<<
>>

§ 2. Общая характеристика и классификация правовых принципов экологической политики.

Рассмотрение этого вопроса требует нескольких поясняющих замечаний. Первое состоит в том, что проблематика правовых принципов наиболее часто рассматривается специалистами, исследующими экологическую политику ЕС

в целом и применительно к ее объектам, в том числе к охране окружающей среды городов. Приходится считаться с тем, что о принципах экологической политики написано больше, чем едва ли не обо всех остальных проблемах, связанных с нею. Это нельзя игнорировать и ниже уделяется большое внимание изложению взглядов западноевропейских ученых.

Далее, нужно сказать, что принципы экологической политики ЕС, насколько можно судить по анализу литературы и судебной практики, действительно оказывают существенное влияние на процесс принятия различного рода экологически значимых решений. Возможно, это связано с тем, что собственно экологическое право ЕС как таковое находится в состоянии становления, с одной стороны, а с другой — развиваясь, оно вступает в противоречие с национальными эколого-правовыми системами. Складывается впечатление, что принципы экологической политики ЕС играют роль своеобразных силовых линий, к которым «притягивается» экологическое законодательство и экологическая практика стран- членов Европейского Союза. Наконец, как показывает практика и в Российской Федерации, применение принципа к решению отдельных конкретных вопросов всегда связано со значительными трудностями. Само понимание принципа определяет возможность его достаточно широкого толкования и, естественно, стороны и субъекты экологической политики стремятся толковать принципы в своих интересах. Все эти особенности будут так или иначе учтены в дальнейшем изложении.

Понятие и правовое значение принципов экологической политики ЕС. Николас де Саделеер в своей работе «Экологические принципы, современное и постсовременное право» предлагает достаточно четкий анализ правовой значимости экологических принципов, понимая их именно как элемент права, правовой инструмент. Соглашаясь с Г. Винтером, он отмечает, что по контрасту с более общими принципами права, которые часто развиваются судами путем толкования, ключевые экологические принципы сформулированы более смело и в «жестком» и в «мягком» праве. Основные экологические принципы, как он предполагает, могут обеспечить некоторую степень согласованности и

стабильности в новом правовом мире. Это требует от юридических и нормативных документов готовности легко приспосабливаться и быстро меняться[176]. При определении правовой природы принципов, т.е. при решении вопроса о границах между экологическим правом и подходом к основным проблемам природы и структуры правовой системы, профессор Ричард Макрори ссылается - как и многие иные юристы-экологи, на известную работу американского философа - правоведа Рональда Дворкина[177], в которой проведено четкое разграничение между правовыми обычаями и юридическими принципами: «И те, и другие определяют отправные точки для принятия конкретных решений в вопросах обязательственного права в конкретных обстоятельствах, но они отличаются характером направления действий, которое они задают», и рассмотрены такие различия с точки зрения их практического толкования судами[178].

В работе последнего времени - книге «Принципы европейского экологического права», подготовленной на основе анализа практики (судебной работы) группой Авосетта юристов - экологов Европы, отмечается, что основные экологические принципы - это те, которые обозначены в ст.

174 Договора об образовании Европейского Сообщества, и в особенности принципы обязательных сборов с загрязнителя (так называемый принцип «загрязнитель платит»), предотвращения загрязнений и предосторожности. В разделе 3 «Генезис экологических принципов ЕС» проф. Л. Кремер прослеживает не только историческое развитие этих норм в Договоре об образовании Европейского Сообщества, но и политическое обоснование их возникновения.

Национальные эколого-правовые системы отдельных стран, опираясь на основную цель экологического права и экологической политики, развили более широкий подход к пониманию природы экологических принципов. Принципы, сформулированные в Основном экологическом законе Португалии, например, содержат среди прочего предотвращение, равновесие, участие общественности и

ответственность[179]. В Нидерландах созданы предпосылки для включения в главный нормативный акт в данной сфере - Акт экологического управления - ключевых экологических принципов. Г.Банди отмечает масштабы, в которых в странах переходного периода (большинстве государств Центральной и Восточной Европы) в 90-х годах происходило развитие ключевых экологических принципов. Эти страны ввели в свое законодательство главные принципы экологического права: предотвращение, участие общественности в охране окружающей среды, «загрязнитель платит», сотрудничество (принцип кооперации).

Как показывают проведенные зарубежными специалистами исследования, экологические принципы образуют реальное и собственное правовое поле там, где они перенесены в более детализированное национальное законодательство или политические документы[180]. В некоторых странах структура и содержание принципов экологического права действуют только косвенно (Дания). Напротив, в Германии и принцип предотвращения, и принцип предосторожности содержатся в Федеральном законе о качестве воздуха, выбросах и их непосредственно используют[181]. Они играют важную роль при рассмотрении судами Германии соответствующих споров о нарушении прав. Б.В.Вегенер также отмечает, что принцип кооперации (сотрудничества), предполагающий ограничение регулирующих конвенциональных инструментов в пользу добровольных схем, и системы свободного выбора, то есть принципа, которого нет в Договоре ЕС, нашли свое место в законодательстве Германии.

Классификация принципов экологической политики ЕС. Как и во всех случаях, когда предпринимается попытка классифицировать принципы той или иной правовой отрасли и таким образом создать их открытую или замкнутую систему, возникают весьма острые споры. Это в полной мере относится к принципам экологической политики Европейского Союза. Однако в целях

большей обозримости проблемы попытаемся вначале воспроизвести господствующую в литературе классификацию, а потом остановиться на научной полемике, которая связана как с системой принципов в целом, так и с отдельными принципами в частности.

Общие принципы права и политики ЕС. Одним из общих принципов деятельности органов Сообщества является самосохранение данной организации и ее органов. Цель самосохранения развивает нормативные действия как обязательства какого-либо одного органа реализовать свои задачи, а не отказываться от своих полномочий в пользу другого органа. При этом он должен сохранять выгодное соотношение по затрате сил и пользе от него. Другим общим принципом, без сомнения, является принцип демократичности. Он охватывает принцип большинства, защиты меньшинства, основных прав, публичность нормативной деятельности.

В литературе, посвященной проблемам европейского права, ведутся споры о том, в какой степени он закреплен в Договоре, а в какой — используется в качестве ядра конституционного права государств-участников ЕС. Это решается в каждом отдельном случае. Важное значение, как отмечено в литературе, имеет общий принцип пропорциональности[182].

По господствующему мнению, принцип институционального баланса не является структурной детерминантой Договоров, хотя Европейский Суд и другие органы часто используют эту аргументацию, чтобы обозначить определение поведения органов как соответствие или несоответствие Договору.

В российской литературе о праве Европейского Союза (Сообщества) обычно рассматривают общие принципы права (со ссылкой на ст.6 Договора об образовании Европейского Союза), т.е. свободы, демократии, уважения прав человека и основных свобод, принципы правового государства, как концентрированное выражение самых важных сущностных черт и ценностей, свойственных данной системе права[183]. Трактуя понятие принципа, как предписания

основополагающего характера, которые определяют сущность, содержание и порядок применения остальных норм правовой системы, выделяют в праве Европейского Союза принципы верховенства и прямого действия права ЕС, определяющие его соотношение с правовыми системами государств- членов; общие принципы права - исходные начала правового регулирования, которые действуют во всех сферах ведения Союза, и присущие также другим демократическим правовым системам; специальные принципы, имеющие силу в рамках отдельных отраслей (направлений) или сфер его правового регулирования; принципы деятельности Европейского Союза, которые определяют порядок реализации Европейским Союзом имеющейся у него компетенции[184]. По этой классификации принципы экологической политики и экологического права относятся к специальным.

Отдельные принципы экологической политики EC.Q большей или меньшей степенью подробности эти принципы рассматриваются и в литературе, изданной на русском языке. Наибольшее внимание им уделяет в учебнике «Экологическое право» проф. Л. Кремер, анализируя принципы субсидиарности, интеграции, предотвращения и профилактики, борьбы с вредными воздействиями на окружающую среду в источниках их возникновения, «загрязнитель платит», а также критерий взвешивания.[185] Для получения целостной картины все же остановимся - хотя бы коротко - на этих и других принципах экологической политики ЕС.

1) Высокий уровень защиты. Согласно ст. 174 экологическая политика Сообщества с учетом различных особенностей отдельных регионов ЕС ориентирована на высокий уровень защиты и стремится обеспечить его. Этот принцип, т.е. «высокий уровень защиты», является одним из важнейших материальных принципов экологической политики. Он обозначен в различных статьях Договора об образовании Европейского Сообщества. Его непосредственно включили Амстердамским договором, согласно ст. 2. В задачи Сообщества входит поддерживать высокий уровень защиты окружающей среды и добиваться ее

качества. При этом надо учитывать, что «высокий уровень защиты окружающей среды» не тождествен понятию «в наивысшей степени возможный уровень защиты», которое часто встречается в документах и научной литературе по проблемам экологического права ЕС и входящих в него стран.

После изменения Амстердамским договором ст. 95 приобрела следующее

содержание: «Комиссия исходит в своих предложениях в области охраны

здоровья, безопасности, окружающей среды и охраны потребителей из высокого

уровня защиты и опирается при этом на все научные результаты и новейшие

достижения. В рамках своей компетенции эту же цель преследуют Европейский

парламент и Совет». Эта норма четко показывает, что принцип высокого уровня

защиты направлен в рамках законодательных полномочий и на Европейский

Парламент и на Совет. Но все же специалисты придерживаются мнения, согласно

которому не до конца ясно, возможна ли судебная защита этого принципа. Если

Комиссия при внесении своих предложений не учтет данный принцип,

существует позиция, по которой Европейский Парламент может подать иск в

Европейский Суд, используя ст.230 Договора об образовании Европейского

Сообщества. Я.-Х. Янс при этом указывает, что такого рода аргументации

противостоит судебная практика Европейского Суда, по которой предложения

Европейской Комиссии[186] расцениваются и являются по своему статусу внутренним

подготовительным актом, а не релевантным в правовом смысле действием (или

решением), как это необходимо согласно требованиям ст. 230 указанного

Договора[187] [188]. Таким образом, судебную проверку предложений Комиссии с точки

зрения достижения высокого уровня защиты окружающей среды можно

исключить. Этот принцип упоминается также в Директиве 96/61 об

интегрированном предупреждении и уменьшении загрязнения окружающей 188

среды .

2) Принцип наивысшей степени возможного уровня защиты. Он имеет несколько другое содержание и статус поскольку не закреплен в Договоре,

но выводится из совокупности его норм[189]. Данный принцип служит, в первую очередь, толкованию и применению права Сообщества с целью предоставления (обеспечения) наивысшей степени возможного уровня защиты. Он применяется там, где право Сообщества требует взвешивания различных интересов или целей, так что в случае коллизии эколого-политических интересов с другими интересами, нужно исходить из относительного приоритета первых. Но этот принцип не воздействует ни на порядок распределения компетенции в Европейском Сообществе, ни на его институциональные рамки. Он, как считает профессор А. Эпине, должен внедряться в уже существующую систему[190].

3) Принцип профилактики. Данный принцип закреплен в экологической политике Европейского Сообщества со времен Маастрихтского договора и почти полностью соответствует принципу профилактики, сформулированному в немецком экологическом праве[191]. В праве ФРГ он действует преимущественно в той его части, которая касается права охраны атмосферного воздуха[192] и согласно этому принципу меры охраны должны вводиться при обоснованном опасении (подозрении), что определенное действие причиняет (оказывает) определенный результат - вредящее окружающей среде последствие, даже без научно обоснованного доказательства наличия каузальной связи.

Профилактика рисков, угрозы или опасности в отличие от предотвращения опасности (угрозы) начинается до их возникновения и перетекает в контроль рисков[193]. Этот процесс охватывает

пространственно и временно отдаленные опасности, а также случаи малой вероятности или только подозрения в опасности[194]. Данный принцип основывается на идее о том, что превентивные защитные меры должны быть приняты как можно раньше в целях уменьшения и предотвращения рисков. Из принципа профилактики следует, что Сообщество, по мнению Комиссии, имеет право закрепить такой уровень защиты окружающей среды, людей, животных и растений, который оно считает необходимым[195].

В соответствии с рекомендациями Комиссии этот принцип означает менеджмент рисков с принципиальным принятием остаточных рисков. Если какие-то меры в рамках этого принципа считаются необходимыми, то они должны соотноситься с необходимым уровнем защиты[196]. При этом

следует учитывать, что такого рода меры при применении не должны быть дискриминирующими. Они должны согласовываться с уже ранее осуществленными мерами по охране окружающей среды. Наконец, они должны основываться на исследовании потенциальных выгод и рисков (расходов, издержек), а также должны быть проверены и оценены в свете новейших научных достижений[197].

Сообщество при выработке экологической политики должно учитывать научные и технические данные. При этом оно не должно пользоваться «предлогом ожидания», не оставляющего сомнений доказательства причинной

связи, для нежелательных экологических эффектов[198]. Вполне достаточно предварительных индикативных научных данных[199].

Во вторичном праве пример формулирования (обозначения) этого принципа можно найти в Директиве 98/81, принятой во изменение Директивы 90/219 о применении генно-инженерно-модифицированных организмов в закрытых системах[200], в Приложении ІУ Директивы 96/61 об интегративном предотвращении и уменьшении загрязнения окружающей среды, а также в судебной практике Европейского Суда[201].

4) Принцип предосторожности (предотвращения,

предусмотрительности). Экологическая политика Сообщества базируется на принципе: «предотвращать - лучше, чем потом исправлять», и, соответственно, требует проведения надлежащих мер во исполнение этого принципа. Он позволяет действовать в защиту окружающей среды на более раннем временном отрезке. Это означает приоритет предотвращения вреда, а не его возмещения. Очень четко данное положение прослеживается в Директиве 94/62 об упаковках и отходах от упаковок[202]. Наилучшее средство уменьшения отходов от упаковок -это уменьшить объем упаковок. Статья 9 указанной Директивы требует принятия мер для того, чтобы упаковки попадали на рынок только в том случае, если они соответствуют всем требованиям данной Директивы. Принцип предотвращения в определенном смысле является, по выражению Я.-Х. Янса, «предступенью» принципа профилактики. Он является более широким и в рамках превентивности изменяет требования к причинной связи. Если европейское право разделяет два этих принципа, то есть предосторожности и профилактики, с чем согласны далеко не все, то нужно разделять и меры по их реализации, что крайне затруднительно

практически. Например, Л.Кремер считает, так же как и подавляющее большинство немецких специалистов в области экологического права, что по своей сути это одно и то же. Эти два принципа настолько трудно разделить по содержанию и реализации, что не имеет практического смысла рассматривать их по отдельности[203]. И все же в европейской эколого-правовой доктрине превалирует мнение, что основания и аргументы для разделения этих принципов достаточно четко отражены в законодательстве об охране окружающей среды. Но в немецком праве столь же подробно аргументировано и закреплено в законодательстве: принцип предотвращения поглощается принципом профилактики[204]. Так, Третья программа действий по охране окружающей среды Европейского Сообщества[205] нацелена на предотвращение загрязнения окружающей среды и чрезмерного использования природных ресурсов (средообразующих элементов). Поэтому для Третьей программы было важно улучшить необходимое знание и информацию и сделать ее более доступной для всех участников принятия решений (экологически значимых), включая общественность[206], а также выработать процедуры, в которых будут учитываться соответствующие знания на ранних стадиях принятия решения для фиксации деятельности, которая существенно влияет или может повлиять на окружающую среду.

Джоан Скотт, например, рассматривая принцип предосторожности, его толкования и применения Европейским Судом, выявляет его роль по отношению к реализации других экологических принципов[207]. Согласно Договору, данный принцип установлен в соответствии с сущностью экологической политики Европейского Союза, и при этом служит применению других значительных экологических принципов, например, так называемого принципа «интеграции», обозначенного в ст. 6 Договора ЕС. В настоящее время Европейский Суд поддерживает применение принципа использования мер предосторожности в

иных сферах политики Сообщества, таких как сельское хозяйство и охрана здоровья населения.

5) Принцип источника. Л. Кремер очень верно замечает, что: «Данный принцип должен рассматриваться как ориентир для разработки экологической политики Сообщества и отдельных мер по охране окружающей среды, а не как императивная норма. Он основывается на простой идее о том, что не очень умно сначала допускать загрязнение окружающей среды, а потом бороться с его последствиями. Экономически и политически целесообразно формировать экологическую политику и ее отдельные меры так, чтобы как можно меньше веществ попадало в окружающую среду[208]. Сказанное означает, что экологическая политика Европейского Сообщества основывается на принципе - бороться с экологическим вредом приоритетно в его источнике. Для предотвращения экологического вреда желательно использовать интегрированную технику предотвращения. Принцип источника содержит стандарты выбросов (эмиссий) вместо стандартов экологического качества, например, в области загрязнения вод и воздуха. Как отмечается в литературе, данный принцип сыграл совершенно неожиданную роль (и в этом проявилось его значение) в решении Европейского Суда о регионе Валлония (Бельгия)[209].

6) Загрязнитель платит. Содержание этого принципа, пожалуй, наиболее подробно освещается в российской эколого-правовой литературе[210]. Широко известны судебные процессы и дискуссии по поводу формулировок принципа в действующих актах российского законодательства и в связи с попыткой его отмены и восстановления в качестве одного из ведущих принципов охраны окружающей среды в нашей стране.

Надо сказать, что экологическая политика Европейского Сообщества практически изначально учитывала этот принцип и по сей день базируется на нем[211]. Это означает, что «причинитель платит». Согласно данному принципу причинитель вреда несет ответственность и расходы, возникшие в результате нанесения ущерба окружающей среде. Указанный принцип противопоставляется принципу несения ответственности обществом, согласно которому расходы, возникшие в результате причинения вреда окружающей среде, несет общество в целом. Фактически (и юридически) - при всей критике[212] - именно этот принцип является краеугольным в европейской экологической политике и был ее составной частью с самого начала (даже в Первой эколого-политической программе действий в области охраны окружающей среды[213]). Он также упоминается в Рекомендации 75/436 (Евроатом и Совет) о распределении расходов и вмешательстве публичной власти при назначении природоохранных мер[214].

Данный принцип должен мотивировать уменьшение вредных воздействий на окружающую среду и способствовать разработке технологий производства экологически дружественных продуктов[215]. Он может быть реализован при помощи утверждения экологических стандартов. Предприятия-адресаты экологических стандартов должны осуществлять инвестиции в производственные процедуры. Тем самым устанавливается, что причинитель (загрязнитель) действительно платит. Обратной стороной медали, как подчеркивает Я.-Х. Янс, является то, что нельзя заставить платить за экологический вред лица и предприятия, которые его не производили, т.е. причинитель не платит[216].

Во вторичном праве[217], как подчеркивают специалисты, можно найти множество примеров применения этого принципа. Так. ст. 15 Директивы 75/442 об отходах[218] установила, что расходы за устранение отходов согласно принципу «причинитель (загрязнитель) платит» должны распределяться следующим образом между: 1) владельцем отходов, который передает их предприятию по сбору отходов или другому предприятию, которое имеет право на хозяйственное обращение с отходами и/или 2) предыдущими владельцами или производителями продукции, которая стала отходом[219].

7) Защитное условие. Об этом принципе в российской литературе пишут значительно меньше, чем о принципе «загрязнитель платит» и других, рассмотренных выше. Поэтому, на наш взгляд, целесообразно охарактеризовать его в данной работе, тем более, что в российском экологическом законодательстве он фактически используется, хотя и не рассматривается в качестве принципа. Согласно ч.2 ст. 174 Договора об образовании Европейского Сообщества меры по гармонизации в целях охраны окружающей среды могут содержать защитные условия, которые уполномочивают страны-члены ЕС в срочных (неотложных) случаях принимать временные меры по охране окружающей среды по эколого-политическим причинам. Но они (эти меры) ни в коем случае не могут быть обусловлены экономически и подлежат контрольной процедуре со стороны Сообщества.

На практике встречается довольно много примеров такого рода защитных условий (например, ст. 11 Директивы 91/414 о введении средств защиты растений устанавливает, что страна-участница Европейского Союза в тех случаях, когда и если она имеет причину полагать, что допущенное согласно Директиве средство (агрохимикат, пестицид) представляет опасность для

здоровья человека, животных и для окружающей среды, его продажу и использование можно временно запретить или ограничить; ст. 32 Директивы о биоцидах[220] предусматривает, что в случаях, когда у страны-члена ЕС имеется причина полагать, что если допущенный согласно Директиве биоцид представляет опасность для здоровья человека или животных или для окружающей среды, то его продажу и использование можно временно запретить (или ограничить). Но при этом в обоих случаях она (страна) должна о принятом решении временного запрета или ограничения сообщить как Европейской Комиссии, так и другим государствам-членам ЕС. Решение по данному вопросу выносится в течение 90 дней. Это фактически означает тот минимальный срок, на который может рассчитывать страна-инициатор введения временных запретов или ограничений.

Дополнительные классификации принципов экологической политики. Здесь можно выделить достаточно, на наш взгляд, прагматичную классификацию принципов в ходе исследований актуальных проблем экологической политики и права ЕС[221]. Опишем в основных чертах предложенную концепцию[222].

Г. Винтер выделяет и рассматривает основные экологические принципы Сообщества, используя для этого не только тексты учредительных Договоров и других актов ЕС, но и признанные положения эколого-правовой доктрины о принципах экологической политики. В качестве

самостоятельных - в отличие от других ученых - он рассматривает следующие принципы, характеризующие направления развития экологического права:

1) принцип высокого уровня защиты окружающей среды; 2) принцип поддержки и улучшения качества окружающей среды; 3) принцип стимулирования международных средств регулирования; 4) принцип учета факторов местного (регионального) значения; 5) принцип предусмотрительности; 6) принцип предупреждения; 7) принцип источников; 8) принцип ответственности за загрязнения[223]. Кроме того, он считает, что по ст. 174 (3) Европейской Конвенции при реализации политики Сообщества следует равно принимать во внимание:

1) доступную информацию научного и технического свойства; 2) региональные различия в условиях окружающей среды; 3) преимущества и недостатки;

4) уровень экономического и социального развития Сообщества;

5) сбалансированное развитие регионов.

Анализируя содержание и взаимодействие этих принципов в рамках и с ориентацией на реализацию целей экологической политики ЕС, Г.Винтер, далее, учитывает также принцип интеграции, который занимает особое место в системе правовых принципов Европейского Сообщества. Данный принцип является комплексным и способствует перенесению принципов экологической политики в иные области действия Сообщества. Дополнительно здесь приходится считаться с тем, что такой принцип как принцип устойчивости развития - несмотря на документы, принятые на Конференции в Рио-де-Жанейро и масштабные меры, принимаемые ЕС для его реализации, - не указывается напрямую как принцип экологической политики ЕС, а является задачей Сообщества в целом и своеобразной характеристикой принципа интеграции[224].

Применение принципов экологической политики в судебной практике ЕС. Большинство ученых и судебная практика склоняются к тому, что для экологических принципов возможность их применения судами не вызывает

сомнений и без отсылки статьи 175[225] к статье 174 Договора об образовании Европейского Сообщества. Европейский Суд также рассматривает их, как обязательные в правовом смысле, равно как принципы и критерии (аспекты)[226]. При этом нужно учитывать, что толкованием принципов и аспектов Европейский Суд занимается исключительно самостоятельно, не передавая эту компетенцию политическим инстанциям. Л. Кремер отмечает, что Европейский Суд осуществляет свою деятельность на основании ст. 220-245 Договора об образовании Европейского сообщества и указывает, что: «По экологическим вопросам Суд пока принял около 400 решений. Он пытается при этом - часто с большим успехом - толковать современное экологическое право эколого-дружественно и усиливать охрану окружающей среды»[227]. Л. Лаврийсен - судья Конституционного суда Бельгии в своем докладе на конференции «30 лет экологического права ЕС» подчеркнул, что: «За годы своей деятельности Суд справедливости развил серию общих доктрин, которые способствовали эффективности европейского права в целом. Эти доктрины также важны для развития экологического европейского права»[228]. Однако в своих решениях он устанавливает только право, а точнее - компетенцию органов Сообщества по регулированию какой-то материи, пока не установлено в судебном порядке обязательство по принятию мер на основе принципов и аспектов экологической политики. Но такая обязанность действовать может быть выведена из других решений Европейского Суда по отношению к иным политическим отраслям.

Однако интерпретировать содержание этих общих положений необходимо с определенной осторожностью, так как судебной защитой пользуется только ядро данной программы обязательств. Все, что выходит за эти рамки, подпадает под рассмотрение законодателя[229]. Л. Лаврийсен подчеркивает: «Начиная с 7 февраля 1985 г., когда было принято решение по делу L' Assotiation de defence des brulenrs d'huiles usages, Суд признает, что защита окружающей среды - это «требование мандата», который в отсутствие полноценной гармонизации законодательства может оправдать ограничивающие торговлю меры в государствах-членах»[230].

Наибольший интерес для российских ученых и практиков представляют вопросы: как экологические принципы и аналогичные им нормы в настоящее время используются и применяются судебной системой в европейских странах в случае принятия правовых решений, а также - в какой степени экологические принципы, обозначенные в Договоре, находятся под влиянием подхода Европейского Суда справедливости в конкретных значительных случаях. Экологические принципы применяются не только Европейским Судом, но и судами на национальном уровне[231].

Особый интерес при анализе действия принципов ст. 174 Договора об образовании Европейского Сообщества представляют основания для выхода за рамки массива подзаконных нормативно-правовых актов. В литературе отмечается, что в области подзаконных актов страны-участницы имеют право согласно статьям 94 (4) и (5) Договора об образовании Европейского Союза

и/или статье 176 Договора об образовании Европейского Сообщества при

некоторых обстоятельствах принимать постановления, выходящие за рамки права

Сообщества. В этом вопросе важна применимость принципов

экологического права как оснований таких действий. Любая

дополнительная деятельность возможна в силу указанных статей «в

связи с защитой окружающей среды». Таким образом, эти основания

предоставляют возможность, но одновременно и устанавливают ограничения 232

для дополняющей деятельности стран-участниц .

<< | >>
Источник: Степаненко Вера Станиславовна. РЕАЛИЗАЦИЯ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ В УСЛОВИЯХ КРУПНОГО ГОРОДА. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2005. 2005

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 2. Общая характеристика и классификация правовых принципов экологической политики.:

  1. Понятие международно-правового регулирования и механизма международно-правового регулирования
  2. ВВЕДЕНИЕ
  3. ОГЛАВЛЕНИЕ
  4. § 1. Особенности реализации региональной экологической политики в условиях мегаполиса.
  5. §3. Развитие экологического законодательства города Москвы
  6. § 2. Общая характеристика и классификация правовых принципов экологической политики.
  7. §1.1. Регулирование оценки воздействия на окружающую среду и участия общественностив этой процедуре
  8. § 1. Право ЕС, его специфика и юридическая природа
  9. 2.2.1 Особенности правового режима информационных систем, эксплуатируемых с использованием сети «Интернет»
  10. § 1. Категория «общественный контроль» в науке информационного права и информационном законодательстве
  11. Система национального законодательства РК, РФ и США о радиационной безопасности. Роль международных норм в системе охраны окружающей среды от радиактивного загрязнения
  12. § 2.2. Содержание правового регулирования недропользования на северных территориях Российской Федерации
  13. ВВЕДЕНИЕ
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -