольно различных словосочетаниях, обуславливающих разное значение данного понятия. Так, например, наиболее часто встречается: «право на судебную защиту», «право на защиту обвиняемых и подозреваемых», «право на защиту в уголовном процессе», «право на защиту гражданских прав»; а также реже: «право на защиту интересов», «право на защиту жизни, здоровья и личного имущества» и так далее.

Действующая Конституция РФ рассматривает данное понятие в нескольких смысловых значениях. В соответствии с ч. 1 ст. 45 Конституции РФ гарантируется государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации. Часть 2 указанной статьи гласит, что каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Как следует из этой нормы, личность имеет право на защиту своих прав от незаконных решений и действий (или бездействия) как государственных органов, органов местного самоуправления и должностных лиц этих органов, так и от незаконных действий других физических и юридических лиц. При этом ст. 53 прямо говорит о том, что «каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц».

Учитывая вышеизложенное, можно сделать вывод, что понятие «право на защиту» включает в себя группу конституционных прав, обладающих защитной функцией, призванных обеспечить охрану действительных (реальных) прав, обеспечивающих достойную жизнь личности.

Если рассматривалось действие «права на защиту» в отношении осужденных к лишению свободы, то можно отметить, что оно имеет свои особенности, обусловленные в первую очередь тем, что данная категория лиц обладает специальным правовым статусом. А именно, в этой части действуют определенные изъятия и ограничения, установленные российским законодательством.

Если правовая защита практически никак не ограничена в отношении осужденных к наказанию, не связанному с изоляцией от общества, то в отношении осужденных к лишению свободы, она ограничена самим фактом лишения свободы.

В этой связи, если следовать положениям УИК РФ, то обращает на себя внимание то, что лишь отдельные конституционные нормы в области прав и свобод личности нашли свое отражение в российском уголовноисполнительном законодательстве[151]. Рассмотрим этот вопрос более подробно.

Государственная защита прав и свобод личности закреплена в ч. 1 ст. 45 Конституции РФ, она предполагает обеспечение защиты прав и свобод в административном и судебном порядке, а также обращение к уполномоченному по правам человека и в международные органы по защите прав и свобод личности. В уголовно-исполнительном законодательстве данное право прямо не закреплено. Хотя косвенно ему и корреспондируют другие права, предоставленные осужденным в целях защиты их основных прав и свобод.

Так, в рамках государственной защиты важнейшим правом осужденного к лишению свободы является право на личную безопасность. Существенная гуманизация деятельности уголовно-исполнительной системы в постсоветские годы повлекла за собой значительные изменения законодательства, регулирующего порядок отбытия наказания и правовое положение осужденных. В этой связи, в 1992 г. в действовавший в то время Исправительнотрудовой кодекс впервые была включена норма, закрепляющая право осужденных на личную безопасность. Действующий УИК РФ 1996 г. также предусмотрел данное обстоятельство в качестве одной из важнейших гарантий прав и свобод лиц, содержащихся в исправительных учреждениях (ст. 13). Данные положения были введены в законодательство в качестве необходимой меры, обеспечивающей возможность любого осужденного к лишению свободы получить гарантии личной неприкосновенности. Как абсолютно верно пишет по этому поводу Б.З. Маликов, наделяя лиц данной категории правом на личную безопасность, государство не только защищает их от вероятных посягательств, но и противодействует возможному совершению правонарушений в исправительных учреждениях[152].

Сущность рассматриваемого права состоит в том, что при возникновении какой-либо угрозы жизни и здоровью осужденного к лишению свободы он вправе обратиться к любому должностному лицу учреждения, исполняющего наказание, с просьбой обеспечить его личную безопасность. В данном случае это должностное лицо обязано незамедлительно осуществить меры по устранению угрозы жизни и здоровью обратившегося осужденного. Начальник учреждения должен принять решение о переводе данного лица в безопасное место или иные меры, снимающие угрозу личной безопасности осужденного к лишению свободы. Ранее при возникновении подобных ситуаций осужденные сами разрешали возникающие угрозы - обычно это были или побег из исправительного учреждения, или совершение грубого нарушения, в результате которого в обязательном порядке следовало водворение в штрафной изолятор, а нередко конфликт завершался и совершением преступления[153].

Анализ сущностной стороны рассматриваемого права предопределяет исследование вопроса об основаниях его реализации осужденными к лишению свободы. Исходя из положений УИК РФ и Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, на наш взгляд, к таковым следует отнести, прежде всего, наличие угрозы личной безопасности осужденного, выраженной в возможности применения физического насилия со стороны иных осужденных. Указанное обстоятельство является наиболее распространенным, а зачастую единственным основанием перевода конкретного лица в безопасное место. К наиболее часто встречающимся поводам возникновения подобного рода ситуаций можно отнести, например, деятельность осужденного, направленную на сотрудничество с администрацией исправительного учреждения; личные неприязненные отношения между отдельными лицами или их группами; совершение осужденным поступков, противоречащих принятым в пенитенциарной среде «традициям» и др.

Вместе с тем, достаточно узкое толкование практическими работниками исправительных учреждений юридической нормы, закрепляющей порядок реализации осужденными к лишению свободы рассматриваемого права, сводящегося зачастую лишь к устранению угрозы физической расправы, на наш взгляд, является неправомерным.

Мы считаем, что к основаниям перевода лица в безопасное место также необходимо отнести психическое насилие, выраженное в систематическом совершении действий по отношению к осужденному, которые унижают его честь и достоинство. Достаточно высокий уровень распространенности таких явлений в исправительных учреждениях диктует необходимость адекватного реагирования со стороны их администрации с незамедлительным помещением осужденного в безопасное место. Непринятие должных мер компетентными лицами в указанной ситуации может привести не только к причинению вреда данному лицу, но и в целом дестабилизировать нормальную жизнедеятельность исправительного учреждения[154].

Исходя из анализа положений уголовно-исполнительного законодательства, закрепляющего осужденных к лишению свободы на личную безопасность, можно прийти к выводу, что его реализация может осуществляться в двух формах 1) по заявлению самого лица и 2) по инициативе начальника исправительного учреждения. В первом случае сам осужденный, определив наличие обстоятельств, которые угрожают его жизни и здоровью, обращается с устным либо письменным заявлением к любому должностному лицу, которое обязано принять меры по обеспечению личной безопасности осужденного. Во втором - начальник исправительного учреждения, установив конкретные факты, свидетельствующие о наличии подобного рода ситуации, принимает решение о переводе осужденного к лишению свободы в безопасное место.

Вместе с тем, при более глубоком анализе норм УИК РФ и Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений достаточно остро встает проблема того, является ли принятие решения о переводе осужденного в безопасное место начальником исправительного учреждения обязанностью или правом последнего. К сожалению, вышеозначенные нормативные документы не дают нам ясного ответа на данный вопрос. По нашему мнению, в связи с указанными обстоятельствами, законодатель должен достаточно четко определить, следует ли предоставить начальникам исправительных учреждений возможность самостоятельно, объективно оценив совокупность имеющихся фактических данных, принимать решение о переводе осужденного в безопасное место, либо закрепить в действующих правовых актах обязанность удовлетворить данную просьбу лица. Несмотря на противоречивость данной ситуации, сводящейся к наличию многочисленных доводов, которые могут быть приведены в пользу того или иного решения, проблема, на наш взгляд, должна найти свое правовое разрешение.

Помимо возможности перевода осужденного в безопасное место в качестве альтернативы ст. 13 УИК РФ также называет «иные меры», устраняющие угрозу его личной безопасности. Формулируя данную норму, законодатель, на наш взгляд, умышленно ушел от перечисления возможных действий администрации, которые бы устраняли опасность жизни и здоровью осужденного к лишению свободы, т.к. их перечень не может являться исчерпывающим. К наиболее часто встречающимся случаям в такой ситуации следует отнести проведение бесед с лицами, со стороны которых исходит угроза личной безопасности осужденного, усиление контроля за их поведением, перевод самого осужденного либо данных лиц в разные отряды и др.[155]

Исходя из анализируемых положений уголовно-исполнительного законодательства, можно прийти к выводу, что они предусматривают три вида последствий перевода осужденного к лишению свободы в безопасное место:

1) обратный перевод в случае отпадения угрозы личной безопасности лица;

2) перевод осужденного в другое исправительное учреждение; 3) перевод лиц, угрожающих личной безопасности осужденного, в иное исправительное учреждение.

В указанных случаях дальнейшая судьба такой категории осужденных может сложиться по-разному. В случае позитивных изменений в обстоятельствах, послуживших поводом для возникновения угрозы его личной безопасности, он может спокойно продолжать отбывать наказание. Однако зачастую складывается ситуация, когда принятые меры не устранили опасности жизни и здоровью осужденного к лишению свободы, даже если он переведен в иное исправительное учреждение. К сожалению, УИК РФ и Правила внутреннего распорядка не содержат решения данной проблемы. А ведь в нынешних условиях она является весьма актуальной. «Тюремные традиции и ритуалы» предусматривают достаточно жесткое наказание лиц, которые нарушили их те или иные положения, и, осужденный, покидая пределы безопасного места и попадая в обычные условия исправительного учреждения, сильно рискует вновь подвергнуть свои жизнь и здоровье опасности[156].

Подводя итог вышесказанному, под обеспечением права осужденного на личную безопасность следует понимать обусловленную наличием угрозы жизни и здоровью осужденного возможность его перевода в безопасное место или принятие иных мер, устраняющих указанную угрозу, реализация которых связана с заявлением самого лица либо инициативой начальника исправительного учреждения.

Базовым средством обеспечения правовой защиты осужденных является судебная защита, гарантируемая ст. 46 Конституции РФ.

В целом, судебная защита прав и свобод человека и гражданина осуществляется в соответствии с Законом РФ от 27 апреля 1993 г. №4866-1 «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан», Уголовно-процессуальным кодексом РФ от 18 декабря 2001 г. №174- ФЗ, Арбитражным процессуальным кодексом РФ от 24 июля 2002 г. №95-ФЗ, Гражданским процессуальным кодексом РФ от 14 ноября 2002 г. №138-ФЗ.

Кроме вышеуказанных нормативно-правовых документов, реализация права на судебную защиту осужденных дополнительно регулируется также приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. №205 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», приказом Министерства юстиции РФ от 06 октября 2006 г. №311 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка воспитательных колоний уголовно-исполнительной системы» и приказом Министра обороны Российской Федерации от 29 июля 1997 г. №302 «О правилах отбывания уголовных наказаний осужденными военнослужащими».

Право на судебную защиту не отражено в самостоятельной норме УИК РФ. В общем виде оно предусмотрено в праве на обращения осужденных, которое закреплено в п. 4 ст. 12 УИК РФ, где отмечено, что «осужденные имеют право обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами к администрации учреждения или органа, исполняющего наказания, в вышестоящие органы управления учреждениями и органами, исполняющими наказания, суд, органы прокуратуры, органы государственной власти и органы местного самоуправления, общественные наблюдательные комиссии, общественные объединения, а также в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека»[157].

Кроме случаев обжалования приговора, по которым осужденный отбывает наказание, а также обжалования решений и действий органов государственной власти, органов местного самоуправления и других организаций и должностных лиц в суде, суд, на основании ст. 20 УИК РФ, контролирует исполнение наказаний в части решения вопросов, подлежащих рассмотрению судом при исполнении приговора в соответствии с нормами УПК РФ. В первую очередь, это условно-досрочное освобождение от отбывания наказания, замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания, освобождение от наказания в связи с болезнью осужденного, отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим детей в возрасте до четырнадцати лет, а также изменение вида исправительного учреждения и другие вопросы в соответствии со статьями 397 и 398 УПК РФ. Суд также контролирует исполнение наказаний при решении вопросов отсрочки исполнения наказания (ст. 398 УПК РФ), снятия судимости (ст. 86 УК РФ, ст. 400 УПК РФ), возмещения вреда реабилитированному (ст.ст. 135, 136 УПК РФ).

С правом на государственную защиту осужденного непосредственно корреспондирует его на обращение. Оно закреплено в ч. 4 ст. 12 УИК РФ, где отмечено, что «осужденные имеют право обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами к администрации учреждения или органа, исполняющего наказания, в вышестоящие органы управления учреждениями и органами, исполняющими наказания, суд, органы прокуратуры, органы государственной власти и органы местного самоуправления, общественные наблюдательные комиссии, общественные объединения, а также в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека»[158].

Статьей 15 УИК РФ установлен порядок подачи и рассмотрения обращений осужденных. Также отмечено, что обращения осужденных, в том числе в суд, направляются через администрацию учреждений и органов, исполняющих наказания. При этом осужденные к иным видам наказаний направляют обращения самостоятельно. Кроме того, механизм реализации этого права раскрыт в приказах Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 года №205 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», от 06 октября 2006 г. №311 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка воспитательных колоний уголовноисполнительной системы» и в приказе Министра обороны Российской Федерации от 29 июля 1997 г. №302 «О правилах отбывания уголовных наказаний осужденными военнослужащими».

В части же вопросов, прямо не урегулированных уголовноисполнительным законодательством, здесь действует общий Федеральный закон от 02 мая 2006 года №59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»[159], вступивший в действие с 1 ноября 2006 года. Данный федеральный закон является основным законом для рассмотрения обращений, в том числе и обращений осужденных в целях защиты прав и свобод с учетом особенностей установленных уголовно-исполнительным законодательством. В частности, на осужденных к лишению свободы в полной мере распространяются следующие базовые положения данного закона: свобода и добровольность подачи обращения; обязательность принятия и рассмотрения обращения в установленные сроки; возможность повторного обращения по результатам принятых решений; гарантии безопасности заявителя в связи с его обращением.

Представляется, что осужденных на обращение следует рассматривать как форму самозащиты прав для данной категории лиц. Разновидностями этой формы являются предложения, заявления, ходатайство и жалобы осужденных, подробному рассмотрению которых посвящена самостоятельная глава данного исследования.

Статьей 48 Конституцией РФ предусмотрено на пол-учение квалифицированной юридической помощи, которое также закреплено в ч. 8 ст. 12 УИК РФ, где указано, что для получения юридической помощи осужденные могут пользоваться услугами адвокатов, а также иных лиц, имеющих право на оказание такой помощи. Материалы судебной практики относят право на квалифицированную юридическую помощь к важной публичной функции, благодаря которой обеспечиваются как защита прав личности, так и решение задач, стоящих перед правосудием.

Следует отметить, что законодатель регламентирует предоставление свиданий осужденных с адвокатами в одной статье УИК со свиданиями осужденных с родственниками и иными лицами (ст. 89 УИК РФ). Между тем свидания осужденных с родственниками и иными лицами и свидания осужденных с адвокатами отличаются по своему правовому содержанию: свидания с родственниками способствуют сохранению социально полезных связей, требование предоставления этих свиданий является правом осужденных, но их количество напрямую зависит от назначенного осужденному режима, а также от его поведения в исправительном учреждении, тогда как свидания с адвокатом способствуют реализации конституционного права осужденного на оказание квалифицированной юридической помощи и их предоставление должно трактоваться как обязанность ИУ.

В связи с этим нелишне вспомнить, что статья 26 Исправительнотрудового кодекса (ИТК) РСФСР 1970 г., аналогичная нынешней статье 89

УИК РФ, регламентирующей свидания, называлась «Свидания осужденных к лишению свободы с родственниками и иными лицами», а оказание юридической помощи лицам, лишенным свободы, было выделено в отдельную статью. И хотя в статье 27 ИТК РСФСР тоже говорилось о «свиданиях» осужденных с адвокатами, отношения к свиданиям с родственниками она не имела. Нетрудно заметить, что в регулировании свиданий с адвокатами Исправительно-трудовой кодекс РСФСР по сравнению с Уголовно-исполнительным кодексом РФ был более логичным.

В соответствии с ч. 4 ст. 89 УИК РФ «для получения юридической помощи осужденным предоставляются свидания с адвокатами или иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, без ограничения их числа продолжительностью до четырех часов. По заявлению осужденного свидания с адвокатом предоставляются наедине, вне пределов слышимости третьих лиц и без применения технических средств прослушивания».

Представляется, что с формально-юридической точки зрения становление законодателем определенной продолжительности свиданий осужденного с адвокатом в течение суток (не более 4 часов) без ограничения общей их численности и продолжительности может быть расценено как нарушение гарантированного статьей 48 Конституции РФ права заявителя на получение квалифицированной юридической помощи.

Следует также отметить, что в предыдущей редакции пункта 83 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений было установлено, что свидания для получения юридической помощи проводятся в нерабочее для осужденных время и лишь в часы от подъема до отбоя[160]. После вмешательств Верховного Суда РФ (2006 г.) данное ограничение на свидание с адвокатами не распространяется, и они могут проводиться в любое время от подъема до отбоя.

Свидания с адвокатами предоставляются по заявлению осужденных (п. 83 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений), а несовершеннолетним осужденным также по письменному заявлению их родственников либо представителей попечительского совета, родительского комитета (п. 220 Правил внутреннего распорядка воспитательных колоний). Каких-либо дополнительных, носящих ограничительный характер условий предоставления осужденному свиданий с адвокатом, закон не предусматривает, следовательно, для получения права на свидание с адвокатом достаточно простого волеизлияния осужденного. Данный вывод основан на позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда РФ от 1 апреля 2004 г. №°77-О[161].

Помимо права на свидание, праву на юридическую помощь корреспондируют и такие права как право на переписку, право на телефонные переговоры и другие права, предоставляемые осужденным в целях получения юридической помощи.

В соответствии со ст. 91 УИК РФ переписка осужденных не ограничивается ни по числу отправлений, ни по числу получаемой корреспонденции. Отправление и получение корреспонденции (писем и телеграмм), осуществляется за счет средств осужденных.

Порядок переписки осужденных регламентирован главой 12 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений. В ст. 49 «Правил» указанно, что в каждом изолированном участке колонии вывешиваются почтовые ящики, кроме тюрем, единых помещений камерного типа, помещений камерного типа колоний, в которых письма для отправления передаются представителям администрации. В ст. 50 Правил, также указанно, что письма опускаются и передаются представителю администрации в незапечатанном виде, за исключением адресованных в органы, осуществляющие контроль за деятельностью исправительных учреждений. Частью 2 ст. 91 УИК РФ установлено, что переписка осужденного к лишению свободы подвергается цензуре. Однако, как уже было отмечено выше, переписка осужденного с защитником или иным лицом, оказывающим юридическую помощь на законных основаниях, цензуре не подлежит, за исключением случаев, когда администрация исправительного учреждения располагает достоверными данными о том, что содержащиеся в переписке сведения направлены на инициирование, планирование или организацию преступления либо вовлечение в его совершение других лиц. В этих случаях цензура почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений осуществляется по мотивированному постановлению руководителя исправительного учреждения или его заместителя. Переписка осужденного с судом, прокуратурой, вышестоящим органом уголовноисполнительной системы, а также с Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации, уполномоченным по правам человека в субъекте Российской Федерации, общественной наблюдательной комиссией, созданной в соответствии с законодательством Российской Федерации, Европейским Судом по правам человека по этим основаниям не подлежит.

Статьей 92 УИК РФ осужденным к лишению свободы предоставляется право на телефонные разговоры. Как указано в данной статье, при отсутствии технических возможностей администраций исправительного учреждения количество телефонных разговоров может быть ограничено до шести в год. Продолжительность одного разговора не должна превышать 15 минут.

Кроме того, на основании ч. 2 указанной статьи осужденному по его просьбе может быть дополнительно разрешен телефонный разговор по прибытии в исправительное учреждение, а также при наличии исключительных личных обстоятельств.

Запрет распространяется на телефонные разговоры между осужденными, содержащимися в исправительных учреждениях, а также находящимися на строгих условиях отбывания наказания, а также в штрафных изоляторах, дисциплинарных изоляторах, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа и одиночных камерах. В данном случае телефонный разговор может быть предоставлен только при исключительных личных обстоятельствах, к которым, видимо, можно отнести и звонок адвокату (части 3 и 4 ст. 92 УИК РФ), что однако почти не встречается в правоприменительной практике.

По телефону осужденный может получить срочные юридические консультации от адвоката, а также договориться о свидании для получения юридической помощи.

В соответствии с ч. 1 УИК РФ стоимость телефонного разговора оплачивает сам осужденный за счет собственных средств или средств родственников или иных лиц.

На основании ч. 5 УИК РФ за содержанием разговора может осуществляться контроль со стороны персонала исправительного, т.е. телефонные разговоры с адвокатами не выделяются с точки зрения их конфиденциальности, как в случае свиданий и переписки для получения юридической помощи.

Помимо этого анализ норм уголовно-исполнительного права позволяет выделить и другие права осужденных, гарантирующих их право на защиту.

Так в соответствии с ч. 1 ст. 12 УИК РФ осужденным предоставлено на получение информации о своих правах и обязанностях, о порядке и об условиях отбывания назначенного судом вида наказания. Данное право является достаточно важным для обеспечения права на защиту, т.к. оно создает определенный правовой регламент, формирует у осужденного представление о его правовом статусе и развивает правосознание.

Право осужденных - иностранных граждан поддерживать связь с дипломатическими представительствами и консульскими учреждениями своих государств предоставлено ч. 9 ст. 12 УИК РФ. Данное право создает дополнительные возможности для вышеуказанной категории осужденных получать поддержку со стороны соответствующих дипломатических представительств или консульских учреждений, в том числе и юридическую помощь.

В какой-то мере к правам, косвенно способствующим получению осужденным юридической помощи, можно отнести: право на получение посылок, передач и бандеролей (ст. 90); право на получение и отправление денежных переводов (ст. 91); право на просмотр осужденными к лишению свободы кинофильмов и телепередач, прослушивание радиопередач (ст. 94); право на приобретение и хранение осужденными к лишению свободы литературы и письменных принадлежностей (ст. 95); обязательное получение осужденными к лишению свободы, не достигшими возраста 30 лет, общего образования (ст. 112); право несовершеннолетних на свидания вне пределов воспитательной колонии (ст. 133).

Данные права дают осужденным возможность получать информацию о своих правах и свободах, развивать правосознание и совершенствовать свои знания, в том числе и в сфере юриспруденции.

Отдельно представляется необходимым сказать о таком важнейшем праве осужденного как право на компенсацию вреда причиненного незаконным действием органов государственной власти и их должностных лиц. В общем виде это сформулировано в ст. 53 Конституции РФ и в дальнейшем, применительно к осужденным, конкретизируется нормами главы 18 УПК РФ и ст. 12 УИК РФ.

Представляется, что на компенсацию вреда осужденным следует рассматривать в двух аспектах: 1) общем, гражданско-правовом, когда вред не связан с незаконным привлечением лица к уголовной ответственности и 2) реабилитационным, когда имело место незаконное привлечение к уголовной ответственности. В первом случаи следует исходить из общих положений главы 59 ГК РФ. Второй случай является более сложным и требует более детального своего рассмотрения.

Под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК РФ). Возмещение лицу имущественного вреда, причиненного в ходе уголовного судопроизводства, устранение последствий морального вреда и восстановление его в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах осуществляются по основаниям и в порядке, предусмотренным статьями 133-139, 397, 399 УПК РФ, нормами других федеральных законов и иных нормативных правовых актов, регламентирующих указанные вопросы. В частности, положения норм Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 года «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей», утвержденного Законом СССР от 24 июня 1981 года, Положения о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, утвержденного Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 года, Инструкции по применению данного Положения, утвержденной Министерством юстиции СССР, Прокуратурой СССР, Министерством финансов СССР 2 марта 1982 года и согласованной с Верховным Судом СССР, Министерством внутренних дел СССР, Комитетом государственной безопасности СССР, могут учитываться судами при разрешении вопросов о реабилитации в части, не противоречащей федеральным законам Российской Федерации.

С учетом положений ч. 2 ст. 133 и ч. 2 ст. 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам. На досудебных стадиях к таким лицам относятся подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Применительно к судебным стадиям уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию, соответственно относятся: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения и (или) по иным реабилитирующим основаниям; осужденный - в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

Исходя из положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц и п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным ч. 2 ст. 133 УПК РФ, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (например, при прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ, при обвинении в убийстве и краже).

К лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, не относятся подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со ст. 105 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого. Если указанным лицам при этом был причинен вред, вопросы, связанные с его возмещением, в случаях, предусмотренных частью 3 статьи 133 УПК РФ, разрешаются в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ. Следует также иметь в

виду, что согласно ч. 4 ст. 133 УПК РФ правила указанной статьи не распространяются на лиц, в отношении которых меры процессуального принуждения или обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии. Однако, если уголовное дело было возбуждено, несмотря на наличие указанных выше обстоятельств, либо вред причинен вследствие продолжения уголовного преследования после возникновения или установления таких обстоятельств, за исключением случаев продолжения уголовного преследования в связи с возражением лица против его прекращения по данным основаниям, лицо имеет право на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ. Если суд в ходе судебного разбирательства придет к выводу о наличии оснований для оправдания лица, возражавшего против прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию, то это лицо подлежит реабилитации.

В соответствии с положениями статей 135 и 138 УПК РФ требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в уголовно-процессуальном порядке. При этом суд, рассматривающий требования реабилитированного о возмещении вреда или восстановлении его в правах в порядке главы 18 УПК РФ, вправе удовлетворить их или отказать в их удовлетворении полностью либо частично в зависимости от доказанности указанных требований представленными сторонами и собранными судом доказательствами. В части требований, оставленных без рассмотрения в порядке, установленном ст. 399 УПК РФ, реабилитированный вправе обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Исковое заявление о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования (в части требований, оставленных без рассмотрения в порядке уголовного судопроизводства), в соответствии с ч. 6 ст. 29 ГПК РФ может быть подано реабилитированным по его выбору в суд по месту своего жительства или в суд по месту нахождения ответчика. При этом реабилитированный освобождается от уплаты государственной пошлины в соответствии со ст. 333 Налогового кодекса Российской Федерации.

При разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений п. 1 ст. 1070 ГК РФ, а также ч. 1 ст. 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц.

В соответствии с положениями статей 135 и 138 УПК РФ требования реабилитированного о возмещении имущественного и морального вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), о восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются в порядке, установленном для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора, судом, постановившим приговор, вынесшим постановление, определение о прекращении уголовного дела или уголовного преследования, либо судом по месту жительства реабилитированного, либо судом по месту нахождения органа, вынесшего постановление о прекращении уголовного дела или уголовного преследования, об отмене либо изменении незаконных или необоснованных решений. Если уголовное дело прекращено или приговор изменен вышестоящим судом, то с требованием о возмещении вреда реабилитированный вправе обратиться в суд, постановивший приговор, либо с учетом положений ч. 2 ст. 396 УПК РФ в суд по месту своего жительства.

С учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований ст. 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

Согласно ст. 135 УПК РФ возмещение лицу имущественного вреда при реабилитации включает в себя возмещение заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых лицо лишилось в результате уголовного преследования; возврат имущества или возмещение ущерба, причиненного конфискацией или обращением имущества в доход государства на основании приговора или решения суда; возмещение штрафов и процессуальных издержек, взысканных с него во исполнение приговора суда; возмещение сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи защитникам, и иных расходов, понесенных реабилитированным вследствие незаконного или необоснованного уголовного преследования, подтвержденных документально либо иными доказательствами.

Возмещение морального вреда, согласно ст. 136 УПК РФ, помимо компенсации в денежном выражении, предусматривает принесение прокурором реабилитированному официального извинения от имени государства за причиненный ему вред; помещение в средствах массовой информации сообщения о реабилитации, если сведения о применении мер уголовного преследования в отношении реабилитированного были распространены в средствах массовой информации; направление письменных сообщений о принятых решениях, оправдывающих гражданина, по месту его работы, учебы или по месту жительства.

В целом, подводя итоги данному параграфу необходимо отметить, что формальный анализ норм конституционного и уголовно-исполнительного права РФ не позволяет выдвинуть каких-либо существенных упреков по поводу его содержательной стороны. Более проблемным является вопрос, связанный с системностью изложения имеющегося правового материала. К сожалению, действующие российское законодательство не дает легального определения правовой защиты и не содержит сколь-либо приемлемой классификации этого вида деятельности.

В отношении осужденных к лишению свободы главной проблемой в осуществлении их правовой защиты (в широком значении этого понятия) является их изоляция от общества. Безусловно, изоляция эта не является полной. Осужденные имеют право на свидания, телефонные переговоры, право на переписку. Режим исполнения наказания в виде лишения свободы, конечно же, не предполагает разрушение социальных связей осужденного с внешним миром. Однако, предоставляя все эти права, направленные, на поддержание связей осужденного с внешним миром, законодатель смешивает с ними право заключенного на получение юридической помощи. Между тем природа этих прав принципиально различная. Право осужденного на поддержание связей с внешним миром может быть ограничено режимом исполнения наказания, тогда как право на защиту не подлежит такому ограничению. Иными словами, право осужденного на свидание с родственниками и право осужденного на свидание с целью получения юридической помощи, схожи лишь внешне и должны иметь различный режим своей реализации. Аналогичным образом обстоит дело и с правом на переписку и с правом на телефонные переговоры, которые в зависимости от цели так же должны иметь различный режим своего воплощения. Представляется, что структура действующего УИК РФ должна учитывать это различие. В этой связи представляется необходимым строго дифференцировать в структуре УИК РФ права осужденного на поддержание связей с внешним миром и права на получение юридической помощи. Примерно так, как это сделано в Европейских пенитенциарных правилах Rec2(2006) строго различающих понятия правовой помощи (п. 23) и контактов с внешним миром (п. 24). Исходя из этого, в четвертом разделе УИК РФ представляется целесообразным предусмотреть самостоятельную главу - «Обеспечение правовой защиты осужденных к лишению свободы». Кроме того, с целью обеспечения логичности построения

УИК РФ считаем целесообразным включение в его общую часть (глава 2) отдельной статьи «Защита прав осужденного» в которой необходимо перечислить все средства защиты в соответствии с определенными классифицирующими критериями. С этой же целью право осужденного на защиту должно быть отнесено к числу его основных прав и прямо сформулировано в ст. 12 УИК РФ. Для этого в ч. 1 указанной статьи к праву «на получение информации о своих правах и обязанностях» представляется необходимым добавить фразу: «а также о способах их защиты».

<< | >>
Источник: БЕЛИК ВАЛЕРИЙ НИКОЛАЕВИЧ. ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ ОСУЖДЕННЫХ К ЛИШЕНИЮ СВОБОДЫ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Рязань 2008. 2008

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 2. Конституционно-правовые гарантии и нормы уголовно-исполнительного законодательства в области правовой защиты осужденных:

  1. §3. Соотношение российского законодательства в области защиты прав человека с основными международными стандартами..
  2. § 1. Особенности правового статуса осужденных к лишению свободы
  3. § 2. Правовая защита как составная часть правового статуса осужденных к лишению свободы
  4. § 3. Соотношение материальных и процессуальных норм права в обеспечении правовой защиты осужденных к лишению свободы
  5. § 1. Международно-правовые основы правового положения лиц осужденных к лишению свободы
  6. § 2. Конституционно-правовые гарантии и нормы уголовно-исполнительного законодательства в области правовой защиты осужденных
  7. § 3. Судебная практика в сфере правовой защиты осужденных
  8. § 1. Судебный контроль на стадии исполнения наказания как средство правовой защиты осужденных
  9. § 4. Деятельность Уполномоченного по правам человека в сфере обеспечения правовой защиты осужденных
  10. § 5. Общественный контроль в сфере обеспечения правовой защиты осужденных
  11. § 1. Общая характеристика обращений осужденных
  12. § 3. Особенности оказания юридической помощи осужденным на стадии исполнения наказания
  13. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  14. § 1. Категория «общественный контроль» в науке информационного права и информационном законодательстве
  15. § 1. Определениепонятия «уголовное право» («Strafrecht») в немецкой уголовно-правовой науке («Strafrechtsn'issenschaft»)
  16. § 3. Виды субъектов гражданского общества, осуществляющих контроль за государственным аппаратом, особенности их правового статуса
  17. § 2 Федеральные подзаконные правовые акты
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -