<<
>>

§ 1. Объект лжепредпринимательства.

Лжепредпринимательство отнесено законодателем к числу пре­ступлений в сфере экономической деятельности, поэтому важно устано­вить, какие признаки свойственны преступлениям данной группы, обла­дает ли лжепредпринимательство такими же признаками и правильно ли определено место ст.

173 в структуре УК.

В уголовном праве соотношение разделов УК к главам рассматри­вается как отношение рода и вида.[102] Часть родового объекта по каким- либо признакам выделяется как видовой объект. Название главы 22 УК «Преступления в сфере экономической деятельности» позволяет без труда определить ту сферу, к которой должны относиться эти признаки. Хотя именно такое название часто критикуется в юридической литера­туре. Б.В. Волженкин полагает, что оно не отражает сути отношений, которые защищаются нормами данной главы, отмечая, что в сфере эко­номической деятельности совершаются не только те преступления, от­ветственность за которые предусмотрена в главе 22 УК. В качестве аде­кватного наименования предлагается следующее: «Преступления против порядка осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности».[103]

Представляется, что данное предложение необходимо поддержать, поскольку оно более точно передает содержание главы 22 УК. При ана­лизе словосочетаний «преступления в сфере...» и «преступления про­тив...» обнаруживается, что второе из них более точно передает сущ-

ность уголовно-противоправных деяний, включенных в эту главу. Пред­ложенное название подчеркивает их направленность против установ­ленного порядка осуществления экономической деятельности, что, в сущности, лежит в основе определения родового объекта экономических преступлений.

Следует также иметь в виду, определяя родовой объект экономи­ческих преступлений, что в специальной литературе экономика рассмат­ривается с нескольких точек зрения. Чаще всего под экономикой пони­мается хозяйство какой-либо страны или всего мира (включая такие его части как предприятия, отрасли производства).[104] Однако существует и второе определение рассматриваемого понятия, которое характеризует экономику как сложную систему особых, специфических отношений людей, среди которых выделяют отношения социально-экономического присвоения благ и организационно-управленческие отношения.[105] По­скольку в науке уголовного права наиболее распространен подход к оп­ределению объекта преступления как совокупности общественных от­ношений, полагаем обоснованным в данном случае придерживаться оп­ределения экономики также как системы отношений.

Современные развитые экономические системы базируются на принципах свободного предпринимательства (включая свободный дос­туп на рынок, неограниченное число участников рынка и свободный доступ к информации) и конкуренции на рыночных принципах.[106] Одна­ко эти-принципы не-дают исчерпывающего представления-об экономи­ческой системе, поскольку главным образом относятся к наиболее ак­тивным ее участникам — предпринимателям. В то же время предприни­матели не единственные участники экономической деятельности, хотя,

безусловно, являются ее стержнем. Так же и экономическая деятель­ность не ограничивается только предпринимательством. Ее субъектами являются также домашние хозяйства, люди, которые получают выплаты от государства или напротив осуществляющие платежи в пользу госу­дарства и другие.[107]

Это доктринальное положение нашло отражение в праве. Так, в п. 1 ст. 34 Конституции Российской Федерации предпринимательская дея­тельность рассматривается как вид экономической. Поэтому нельзя пе­реносить признаки предпринимательской деятельности (в том числе за­фиксированные законодательно, что важно для правоприменения) на всю экономическую деятельность. Например, такой законодательный признак предпринимательства как направленность на систематическое получение прибыли, очевидно, не может быть распространен на весь круг субъектов экономической деятельности. Систематичность вообще, без привязки к получению прибыли, не может служить признаком эко­номической деятельности. Более того, некоторые исследователи пола­гают, что данная деятельность не имеет в качестве основной цели извле­чение прибыли, но требует затрат денежных средств или использования имущества для достижения других целей - охраны здоровья, оказания юридической помощи и т. д.[108]

Следовательно, участниками экономической деятельности явля­ются все, кто может самостоятельно принимать решения по достижению целей и имеет в своем распоряжении ресурсы.[109]

Специалисты в области предпринимательского права толкуют экономическую деятельность несколько уже, подразделяя ее на деятель­ность активную (связанную с производством и реализацией товаров и услуг) и пассивную (не связанную с производством и реализацией това­ров и услуг).

Иными словами, систематическое получение прибыли не всегда является признаком экономической деятельности. Существует некоммерческая форма экономики (наряду с коммерческой), то есть та­кая, которая не связана с продажей продукции ради обогащения (напри­мер, активность благотворительных и культурно-просветительских ор­ганизаций).121

Однако в экономической теории такая деятельность не обязатель­но связывается с получением прибыли. Коммерческая деятельность (бизнес) напрямую направлена на получение дохода. Она включает не­производственный, производственный, торговый бизнес и бизнес в сфе-

122

ре услуг.

Аналогичное понимание предпринимательства можно встретить и в литературе по предпринимательскому праву.123 В то же время некото­рые авторы солидарны с законодателем по вопросу целей деятельности и определяют предпринимательство как особый вид экономической ак­тивности, то есть целесообразной деятельности, направленной на извле­чение прибыли, которая основана на инициативе, ответственности и ин­новационной предпринимательской идее.124

- Иногда-в-структуре этих отношений выделяют «некоммерческие отношения», т.е. связанные с вмешательством государственных орга-

121 Экономическая теория: Учебник. - М.: Юристъ, 1997. С.206

122 Там же.

123 В одном из учебников утверждается, что «гражданин или организация могут не ставить своей целью извлечение прибыли, но их деятельность не перестает от этого быть предпринимательской, поскольку они производят в качестве товара определен­ные услуги или нематериальные блага и реализовывают их на рынке» (Предприни­мательское (хозяйственное) право: Учебник / Отв. ред. О.М. Олейник. М., 1999. Т.1. С.17

124 Бусыгин А.В. Предпринимательство. Основной курс: Учебник. - М., 1997. С. 15; Курс экономики / Под ред. Б.А. Райяберга. М., 1997. С.528-529

нов[110]. На основании рассмотренных различий экономической деятель­ности и предпринимательской, которые установлены не только и не столько представителями уголовного права, а в большей степени уче­ными-экономистами, специалисты в области уголовного права обсуж­дают вопрос о выделении предпринимательских преступлений.

Однако критерии выделения используются различные. Например, профессор Б.М. Леонтьев к таким деяниям относят те, которые посягают на пред­принимательство как на основной объект, при этом отличия от экономи­ческой деятельности не учитываются. Поэтому в эту группу попадают и те деяния, которые предпринимательскую сферу затрагивают не всегда (например, приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого пре­ступным путем).[111]

Многие ученые не выделяют группу предпринимательских пре­ступлений, а рассматривают их в комплексе с другими преступлениями в сфере экономической и деятельности: Б.В. Яцеленко[112], Н.Н. Афанась­ев[113], Б.В. Волженкин[114], Н.Г. Иванов[115], В.Е. Мельникова[116], Л.Л. Круг­ликов.[117] Профессор А.Э. Жалинский, указывая на предприниматель­скую деятельность в качестве объекта посягательства, не относит к рас­сматриваемой группе преступления, связанные с банкротством, кредит-

ные преступления[118]. И.В. Шишко выделяет преступления, посягающие на охраняемые законом отношения по поводу организации и осуществ­ления предпринимательской деятельности (к ним автор относит престу­пления предусмотренные ст.ст. 169-177, 195-197).[119] А.Э. Жалинский преступления, предусмотренные ст. 169-175 УК, относит к преступлени­ям против общего порядка предпринимательской деятельности[120].

Более подробную классификацию предлагает Л.Д. Гаухман. Он не только выделяет группу преступлений в сфере предпринимательства (т.е. посягающих на общественные отношения, обеспечивающие интере­сы экономической деятельности в сфере предпринимательства), но и от­мечает два подмножества: должностные преступления в сфере предпри­нимательства (к ним автор относит ст. 169 и ст. 170 УК) и иные престу­пления в сфере предпринимательства (ст. 171-173, 195-197 УК).[121]

И.А. Клепицкий также является сторонником выделения такой группы преступлений, причем относит к ней довольно широкий круг деяний-ст.

169-175 УК.[122]

Высказана точка зрения, что к предпринимательским преступле­ниям следует отнести деяния, посягающие на отношения в сфере пред­принимательства в качестве основного, дополнительного, а также фа­культативного объектов. Причем основным объектом данная сфера при­знается, когда ей наносится наибольший вред; в случае, если она затра­гивается преступным деянием не в первую очередь, а наряду с иными охраняемыми уголовным законом общественными отношениями - речь

идет о дополнительном объекте. Отношения в сфере предприниматель­ства могут страдать не во всех случаях осуществления общественного опасного посягательства, предусмотренного той или иной статьей главы УК. Тогда, по мнению исследователя, они выступают в качестве факуль­тативного объекта. К преступлениям, которые посягают на сферу пред­принимательства как на основной или дополнительный объект автор от­носит деяния, предусмотренные статьями 169, 171-173, 176, 178, 180, 182, 183, 185, 193 УК. В качестве факультативного объекта данная сфера отношений выступает в преступлениях, предусмотренных статьями 170, 174, 174.1, 177, 179, 185.1, 186, 187, 188, 189, 191, 192, 195, 196, 197, 194, 198, 199 УК.[123] [124]

Практически во всех классификациях, где авторы выделяют пред­принимательские преступления в отдельную группу, лжепредпринима­тельство отнесено именно к этой группе деяний.

Поддерживает идею выделения группы предпринимательских пре­ступлений и Н.А. Деуленко, однако, с оговоркой. Она считает, что кон­кретные экономические отношения, основанные на принципах и порядке осуществления предпринимательской деятельности, подвергающиеся изменениям в результате того или иного преступного посягательства, могут быть квалифицированы по-разному. В связи с этим автор полагает более обоснованным говорить об общественных отношениях по поводу осуществления основанной на законе предпринимательской деятельно­сти, како непосредственном объекте не лжепредпринимательства, а не-

139

законного предпринимательства.

Непосредственный объект лжепредпринимательства большинство ученых связывает с тем или иным нарушением, совершенным в сфере предпринимательских отношений.[125]

В диссертационном исследовании Т.В.

Досюковой в качестве объ­екта лжепредпринимательства указаны общественные отношения в об­ласти законной предпринимательской деятельности. Имеются в виду от­ношения, складывающиеся:

- между предпринимателями по горизонтали (в отношениях по­ставки и купли-продажи, аренды и проектирования, строительства и ис­пользования связи, вычислительной техники, в кредитно-финансовых отношениях и т.д.);

- между предпринимателями (как индивидуальными, так и коллек­тивными) и органами государственного управления по вертикали (на­пример, с органами, производящими регистрацию предприятий и вы­дающими лицензии на ведение определенных видов деятельности, ко­митетами по управлению государственным имуществом, антимонополь­ными, финансовыми, налоговыми и другими государственными органа­ми);

- между предпринимателями и потребителями[126].

Автор выделяет и дополнительные непосредственные объекты, ко­торые разнятся в зависимости от вида запрещенной деятельности вы­бранной лжепредпринимателями (например, отношения собственности, когда, целью создания лжепредпринимательской организации .являются получение кредитов или извлечение иной имущественной выгоды).

Известный исследователь экономических преступлений Б.В. Вол­женкин указывает, что лжепредпринимательство нарушает основные

принципы предпринимательской деятельности.[127] [128] Причем в предложен­ной ученым классификации экономических преступлений лжепредпри­нимательство относится к подгруппе деяний, нарушающих общие прин­ципы установленного порядка осуществления предпринимательской и

иной экономической деятельности «изнутри», самими участниками та-

- 143

кои деятельности.

В. Котин объектом лжепредпринимательства также считает уста­новленный порядок предпринимательской деятельности[129]. Аналогично­го мнения придерживается О.А. Вагратьян[130].

Попытаемся определить, какой же вред лжепредпринимательство причиняет отношениям в сфере предпринимательства. Раз утверждается, что основным непосредственным объектом ст. 173 УК является именно эта сфера деятельности, очевидно, ей должен наноситься ущерб. Причем ущерб такого характера и размера, что для противодействия его причи­нению необходимо установление самой строгой ответственности - уго­ловной. Для примера возьмем все тот же типичный случай создания фиктивной организации для сбора вкладов. В отличие от легко устанав­ливаемого и предельно конкретного ущерба наносимого отношениям собственности, деструктивное воздействие на предпринимательские от­ношения характеризуются такими весьма трудно оцениваемыми катего­риями как «подрыв доверия участников делового оборота», возможное «нарушение связей контрагентов». Кроме того, наступление такого рода

последствий детерминировано статистически, т.е. носит вероятностный 146

характер.

Вред, наносимый экономическими преступлениями, привлекает внимание юристов, пожалуй, всех стран мира. Наиболее четкую модель разработал в конце 70-х годов XX в. шведский ученый П.О. Трескман. Он отнес к жертвам экономической преступности: совладельцев (пай­щиков), членов акционерного общества (товарищества), владельцев ак­ций, кредиторов, поручителей; служащих (должностных лиц), наемных работников, потребителей, конкурентов; природные ресурсы; государст­во. Исходя из этого, все объекты посягательств экономической преступ­ности были подразделены на следующие категории:

1) окружающая среда;

2) государство, общество, всеобщее благосостояние, человечество;

3) отдельные лица (служащие, специалисты, члены профсоюза, потребители, граждане, честные налогоплательщики и др.);

4) предприятия;

5) сфера экономики (хозяйственной жизни общества);

6) система рыночной экономики.147 Типология, которая была раз­работана американскими учеными на основе исследований «беловорот­ничковой преступности», оказалась в значительной степени созвучна

- 148

шведской.

Пострадавших от экономической преступности в специальной ли­тературе часто подразделяют на два вида - прямых и косвенных (не прямых, опосредованных).149 К прямым жертвам преступного посяга­тельства относятся лица, непосредственно пострадавшие в результате

146 Тер-Акопов А.А. Преступление и проблемы нефизической причинности в уго­ловном праве. - М.: «ЮРКНИГА», 2003. С.284

147 Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Сер. 4, Государство и право: РЖ / РАН. ИНИОН. Экономическая преступность и объекты ее посягательств. (Научно-аналитический обзор) - М., 2000. - 2000, № 4. С. 164

148 Там же. С. 167

149 Криминология. Учебник для вузов / Под общ. ред. А.И Долговой. - М.: НОРМА - ИНФРАМ, 2001 С. 418

совершенного преступления. К косвенным жертвам - те, которые непо­средственно не подверглись преступному посягательству, но опосредо­ванно пострадали от его совершения.

Кроме того, все объекты, которым нанесен ущерб в результате со­вершения экономических преступлений, иногда подразделяются на три категории: первичные, вторичные и третичные.

К первичным объектам относятся физические лица - прямые жертвы экономических преступлений.

К вторичным объектам — не персонифицированные пострадавшие от преступных посягательств - предприятия, организации, институты, учреждения и т.п.[131]

Под третичными объектами подразумеваются более широкие, зна­чительные, несколько расплывчатые объекты. В частности, сюда отно­сятся общество, моральный климат, доверие органам государственной власти и т.п.

Опосредованный ущерб, выражается в нарушении справедливо­сти, разрушении моральных устоев солидарности в обществе, хозяйст­венных отношений и принципов рыночной экономики. Опосредованный ущерб, нанесенный экономическим преступлением, который может про­явиться спустя время, порождает беспокойство и страх за будущее об­щества.

Следует отметить, что при классификации объектов посягательст­ва экономической преступности основное внимание уделяется «вторич­ной» и «третичной» категориям. К «вторичной» категории пострадав­ших от экономической преступности в первую очередь относятся госу­дарство и предприятия. Последние, помимо прочего, пострадавшие, на­пример, от недобросовестной конкуренции незаконного предпринима­тельства и т п., в результате сами оказываются перед искушением всту-

пить на путь правонарушений (что также следует рассматривать как один из видов косвенного ущерба).

Что же касается «третичной» категории объектов посягательства экономической преступности, то здесь наблюдаются четкие изменения их оценки. Если ранее основное внимание было сосредоточено на уроне благосостояния общества, то теперь — на ущербе, наносимом рыночной экономике.

Как уже отмечалось, ответственность за преступления, влекущие за собой последствия (ущерб) экономического характера, регулируется, главным образом, уголовным законодательством, в то время как ответ­ственность за нарушение прав человека и неприкосновенности личности регулируются другими законодательными актами.

С учетом вышеизложенного можно сделать следующие выводы:

1. Ущерб, наносимый экономической преступностью, носит, как правило, скрытый характер, так же как и большинство экономических преступлений остаются нераскрытыми (латентными). Лица, пострадав­шие от такого рода посягательств, по разным причинам не заявляют об этом в правоохранительные органы.

2. Ущерб, наносимый экономической преступностью, является в основном результатом многократных преступных деяний или длящейся преступной деятельности. Весьма широк и многообразен круг объектов посягательства экономической преступности.

— -3.-Основным—объектом посягательств оказываются «коллектив­

ные» жертвы. Основной вид ущерба, наносимого экономической пре­ступностью, - экономический ущерб (исходя из судебной практики).

4. Государство и предприятия (учреждения, организации) часто выступают в качестве как «прямых» (непосредственных), так и «косвен­ных» (опосредованных) жертв экономических преступлений. Государст­во служит весьма выгодным объектом посягательства в силу своего осо­бого статуса и высокого ресурсного потенциала.

5. Серьезный ущерб, наносимый жизни и здоровью населения, а также окружающей среде, является в значительной степени результатом экономических правонарушений, ответственность за совершение кото­рых регулируется не уголовным, а другими отраслями права.

Как уже отмечалось, большое значение для классификации жертв экономической преступности и наносимого ею ущерба имеет четкое оп­ределение этой преступности. Известно также, что в уголовно-правовой и криминологической литературе разных стран нет единого понимания экономической преступности и ее признаков.

Представленное в шведской юридической литературе определение экономической преступности акцентирует основное внимание на коры­стном мотиве и использовании легального предприятия (учреждения и др.) для прикрытия преступной деятельности, т.е., иначе говоря, престу­пление совершается в рамках и под прикрытием законной экономиче­ской деятельности151. Такое определение ориентировано, в первую оче­редь, на субъекта преступления, корыстный экономический мотив и ис­пользуемые средства (в данном случае использование легальной органи­зации). Если же переставить акценты и перенести основное внимание с деятеля и мотива на жертву и последствия преступления, то это опреде­ление должно быть сформулировано так, чтобы охватить все наиболее серьезные виды ущерба, наносимого данной преступностью, которые, однако, не сводятся только к ущербу экономическому, наносимому ин-

— тересам общества, государства, хозяйственной жизни страны и т.п.-------------------

Учитывая специфику экономических преступлений, трудности, связанные с их обнаружением, с выявлением внутри сложной системы действующих предприятий и организаций субъектов, ответственных за их совершение, вряд ли с помощью криминализации можно рассчиты­вать на достижение реальных успехов. Проблема разрыва между зако-

151 Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Сер. 4, Государство и право: РЖ / РАН. ИНИОН. Экономическая преступность и объекты ее посягательств. (Научно-аналитический обзор) - М., 2000. N 4. - 206 с.

ном и практикой его применения остается нерешенной, несмотря на то, что некоторые действия будут криминализированы, т.е. обретут уголов­но-правовой характер. Основное внимание следует направлять не на правовую систему, а на другие сферы общественных отношений. Воз­можно, изучение состояния гражданского общества, различных соци­альных движений и политической борьбы скорее, чем разработка новых уголовно-правовых конструкций, поможет обнаружить эффективные меры и способы противостояния экономической преступности.

Разумеется, учет опосредованного ущерба, выражаемого в нару­шении справедливости, разрушении моральных устоев солидарности в обществе, хозяйственных отношений и принципов рыночной экономики, важен с точки зрения криминологии и раскрытия всей цепочки негатив­ных последствий экономических преступлений, в том числе лжепред­принимательства. Однако уголовный закон учитывает эти последствия не в их конкретных проявлениях, а в обобщенном виде, заключив их в объекте посягательства, в рамках тех изменений, которые претерпевает объект посягательства. Причина этого кроется в ограниченности самого способа установления причины и следствия — в процессе установления причины приходится абстрагироваться от всех связей, в которых нахо­дятся явление-причина и явление-следствие, кроме той, в которой они находятся между собой; при этом упускаются, «обрубаются», дополни­тельные связи, которые могут иметь уголовно-правовое значение152. Од­нако в случае_ лжепредпринимательства, напротив, значение, дополни­тельных связей, приводящих (причем лишь вероятностно) к негативным последствиям в сфере экономической деятельности, гипертрофировано. Вероятность наступления таких последствий по сути положена в основу криминализации данного деяния и определения основного объекта пося­гательства, хотя реальный вред фактически причиняется деяниями, ко­торые сами являются преступлениями.

152

Тер-Акопов А.А. Указ, работа. - С.295

Как отмечает профессор А.А. Тер-Акопов, уголовное законода­тельство предусматривает ответственность не только за реальное причи­нение вреда, но и за создание условий его причинения, причем ответст­венность за обусловливание устанавливается в таких сферах деятельно­сти, которые представляют повышенную опасность для интересов лич­ности, общества и государства, либо связана (в случае приготовления) с совершением тяжких либо особо тяжких преступлений, либо обладает предельно высокой степенью вероятности вредного последствия - в случае покушения на преступление153. Однако состав лжепредпринима­тельства материальный, т.е. в самой конструкции состава учтено реаль­ное причинение вреда, преступление повышенной опасности не пред­ставляет, не относится к категории тяжких или особо тяжких, т.е. таким способом криминализацию данного деяния объяснить нельзя.

Кроме упомянутых трудностей, связанных с какой-либо количест­венной оценкой (хотя бы примерной) вреда, причиняемого сфере эконо­мических отношений (причем не связанного с тем вредом, который на­носится отношениям собственности, формирования бюджетов и иным, учтенным в рамках других составов преступлений), следует отметить, что такой вред может быть вызван не только преступлением (в данном случае лжепредпринимательством). Абсолютно законные действия мо­гут оказать то же или даже большее влияние на сферу предприниматель­ских отношений. Например, правомерное банкротство кредитного учре­ждения также создает климат недоверия в предпринимательской среде, а если банк довольно крупный, то и вполне может повлечь снижение де­ловой активности участников рынка. Такие же последствия могут вы­звать и действия властей. Ни для кого не секрет, что нормотворчество публичной власти далеко не всегда благоприятствует предприниматель­ским отношениям. Поэтому следует согласиться с С.А. Жовниром в том, что само по себе создание организации без намерения осуществлять

153

Тер-Акопов А.А. Указ, работа. - С.255

предпринимательскую деятельность с целями, указанными в ст. 173 УК РФ, не нарушает вообще никаких общественных отношений[132].

Впрочем, не стоит фокусировать внимание в этом вопросе только на отыскание вреда, причиняемого предпринимательским отношениям. Как отмечал профессор А.А. Тер-Акопов «за отношениями всегда скры­ваются действительные ценности, которые важнее самих отношений, ради которых отношения складываются»[133]. Более того, «если объект — это отношения, то по такому объекту невозможно измерить причинен­ный объекту вред.. .»[134]. Вместе с тем, во многих случаях трактовка объ­екта преступления как определенных общественных отношений вполне справедлива[135], что признает и А.А. Тер-Акопов[136]. Лжепредпринима­тельство (а вернее, те посягательства на отношения собственности, кре­дитования, взыскания платежей в бюджеты разных уровней) как раз от­носится к таким случаям. Конкретные ценности, на которые посягает лжепредпринимательство скорее можно отнести к предмету преступле­ния.

В специальных исследовательских работах редко обращается вни­мание на предмет лжепредпринимательства. Н.А. Лопашенко считает, что предметом этого преступления является коммерческая организа­ция.[137] Это утверждение представляется спорным. Под предметом пре­ступления в теории уголовного права понимаются материальные пред­меты внешнего мира, на которые непосредственно воздействует пре­ступник, осуществляя преступное посягательство на соответствующий

объект,[138] иными словами, на материальный носитель и выразитель той ценности, которую представляет соответствующий объект.[139] Коммерче­скую организацию следует скорее рассматривать не в качестве предмета преступления, а средства, т.е. того, посредством чего оказывается воз­действие на объект (и на предмет)[140], то, что используется преступником для совершения преступления[141].

Интересно, что верхняя граница наказания за лжепредпринима­тельство (лишение свободы на срок до четырех лет со штрафом в разме­ре до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без таково­го) ниже, чем у многих самостоятельных преступлений, для совершения которых может создаваться лжефирмы. Например, за контрабанду без квалифицирующих признаков или незаконное получение кредита воз­можно назначение наказания в виде лишения свободы на срок до пяти лет. При этом квалифицировать деяния по совокупности препятствует обязательный признак крупного ущерба. Принцип справедливости не позволяет учитывать один и тот же ущерб в нескольких преступлениях. Получается, что например, контрабанда влечет более суровое наказание, чем то же деяние (перемещение в крупном размере через таможенную границу Российской Федерации товаров или иных предметов, совер­шенное помимо или с сокрытием от таможенного контроля либо с об­манным использованием документов или средств таможенной иденти­фикации либо сопряженноеснедекларированием или недостоверным- декларированием), но совершенное с помощью фиктивной организации. Получается, что либо совершение преступления с помощью лжефирмы снижает общественную опасность содеянного (что абсурдно), либо на­

лицо проявление дефектов в законодательном формировании составов данных преступлений (это наиболее вероятная причина на наш взгляд).

Подытоживая, следует отметить, что мы поддерживаем точку зрения, что наименование главы 22 УК целесообразно изменить, сфор­мулировав его как «Преступления против порядка осуществления пред­принимательской и иной экономической деятельности». При анализе словосочетаний «преступления в сфере...» и «преступления против...» обнаруживается, что второе из них более точно передает сущность уго­ловно-противоправных деяний, включенных в эту главу.

Поскольку предпринимательская деятельность в условиях рынка является важнейшим видом экономической деятельности, непосредст­венный объект лжепредпринимательства - общественные отношения, возникающие по поводу установления порядка ведения предпринима­тельской деятельности. Дополнительными непосредственными объекта­ми могут быть общественные отношения в сферах кредитования, взима­ния налогов в бюджеты разного уровня, перемещения товаров через та­моженную границу РФ и др.

Предметом лжепредпримательства в каждом случае использования фиктивной организации могут быть различные материальные блага. При использовании статуса субъекта предпринимательства для прикрытия запрещенной деятельности таковыми могут выступать: объекты собст­венности, если при их завладении использовался статус субъекта пред­принимательства; различные предметы при контрабанде; налоги в слу- чае уклонения от уплаты налогов; денежные средства вкладчиков при завладении вкладами с помощью фиктивной организации; средства, не внесенные в бюджеты различных уровней при уклонении от налогов; денежные средства конкретных кредитных учреждений при не возврате кредита и т.д.

<< | >>
Источник: КОВЯРОВ МИХАИЛ ЮРЬЕВИЧ. УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛЖЕПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2008. 2008

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 1. Объект лжепредпринимательства.:

  1. Содержание
  2. ВВЕДЕНИЕ
  3. § 1. Понятие и социально-экономические основания криминализации лжепредпринимательства
  4. § 2. Отечественный и зарубежный опыт криминализации лжепредпринимательства
  5. § 3. Технико-юридические предпосылки совершенствования нормы о лжепредпринимательстве в россий­ском уголовном праве
  6. Глава 2. ХАРАКТЕРИСТИКА ЛЖЕПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА С УЧЕТОМ ОБЪЕКТИВНЫХ И СУБЪЕКТИВНЫХ ПРИЗНАКОВ СОСТАВА ПРЕСТУПЛЕНИЯ
  7. § 1. Объект лжепредпринимательства.
  8. § 2. Объективная сторона лжепредпринимательства
  9. § 3. Субъект лжепредпринимательства
  10. § 4. Субъективная сторона лжепредпринимательства
  11. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  12. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -