<<
>>

3.3. Правовые последствия ограничения родительских прав

В результате ограничения родительских прав наступают правовые последствия как для родителей, так и для ребенка. Эти последствия можно дифференцировать на неимущественные и имущественные.

При этом следует отметить, что главным образом они касаются не детей, а родителей и по своему содержанию значительно уже правовых последствий лишения родительских прав.

Для того чтобы выявить различия между правовыми последствиями ограничения родительских прав и правовыми последствиями, возникающими после лишения родительских прав, следует обратить на них более пристальное внимание.

При лишении родительских прав родители теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав (ст. 71, ст. 87 Семейного кодекса). В их числе главное заключается в утрате права на личное воспитание своих детей (ст. 61, 63, 66 Семейного кодекса). К тому же лица, лишенные родительских прав, не могут выступать в роли защитника прав и интересов своих детей (ст. 64 Семейного кодекса), они не вправе давать согласие на усыновление своего ребенка (ст. 129 Семейного кодекса), у них нет права истребовать своих несовершеннолетних детей от других лиц, удерживающих их у себя не на основании закона (ст. 68 Семейного кодекса); не могут выступать в роли усыновителя, опекуна (попечителя), приемного родителя (п. 1 ст. 127, п. 1 ст. 146; п. 1 ст. 153 Семейного кодекса); не обладают правом на дачу согласия на совершение детьми в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет сделок (п. 1 ст. 26 Гражданского кодекса); у них отсутствует право на дачу согласия на эмансипацию несовершеннолетнего (п. 1 ст. 27 Гражданского кодекса).

У лиц, лишенных родительских прав, отсутствует также право ходатайствовать об ограничении или лишении ребенка в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет права самостоятельно распоряжаться своим заработком, стипендией или другими доходами (п.

4 ст. 26 Гражданского кодекса).

Родители, лишенные родительских прав, утрачивают право на получение содержания от своих совершеннолетних детей (ст. 87 Семейного кодекса); право на пенсионное обеспечение после смерти детей (п. 14 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28 мая 1998 года № 10)[151]. Согласно ч. 2 ст. 1117 Гражданского кодекса, определяющей круг недостойных наследников, «не наследуют по закону родители после детей, в отношении которых родители были в судебном порядке лишены родительских прав и не восстановлены в этих правах ко дню открытия наследства»[152]. При отсутствии по тем или иным причинам вступившего в законную силу решения суда о лишении лица родительских прав, оно может быть отстранено от наследования в силу принятого уже после смерти сына или дочери судебного решения, основанного на доказанных фактах злостного уклонения родителем от исполнения установленной законом обязанности по содержанию своего ребенка.

Следует согласиться с Ю.Н. Якушевой, что недобросовестные, но не лишенные родительских прав родители, могут быть наказаны уже после смерти своих детей[153]. Закон лишает лиц, утративших родительские права по суду, и права на получение обязательной доли, причитающейся им при наличии завещания в силу требований ст. 1149 Гражданского кодекса, но сохраняет за данными лицами право наследовать после своих детей по завещанию. Как полагает Ю.Н. Якушева, сохраняя за ними права наследовать по завещанию после своих детей, законодатель исходил из возможности прощения родителей, лишенных родительских прав, их детьми[154].

К числу неблагоприятных последствий лишения родительских прав относится и утрата права на получение государственных пособий, предназначенных для граждан, имеющих детей (ч. 2 ст. 1 Федерального закона от 19 мая 1995 г. № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей») . Кроме того, такие родители теряют и другие виды государственной поддержки семьям, имеющим детей, предусмотренные трудовым законодательством, жилищным законодательством, в сфере налогообложения[155].

Согласно п. 2 ст. 71 Семейного кодекса лишение родительских прав не освобождает родителей от обязанности содержать своего ребенка. Кроме того, на родителя, лишенного родительских прав, суд может возложить ответственность за вред, причиненный его несовершеннолетним ребенком (ст. 1075 Гражданского кодекса), но только в течение трех лет после лишения родительских прав. Потом он свободен от всякого рода обязанностей по возмещению вреда, что не совсем логично с правовой точки зрения.

До сих пор говорилось о последствиях лишения родительских прав для родителей (одного из них). Но определенные правовые последствия наступают и для несовершеннолетнего. Так, ребенок, родители которого лишены родительских прав, сохраняет право на получение алиментов, наследственные права, право собственности (например, на дом или квартиру, иное имущество, принадлежащее ему на праве собственности), право пользования жилым помещением и др. Что касается личного права - права на общение с родителями, лишенными родительских прав, то в отличие от Кодекса о браке и семье РСФСР[156] Семейный кодекс РФ такого права не предусматривает. При этом не учитывается, что такое общение важно для ребенка. Поэтому его следует законодательно регламентировать. Но такое общение допустимо только в исключительных случаях. Когда же ребенок не хочет видеть своего родителя либо когда такое общение способно причинить вред несовершеннолетнему, оно недопустимо. Но это исключение, тогда как по общему правилу контакт ребенка, чьи родители лишены родительских прав, нужен и может быть даже полезен. Поэтому права А.Е, Казанцева, предлагающая включить в Семейный кодекс РФ норму, аналогичную ст. 62 Кодекса о браке и семье РСФСР[157].

Если посмотреть на правовые последствия ограничения родительских прав в сопоставительном плане, то нетрудно заметить, что они в чем-то совпадают с правовыми последствиями лишения родительских прав и в чем-то от них отличаются.

При лишении родительских прав, которое носит бесспорный характер, родители теряют все права, основанные на факте родства с ребенком, в отношении которого они были лишены родительских прав (ст.

71, 87 Семейного кодекса), то ограничение родительских прав, по сути своей, есть временная мера. Правда, и оно влечет утрату права родителей на личное воспитание ребенка.

Ограничение родительских прав призвано прежде всего устранить опасность, исходящую от родителей (либо одного из них), отчего делает невозможным их личное участие в воспитании ребенка. Прямая связь с опасностью как непременная предпосылка удовлетворения иска означает, что следует как можно скорее отобрать ребенка у родителей.

То же самое происходит, если родители или один из них не могут или не хотят оградить своего ребенка от существующей в семье угрозы, поскольку в конечном счете не имеет значения, каков источник ее возникновения. Поэтому результатом удовлетворения иска об ограничении родительских прав и становится отобрание (изъятие) ребенка у родителей, что означает утрату ими права воспитывать своего ребенка лично[158]. Здесь имеет место полное совпадение с правовыми последствиями лишения родительских прав.

Поскольку при ограничении родительских прав сохраняется правовая связь между ребенком и родителем, ограниченным в родительских правах, постольку целесообразно сохранить его контакты с ребенком. Эти контакты особенно ценны, если есть надежда на восстановление нормальных здоровых отношений. При этом нельзя не учитывать, что ограничение права чаще всего связано с отсутствием вины родителя или наличием его вины меньшей степени.

Естественно, что обязательным условием сохранения личной связи родителя, чьи права ограничены, с несовершеннолетними детьми служит соблюдение правила, сформулированного в ст. 75 Семейного кодекса: «если это не оказывает на ребенка вредного влияния». В рассматриваемой статье не уточняется, что следует понимать под вредным влиянием родителей на детей.

Существует мнение, что вредное влияние может выражаться как в физическом, так и в психическом воздействии на ребенка, которое неблагоприятно отражается на здоровье, физическом, психическом, нравственном его развитии, что может быть подтверждено показаниями свидетелей, медицинскими документами, актами органа опеки и попечительства[159].

Практика показывает, что формы вредного влияния могут быть самыми различными (пребывание родителя на свидании с ребенком в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, подстрекательство ребенка к совершению правонарушений, издевательство над ребенком, вмешательство в процесс воспитания ребенка и т.п.).

По мнению Л.М. Пчелинцевой, указанное условие вполне обоснованно и вызвано необходимостью осуществления определенного контроля за контактом родителей, ограниченных в родительских правах, особенно с детьми со стороны заинтересованных лиц и органов, несущих ответственность за воспитание ребенка (органа опеки и попечительства, опекуна или попечителя, приемных родителей ребенка, администрации воспитательного учреждения, где находится ребенок). Неслучайно, что от их разрешения (согласия) зависит принципиальная возможность осуществления подобных контактов. При этом достаточно согласия одного из перечисленных лиц, непосредственно осуществляющих заботу о ребенке, защиту его прав и интересов[160]. Ясно, что здесь не может быть одинакового подхода в оценке конкретной ситуации. В каждом случае необходимо учитывать все обстоятельства, в частности, причины возникновения опасной для ребенка обстановки.

Если ограничение родительских прав вызвано тяжелым психическим заболеванием родителя, то в период ремиссии его болезненного состояния имеет смысл не препятствовать его встречам с ребенком. Такие встречи могут быть кратковременными и проходить под контролем лица, заменяющего родителя[161]. Если же ограниченный в своих правах родитель из-за своей болезни агрессивен, неуправляем, то лучше избежать его встреч с ребенком.

Когда послужившая причиной ограничения родительских прав опасность исходит от других членов семьи, вряд ли стоит запрещать свидания с ребенком того родителя, который оказался не способным нейтрализовать эту опасность. Но само собой разумеется, что контакт с ним должен осуществляться вне стен дома, где существовала и существует угроза для несовершеннолетнего.

Таким образом, Семейный кодекс создает предпосылки для полной самостоятельности в решении столь сложного со всех точек зрения вопроса[162].

Подытоживая сказанное, можно заключить, что общение в случае ограничения родительских прав необходимо: прежде всего ребенку, испытывающему добрые чувства к своей матери, своему отцу; родителям, которым их дети дороги; родителям, которые не оставили надежды на перемены в образе своей жизни; родителям, которые не хотят, чтобы их лишили родительских прав. Тем более что даже кратковременное общение ребенка с родителем, ограниченным в своих родительских правах, может со временем стать реальной предпосылкой устранения существовавшей в семье опасности. Таким образом, вопрос о контактах ребенка с родителями, у которых он отобран по суду, имеет глубокий психологический и педагогический смысл. Но чтобы он действовал неформально, важно чтобы согласие на это общение давали те, кто имеет возможность оценить конкретную ситуацию, определить подлинные интересы ребенка и, что не менее существенно, убедиться, что связь с родителями полезна для ребенка или, напротив, способна принести ему вред. Имеется в виду при этом согласие тех, кто осуществляет непосредственно защиту интересов несовершеннолетнего. Дополнительного согласия со стороны органа опеки и попечительства на общение ребенка с родителями, чьи права ограничены, не требуется[163].

Еще одно не менее существенное правовое последствие ограничения родительских прав заключается в том, что родитель, чьи права ограничены, не может представлять интересы ребенка как законный его представитель. Роль законного представителя ребенка переходит к лицам, заменяющим родителей в установленном законом порядке, при предъявлении соответствующих документов.

Родитель, ограниченный в родительских правах, не может выбирать место и способы обучения несовершеннолетних детей.

Родители, ограниченные в родительских правах, включены в перечень лиц, которые не могут быть опекунами, попечителями, приемными родителями, усыновителями (ст. 127, 146, 153 Семейного кодекса).

Обязанность родителей по содержанию своих несовершеннолетних детей в принципе не знает исключений. Это объясняется тем, что прежде всего родители должны заботиться о материальном обеспечении ребенка практически в любой, даже экстремальной ситуации. Никаких исключений на этот счет не делает и п. 2 ст. 74 Семейного кодекса. Это правило в сочетании с требованиями, предусмотренными в п. 5 ст. 73 Семейного кодекса, служит достаточной гарантией защиты прав несовершеннолетних, оставшихся без попечения родителей, в результате ограничения последних в родительских правах. С другой стороны, специальное указание на то обстоятельство, что ограничение родительских прав не освобождает родителей от обязанности по содержанию ребенка, позволяет обеспечить его интересы, где бы он ни находился. И здесь имеет место совпадение п. 2 ст. 71 Семейного кодекса, предусматривающей последствия лишения родительских прав, с п. 2 ст. 74 Семейного кодекса, имеющей аналогичное содержание.

Ребенок, в отношении которого родители или один из них ограничены в родительских правах, сохраняет право собственности на жилое помещение или право пользования жилым помещением, а также сохраняет имущественные права, основанные на факте родства с родителями и другими родственниками, в том числе на получение наследства (п. 3 ст. 74 Семейного кодекса).

Поскольку после отобрания ребенка у родителей в результате удовлетворения иска об ограничении родительских прав ребенок попадает либо в другую семью, либо в одно из детских учреждений, как правило, проблема выселения лица, чьи права ограничены, не возникает. Если же ребенок с назначенным ему опекуном (попечителем) продолжает оставаться в семье, где он жил раньше, опекун (попечитель) по мере своих возможностей защищает своего подопечного. Обязательное устройство отобранного у родителей ребенка снимает и проблему охраны его имущественных прав лицами, чьи права ограничены, поскольку она целиком и полностью ложится на плечи опекуна, попечителя, приемного родителя либо детского учреждения, где находится несовершеннолетний[164].

Имущественные права родителя, ограниченного в родительских правах, отличаются от аналогичных прав родителя, лишенного родительских прав. Так, ч. 2 ст. 1117 Гражданского кодекса не включает в перечень лиц недостойных наследников родителей, ограниченных в родительских правах.

Поэтому возникает вопрос: можно ли отнести к этому перечню родителей, ограниченных в родительских правах. На этот вопрос нет однозначного ответа, поскольку, если ограничение родительских прав состоялось по причине душевного заболевания родителя (или родителей), то в их действиях (или бездействии), порождающих опасность для ребенка, вовсе нет вины, а значит и нет оснований для включения их в перечень недостойных наследников.

Но если причиной ограничения родительских прав стало, например, «стечение тяжелых обстоятельств», то это вопрос факта. Эти обстоятельства могут говорить о возможности отнесения этих лиц к числу недостойных наследников.

Если же причина ограничения родительских прав состоит в незначительной вине родителя (или родителей), то опять же все зависит от характера противоправного поведения родителей. Когда степень вины не столь значительна, надо полагать, что оснований для лишения права быть наследником нет.

Ограничение родительских прав не прекращает обязанности родителей содержать своих несовершеннолетних детей, на что обращает внимание ч. 3 п. 12 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 27 мая 1998 года № 10, где сказано, что суду необходимо разрешать вопрос о взыскании алиментов на ребенка[165]. Тем самым подчеркивается, что речь идет не об обязанности суда. Ему лишь предоставляется право решить этот вопрос применительно к данной конкретной ситуации. И главное - не оставить без внимания проблему алиментирования ребенка родителями (одним из них) в случае ограничения их родительских прав, поскольку, как правило, подлежащий отобранию у родителей несовершеннолетний еще не устроен, имеет смысл одновременно с удовлетворением исковых требований об ограничении родительских прав взыскать с ответчика алименты на ребенка в соответствии со ст. 84 Семейного кодекса[166].

Совершеннолетние же дети могут быть освобождены от обязанности по содержанию своих нетрудоспособных нуждающихся в помощи родителей, если судом будет установлено, что родители уклонялись от выполнения обязанности родителей. Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей выражается в уклонении от уплаты алиментов на детей, неосуществлении воспитания детей или заботы о них, отказе от совместного проживания с ребенком без уважительных на то причин и иных подобных обстоятельств. Следовательно, можно сделать вывод, что родитель, ограниченный в родительских правах и не уклоняющийся от уплаты алиментов в отношении своего ребенка, может рассчитывать на то, что будет получать содержание от своих совершеннолетних детей.

Рассмотренные правовые последствия лишения и ограничения родительских прав как для родителей, так и для ребенка позволяют сделать вывод, что в чем-то они совпадают, но есть и некоторые различия.

Отличие состоит в отношении некоторых имущественных прав родителей (наследственных, права на алименты от своих совершеннолетних детей), что, по нашему мнению, может быть сохранено за родителями, ограниченными в родительских правах, при отсутствии их вины.

Отличие также состоит и в том, что родителя, лишенного родительских прав, можно выселить из помещений, принадлежащих детям на праве собственности, а также из жилых помещений, предоставленных по договору социального найма (п. 2 ст. 91 Жилищного кодекса РФ)[167]. Что касается родителя, ограниченного в родительских правах, то на него данное правило не распространяется.

Таким образом, можно сказать, что правовой статус ребенка, чьи родители ограничены в родительских правах, отличается неопределенностью. Такой ребенок, несомненно, попадает в категорию детей, лишившихся родительского попечения, если ограничены в родительских правах оба родителя (с. 1 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения»)[168]. Однако практически он все-таки не относится к тем, о ком должно заботиться государство. Его, как правило, не передают на усыновление, так как родители не лишены родительских прав. На практике остается неясным вопрос о предоставлении ему жилого помещения по окончании пребывания в детском воспитательном учреждении, при прекращении опеки и попечительства, договора о передаче в приемную семью.

Из всего сказанного следует вывод, что для определения более четкого правового статуса несовершеннолетнего, родители которого ограничены в родительских правах, с целью защиты его имущественных прав необходимо совершенствование семейного законодательства. Поэтому предлагается дополнить ст. 74 Семейного кодекса пунктом следующего содержания: «Ограничение родительских прав не прекращает полностью правовую связь родителей и детей».

<< | >>
Источник: СМИРНОВСКАЯ Светлана Ивановна. ОГРАНИЧЕНИЕ РОДИТЕЛЬСКИХ ПРАВ ПО СЕМЕЙНОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва 2007. 2007

Скачать оригинал источника

Еще по теме 3.3. Правовые последствия ограничения родительских прав:

  1. Установление родительских прав при использовании суррогатного материнства
  2. СМИРНОВСКАЯ Светлана Ивановна. ОГРАНИЧЕНИЕ РОДИТЕЛЬСКИХ ПРАВ ПО СЕМЕЙНОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва 2007, 2007
  3. СОДЕРЖАНИЕ
  4. 2.1. Ограничение возможности быть обладателем родительских прав
  5. 2.2. Особенности родительских прав
  6. ГЛАВА III ПОНЯТИЕ ОГРАНИЧЕНИЯ РОДИТЕЛЬСКИХ ПРАВ, ЕГО ОСНОВАНИЯ И ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ
  7. 3.1. Понятие и виды ограничения родительских прав
  8. 3.2. Основания ограничения родительских прав
  9. 3.3. Правовые последствия ограничения родительских прав
  10. 3.4. Ограничение родительских прав по законодательству других государств
  11. ГЛАВА IV ПОРЯДОК ОГРАНИЧЕНИЯ РОДИТЕЛЬСКИХ ПРАВ
  12. 4.1. Досудебная деятельность по ограничению родительских прав
  13. 4.2. Судебный порядок ограничения родительских прав
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -