<<
>>

Наказания, ограничивающие имущественные права, правоспособность и статус осуждённого

Избыточность уголовной репрессии, обусловленная преобладанием в уголовно-правовой практике наказаний, связанных с лишением свободы, представляется опасной, поскольку её негативное влияние на общество сопоставимо с таковым от преступности[220]. Наказание в виде лишения свободы в силу специфики своего исполнения способствует не столько борьбе с

преступностью, сколько криминализации общества, а пребывание в местах лишения свободы вместо исправления помогает осуждённому повысить свою преступную квалификацию и отчуждает его от общества [221] .

При этом результаты опроса, проведённого в рамках настоящего диссертационного исследования, свидетельствуют о том, что 63,1 % респондентов замечают распространение криминальной культуры в обществе и относятся к этому резко негативно (см. Приложение 1).

Имущественные и иные, ограничивающие правоспособность и статус осуждённого, наказания не связанны с лишением свободы и поэтому являются важными для современной уголовной политики, что обусловлено не только «пороками» наказаний, связанных с изоляцией от общества, но и высоким потенциалом имущественных и иных наказаний самих по себе.

К числу таких наказаний ООН в Токийских правилах[222] отнесла устные санкции, такие как замечание, порицание и предупреждение; поражение в гражданских правах; экономические санкции и денежные наказания, такие как разовые штрафы и поденные штрафы; конфискацию или постановление о лишении права собственности на имущество; возвращение имущества жертве или постановление о компенсации; домашний арест и некоторые другие меры (ст. 8). ООН также указала, что следует разрабатывать меры, не связанные с тюремным заключением, в целях сокращения применения наказания в виде лишения свободы и рационализации политики в области уголовного права, учитывая при этом необходимость возвращения осуждённого к нормальной жизни в обществе (ст. 1.5).

Направленность государственной уголовной политики на сокращение применения лишения свободы отражается и в национальных нормативных актах. Так, например, в Концепции развития уголовно-исполнительной системы

до 2020 года, утверждённой распоряжением Правительства РФ в 2010 году[223], отмечается, что для рационализации политики в области уголовного правосудия должно быть увеличено число лиц, осуждённых к наказаниям, не связанным с изоляцией от общества, чего можно достичь за счёт расширения практики назначения названных наказаний судами и увеличения количества санкций статей Особенной части уголовного закона, которые предусматривали бы такие наказания (пункт 5 раздел III).

Далее будут рассмотрены две группы наказаний, не связанных с изоляцией от общества и являющихся альтернативными лишению свободы. К первой группе отнесены имущественные наказания, а ко второй - наказания, состоящие в лишении осуждённого прав занимать определённые должности, заниматься определённой деятельностью, а также званий и наград.

Имущественными наказаниями, т.е. такими принудительными мерами, которые направлены против права собственности осуждённого, являются, прежде всего, штраф и конфискация имущества. Эти наказания направлены против собственности непосредственно, а не опосредованно, как, например, исправительные работы, предполагающие удержание части заработка (это наказание также может быть отнесено к числу имущественных[224], но в силу акцентированности на труде рассмотрено в предыдущем параграфе).

Статус этих наказаний в Российской Федерации и Республике Корея существенно различается. Штраф по УК РФ является самым мягким видом наказания в системе наказаний, а конфискация имущества не является наказанием вовсе, будучи отнесена законодателем к числу иных мер уголовно­правового характера. Система наказаний по УК РК, содержит два вида штрафа (обычный и малый, и соответственно), а самым мягким видом

наказания считает конфискацию имущества (^4). Однако при детальном

рассмотрении обнаруживается, что между названными уголовно-правовыми мерами в российском и южнокорейском законодательстве есть и много общего.

В России штраф, т.е. денежное взыскание, назначаемое в определённых пределах (ч. 1 ст. 46 УК РФ), определено в уголовном законе как смешанное наказание, которое может назначаться в качестве как основного, так и дополнительного (ст. 45 УК РФ).

Размер штрафа исчисляется тремя способами (ч. 2 ст. 46 УК РФ). Первый способ предполагает указание конкретной денежной суммы, подлежащей уплате осуждённым (от пяти тысяч до пяти миллионов рублей). Второй способ связывает размер штрафа с доходом лица за определённый период времени (от двух недель до пяти лет). Третий способ подразумевает исчисление размера штрафа исходя из величины, кратной сумме коммерческого подкупа, взятки и т.д. (до стократной суммы, но в любом случае не менее двадцати пяти тысяч рублей и не более пятисот миллионов рублей).

При назначении штрафа суд должен учитывать тяжесть совершённого лицом преступления, имущественное положение осуждённого и его семьи, а также возможности получения осуждённым дохода (ч. 3 ст. 46 УК РФ). Определив на основании названных обстоятельств размер штрафа, суд может предоставить осуждённому рассрочку уплаты штрафа на срок до пяти лет, установив определённый ежемесячный платёж (ч. 3 ст. 46 УК РФ). Для предоставления такой рассрочки необходимо ходатайство осуждённого (ч. 2 ст. 31 УИК РФ), без которого он обязан уплатить всю сумму штрафа в течение шестидесяти дней со дня вступления приговора суда в законную силу (ч. 1 ст. 31 УИК РФ). При предоставлении осуждённому рассрочки он обязан уплатить первую часть штрафа также в течение шестидесяти дней со дня вступления приговора в законную силу, а все остальные части - ежемесячно не позднее последнего дня каждого месяца (ч. 3 ст. 31 УИК РФ).

Изложенное относится к штрафу, назначенному судом в качестве как основного, так и дополнительного наказания. При этом законодатель отдельно оговаривает, что штраф не может назначаться в качестве дополнительного

наказания произвольно - для его назначения необходимо прямое указание в санкции статьи Особенной части уголовного закона (ч. 4 ст. 46 УК РФ).

Система наказаний по уголовному законодательству Республики Корея включает два вида штрафа - штраф и малый штраф, притом оба этих наказания могут быть назначены в качестве как основного, так и дополнительного наказания. В УК РК не содержится определение ни одного из видов штрафа, а различие между ними состоит только в сумме взыскиваемых денежных средств. Так, штраф назначается осуждённому в размере от пятидесяти тысяч вон

(что по курсу данной валюты на декабрь 2017 года составляет чуть менее трёх тысяч рублей - две тысячи семьсот), притом в случае смягчения наказания при наличии соответствующих обстоятельств минимальное значение суммы штрафа может быть понижено (в половину от установленной за конкретное преступление суммы штрафа; ст. 45, п. 6 ч. 1 ст. 55 УК РК). Малый штраф назначается в размере от двух до пятидесяти тысяч вон (ст.

47 УК РК).

Срок уплаты штрафа и малого штрафа одинаков - оба названных наказания должны быть исполнены в течение тридцати дней с момента вынесения окончательного приговора (ч. 1 ст. 69 УК РК). Предоставление осуждённому рассрочки уплаты штрафа осуждённому законодательством Республики Корея не предусмотрено, однако крайний срок уплаты штрафа может быть продлён компетентным органом или должностным лицом (в частности, прокурором; см. ч. 1 ст. 4 Закона Республики Корея «Об исполнении общественных работ осуждёнными, не уплатившими штраф»[225]).

Как в Российской Федерации, так и в Республике Корея предусмотрены определённые последствия неуплаты штрафа. В Российской Федерации законодательство вводит понятие злостного уклонения от уплаты штрафа, под которым понимается неуплата штрафа полностью или частично в срок, установленный для этого, в том числе, и при предоставлении рассрочки (ч. 1 ст. 32 УИК РФ). По прошествии десяти дней с момента истечения установленного

законом или определённого в постановлении о возбуждении исполнительного производства срока уплаты штрафа или его части судебный пристав- исполнитель направляет в суд представление о замене штрафа другим видом наказания (ч. 2 ст. 32 УИК РФ).

В случае удовлетворения судом представления судебного пристава- исполнителя, штраф может быть заменён любым другим наказанием [226] , за исключением лишения свободы (и, очевидно, смертной казни). При этом объём карательного воздействия в результате такой замены может измениться как в большую, так и в меньшую сторону, что позволяет суду наилучшим образом индивидуализировать наказание[227] (но нужно иметь в виду, что исходя из места штрафа в системе наказаний, любая замена данного вида наказания должна расцениваться как формально более строгая мера).

Особенность замены штрафа установлена законом для случаев, когда его сумма исчисляется исходя из величины, кратной стоимости предмета или сумме коммерческого подкупа или взятки - такой штраф может быть заменён только теми наказаниями, которые содержатся в санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ (ч. 5 ст. 46 УК РФ). Важно, что определённое судом в качестве замены штрафа наказание не может быть условным.

Описанный порядок относится к штрафу как основному наказанию. Если штраф назначен как дополнительное наказание, судебный пристав-исполнитель производит взыскание в принудительном порядке, общем для взыскания с должника имущества по исполнительному документу (ч. 3 ст. 32 УИК РФ, ст. 68, п. 2 ч. 10 ст. 103 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ[228]).

В Республике Корея замена штрафа (как обычного, так и малого) иным наказанием уголовным законодательством не предусмотрена. Вместо этого

осуждённый на основании усмотрения суда может быть заключён в работный дом (^^44*1), где будет пребывать до тех пор, пока не уплатит всю сумму штрафа (ч. 1 ст. 69 УК РК). Срок содержания в работном доме осуждённого к штрафу составляет от одного дня до трёх лет, а к малому штрафу - от одного дня до тридцати дней (ч. 2 ст. 69 УК РК). Назначая осуждённому вместо штрафа (или его части) заключение в работном доме, суд должен определить срок заключения на основании определённых критериев. Так, при замене штрафа, назначенного в размере от ста до пятисот миллионов вон, срок заключения в работном доме составляет от трёхсот до пятисот дней. Если сумма штрафа превышает пятьсот миллионов вон, но менее пяти миллиардов - срок определяется от пятисот до тысячи дней. Если сумма штрафа превышает пять миллиардов вон, то заключение в работный дом назначается, по меньшей мере, на тысячу дней (и не более 1095 дней; ст. 70 УК РК). При уплате осуждённым части штрафа судом вычитается соответствующая ей часть из предписанного срока заключения в работном доме (ст. 71 УК РК).

Хотя число ежегодно осуждаемых лиц, которым штраф заменяется заключением в работном доме, весьма невелико (в среднем, среднесуточное число лиц, содержащихся в работных домах редко превышало две тысячи осуждённых[229], впервые переступив этот порог в 2005 году и только в 1998 году превысив тысячу осуждённых[230]), в 2009 году был принят Закон Республики Корея «Об исполнении общественных работ осуждёнными, не уплатившими штраф», устанавливающий альтернативу заключению в работном доме в виде общественно полезных работ (Л}^-^Л}), для назначения которых суд должен установить три обстоятельства: желание уплатить штраф, невозможность уплаты по объективным причинам и соответствие требованиям, предъявляемым для общественно полезной работы[231]. Определяя цель этого закона, южнокорейский законодатель устанавливает его направленность на

сокращение назначения заключения в работном доме для тех осуждённых, которые не могут уплатить штраф в силу экономических обстоятельств (ст. 1).

Под общественно полезными работами законодатель понимает неоплачиваемую работу в интересах общества, время (продолжительность) и место которой определяются сотрудником службы пробации (^^^^^; ч. 2 ст. 3). Замена штрафа и заключения в работном доме общественными работами невозможна без прохождения определённой процедуры согласования, которая должна быть инициирована осуждённым. Так, осуждённый обращается с соответствующим заявлением в прокуратуру, где его заявление должно быть проверено на соответствие формальным критериям (ст. 4), а затем направлено в суд для рассмотрения (ст. 5).

Осуждённый не должен привлекаться к общественным работам более чем на девять часов в сутки (ч. 2 ст. 10), а общий срок отбывания общественных работ не может превышать шести месяцев, хотя в случае необходимости сотрудник службы пробации может продлить его ещё на шесть месяцев (итого срок не может превышать двенадцати месяцев; ст. 11).

Замена штрафа и заключения в работный дом общественными работами возможна только в случае назначения штрафа в качестве основного наказания (п. 2 ч. 2 ст. 4), поскольку общественные работы (а равно и заключение в работный дом) объективно не могут быть отбыты лицом, приговорённым к основному наказанию в виде лишения свободы в той или иной форме.

Необходимо отметить, что обе альтернативы штрафа, закреплённые в южнокорейском уголовном законодательстве, не являются наказаниями и не входят в систему наказаний, но могут быть отнесены к числу иных мер уголовно-правового характера. Здесь уместно упомянуть, что к числу этих же иных мер уголовно-правового характера, но уже в Российской Федерации, относится введённый в 2016 году судебный штраф[232]. Данная мера назначается

при освобождении лица, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести и возместило ущерб или тем или иным образом загладило причинённый преступлением вред (ст. 762 УК РФ), и состоит в денежном взыскании, размер которого не может превышать половину максимального размера штрафа, предусмотренного в санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ, либо, если штраф в санкции не предусмотрен, двести пятьдесят тысяч рублей (ст.ст. 1044, 1045 УК РФ). Судебный штраф, подобно южнокорейским альтернативам наказанию в виде штрафа, не является наказанием и, в сущности, представляет собой пошлину за освобождение от уголовной ответственности, своего рода откупной платёж, что может восприниматься неоднозначно и вносить ещё большее смешение в уголовное законодательство, поскольку с 2016 года УК РФ содержит три штрафа - два наказания (рассматриваемое в настоящей главе общее наказание и его аналог из усечённой системы наказаний, назначаемый несовершеннолетним) и иную меру уголовно-правового характера. Однако следует отметить, что применение судебного штрафа способно сократить число лиц, столкнувшихся в результате привлечения к уголовной ответственности с её негативными последствиями в виде судимости и социального остракизма, чем будет способствовать оздоровлению криминогенной обстановки в обществе.

В УК РФ штраф имеет широкое распространение, встречаясь в качестве основного вида наказания в 428 санкциях статей, расположенных во всех главах Особенной части УК РФ (и в 212 санкциях - в качестве дополнительного наказания). В большинстве случаев штраф предусмотрен в качестве одного из альтернативных наказаний, где наравне со штрафом возможно назначение, например, обязательных работ, исправительных работ, ограничения свободы, принудительных работ, ареста, либо лишения свободы на определённый срок (см., например, ч. 1 ст. 159 УК РФ). Однако в отдельных случаях положение штрафа в санкциях статей представляется более чем неоднозначным. Так, ст. 320 УК РФ «Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении должностного лица правоохранительного или контролирующего

органа» фактически устанавливает штраф в качестве единственного наказания, поскольку альтернативно предусмотренное ему наказание в виде ареста не применяется. В то же время в пяти статьях Особенной части УК РФ штраф устанавливается в качестве единственной альтернативы лишению свободы на определённый срок (вплоть до пяти лет), что приводит к определению фактического равенства в части объёма карательного воздействия между штрафом, как наименее строгим наказанием в по УК РФ, и лишением свободы, как наказанием, уступающим в строгости лишь смертной казни и пожизненному заключению (ст.ст. 1712, 2052, 2154, 2432, 354 УК РФ).

В южнокорейском законодательстве штраф как основное наказание также представлен достаточно широко, будучи установлен в 117 санкциях 102 статей Особенной части УК РК, а также в отдельных статьях всех пяти специальных уголовных законов, рассматриваемых в настоящей работе. Кроме того, штраф является одним из трёх наказаний, установленных в Законе Республики Корея «О проступках», где его максимальный размер ограничен шестьюстами тысячами вон (примерно тридцать две тысячи триста рублей; ч. 3 ст. 3 Закона Республики Корея о проступках). В большинстве содержащих данное наказание санкций статей УК РК штраф установлен в качестве альтернативы лишению свободы, однако есть и исключения - в ряде санкций штраф является единственным возможным наказанием (ст.ст. 163, 170, 181, 189 УК РК и др.).

В качестве дополнительного наказания штраф назначается в соответствии с особыми положениями УК РК и специальных уголовных законов, устанавливающими возможность его применения в дополнение к лишению свободы или другим основным наказанием (однако в большинстве случаев - только к лишению свободы). В частности, в УК РК такими положениями являются статьи, которые устанавливают возможность назначения штрафа в качестве дополнительного наказания за группы преступлений, связанные с незаконным оборотом опиума (ст. 204), подделкой валюты (ст. 209), ценными бумагами (ст. 220), азартными играми (ст. 249), похищением и торговлей людьми (ст. 295) и краденой собственностью (ст. 363). В то же время, Закон

Республики Корея «О незаконном обороте наркотиков» содержит отдельные статьи, в которых санкции устанавливают, помимо основного наказания, дополнительное наказание в виде штрафа (ст.ст. 6, 7 и 8).

Существенно меньшее распространение в южнокорейском уголовном законодательстве имеет малый штраф. Так, в УК РК данный вид наказания предусмотрен в качестве одного из альтернативных основных наказаний (наравне со штрафом, арестом и в некоторых случаях даже лишением свободы) за такие деяния, как применение насилия (ст. 260; ^^), причинение вреда здоровью по неосторожности (ст. 266; запугивание (ст. 283; ^^),

неправомочное использование автомобиля (ст. 331.2;

неправомерное использование публичного оборудования [233] (ст. 348.2; и завладение потерянными вещами [234] (ст. 360;

Вместе с тем малый штраф установлен как один из видов наказаний для всех деяний, запрещённых Законом Республики Корея «О проступках», которых всего насчитывается сорок шесть (ст. 3). Малый штраф на основании положений названного закона может назначаться в качестве как основного, так и дополнительного наказания (ст. 5).

В свете вышеизложенного обращает на себя внимание соотношение широкого закрепления штрафа в законодательстве со сравнительно редким его применением судами в Российской Федерации. В 2016 году к штрафу было приговорено около 15,3 % лиц из числе всех лиц, привлечённых к уголовной ответственности (без учёта штрафа как дополнительного наказания - 13,5 %)[235]. В 2003 году штраф был назначен всего лишь в 6,5 % случаев, в 2005 году это число превысило 10 %[236], а с 2012 года лишь единожды опустилось ниже 15 %

(в 2015 году данный показатель составил 13,5 %)[237]. Примерно такое же положение сохраняется и в статистических данных за первое 2017 год - к штрафу приговорено около 1 2,9 % лиц[238].

В Республике Корея штраф назначается намного чаще, однако практика его назначения нестабильна. В целом можно отметить, что количество назначений штрафа в качестве наказания в процентном соотношении с общим числом вынесенных приговоров росло с 2000 по 2006 гг., увеличившись с 18 % до 37,5 %[239]. С 2006 данный показатель колеблется в пределах от 29,6 % (2012 год) до 36,3 % (2009 год), составив в 2015 году 30,3 %[240]. Таким образом, в Республике Корея штраф применяется в два раза чаще, чем в Российской Федерации, что выгодно отличает южнокорейскую судебную практику.

При этом приведённые данные касаются лишь обычного судебного порядка уголовного судопроизводства (публичных слушаний;

который в 2015 году применялся лишь в 23 % всех рассматриваемых дел. В то же время 42,3 % уголовных дел было рассмотрено судами в упрощённом порядке (сокращённая процедура; и завершились избранием в

качестве наказания штрафа в 98,7 % случаев[241]. Таким образом, штраф является самым распространенным наказанием в Республике Корея, назначаемым в трети приговоров по результатам рассмотрения уголовных дел в обычном порядке, и практически во всех случаях - в упрощённом порядке.

Что касается малого штрафа, то он назначается в качестве наказания только в делах, которые рассматриваются в упрощённом порядке, и его доля здесь минимальна[242].

Резюмируя вышеизложенное, следует отметить, что штраф считается

достаточно эффективным наказанием за преступления небольшой тяжести, связанные, прежде всего, с причинением имущественного ущерба. При этом его назначение не должно приводить к обнищанию осуждённого, резкому ухудшению его материального положения и благополучия его семьи. В то же время штраф не должен быть разновидностью откупа, позволяющей лицу с высоким достатком «выкупить» себя у правосудия [243] , в связи с чем законодателю и суду следует определять такой размер штрафа, который будет чувствителен и нежелателен для осуждённого, однако не разорит его полностью. Кроме того, штраф не отрывает осуждённого от естественной социальной среды, не требует больших затрат на исполнение, а также, что немаловажно, способствует пополнению государственного бюджета[244].

Однако исполнение штрафа сталкивается со сложностями, снижающими его положительное значение. Например, существенной является проблема неплатежей, поскольку в среднем лишь пятая часть осуждённых (в Российской Федерации) добровольно уплачивает штраф, назначенный в качестве основного наказания, что вынуждает прибегать к принудительному исполнению, либо замене штрафа другим наказанием[245]. Представляется, что одним из основных факторов, влияющих на неуплату штрафов осуждёнными, является объективное отсутствие возможности его уплаты, обусловленное достаточно низким уровнем жизни населения. Однако не менее важным фактором является и личность преступника - штраф может считаться эффективной уголовно­правовой мерой в отношении лиц, совершивших преступление впервые и раскаявшихся в его совершении, тогда как в отношении лиц, подвергшихся криминальной деформации, он не способен достичь цели предупреждения

новых преступлений[246].

Необходимо также отметить, что имевшее место в Российской Федерации систематическое повышение законодателем размера штрафа привело к нарушению системы наказаний, поскольку штраф фактически утратил статус наименее строгого вида наказания, превзойдя по репрессивности многие другие виды наказаний, которые, исходя из построения системы наказаний, должны иметь большую степень строгости (обязательные работы, исправительные работы и проч.) [247] . Это ещё больше усугубило несоразмерность видов наказаний в санкциях статей Особенной части УК РФ. Нет чёткого критерия, некоего коэффициента, на основании которого суд мог бы соотнести определённый размер штрафа с, например, определённым сроком лишения свободы при назначении наказания, когда в санкции соответствующей статьи установлено несколько альтернативных наказаний. Отсутствие такого коэффициента приводит так же и к тому, что в случае злостного уклонения от уплаты штрафа осуждённым суд может перевести штраф в произвольные количественные показатели других видов наказания[248] , как повысив, так и понизив строгость уголовной ответственности в каждом конкретном случае.

Решение названных проблем способно повысить эффективность штрафа как вида наказания, что сделает его более востребованным в практическом применении, а также привести в надлежащий порядок систему наказаний и оказать положительное воздействие на уголовное законодательство в целом.

После рассмотрения штрафа уместным представляется остановиться на таком виде наказания, как конфискация имущества. Как уже отмечалось выше, в Российской Федерации и Республике Корея эта уголовно-правовая мера имеет принципиально различный легальный статус - в России конфискация имущества является иной мерой уголовно-правового характера, тогда как в Республике Корея это именно вид наказания, притом единственный, который в

законе прямо назван дополнительным. Вместе с тем, несмотря на такое, казалось бы, существенное различие, действительной разницы между данными мерами в рассматриваемых странах практически нет.

В Российской Федерации конфискация имущества ранее была дополнительным видом наказания и представляла собой принудительное безвозмездное изъятие в собственность государства всего или части имущества, являющегося собственностью осужденного (ч. 3 ст. 45, ч. 1 ст. 52 УК РФ). Данный вид наказания устанавливался за тяжкие и особо тяжкие преступления, совершенные из корыстных побуждений, и мог назначаться только в тех случаях, которые были прямо предусмотрены в статьях Особенной части УК РФ (ч. 2 ст. 52 УК РФ). В системе наказаний конфискация имущества занимала место, соответствующее самому строгому виду наказания из числа наказаний, не связанных с ограничением или лишением свободы. УИК РФ, помимо определения порядка исполнения данного наказания, определял примерный перечень имущества, которое могло подлежать конфискации, относя к нему, в том числе, долю осуждённого в общей собственности, уставном капитале коммерческих организаций, деньги, ценные бумаги, иные ценности, в том числе находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в финансово­кредитных организациях и банках, а также имущество, переданное осужденным в доверительное управление (ч. 1 ст. 63 УИК РФ). В приложении № 1 к УИК РФ содержался перечень имущества, которое не могло быть конфисковано у осуждённого, включающий, помимо прочего, жилище, где осуждённый и его семья постоянно проживали, объекты, необходимые для ведения хозяйства для удовлетворения минимальных потребностей осуждённого, находящиеся в употреблении предметы домашней обстановки, утвари, одежды и так далее.

При этом не являлось конфискацией имущества изъятие у осуждённого орудий преступления, нажитых преступным путём ценностей, предметов, исключённых из гражданского оборота и иных предметов, в отношении

которых у осуждённого нет и не может быть права собственности[249].

Подобный порядок сохранялся до декабря 2003 года, когда Федеральным законом от 08.12.2003 № 162-ФЗ все положения о конфискации имущества были признаны утратившими силу [250] . Однако не прошло и трёх лет, как законодатель изменил свою позицию и вернул конфискацию имущества в УК РФ, хотя и в виде иной меры уголовно-правового характера[251].

С 2006 года конфискация имущества в Российской Федерацией представляет собой иную меру уголовно-правового характера (Глава 151 УК РФ), к числу которых относятся также принудительные меры медицинского характера (Глава 15 УК РФ) и уже упомянутый выше судебный штраф (Глава 152 УК РФ). Как и прежде, конфискация имущества является принудительным безвозмездным изъятием имущества, которое обращается в собственность государства на основании обвинительного приговора суда (ч. 1 ст. 1041 УК РФ). В случае невозможности конфискации названного имущества, может быть взыскана денежная сумма, равная его стоимости (ч. 1 ст. 1042 УК РФ).

Теперь, однако, законодатель указывает в законе и те объекты конфискации, которые имуществом осуждённого фактически не являются, поскольку права собственности в отношении них у осуждённого возникать не может. Так, законодатель назвал в числе подлежащего конфискации имущества деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступлений, закрытый перечень которых содержится в п. «а» ч. 1 ст. 1041 УК РФ (это насильственные преступления из корыстных побуждений, преступления в сфере экономической деятельности и т.д.), а также орудий,

оборудования и иных средств совершения преступления. Кроме того, конфискации подлежат те деньги, ценности и иное имущество, в которые было преобразовано полученное в результате совершения преступления имущество, либо которые предназначаются или используются для финансирования терроризма, экстремистской деятельности, организованной преступной группы, незаконного вооруженного формирования или преступного сообщества.

Также закон содержит положение, согласно которому не может быть конфисковано подлежащее конфискации имущество, переданное осуждённым другому лицу, если это лицо не знало и не должно было знать, что оно получено в результате преступных действий, т.е. являлось добросовестным приобретателем (ч. 3 ст. 1041 УК РФ). Это положение, как представляется, вступает в противоречие с нормами гражданского законодательства. Так, ст. 302 ГК РФ устанавливает, что собственник вправе истребовать у приобретателя имущество, которое было возмездно приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение, о чем приобретатель не знал и не мог знать, в случаях, когда имущество утеряно собственником или лицом, получившим имущество во владение, а равно похищено, либо было отторгнуто иным путем помимо их воли [252] . В свою очередь, уголовно-правовая регламентация конфискации имущества не допускает подобный порядок, что ухудшает положение лица, пострадавшего от совершения преступления, и затрудняет процесс восстановления нарушенных преступлением правоотношений[253].

В законе отдельно оговаривается, что при назначении конфискации имущества в качестве иной меры уголовно-правового характера в первую очередь должен быть решён вопрос о возмещение вреда, причинённого преступлением (ст. 1043 УК РФ). Возмещение вреда, если это возможно, осуществляется отдельно от конфискации (п. «а» ч. 1 ст. 1041 УК РФ), однако при отсутствии такой возможности возмещение производится за счёт

конфискованного имущества, оставшаяся часть которого обращается в доход государства (ч. 2 ст. 1043 УК РФ). Таким образом, конфискация имущества в своём нынешнем виде является мерой, направленной на изъятие орудий и средств совершения преступления и полученного в результате совершения преступления имущества, и возмещение причинённого преступлением вреда.

Здесь следует упомянуть ещё один недостаток правовой регламентации конфискации имущества как иной меры уголовно-правового характера - представляется недопустимо узким перечень преступлений, в связи с совершением которых допускается применение данной меры. Деньги, ценности и иное имущество могут быть получены далеко не только в результате совершения преступлений, перечисленных в положениях о конфискации имущества (здесь нет, например, всех преступлений против собственности и большинства преступлений в сфере экономической деятельности), поэтому целесообразно расширить соответствующий перечень или упразднить его вовсе, распространив возможность применения конфискации имущества на все преступления, запрещённые УК РФ[254].

При этом следует отметить, что достаточно обоснованным можно счесть мнение о необходимости восстановления конфискации имущества в статусе наказания, поскольку в своем современном виде данная мера не может быть эффективным средством противодействия преступности[255].

Согласно южнокорейскому уголовному законодательству конфискация имущества является наименее строгим видом наказания и состоит в изъятии имущества у осуждённого или лица, получившего это имущество от осуждённого и знавшего о его происхождении (ч. 1 ст. 48 УК РК). При этом изъятию подлежат только те предметы (товары; которые были:

использованы для совершения преступления или предназначались для этой цели; произведены в результате совершения преступления; получены взамен

предметов, использованных или предназначенных для совершения преступления, а равно и полученных в результате его совершения (п.п. 1-3 ч. 1 ст. 48 УК РК). В случае, если такие вещи не могут быть конфискованы, изъятию подлежит эквивалентная денежная сумма (ч. 2 ст. 48 УК РК).

Важно, что законодатель предусмотрел возможность изъятия подлежащего конфискации имущества ещё до признания лица виновным в совершении преступления, для чего достаточным является соблюдение формальных критериев конфискации (т.е. если имущество обладает описанными выше признаками; ст. 49 УК РК). Такая возможность может показаться неоднозначной, однако о её уместности свидетельствует ряд дополнительных положений, регламентирующих конфискацию имущества в УК РК, специальных уголовных и прочих законах. В частности, ст. 135 УК РК содержит норму, согласно которой конфискации подлежит полученная взятка, а равно деньги либо ценности, предназначенные для дачи взятки (взяточничеству и назначению конфискации также посвящена ст. 357 УК РК). Похожая норма содержится в ст. 206 УК РК, устанавливающей необходимость конфискации опиума, его производных и инструментов, используемых для потребления данных наркотических веществ в случае совершения преступлений, связанных с незаконным оборотом опиума (ст.ст. 198-205 УК РК).

Закон Республики Корея «О незаконном обороте наркотиков» дополняет положения УК РК и устанавливает, что конфискация в рамках данного закона применяется также и в отношении незаконного дохода, полученного в результате совершения преступления, имущества, приобретённого за счёт незаконного дохода, а также некоторых других видов имущества (ст. 13).

Также возможность конфискации имущества устанавливает Закон Республики Корея «О национальной безопасности», согласно ст. 15 которого конфискации подлежит вознаграждение (М^), полученное лицом в связи с совершением любого из преступлений, запрещённых этим законом. Кроме того, положения о конфискации имущества содержатся во множестве других специальных законов, посвящённых противодействию коррупции и прочим

злоупотреблениям, в первую очередь, со стороны государственных служащих.

Следует отметить двойственный характер уголовно-правовой регламентации конфискации имущества в южнокорейском законодательстве. С одной стороны, данная мера отнесена к числу наказаний и должна обладать всеми вытекающими из подобного статуса признаками. Но, с другой стороны, конфискация имущества может применяться до вынесения приговора суда и до признания лица виновным в совершении преступления, что, хотя и может быть обосновано (например, те же наркотические средства, изъятые из гражданского оборота, должны быть конфискованы и уничтожены после проведения необходимых процессуальных действий, поскольку их незаконность презюмируется и не нуждается в подтверждении), существенно меняет положение конфискации в системе уголовной ответственности и едва ли позволяет счесть её именно наказанием. Таким образом, проблема определения правовой природы конфискации имущества в уголовном праве Республики Корея является существенной и одним из путей её решения южнокорейские авторы считают, например, исключение конфискации из числа наказаний[256], как то имело место в Российской Федерации.

Обращает на себя внимание и достаточно узкий круг объектов, составляющих подлежащее конфискации имущество. Общие положения законодательства указывают на возможность конфискации лишь «предметов», тогда как целесообразно было бы добавить в соответствующие положения «деньги» (^^) и «иное имущество» (^ ^4 4^)[257]. Интересно, что возможность конфискации преступного дохода отдельно устанавливают рассмотренные выше специальные уголовные законы, поэтому дополнение положений «базового» УК РК для расширения круга объектов, составляющих подлежащее конфискации имущество, представляется вполне возможным и даже необходимым, поскольку из-за различий между положениями УК РК и

специальных уголовных законов в части регламентации конфискации имущества имеет место такая ситуация, когда поправки, вносимые в специальные уголовные законы в целях их актуализации, существенно изменяют содержание и порядок исполнения конфискации имущества, что в совокупности с множественностью источников южнокорейского уголовного права затрудняет выбор положений, которые должны быть применены в каждом конкретном случае. Всё это объективно обуславливает потребность в унификации соответствующих положений законодательства[258].

В Республике Корея конфискация имущества, как и другие имущественные наказания, исполняется на основании приказа прокурора (ч. 1 ст. 477 УПК Республики Корея) а сам порядок исполнения является общим для имущественных взысканий в пользу государства и установлен гражданским законодательством (ч. 3 ст. 477 УПК Республики Корея).

Таким образом, конфискация имущества в рассматриваемых странах имеет схожую регламентацию, но принципиально различный статус - в Российской Федерации эта мера отнесена законодателем к числу иных мер уголовно-правового характера, тогда как в Республике Корея она входит в систему наказаний. При этом как российская, так и южнокорейская доктрины подвергают критике имеющуюся в национальном законодательстве регламентацию конфискации имущества, предлагая кардинально противоположные пути решения проблемы за счёт изменения статуса этой меры. Стоит отметить, что позиция южнокорейской доктрины обосновывается стремлением расширить практику применения конфискации имущества до вынесения обвинительного приговора суда, чем предлагается обеспечить, во- первых, сохранность имущества (чтобы оно не могло быть продано или передано третьему лицу, что усложнило бы процедуру конфискации), а во- вторых, избежать ряда процессуальных затруднений (связанных, например, с

последствиями смерти обвиняемого / подсудимого и т.д.)[259].

Как отмечалось выше, штраф и конфискация имущества входят в группу имущественных наказаний, тогда как ко второй группе, отнесены меры, которые выражаются в лишении осуждённого конкретных профессиональных прав и возможностей, а также поощрений, связанных с предшествующими совершению преступления заслугами перед государством и обществом.

В Российской Федерации отдельные профессиональные права и возможности осуждённого ограничивает такое наказание, как лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью (ст. 47 УК РФ). Положение этого наказания в перечне наказаний указывает на то, что законодатель оценил предусмотренный им объём негативного воздействия на личность преступника вторым по степени строгости после штрафа. Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью по порядку назначения является смешанным и может назначаться в качестве как основного, так и дополнительного наказания. Следует отметить, что осуждённому данное наказание может быть назначено одновременно в качестве основного и дополнительного наказаний, но только в случае, когда имеет место совокупность приговоров (хотя до 2015 года Верховный Суд РФ, установивший такую возможность, придерживался кардинально противоположного мнения)[260].

Фактически, законодатель объединил в этой уголовно-правовой мере два отчасти самостоятельных наказания - соответственно, лишение права занимать определенные должности и лишение права заниматься определенной

деятельностью[261]. Подобный вывод можно сделать, в частности, на основании Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58, в котором, во-первых, в отдельности дополняется обозначенное в ч. 1 ст. 47 УК РФ содержание каждого из этих наказаний (п. 9), а во-вторых, указывается на невозможность одновременного назначения лицу лишения права занимать определенные должности и лишения права заниматься определенной деятельностью, притом в отношении этих мер используется оборот «указанные наказания» (п. 11). Лишение права занимать определенные должности

предполагает запрещение занимать круг должностей на государственной службе или в органах местного самоуправления, определённый конкретными признаками (например, должности, связанные с осуществлением административно-хозяйственных полномочий, функций представителя власти и проч.). Лишение права заниматься определенной деятельностью, в свою очередь, выражается в запрещении заниматься как профессиональной, так и иной деятельностью, которое должно быть конкретизировано в приговоре (например, запрет иметь врачебную или педагогическую практику).

В качестве основного наказания лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться на срок от одного года до пяти лет, а в качестве дополнительного - на срок от шести месяцев до трех лет. При этом в специально предусмотренных законом случаях данная мера как дополнительное наказание может назначаться на срок до двадцати лет (если это оговорено в соответствующей санкции статьи Особенной части УК РФ; ч. 2 ст. 47 УК РФ). Срок исполнения рассматриваемого наказания исчисляется с момента вступления приговора в законную силу в случаях, когда оно назначено в качестве основного наказания или дополнительного к наказаниям, не связанным с лишением свободы, а также при условном осуждении (ч. 1 ст. 36 УИК РФ). В случае назначения данного наказания в качестве дополнительного к наказанию, связанному с лишением

свободы (принудительные работы, арест, содержание в дисциплинарной воинской части и, собственно, лишение свободы на определённый срок), оно действует с момента вступления приговора в законную силу, однако его срок исчисляется с момента отбытия основного наказания (ч. 2 ст. 36 УИК РФ).

Нарушение осуждённым требований приговора о лишении права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью является преступлением и служит основанием для его привлечения к уголовной ответственности по ст. 315 УК РФ «Неисполнение приговора суда, решения суда или иного судебного акта» (ст. 38 УИК РФ). При этом следует отметить, что российское законодательство не предусматривает возможность замены рассматриваемого наказания более строгим наказанием в случае злостного уклонения от его отбывания[262].

В Республике Корея уголовное законодательство содержит два наказания, имеющих определённое сходство с российским лишением права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью, а именно лишение прав (*}4^^) и приостановление прав (*}444). Эти наказания состоят, соответственно, в бессрочном лишении или временном приостановлении четырёх прав осуждённого: права становиться

государственным служащим; активного и пассивного избирательного права; права на определённые виды предпринимательской деятельности; права возглавлять юридическое лицо, становиться аудитором или управляющим юридического лица, быть инспектором или куратором деятельности юридического лица (ст. 43 УК РК). В системе наказаний данные меры расположены таким образом, что по степени строгости их превосходит только лишение свободы и смертная казнь, что принципиально отличает их статус от российского аналога. Так же отличается и их содержание, хотя здесь отличие не столь существенное и состоит, прежде всего, в том, что помимо ограничений права на труд по роду деятельности и характеру службы, они предполагают

лишение или приостановление активного и пассивного избирательного права[263].

Лишение прав является акцессорным наказанием, «автоматически» следующим за назначением пожизненного лишения свободы и смертной казни, и поражает все четыре названных выше права (ч. 1 ст. 43 УК РК). Приостановление прав может быть как основным, так и дополнительным наказанием, назначаемым на срок от одного года до пятнадцати лет. В случае назначения срочного лишения свободы, первые из трёх названных выше прав «автоматически» приостанавливаются на срок лишения свободы (ч. 2 ст. 43 УК РК), т.е. в таких случаях приостановление прав также может рассматриваться как акцессорное наказание. При одновременном назначении лишения свободы и приостановления прав, срок последнего исчисляется с момента отбытия лишения свободы (ч. 2 ст. 44 УК РК).

При назначении осуждённому лишения прав или приостановления прав его данные вносятся в специальный реестр осуждённых (^^7]^^1), после чего незамедлительно направляется уведомление в администрацию населённого пункта (^) или района (7; а равно и любого другого местного территориального образования), где осуждённый будет проживать или отбывать основное наказание, для контроля (ст. 476 УПК Республики Корея).

Рассматриваемые наказания имеют сравнительно широкое распространение в уголовном законодательстве - особенно, как дополнительное наказание. Лишение права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью предусмотрено в 457 санкциях 154 статей Особенной части УК РФ, из которых лишь 36 санкций устанавливают данную меру в качестве основного наказания. В качестве дополнительного наказания лишение права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью в большинстве случаев назначается вместе с принудительными работами и лишением свободы.

Южнокорейское наказание в виде лишения прав, будучи акцессорным, не встречается в Особенной части уголовного законодательства вовсе. В то же время приостановление прав предусмотрено в качестве вида наказания в ряде санкций статей Особенной части УК РК. Назначаясь в качестве основного наказания, приостановление прав в южнокорейском уголовном законодательстве может выступать в качестве альтернативы, прежде всего, лишению свободы и штрафу (например, ст. 105 УК РК). Интересно, что в некоторых случаях данное наказание является единственной альтернативой лишению свободы, как это имеет место в частности в ст. 122 УК РК (^-^^7]; халатность), санкция которой предусматривает возможность назначения в качестве основных наказаний лишения свободы на срок до одного года, либо приостановления прав на срок до трёх лет. Подобное встречается, в основном, в статьях, посвящённых преступлениям, связанным с должностными обязанностями государственных служащих (^^^^ ; глава 7).

Помимо УК РК наказание в виде приостановления прав предусмотрено, например, в Законе Республики Корея «О национальной безопасности» и Военном уголовном законе Республики Корея (далее - ВУЗ РК).

Закон Республики Корея «О национальной безопасности» устанавливает, что приостановление прав может быть назначено в качестве дополнительного наказания за любое деяние, запрещённое этим законом, если в качестве основного наказания назначено лишение свободы (ст. 14). Срок приостановления прав в этом случае определяется на усмотрение судьи, но не может превышать максимального срока, установленного в УК РК (не более пятнадцати лет). Назначение приостановления прав в качестве основного наказания данный закон не предусматривает.

ВУЗ РК содержит приостановление прав только в одной санкции - в ст. 94, запрещающей вовлечение военнослужащих в политическую деятельность (^*1 ^^). В случае совершения одного из действий, которые законодатель перечислил в соответствующей статье закона (будь то, например, поддержка или вмешательство иным образом в формирование политических партий или

организаций, участие в избирательной компании политической партии и проч.), осуждённому в качестве основного наказания назначается лишение свободы (каторжные работы) сроком до пяти лет, а в качестве дополнительного - приостановление прав сроком также до пяти лет.

При рассмотрении наказаний, связанных с лишением или ограничением профессиональных прав осуждённого, обращает на себя внимание то обстоятельство, что круг действия данных мер вполне мог бы быть шире. Н. С. Таганцев писал, что область наказаний ограничивается областью тех благ, которые государство способно отнять или ограничить у преступника[264]. Однако российское наказание в виде лишения права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью предполагает ограничение лишь права на труд в различных его проявлениях[265].

В этой связи и, в том числе, с учётом законодательного опыта Республики Корея, представляется целесообразным расширить перечень прав, которые могут быть ограничены рассматриваемым наказанием. Это может быть достигнуто, в частности, посредством замены существующих положений о наказании в виде лишения права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью положениями о наказании в виде ограничения прав. Притом перечень прав, которые могут быть ограничены данным наказанием, может включать в себя как профессиональные права осуждённого, так и многие другие, вплоть до полного или частичного поражения гражданской дееспособности человека, устанавливаемого судом на определённый срок в пределах, определённых законом. При этом гражданская дееспособность должна пониматься так, как это следует из гражданского законодательства, т.е. как способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (п. 1 ст. 21 ГК РФ). Такое изменение, как представляется, могло бы повысить значение данного наказания за счёт

существенного расширения спектра объектов уголовно-правового воздействия.

Так или иначе, следует отметить, что расширение практики применения рассматриваемых наказаний даже в их нынешней форме обладает определённым положительным потенциалом, будучи способно снизить уровень отдельных видов преступлений (прежде всего, связанных с государственной службой)[266]. Здесь уместно отметить, что в Российской Федерации лишение права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью является самым распространённым дополнительным наказанием (назначено 19555 и 61288 раз в 2015 и 2016 гг., соответственно), но вместе с тем и одним из наименее распространённых основных наказаний (назначено 206 и 227 раз в 2015 и 2016 гг., соответственно) [267].

Последними в данном параграфе будут рассмотрены наказания и меры, лишающие осуждённого общественного признания, которое ранее выражалось в присуждении лицу почётных званий, наград, чинов и прочих знаков отличия.

В Российской Федерации система наказаний включает такое наказание, как лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград, которое является дополнительным и состоит, соответственно, в лишении осуждённого названных званий, классного чина и наград при совершении им тяжкого или особо тяжкого преступления. Это наказание не встречается в Особенной части УК РФ, поэтому оно назначается судом по своему усмотрению с учётом личности виновного (ст. 48 УК РФ).

После вступления приговора в законную силу, суд, вынесший приговор, направляет его копию должностному лицу, присвоившему осужденному звание, классный чин или наградившему его государственной наградой (ч. 1 ст. 61 УИК РФ), которое оформляет необходимые документы и принимает меры

по лишению осуждённого всех прав и льгот, предусмотренных для лиц, имеющих соответствующие звание, чин или награды (ч. 2 ст. 61 УИК РФ).

Следует отметить, что перечень правоограничений, установленных в положениях о рассматриваемом наказании, является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию. В частности, суд не может лишить осуждённого степеней и званий, носящих квалификационный характер (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58).

Таким образом, рассматриваемое наказание предполагает аннулирование юридически закреплённого общественного (или профессионального) признания заслуг осуждённого и лишении его связанных с таким признанием льгот и преимуществ в целях устранения противоречия, неизбежно возникающего в случае сохранения почётных званий и отличий у лица, совершившего тяжкое или особо тяжкое преступление [268] . Из числа дополнительных наказаний рассматриваемая мера применяется наиболее редко. В 2015 и 2016 гг. данный вид наказания был назначен в 143 и 171 случаях, соответственно[269].

В Республике Корея уголовное законодательство не содержит подобной меры (ни как наказания, ни как иной меры уголовно-правового характера). Однако сам по себе институт лишения государственных наград и т.д. в связи с совершением лицом преступления в южнокорейском законодательстве существует, а устанавливающие его положения закреплены в специальных законах, не относящихся непосредственно к области уголовного права.

Например, Закон Республики Корея «О государственных наградах»[270]устанавливает не только порядок присуждения орденов и медалей за какие- либо достижения, но и основания лишения этих орденов и медалей, к числу которых относится совершение преступления. Так, государственных наград

лишается лицо, осуждённое за совершение преступления против национальной безопасности, либо скрывшееся в недружественной стране и избежавшее осуждения (п. 2 ч. 1 ст. 8). Также лишение наград применяется в случае, если лицо было осуждено к смертной казни, пожизненному лишению свободы, либо лишению свободы на срок не менее трёх лет за совершение практически любого преступления, предусмотренного УК РК (за исключением ст.ст. 115, 117, 171 и 268), а также рядом других законов (Законом Республики Корея «О таможне» (4414) и Законом Республики Корея «О наказаниях за уклонение от уплаты налогов» (

<< | >>
Источник: ДОБРЯКОВ ДЕНИС АНДРЕЕВИЧ. СИСТЕМА И ВИДЫ НАКАЗАНИЙ ПО УГОЛОВНОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И РЕСПУБЛИКИ КОРЕЯ (СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ). ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2018. 2018

Еще по теме Наказания, ограничивающие имущественные права, правоспособность и статус осуждённого:

  1. ОГЛАВЛЕНИЕ
  2. Наказания, ограничивающие имущественные права, правоспособность и статус осуждённого
- Авторское право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -