<<
>>

Военные наказания и наказания за военные преступления

Преступления, совершаемые военнослужащими, составляют отдельную категорию преступлений, крайне опасную для государства и служащую одним из наиболее ярких показателей, по которым общество может оценить состояние

социальной безопасности [271] . Это обусловлено тем, что к военнослужащим предъявляются исключительные требования, поскольку благодаря своему специальному статусу они пользуются особым доверием у граждан, выполняя обязанность по защите своей страны от внешних угроз[272], являющуюся к тому же, как отмечается в законодательстве и доктрине Республики Корея, их священным долгом[273].

Поэтому совершение преступлений военнослужащими представляется почти столь же вопиющим, сколь и совершение преступлений сотрудниками правоохранительных органов, ведь очевидно, что граждане ожидают как от военнослужащих, так и от правоохранителей помощи и защиты, но никак не преступных действий.

Необходимо отличать термины «военные наказания» и «наказания за военные преступления», поскольку не всякое военное преступление, т.е. преступление против военной службы (если использовать принятую в российском уголовном праве терминологию), влечёт за собой военное наказание, а равно и военное наказание может быть назначено военнослужащему не только в связи с совершением им военного преступления. При этом интересно, что такая необходимость возникает только в российском уголовном праве, тогда как в Республике Корея разницы между этими терминами фактически нет, поскольку нет и деления на военные и гражданские наказания - все отличия обнаруживаются в особенностях регламентации исполнения наказаний в отношении гражданских лиц и военнослужащих, о чём подробнее будет сказано ниже.

УК РФ содержит Раздел XI «Преступления против военной службы», в первой статье которого законодатель определил круг субъектов, подлежащих уголовной ответственности за совершение соответствующих преступлений - это военнослужащие, проходящие военную службу по призыву или по

контракту, а равно и граждане, пребывающие в запасе, во время прохождения ими военных сборов (ч. 1 ст. 331 УК РФ). Фактически, в этой статье определено понятие военнослужащего применительно к уголовному праву.

В УК РК подобной структурной части нет, что может создать впечатление о его пробельности в части установления ответственности за преступления против военной службы[274]. Однако следует учитывать состав южнокорейского уголовного законодательства, одним из элементов которого является уже упоминавшийся выше Военный уголовный закон Республики Корея, содержащий ряд теоретических положений в Общей части (ст.ст. 1-4) и обширный перечень преступлений (ст.ст. 5-94; с незначительными изъятиями за счёт утративших силу положений и многочисленными вновь введёнными статьями) в Особенной части.

Следует отметить, что уголовно-правовое понятие военнослужащего в Республике Корея шире, чем в Российской Федерации. К числу лиц, подлежащих уголовной ответственности по ВУЗ РК, южнокорейский законодатель отнёс не только лиц, проходящих военную службу в той или иной форме (как и в России, основу комплектации вооружённых сил Республики Корея составляет всеобщая воинская повинность[275]), но и иных лиц, как то гражданские служащие, нанятые вооружёнными силами, курсанты, резервисты и ополченцы (п.п. 1-3 ч. 3 ст. 1 ВУЗ РК). Кроме того, в качестве лиц, подлежащих уголовной ответственности по данному закону (т.е.

лиц, также приравненных к военнослужащим), законодатель указал любых граждан Республики Корея и иных государств, которые совершают, либо покушаются на совершение отдельных преступлений, предусмотренных ВУЗ РК (п.п. 1-13 ч. 4 ст. 1). Это, например, квалифицированный шпионаж (ч.ч. 2-3 ст. 13 ВУЗ РК), а именно предоставление врагу информации, представляющей военную тайну, и акт шпионажа, сопряжённый с проникновением на территорию воинской

части или военной базы, на территорию, где проходят манёвры или учения воинских подразделений, либо на объекты военно-промышленного комплекса.

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что ВУЗ РК отчасти дублирует отдельные статьи УК РК, устанавливая уголовную ответственность не только за обычные преступления против военной службы, но и за некоторые специальные разновидности общеуголовных преступлений, совершаемые военнослужащими и приравненными к ним лицами (а равно и в отношении этих лиц). В частности, наравне с такими преступлениями, как, например, сдача врагу (ст. 22 ВУЗ РК) и дезертирство (ст. 30 ВУЗ РК), южнокорейский законодатель закрепил в ВУЗ РК ответственность за изнасилование и ряд других преступлений, причём санкции этих статей отличаются от их аналогов из УК РК большей строгостью. Если общегражданский уголовный закон устанавливает за совершение изнасилования наказание в виде каторжных работ не менее чем на три года (ст. 297 УК РК), то изнасилование, совершённое в отношении военнослужащего или приравненного к нему лица, карается наказанием в виде каторжных работ на срок не менее пяти лет (ст. 92 ВУЗ РК), а изнасилование, совершённое военнослужащим в зоне боевых действий, карается смертной казнью, предусмотренной в соответственной санкции безальтернативно (ст. 84 ВУЗ РК). Схожим образом южнокорейский законодатель установил ответственность за специальные виды убийства, а именно - убийство старшего по званию и убийство караульного (ст.ст. 53 и 59 ВУЗ РК, соответственно). За совершение этих преступлений предусмотрены наказания в виде смертной казни или пожизненных каторжных работ, тогда как общегражданское убийство помимо указанных наказаний может повлечь каторжные работы на срок не менее пяти или семи лет (простое или старшего родственника, соответственно; ч.ч. 1, 2 ст. 250 УК РК).

В Российской Федерации закон не предусматривает дифференциации ответственности для военнослужащих и остальных граждан на основании различия в их статусе. Поэтому военнослужащие, совершившие преступления, не входящие в число преступлений против военной службы, несут

ответственность по соответствующим статьям Особенной части УК РФ без какого-либо повышения строгости наказания вследствие принятия во внимание их специального статуса[276], который имеет значение только в определённых случаях при избрании им вида наказания.

К военнослужащим в Российской Федерации могут быть применены как специальные военные, так и общие (общегражданские) наказания, которые на равных основаниях входят в систему наказаний УК РФ. В порядке повышения строгости это: штраф, лишение права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью (как дополнительное наказание), ограничение по военной службе, арест, содержание в дисциплинарной воинской части и лишение свободы на определённый срок. Иные наказания не могут быть применены к военнослужащему без утраты им специального статуса (т.е. оставления военной службы).

Специальными военными наказаниями по УК РФ, являются ограничение по военной службе (п.

«е» ч. 1 ст. 44 УК РФ) и содержание в дисциплинарной воинской части (п. «к» ч. 1 ст. 44 УК РФ), которые в силу своей достаточно узкой области применения не влияют на систему общих наказаний[277], т.е. как бы выпадают из системы наказаний, нарушая её целостность. Можно предположить, что хотя перечень наказаний в ст. 44 УК РФ является общим и в большинстве случаев используется для выбора вида наказания гражданам, не проходящими военную службу, нахождение в нём специальных военных видов наказаний служит для удобства осуждения военнослужащих. В 2016 году к наказаниям в виде ограничения по военной службе и содержания в дисциплинарной воинской части были осуждены всего 398 лиц (278 и 120 лиц, соответственно) из 740380 осуждённых ко всем видам наказания[278]. В связи со

столь незначительным масштабом применения специальных военных наказаний, уместно усомниться в целесообразности их сохранения в общем перечне - по крайней мере, как самостоятельных видов наказаний.

Ограничение по военной службе применяется только в качестве основного вида наказания и может быть назначено военнослужащим, проходящим военную службу по контракту. Ограничение по военной службе назначается на срок от трёх месяцев до двух лет как за совершение преступлений против военной службы, так и вместо исправительных работ при осуждении по статьям УК РФ, не входящим в Раздел XI (ч. 1 ст. 51 УК РФ).

Карательное содержание наказания в виде ограничения по военной службе складывается из двух элементов, первый из которых связан с уменьшением денежного довольствия военнослужащего, а второй - с введением для него существенных ограничений в несении военной службы.

Уменьшение денежного довольствия военнослужащего происходит за счёт удержания в доход государства части этого довольствия, не превышающей 20 % (ч. 2 ст. 51 УК РФ). При расчёте размера удержания учитываются должностной оклад, оклад по воинскому званию, ежемесячные и иные надбавки, а также все прочие дополнительные выплаты (ст. 144 УИК РФ). Процент удержания из денежного довольствия наравне со сроком наказания является основным содержательным элементом ограничения по военной службе и указывается судом при вынесении приговора (например, «назначить ему наказание в виде ограничения по военной службе на срок 7 (семь) месяцев, с удержанием из его денежного довольствия в доход государства 10 (десять) процентов»[279] или «назначить ему наказание в виде ограничения по военной службе сроком на 6 (шесть) месяцев с удержанием ежемесячно 10 % денежного довольствия в доход государства»[280]).

Ограничения в несении военной службы военнослужащим выражаются в

том, что в течение срока наказания он не может быть повышен в воинском звании и в должности (ч. 2 ст. 51 УК РФ, ч. 1 ст. 145 УИК РФ). Если из сущности совершённого преступления или иных обстоятельств военнослужащий более не может оставаться на руководящей должности, занимаемой им до осуждения, по решению вышестоящего командира воинской части он перемещается на другую должность, в том числе, с переводом в другую часть или местность (ч. 2 ст. 145 УИК РФ). Кроме того, срок ограничения по военной службы не засчитывается в срок выслуги лет и не учитывается при присвоении очередного воинского звания (ч. 2 ст. 51 УК РФ).

Следует обратить внимание на важное различие между регламентацией данного наказания в УК РФ и УИК РФ. Уголовный закон устанавливает три содержательных элемента ограничения по военной службе - удержание части денежного довольствия военнослужащего, невозможность повышения в звании или должности, а также исключение срока наказания из срока выслуги лет. Уголовно-исполнительный закон добавляет четвёртый элемент, отсутствующий в УК РФ, а именно смещение осуждённого военнослужащего с должности, связанной с руководством подчинёнными, на другую должность как в пределах своей воинской части, так и с переводом в другую часть или местность, если оставление его в прежней должности кажется неприемлемым. Решение о смещении осуждённого с должности принимает командир воинской части, о чём извещает вынесший приговор суд, и здесь возникает определённое противоречие, поскольку командир воинской части фактически берёт на себя полномочия суда и по своему усмотрению может наложить на лицо правоограничение, по значению сопоставимое с налагаемыми судом[281].

Интересно, что хотя рассматриваемый вид наказания назван законодателем «Ограничение по военной службе», в УК РФ на первый план в карательном содержании этого наказания выводятся удержания из денежного довольствия, в то время как сами ограничения по военной службе

(недопущение повышения в воинском звании и занимаемой должности) преподносятся как вторичные (ч. 2 ст. 51 УК РФ). В УИК РФ подобного противоречия не наблюдается и порядок исполнения наказания в виде ограничения по военной службе раскрывается, начиная с собственно служебных ограничений (ч. 1 ст. 143 УИК РФ).

Содержание в дисциплинарной воинской части также применяется только в качестве основного вида наказания и назначается на срок от трёх месяцев до двух лет военнослужащим, проходящим военную службу как по контракту (на должностях рядового и сержантского состава), так и по призыву, и подобно ограничению по военной службе - не только за преступления против военной службы, но и в случаях, когда с учётом всех обстоятельств дела может иметь место замена лишения свободы на срок до двух лет содержанием в дисциплинарной воинской части (ч. 1 ст. 55 УК РФ).

За совершение преступлений против военной службы содержание в дисциплинарной воинской части может быть назначено как самостоятельно, будучи предусмотрено в санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ[282], так и в порядке замены лишения свободы, что в судебной практике встречается несколько чаще[283]. Назначение данного наказания за совершение военнослужащими общеуголовных преступлений возможно только в порядке замены лишения свободы[284].

Важно, что данное наказание применяется только к военнослужащим на должностях рядового и сержантского состава. Офицеры увольняются со службы и на «общих основаниях» отбывают наказание в виде лишения свободы. Кроме того, при увольнении офицер может быть лишён звания[285].

При назначении военнослужащему лишения свободы на срок свыше двух лет, он увольняется с военной службы и отбывает наказание также «на общих основаниях», как то было предусмотрено в ст. 3 Правил отбывания уголовных наказаний, утверждённых приказом Министра обороны РФ от 29.07.1997 № 302[286]. Необходимо отметить, что в настоящее время данный приказ утратил силу (с 28 ноября 2016 года), а новые Правила, утверждённые Приказом Министра обороны РФ от 20.06.2016 № 680[287] (здесь и далее - Правила), рассматриваемого вопроса не касаются вовсе. В Правилах содержатся, в частности, положения, уточняющие установленный в УИК РФ порядок исполнения в отношении военнослужащих наказаний в виде ограничения по военной службе, ареста и содержания в дисциплинарной воинской части.

Наказание в виде содержания в дисциплинарной воинской части может быть назначено как реально, так и условно [288] . Контроль над условно осуждённым в течение испытательного срока возлагается на командование соответствующей воинской части. При этом возможна оговорка, что в случае увольнения условно осуждённого в запас обязанности по контролю над ним переходят уголовно-исполнительной инспекции по месту его жительства[289].

Военнослужащие отбывают содержание в дисциплинарной воинской части в отдельных дисциплинарных батальонах или отдельных дисциплинарных ротах, организационная структура и численность которых определяется Министерством обороны РФ (ч. 1 ст. 155 УИК РФ). Во время отбывания содержания в дисциплинарной воинской части к осуждённым военнослужащим применяются основные средства исправления, установленные УИК РФ, а также иные, обусловленные прохождением военной службы, меры воздействия (ч. 3 ст. 155 УИК РФ).

Время содержания осуждённого военнослужащего в дисциплинарной воинской части не засчитывается в общий срок военной службы, хотя законом установлены исключения из этого правила. Так, время отбывания рассматриваемого наказания может быть зачтено в общий срок военной службы в случае, если военнослужащий, освобождающийся из дисциплинарной воинской части после истечения срока наказания (или призыва), овладел воинской специальностью, точно выполняет требования воинских уставов и безупречно несёт службу (ст. 171 УИК РФ).

Представляется, что содержание в дисциплинарной воинской части является своего рода специальной разновидностью лишения свободы (так же как и ограничение по военной службе - разновидностью исправительных работ). При этом интересно, что, например, ч. 1 ст. 346 УК РФ предусматривает возможность альтернативного назначения содержания в дисциплинарной воинской части и лишения свободы (в обоих случаях на срок до двух лет).

Из-за того, что отличия содержания в дисциплинарной воинской части от лишения свободы носят скорее технический характер, в Министерстве обороны РФ формировалась тенденция к отказу от применения данного специального наказания в его современном виде. Осуждённые к содержанию в дисциплинарной воинской части военнослужащие сохраняют свой статус, однако должны содержаться в условиях, приближенных к таковым в общегражданских местах лишения свободы, что создаёт ситуацию, в которой в структуре Министерства обороны РФ приходится содержать собственный

аналог пенитенциарных учреждений. Для экономии ресурсов и исключения несвойственных армии задач по охране и содержанию преступников в 2006­2007 гг. предлагалось передать дисциплинарные воинские части в ведение ФСИН России[290]. Вскоре от этой идеи отказались и было принято решение сохранить в структуре Министерства обороны РФ систему дисциплинарных воинских частей - дисциплинарных батальонов [291] . В 2011 году число дисциплинарных батальонов Вооружённых сил РФ было сокращено с пяти до двух и в настоящее время действующими остаются дисциплинарные батальоны в Западном (посёлок Мулино, Нижегородская область) и Восточном (посёлок Каштак, Читинская область) военных округах[292].

Сохранение военно-уголовных пенитенциарных учреждений представляется целесообразным по той причине, что содержание в дисциплинарной воинской части как вид наказания имеет, как минимум, одно, но очень важное достоинство, выгодно отличающее его от лишения свободы. Это достоинство состоит в том, что осуждённый военнослужащий остаётся в юрисдикции Министерства обороны РФ, он продолжает находиться в сфере воинских правоотношений, не попадает в высококриминогенную среду общегражданских исправительных учреждений, а значит его ресоциализация после отбытия наказания будет проходить легче и повысятся шансы удержание от совершения нового преступления в дальнейшем[293].

Отдельно здесь следует коснуться наказания в виде ареста, которое отбывается осуждёнными военнослужащими на гауптвахте и назначается в связи с совершением как военных, так и общеуголовных преступлений. В настоящее время арест в Российской Федерации является неприменяемым наказанием, что в совокупности с неоднозначной судебной практикой делает

его положение крайне неоднозначным (подробнее см. параграф 2.4).

Совершенно иная ситуация с уголовной ответственностью военнослужащих имеет место в Республике Корея, где законодательство не содержит никаких специальных военных наказаний и устанавливает для военнослужащих определённые особенности исполнения обычных (общих) наказаний (например, смертная казнь в отношении военнослужащих исполняется не через повешение, а через расстрел; ст. 3 ВУЗ РК).

Южнокорейским военнослужащим в соответствии с ВУЗ РК самостоятельно могут быть назначены такие наказания, как смертная казнь, каторжные работы, лишение свободы без тюремного (каторжного) труда, приостановление прав и штраф. Интересно, что смертная казнь предусмотрена практически в половине санкций статей Особенной части ВУЗ РК, притом в ряде из них - безальтернативно.

Лишение свободы обоих видов (с каторжным трудом или без такового) может назначаться как срочно, так и бессрочно, т.е. пожизненно. Пожизненное лишение свободы предусмотрено в санкциях сорока пяти статей Особенной части ВУЗ РК, притом в абсолютном большинстве этих санкций законодатель предусмотрел только пожизненные каторжные работы (ст.ст. 13, 28, 30, 35, 37, 38, 40-42, 44, 45, 49, 50, 52-526, 53, 56, 58-586, 59, 60-605, 66-68, 71, 75, 82, 83, 927, 92.8 ВУЗ РК). Оба вида пожизненного заключения установлены в санкциях только трёх статей, а именно ст. 5 (восстание; ^Ф), ст. 20 (неправомочное наступление или отступление; ^4 ^4) и ст. 27 (оставление оборонительных позиций; 44^4 °1^). В некоторых санкциях пожизненное лишение

свободы (каторга) является единственной альтернативой смертной казни (например, в ч. 1 ст. 59 ВУЗ РК).

Срочное лишение свободы назначается с определёнными ограничениями по минимальной или максимальной длительности срока. Так, например, санкция статьи может быть построена следующим образом: «назначаются каторжные работы или тюремное заключение на срок не более семи лет» (ч. 3 ст. 5 ВУЗ РК; «7 °1^4 4^44 ^^») или «назначается смертная казнь,

каторжные работы пожизненно или на срок не менее пяти лет» (ст. 14 ВУЗ РК; «Л}^, ■¥• Ь'У? 5 ^У^»). Срочные каторжные работы

также распространены гораздо шире (более ста санкций - присутствуют практически в каждой статье Особенной части ВУЗ РК), чем срочное лишение свободы без каторжного труда (всего восемнадцать санкций в ст.ст. 5, 8, 9, 20, 24, 27, 36, 42, 43, 47, 64, 65, 76, 78-81, 93 ВУЗ РК).

Наказание в виде приостановления прав встречается в ВУЗ РК только один раз, в статье, устанавливающей ответственность за вовлечение военнослужащего в политическую деятельность, прямо запрещенное уголовным законодательством (ст. 94; У^)[294].

Штраф в качестве вида наказания установлен в санкциях семи статей ВУЗ РК (ст.ст. 60, 62, 73, 74, 75, 79 и 80) с различным максимальным размером, варьирующемся от трёх до десяти миллионов вон.

Порядок исполнения наказаний в отношении военнослужащих и приравненных к ним лиц, осуждённых по статьям ВУЗ РК, определён в специальном уголовно-исполнительном законе - Законе Республики Корея «Об исполнении наказаний в отношении военнослужащих»[295] (далее - ВУИЗ РК). Некоторые основные положения данного закона во многом схожи с таковыми в УИЗ РК. Так, например, оба закона содержат практически идентичные статьи об уважении прав человека (^^У ^^; ст. 5 ВУИЗ РК и ст. 4 УИЗ РК) и недопустимости дискриминации ст. 6 ВУИЗ РК и ст. 5 УИЗ РК). В

этих статьях южнокорейский законодатель предписал стремиться к

максимальному соблюдению прав осуждённых при исполнении положений соответствующих законов, а также запретил дискриминацию осуждённых по какому бы то ни было признаку, начиная с пола и религиозных воззрений и заканчивая политическими убеждениями и сексуальной ориентацией (список достаточно пространный и, более того, открытый).

Наказания, связанные с лишением свободы (в том числе и заключение в работный дом в случае неоплаты штрафа, не являющееся наказанием), отбываются военнослужащими, осуждёнными в соответствии с ВУИЗ РК, в военных пенитенциарных учреждениях, которые создаются и управляются Министерством обороны Республики Корея (^4^^; ст. 4 ВУИЗ РК). Осуждённые военнослужащие (5^^4) должны содержаться отдельно от лиц, задержанных на основании обвинения в совершении преступления и ожидающих суда (5П1^^44), для которых создаются специальные центры заключения (ст. 10 ВУИЗ РК), хотя законодатель предусмотрел также исключение из данного правила - военнослужащие, ожидающие суда, могут помещаться в пенитенциарные учреждения вместе с осуждёнными в том случае, если предназначенные для них центры переполнены (ст. 11 ВУИЗ РК). В таком случае задержанные военнослужащие должны содержаться отдельно от осуждённых (ч. 2 ст. 12 ВУИЗ РК). Не допускается совместное содержание в исправительных учреждениях мужчин и женщин (ч. 1 ст. 12 ВУИЗ РК).

Осуждённые военнослужащие должны содержаться в одиночных камерах (ст. 13 ВУИЗ РК). Совместное содержание в камерах нескольких осуждённых возможно при объективной нехватке камер, либо если оно необходимо для защиты жизни и психического здоровья лица (например, при склонности его к самоубийству) или реализации предписанных образовательно- ресоциализационных программ (п.п. 1-3 ч. 1 ст. 13 ВУИЗ РК). При совместном содержании осуждённые военнослужащие должны распределяться по камерам, исходя из вида совершённого ими преступления, особенностей характера, возраста, предшествовавшей осуждению карьеры, звания и занимаемой воинской должности (офицеры отдельно от рядовых военнослужащих,

военнослужащие от приравненных к ним лиц и т.д.; ст. 14 ВУИЗ РК).

В исключительных случаях Министр обороны с согласия Министра юстиции может размещать осуждённых военнослужащих в гражданских пенитенциарных учреждениях, причём в отношении таких осуждённых должны применяться положения УИЗ РК. Отдельно южнокорейский законодатель установил, что проходящие военную службу женщины должны размещаться в гражданских пенитенциарных учреждениях всегда (т.е. по общему правилу), если тому нет веских препятствий (ст. 20 ВУИЗ РК).

Обращение с осуждёнными военнослужащими и режим их содержания в пенитенциарном учреждении должны быть направлены на их адаптацию к нормальной жизни в обществе, исправление и ресоциализацию через воспитательные и образовательные программы, труд и профессиональную подготовку (ст. 51 ВУИЗ РК). Начальник пенитенциарного учреждения должен учесть личностные и поведенческие характеристики осуждённого военнослужащего, объём возмещённого вреда, трудовые и образовательные достижения и успехи в военной подготовке (ч. 2 ст. 51 ВУИЗ РК).

Обязательным элементом исправительного воздействия на осуждённого военнослужащего является труд, который должен подходить для получения практических навыков, необходимых для полноценного возвращения в общество и повышения мотивации к дальнейшей законной трудовой деятельности (ч. 1 ст. 55 ВУИЗ РК). При определении вида и объёма труда, предписываемого осуждённому военнослужащему, начальник пенитенциарного учреждения должен в индивидуальном порядке учитывать ряд его личностных характеристик, таких как: возраст, срок заключения, состояние здоровья, навыки, характер, хобби, предшествующую осуждению карьеру, перспективы на будущее. Этот перечень, определённый южнокорейским законодателем, является открытым (ч. 2 ст. 55 ВУИЗ РК) и близок таковому в УИЗ РК.

При осуждении военнослужащего к каторге труд является обязательным (ст. 56 ВУИЗ РК). При осуждении к лишению свободы без каторжного труда или аресту военнослужащий может обратиться к начальнику пенитенциарного

учреждения с просьбой привлечь его к труду (ст. 57 ВУИЗ РК).

Важно, что трудовую деятельность осуждённый военнослужащий может вести не только в пенитенциарном учреждении. Допускается привлечение осуждённого военнослужащего к труду на внешних предприятиях 7^Я1), если начальник пенитенциарного учреждения сочтёт это

целесообразным для его лучшей ресоциализации (ч. 1 ст. 58 ВУИЗ РК), а сам осуждённый военнослужащий соответствует ряду критериев, а именно: не имеет проблем со здоровьем, осуждён к лишению свободы на срок не более семи лет и т.д. (ст. 78 Правил обращения с осуждёнными военнослужащими[296]).

Весь заработок осуждённых военнослужащих, получаемый ими за трудовую деятельность во время отбывания наказания, обращается в доход государства. Начальник пенитенциарного учреждения может вознаграждать осуждённых военнослужащих частью полученного дохода для повышения их заинтересованности в труде и облегчения ресоциализации, с учётом вида труда, производительности, успехов осуждённого в исправлении и прочих обстоятельств. По общему правилу такое вознаграждение суммируется за весь период отбывания наказания и выплачивается осуждённому военнослужащему после освобождения, однако в исключительных случаях, когда, например, ему необходимо оказывать поддержку семье, вознаграждение может быть выплачено полностью или частично и до освобождения (ст. 63 ВУИЗ РК).

Остальные виды наказания (ограничение прав, штраф и т.д.) применяются в отношении осуждённых военнослужащих на общих основаниях и по общим правилам без каких-либо существенных отличий.

В целом, как видно из проведённого анализа южнокорейского законодательства, порядок и условия отбывания наказаний осуждёнными военнослужащими и их правовой статус близки таковым у осуждённых, привлечённых к ответственности на основании общегражданского уголовного законодательства, но с рядом исключений, обусловленных спецификой военной

службы. При этом важно, что многие непривычные российскому праву и достойные внимания особенности регламентации правового статуса осуждённого [297] перешли из общегражданского уголовно-исполнительного закона в военный уголовно-исполнительный закон, что создаёт правовую основу для гуманного и ориентированного на личность осуждённого применения соответствующего законодательства.

Отдельно уместным представляется упомянуть такой неоднозначный элемент уголовной ответственности военнослужащих в Республике Корея, как временное отстранение от службы (7]^4^). До внесения поправок в Закон Республики Корея «О статусе военнослужащих» (5444 [298] ) при возбуждении уголовного судопроизводства в отношении военнослужащего из числа офицерского состава уполномоченный на то командир получал право применить к нему наказание в виде временного отстранения от службы (ч. 2 ст. 48 Закона Республики Корея о статусе военнослужащих)[299]. Это наказание не входит в систему наказаний (фактически является иной мерой уголовно­правового характера, если использовать российскую терминологию), применяемой во внесудебном порядке на основании одного лишь усмотрения военного командира. Действовавший до 2014 года порядок применения этой меры вступал в противоречие с принципом презумпции невиновности, поскольку лицо претерпевало реальные и достаточно существенные лишения (военнослужащий отстранялся от занимаемой должности и терял половину заработка) до вынесения судом решения о признании его виновным в совершении преступлении и даже до заключения его под стражу на стадии

досудебного производства [300] . В настоящее время описанное противоречие практически устранено - военный командир по-прежнему имеет право отправить военнослужащего во временную отставку, но только в тех случаях, когда военнослужащему предъявлено обвинение в совершении преступления, наказанием за которое может быть смертная казнь, пожизненное лишение свободы (в любой форме), либо лишение свободы на срок не менее двух лет[301].

Резюмируя изложенное, можно сделать вывод о том, что уголовное законодательство Российской Федерации и Республики Корея исходит из двух принципиально разных моделей установления уголовной ответственности военнослужащих, каждая из которых имеет определённые достоинства. Основное и, как представляется, безусловное достоинство российской модели уголовной ответственности военнослужащих состоит в полной кодификации уголовного и уголовно-исполнительного законодательства, без выделения специальных военных уголовного и уголовно-исполнительного законов. Подобный подход позволяет консолидировать основные положения соответствующей отрасли права и избежать повторов в общих чертах тождественных норм в разных законах. Выделение профильных законов, распространённое в Республике Корея (и многих других странах мира), представляется нецелесообразным, поскольку излишне загромождает уголовное законодательство и осложняет его применение.

С другой стороны, российская модель предполагает выделение специальных военных наказаний в виде ограничения по военной службе и содержания в дисциплинарной воинской части, что могло бы быть оправдано в ситуации, когда эти наказания являлись бы чем-то действительно самостоятельным. Однако при рассмотрении соответствующих положений УК РФ и УИК РФ обнаруживается, что эти наказания являются лишь вариациями исправительных работ и лишения свободы, соответственно, в связи с чем их

выделение в качестве самостоятельных элементов системы наказаний видится нецелесообразным. Предлагаемое в доктрине формальное уравнивание степени строгости ограничения по военной службе с исправительными работами и содержания в дисциплинарной воинской части с лишением свободы[302] также не представляется целесообразным, поскольку размещение этих по сути своей практически тождественных видов наказаний в одном пункте в перечне наказаний в ст. 44 УК РФ представляется избыточной мерой.

В этой связи следует обратить внимание на южнокорейскую модель уголовной ответственности военнослужащих, в отношении которых применяются обычные наказания, имеющие, однако, уточнённую уголовно­исполнительную регламентацию. Подобный подход, как представляется, заслуживает не только внимания правоведов, но и рецепции российским законодателем. Так, на основе южнокорейского опыта целесообразно предложить включение всех положений УК РФ и УИК РФ об ограничении по военной службе в положения о исправительных работах, а положений о содержании в дисциплинарной воинской части в положения о лишении свободы. Подобное объединение могло бы быть реализовано через дополнение соответствующих статей УК РФ и УИК РФ частями или пунктами об особенностях уголовно-правовой регламентации и исполнения этих наказаний в случаях, когда они применяются по отношению к военнослужащим.

Примечательно, что ч. 5 ст. 50 УК РФ без всяких дополнений изначально включает в себя положения о применении наказания в виде исправительных работ в отношении определённых категорий военнослужащих (точнее - ограничения такого применения).

Совмещение общего (гражданского) и специального (военного) подвидов наказания в одной норме в настоящее время уже находит отражения в российском уголовном законе - ст. 54 УК РФ устанавливает, что военнослужащие отбывают наказание в виде ареста на гауптвахте (ч. 3 ст. 54

УК РФ). Это позволяет утверждать, что предложенное выше изменение закона основывается не только на рецепции южнокорейской практики законотворчества, но и на развитии собственного опыта.

Обращает на себя внимание также и закреплённая в южнокорейском законодательстве направленность наказания на ресоциализацию осуждённого военнослужащего. Принципиальное и символическое значение имеет уже сам факт того, что законодатель делает акцент на этом практически в каждой статье ВУИЗ РК, устанавливающей те или иные особенности режима отбывания наказания и правового положения осуждённых военнослужащих. Также, достойными внимания представляются нормы, предусматривающие возможность обучения осуждённого военнослужащего во внешней образовательной организации и его трудоустройства на внешнем предприятии, что способствует сохранению его нормальных социальных связей.

2.4.

<< | >>
Источник: ДОБРЯКОВ ДЕНИС АНДРЕЕВИЧ. СИСТЕМА И ВИДЫ НАКАЗАНИЙ ПО УГОЛОВНОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И РЕСПУБЛИКИ КОРЕЯ (СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ). ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2018. 2018

Еще по теме Военные наказания и наказания за военные преступления:

  1. § 1. Судебный контроль на стадии исполнения наказания как средство правовой защиты осужденных
  2. § 3. Военно-уголовный закон ФРГ («Wehrstrafgcsetz») и его уголошю-праповос значение
  3. § 1. Преступность военнослужащих и воинские преступления в теории уголовного права и криминологии
  4. § 2. Генезис понимания феномена «воинские преступления» в истории национальной и зарубежной правовой мысли
  5. § 3. Сравнительно-правовой анализ воинских преступлений по уголовному законодательству стран СНГ и Германии
  6. § 1. Воинские преступления как форма криминального конфликта
  7. § 3. Криминологический анализ мотивов воинских преступлений
  8. § 1. Преступления против порядка подчиненности и воинских уставных взаимоотношений между военнослужащими
  9. § 2. Преступления против порядка прохождения военной службы
  10. § 4. Преступления против порядка обращения с военным имуществом, оружием, источниками повышенной опасности, использования и эксплуатации военной техники
  11. § 1. Механизм реализации юридической ответственности за воинские преступления в контексте эволюции системы уголовного законодательства Республики Казахстан
  12. § 2. Правоприменительная деятельность в сфере реализации юридической ответственности за воинские преступления
  13. §2. Понятие и общая уголовно-правовая характеристика преступлений, связанных с загрязнением объектов окружающей среды
  14. Наказания в истории уголовного законодательства России и Кореи
  15. Современное состояние и значение системы наказаний
  16. Классификация наказаний в системе наказаний
  17. Наказания, ограничивающие имущественные права, правоспособность и статус осуждённого
  18. Военные наказания и наказания за военные преступления
- Авторское право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -