<<
>>

§ 1.1 Сроки в российском избирательном праве как разновидность конституционно-правовых сроков: основные особенности конструкции

Прежде чем рассмотреть понятие «срок» в конституционном праве, определим место категории «срок» во временных правовых установлениях.

Правовые нормы изменчивы во времени и пространстве.

Пространство и время могут быть рассмотрены в двух значениях: 1) как общефилософские категории и 2) как метакатегории бытия права[3]. В первом случае, категории пространства и времени характеризуют друг друга - свое взаиморасположение как сосуществующие объекты мира. Пространство как категория изначально возникла и сформировалась для того, чтобы выразить рядоположенность тел и их протяженность. Однако всегда довольно остро стоял вопрос о системе координат. Представления человека о пространстве меняются вместе с развитием науки и культуры. Человек постепенно осознает пространство, мыслит им в практической деятельности. Он как бы овладевает метаязыком - выражает значение жизненно важных ему понятий и смыслов словами: справа, слева, длина, широкий, низкий, высокий и т.д.

Первоначально систематически рассматривается вопрос о пространстве (если говорить о западной философской традиции) Аристотелем. Он не просто развивает свое учение о пространстве как о месте, а сопоставляет место с телами, а тело, воспринимаемое посредством чувств, так или иначе где-то находится. Позже, развивая учение о праве и государстве, Аристотель также мыслит в категориях пространства и времени[4].

Конечно, рассуждения мыслителя соответствовали исторической реальности древних греков. «Полития есть основанная на родовой общине и рабовладении общность людей, которые вознамерились создать и всегда поддерживать закономерную и физиологически определенную автаркию в целях приобщения к вечности во всех своих поступках, мыслях, во всей своей жизненной целеустремленности»[5]. Вечность здесь является стремлением к устойчивости, и именно закономерность, предопределяющая физиологическую определенность, - непременный атрибут политии как государственно­правового, публично-правового явления.

Принципиально изменились представления о сроках, времени и пространстве учениях Нового времени. Тогда создавались основы современного нам естествознания. Галилей и Ньютон разрабатывали категорию пространства, соотнося её со временем. Ньютон возводит пространство в абсолют, но в тоже время отграничивает от пространства относительного[6]. Относительность пространства также как и у Аристотеля основывается на чувствах, условности и измеримости, в том числе и во времени.

До начала XX века свойства временности в относительном пространстве считалось неотъемлемым. Это было обусловлено эссенциалистской трактовкой научных знаний, наукоцентризмом. Развитые далее (в основном в математике) топология, метрика и пр., рассматривали право с позиций «комплексного исследования», однако достигнуть измеримость времени в его взаимодействии с правовым пространством практически не пытались. Например, предполагалось, что математическое пространство должно быть безразлично к природе исследуемых элементов, а это позволяет вести объективные «комплексные» исследования[7].

Свойства длительности и устойчивости во времени нормы позволяют выработать поведение, а значит эти свойства норм важны для реализации права как ценности, декларируемой в Конституции страны. Высокая частота изменений в избирательном законодательстве приводит к противоречиям в толкованиях законов, ошибкам в судебной и правореализационной практике. Принцип законности правовой системы подвергается сомнению[8].

В связи с рассмотренными вопросами, приведем высказывание Н. Л. Дювернуа. В «Чтениях по гражданскому праву» ученый писал, что те вопросы, которые важны для точности понимания начального и конечного моментов относительно правоспособности человека, заключаются не только в «цивильном смысле» определять состояние статуса или гражданина в момент, например, его рождения, но и какие конкретно признаки момента рождения (или их совокупность) нужны для признания факта. Так же Дювернуа причислял к ним вероятную продолжительность жизни, состояние прекращения личности, вероятную последовательность ухода из жизни, безвестное отсутствие[9].

Временность, по мысли ученого - есть обозначение реально существующего в жизни феномена изменчивости не только сущего, но и времени - некоего параметрического способа количественного, объективно измеримого описания этой изменчивости посредством конвенционного, нормативного объекта, выступающего эталоном.

Прилагая размышления Н.Л. Дювернуа к нашему исследования, мы можем сказать, что исследуя проблему сроков в системе конституционного права, необходимо изначально идеализировать исследуемое пространство,

предложив эталонную модель, а лишь затем изучать существующий предмет во множестве взаимосвязей (правовых событий - в том числе и в их последовательности). Только затем мы можем создать метрическое измерение на множестве временных объектов - «длении событий».

Рассмотрим правовые сроки в их конституционно-правовом значении.

Необходимой характеристикой любых социальных явлений и процессов является временная продолжительность. В праве понятие «время», как правило, рассматривается с точки зрения хронологии или хронометрии. Так, в основе хронологического учета лежит момент времени, а в основе хронометричного - продолжительность времени. Безусловно, хронология и хронометрия имеют место при определении временных пределов действия права, но гораздо большее распространение они получают в сфере правового регулирования, то есть непосредственного воздействия права на общественные отношения.

Одним из темпоральных параметров правовой жизни является длительность. Используется это понятие при необходимости предоставления юридического значения определенным промежуткам времени. Конкретизируется же продолжительность в понятиях «срок», «период», которые являются одними из важнейших понятий законодательства.

Установлены и применяются сроки во всех отраслях права. Не является исключением и конституционное право, предмет правового регулирования которого составляют общественные отношения, возникающие, изменяющиеся или прекращающиеся вследствие деятельности или поведения субъектов конституционного права в процессе осуществления народовластия, организации и функционирования государственной и муниципальной власти, реализации и защиты прав и свобод человека и гражданина и тому подобное.

Среди дискуссионных и малоисследованных вопросов теории сроков в конституционном праве - вопросы их систематизации, поскольку сложно комплексно исследовать сущность и содержание сроков в конституционном праве, не осуществив при этом их классификации. Также подчеркнем наличие многообразия сроков, которые применяются в механизме конституционно-

правового регулирования. Следует отметить, что между ними существуют существенные различия.

Проблема классификации сроков является относительно новой для отечественной конституционно-правовой науки и на сегодня фактически нерешенной, поскольку отдельным объектом комплексной классификации сроки в конституционном праве России не были.

В процессе осуществления классификации чрезвычайно важным является выделение оснований (критериев), то есть наиболее существенных признаков, по которым, собственно, происходит разделение тех или иных предметов, явлений или понятий на виды, поскольку именно критерии лежат в основе любого разделения.

Попробуем основательно раскрыть разновидности и особенности конституционно-правовых сроков, которые находят свое отражение непосредственно в системе источников конституционного права России.

Классифицируя конституционно-правовые сроки в зависимости от их отражения в системе источников конституционного права, мы, прежде всего, ставим цель, не только раскрыть знания о соответствующих отраслевых сроках, но и создать условия для дальнейшего накопления и развития таких знаний, их систематизации и совершенствования; выяснить подобия и различия между соответствующими конституционно-правовыми сроками, а также установить связи и зависимости между ними.

Закрепленные в конституционно-правовых нормах сроки содержатся в различных нормативно-правовых актах, которые различаются между собой не только по содержанию, но и по форме (как источники) выражения. При этом отметим, что проблема понятия «источники конституционного права» является достаточно актуальной, а его определение носит в основном условный характер. Нельзя оставить без внимания также и динамичный характер развития самой системы источников конституционного права.

Не вдаваясь в дискуссию относительно понятия «источники конституционного права», по нашему мнению, под таковыми нужно понимать

обязательные акты волеизъявления российского и местных референдумов, акты органов государственной власти, органов местного самоуправления, содержащие положения норм конституционного права в письменной форме, а также те акты волеизъявления властных субъектов, которые являются неписанными нормативными фактами, на основе которых (актов, в том числе актов КС РФ) возникают, изменяются и прекращаются конституционно­правовые отношения.

Относительно составляющих элементов системы источников конституционного права, отметим, что в отечественной науке конституционного права к ним принято относить: конституцию как основной, определяющий источник конституционного права; конституционные законы и законы, развивающие положения Конституции; акты референдумов; акты Конституционного Суда; договоры и некоторые международные соглашения; подзаконные акты, в частности акты Президента, Правительства; нормативные договоры, содержащие конституционно-правовые нормы; нормативно­правовые акты СССР, как акты в отношении правопреемника.

Итак, в зависимости от отображения сроков в системе источников конституционного права, их возможно классифицировать следующим образом:

1) Сроки, определенные Конституцией.

Говоря о сроках, которые формально определены непосредственно в нормах Конституции, стоит отметить, что в количественном измерении такого рода сроков насчитывается несколько десятков.

Хотя вполне понятно, что указанный количественный показатель является далеко не единственной характеристикой важности сроков, следует учитывать и то, что именно Основной Закон является определяющим источником конституционного права, а его нормы составляют фундамент для эффективного развития всей системы источников конституционного права.

Нужно сказать, что сроки закреплены не во всех главах Конституции. Так, в главах «Основы конституционного строя» и «Федеративное устройство» не содержатся прямые указания на сроки.

Большая их часть содержится в конституционных нормах, формализованных в главах об избираемых органах и лицах. Что касается глав 7 и 8, то в них присутствуют отсылочные нормы, а также прямое указание на срочность деятельности субъектов власти.

Считаем, отсутствие сроков в разделе «Основы конституционного строя» Конституции РФ можно объяснить тем, что, определяя основы общественного и государственного строя, значительная часть этих норм имеет обобщенный, наиболее абстрактный характер. Такие обобщающие предписания, как закрепление основных принципов развития права и государства в стране, которые основываются на общепризнанных принципах демократии, форме государства, значении человека, его жизни и здоровья, чести и достоинства, неприкосновенности и безопасности, что провозглашено наивысшей социальной ценностью, а народ - носителем суверенитета и единственным источником власти в государстве, установление приоритета человека в отношениях «человек - государство», по времени действия носят постоянный характер.

Главной целью закрепления вышеуказанных фундаментальных положений было, прежде всего, проведение, закрепление через Основной Закон, включение в национальную правовую систему определяющих основ, общепризнанных правовых идеалов, ценностей и принципов, направленных на обеспечение исключительно демократического вектора развития процессов правотворчества и государствования в стране.

Таким образом, вполне логично и понятно, что указанные конституционные положения, которые регулируются этими предписаниями, не требуют установки временных границ, определения темпоральных «рамок» их действия, поскольку субъекты таких конституционных правоотношений не могут их прекратить ни в одностороннем порядке, ни по обоюдному согласию, то есть указанные правоотношения являются бессрочными.

В свою очередь, наличие подавляющего большинства сроков в указанных выше разделах Конституции можно объяснить, исходя, собственно, из тех

правоотношений, которые регулируются этими конституционно-правовыми нормами. Например, порядок формирования и деятельности парламента в стране, осуществления определенных нормами Конституции полномочий депутатами, сенаторами, реализация функций Федерального Собрания в целом и тому подобное не могут обойтись без закрепления конституционных сроков, которые, выполняя организационную, стабилизирующую, упорядочивающую, охранительную, регулятивную функции, способствуют обеспечению реализации соответствующих конституционных норм, улучшают их действенность и эффективность.

Особого внимания требует анализ конституционно-правовых сроков, которые содержатся переходных положениях Конституции. Значительной их части присуще наличие такой темпоральной составляющей, как срок (период времени), что лишь подтверждает важность последних при регулировании конституционно-правовых отношений, особенно в условиях демократических преобразований в государстве.

Так, на сегодня подавляющее большинство переходных положений Основного Закона реализованы, в том числе и те, которые содержат в себе соответствующие сроки.

Именно переходные положения Основного Закона является важным нормативно-правовым механизмом обеспечения стабильности конституционного строя на время его определения и на этапе приведения действующего законодательства в соответствие с положениями новой Конституции, а также ее поэтапной целенаправленной реализации. «Заключительные и переходные положения» стали своеобразной программой легитимной реализации Конституции для всех субъектов права.

При этом стоит отметить, что особую роль в таком механизме занимают сроки.

Отраженные в нормах переходных положений Конституции сроки в основном касаются конституционно-правовых отношений, которые связаны с порядком формирования и организацией деятельности органов

государственной власти и органов местного самоуправления, их должностных лиц, а также временным ограничением конституционных прав и свобод человека (ч. 6 Раздела 2).

Четко установленные в переходных положениях Конституции РФ хронометрические рамки формирования органов власти федеральной, и не совсем четкие о формировании органов местного самоуправления, их должностных лиц, рассинхронизируют управление, не служат достижению цели стабильность функционирования государственного механизма и, соответственно, гарантирования прав и свобод человека и гражданина. Указанные точно определенные сроки способствовали бы также поэтапности непосредственного воплощения и реализации норм Основного Закона, невозможности злоупотребления («затягивания») времени теми субъектами конституционно-правовых отношений, на которых согласно положениям Конституции возлагалась обязанность воплощения и реализации ее норм. Данную проблему мы рассмотрим ниже.

2) Конституционно-правовые сроки, отраженные в законах РФ, нормы которых являются источниками конституционного права. Не вызывает никакого сомнения тот факт, что подавляющее большинство конституционно­правовых сроков закреплены именно в законах, которые следует считать одними из главных источников конституционного права.

Примером таких сроков могут быть сроки, отраженные в законодательных актах о выборах, когда их исчисление и суммирование отвечает или не отвечает адекватному проведению избирательной кампании.

3) Сроки, предусмотренные в актах референдумов. В науке конституционного права РФ к специфическим источникам конституционного права относятся акты всеобщего референдума. Законодательство о референдуме может и содержит определенные сроки. Кроме того, сам акт референдума может также указывать на временные пределы осуществления, реализации и развития решения.

4) Конституционно-правовые сроки, формализованные в подзаконных актах. Указы Президента зачастую касаются развития и уточнения конституционных положений, в частности в стратегиях в названиях актов есть указания на сроки[10].

5) Конституционно-правовые сроки, установленные международными договорами, в том числе реализующими конституционные принципы обеспечения безопасности[11].

6) Сроки, которые содержатся в актах Правительства и других органов государственной власти[12].

Источниками современного конституционного права РФ в отдельных случаях являются нормативно-правовые акты министерств и других центральных органов исполнительной власти, которыми регулируются конституционно-правовые отношения.

7) Конституционно-правовые сроки, закрепленные в актах местного самоуправления. Под системой актов местного самоуправления, которые являются источниками конституционного права, следует понимать внешнюю форму объективации встроенных или санкционированных территориальными властями, местными советами, их должностными лицами и исполнительными органами местного самоуправления конституционно-правовых норм, имеющих юридическую силу.

Принадлежность указанных актов как местных (локальных) источников конституционного права обусловлена, например, уточнением и развитием некоторых положений Конституции, в частности, связанных с выборами,

поскольку действуют они только на определенной территории. Так, срок ценза оседлости может, как устанавливаться для избираемого лица, так и не устанавливаться, а также варьироваться в пределах законодательства федерального.

8) Сроки, отраженные в положениях договоров, входящих в систему источников конституционного права. Этот вопрос лишь теоретический, и, тем не менее, нельзя исключить договорных отношений между Федеральным Собранием и Президентом, между ФС РФ и Правительством. Договоры, могут применятся в конституционно-правовой сфере, но отличаются от ординарных гражданско-правовых договоров тем, что содержат в себе нормы, обязательные для всех участников конституционно-правовых отношений.

В теории права сущность нормативно-правового договора определяется как соглашение об установлении правовых норм. Можно сказать, что под нормативно-правовым договором как источником конституционного права необходимо понимать соглашение между субъектами конституционного права об установлении принципов и норм регулирования конституционно-правовых отношений.

При этом следует отметить, что возможно разделить подобные договоры на две группы: внутригосударственные и международные нормативно­правовые договоры, применяемые в конституционно-правовой сфере, в случае наличия такой формы государственного устройства как, например, конфедерация.

Следовательно, руководствуясь вышеупомянутым разделением, конституционно-правовые сроки, могут быть отражены в положениях соответствующих нормативно-правовых договоров, которые, в свою очередь, можно разделить на: а) сроки, установленные нормами внутригосударственных нормативно-правовых договоров, являющихся источниками конституционного права и б) конституционно-правовые сроки, закрепленные в нормах международных нормативно-правовых договоров, применяемых в

конституционно-правовой сфере (например, нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года[13]).

9) Конституционно-правовые сроки, содержащиеся в актах Конституционного Суда, судов иных инстанций.

Если относительно актов Конституционного Суда РФ установление сроков очевидно, поскольку конституционно-правовое уточнение и разъяснение является прямой функцией высшего судебного органа[14], то более интересно, на наш взгляд, привести пример установления сроков, судами более низких инстанций, например, касающихся реализации пассивного избирательного права. Приведем пример.

Если охарактеризовать подход отечественного законодателя и судов в отношении исчисления оседлости, то он выражен как в Конституции РФ (п.2, ст. 81), так и в ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав граждан РФ»[15], где ч.б ст. 4 допускает устанавливать дополнительные требования к кандидату, в том числе и о сроке оседлости, законодательством субъектов РФ. Однако часть 5 той же статьи говорит об исключительности установления ограничений только нормами Конституции. Еще в 1998 году Верховный Суд подтвердил правильность решения Верховного Суда Хакасии. Тогда Л. Оспаривала отказ в регистрации на должность Председателя Правительства Хакасии. Отказ был мотивирован тем, что она проживала на территории республики меньше 7-й лет до назначения выборов, что противоречило Закону Республики Хакасия.

Верховный Суд республики жалобу удовлетворил и указал, что семилетний срок проживания противоречит норме Закона РФ «Об основных

гарантиях избирательных прав ...», по которой данный срок не может превышать одного года[16].

10) Конституционно-правовые сроки, закрепленные в нормативно­правовых актах СССР. Как пример приведем полный срок действия инвестиционных контрактов в п.2 ст. 7 Закона РСФСР «Об инвестиционной деятельности»[17]. В определенном смысле, эта норма затрагивает положения Конституции о правах экономических субъектов и иностранных лиц.

Конструкцию «срока» можно определить как специально-юридическое средство упорядочения поведения субъектов при совершении юридически значимых действий, предназначенное для предупреждения злоупотребления субъективными юридическими правами, используемую при установлении временных параметров юридически значимых действий и правоотношений, формирующую у субъектов правоотношения уверенность в достижении юридически значимого результата, образовании правового порядка и чувства законности и правомерности действий.

Екатерина Юрьевна Догадайло совершенно справедливо замечает, что одним из значений конструкции «срок», - смыслом, в котором эта конструкция употребляется в праве, - является рассмотрение срока как момента реальной действительности, не связанного с эталонами времени физического[18].

Подводя промежуточные итоги, отметим, что сроки представлены в каждом из составных элементов системы источников конституционного права РФ. При этом, учитывая особенности тех или иных источников конституционного права, в которых содержатся соответствующие отраслевые сроки, последние могут подлежать дополнительной дифференциации.

Также отметим, что проведенная нами классификация конституционно­правовых сроков позволяет полнее понять и раскрыть функциональное назначение таких сроков, присущие им особенности, обусловленные различным правовым статусом субъектов правотворчества, правомочных в рамках предоставленных полномочий определять и закреплять те или иные сроки в соответствующих актах конституционного характера.

Несомненно, отраженные в источниках конституционного права России сроки имеют как собственно нормативный, так и отнормативный характер, поскольку именно всеобъемлемость является одним из признаков конституционных актов. Однако нередко субъекты конституционно-правовых отношений наряду с правотворческой формой деятельности осуществляют правоприменительную работу, издавая в пределах своих полномочий соответствующие акты применения норм конституционного права, в которых также содержатся указания на сроки. Понятно, что в таком случае всеобщим нормативным характером они не обладают. То есть в первом случае сроки отражены в государственно-властных предписаниях общего характера, в связи с чем приобретают признаки всеобщей нормативности, а во втором - сроки содержатся в индивидуальных властных предписаниях, поэтому они такого признака не приобретают.

Если говорить о первом случае, то сменяемость - один из принципов демократического государства реализован здесь в сроках как этапах, которые должны заканчиваться. Отметим, что ценз недифференцирован, поэтому выглядит довольно спорным. Сменяемость власти можно понимать двояко: как смену одних другими и как смену одних другими без наделения права уходящих субъектов власти избираться после завершения определенного количества этапов. Исходя из смысла статьи 3 Конституции Российской Федерации, носитель суверенитета и единственный источник власти в стране - многонациональный народ. Это ключевое положение: именно народу принадлежит суверенное право избирать тех, кто его представляет, и произвольным образом законодатель это право не может ограничить. Срок же,

как мерило этапов, является необходимым условием измерения границ держания власти.

Принцип равенства всех в нашей стране перед судом и законом, закрепленный в ст. 19 Конституции не предполагает избрания на третий подряд срок должностных лиц субъектов страны. C одной стороны, происходит исполнение положений Конституции Российской Федерации, а с другой, как рассматривать в этом контексте срок: как сумму этапов или как одиночный завершенный период? Насколько право избираться на третий срок будет соответствовать духу демократического государства?

На наш взгляд нельзя манипулировать правом. Законотворец вкладывал конкретный смысл в нормы Конституции, а значит, ограничение властей, безусловно, необходимо. Некоторыми авторами срок рассматривается не как промежуток времени, закрепленный для цели развития демократического государства, а как предмет разного понимания в тех или иных исторических условиях. Например, П.А. Астафичев обосновывает возможность избираться на 3 срока подряд в любой орган власти. Автор исходит из положения о равности всех перед законом и судом, словно противопоставляя это положение статьям 3 и 19 . Аргументация не выдерживает критики, поскольку норма о равенстве всех перед судом и законом не означает приобретение статуса, в том числе и с временными ограничениями по действию.

Принцип сменяемости власти трактуется Астафьевым как стремление непозволительными на то средствами скорее ротировать власть на местах. Очевидная подмена понятий не сопровождается какими-либо иными аргументами, а законодательное ограничение преподносится как непозволительное средство, а сроки - как то, что нужно пересмотреть, несмотря на желательное соблюдение принципа своевременности.

В соответствии с Основным законом страны, высшее непосредственное выражение народовластия - референдум и свободные выборы (часть 3 статьи

1 Астафичев П. А. Проблема ограничений избирательных прав граждан, замещающих выборные должности два срока подряд : [Текст] / П.А. Астафичев //Государственная власть и местное самоуправление. № 1. 2000. С. 46

3) . Право избираться и избирать в органы власти, органы местного самоуправления - основное политическое право, определяющее правовой статус гражданина как представителя народа - носителя власти в стране. Кроме того, это основное политическое право определяет и формы участия в управлении гражданина в делах государства. Опосредованность такого участия происходит не только организационно, но и процедурно, и сроки здесь могут рассматриваться широко - в трех обозначенных формах.

Подведем итоги параграфа.

Мы определили функциональное наполнение сроков в избирательном праве, методы и формы их нормативной фиксации, классифицировали конституционно-правовые сроки по источникам их закрепления, конструкции сроков в избирательном праве, а также особенности их дифференциации.

Автор, на основе проведенного конституционно-правового анализа норм российского права, выявил, что конструкцию «срок» в избирательном праве необходимо рассматривать как специально-юридическое средство упорядочения поведения субъектов избирательных правоотношений при совершении юридически значимых действий. Данное специально-юридическое средство, по мнению автора, предназначено для предупреждения злоупотребления субъективными юридическими правами через установление временных параметров юридически значимых действий и правоотношений и направлено на формировании у субъектов избирательных правоотношений уверенности в достижении юридически значимого результата, чувства законности и правомерности собственных действий и действий других субъектов избирательного права. Автор делает вывод, что особенности конструкции «срок» в избирательном праве состоят в том, что:

- срок выступает специально-юридическим средством для упорядочения поведения субъектов избирательного права во времени, в том случает, когда такое поведение связано с совершением юридически значимых действий в рамках избирательного права;

срок является и временным ограничителем действий, и гарантом своевременности совершения юридически значимых действий, обеспечивающий публичный и частный интерес в рамках избирательных правоотношений;

особенностью конструкции срока в избирательных правоотношениях является то, что образованный с помощью реализации норм о сроках правопорядок служит укреплению не только чувства законности и правомерности действий у субъектов избирательного права но и и уверенности в легитимности выборных процедур в обществе;

срок в избирательном праве конструируется как норма, нарушение которой влечет юридически значимые последствия для субъектов избирательного права и служит предупреждению злоупотребления субъективными юридическими правами.

Нами предложена классификация конституционно-правовых сроков по источникам их закрепления:

1) сроки, определенные Конституцией;

2) конституционно-правовые сроки, отраженные в законах РФ, нормы которых являются источниками конституционного права;

3) сроки, предусмотренные в актах референдумов;

4) конституционно-правовые сроки, формализованные в подзаконных актах;

5) конституционно-правовые сроки, установленные международными договорами;

6) сроки, содержащиеся в актах Правительства и других органов государственной власти;

7) конституционно-правовые сроки, закрепленные в актах местного самоуправления;

8) сроки, отраженные в положениях договоров между субъектами конституционного права;

9) конституционно-правовые сроки, содержащиеся в актах Конституционного Суда, судов иных инстанций;

10) конституционно-правовые сроки, закрепленные в нормативно­правовых актах СССР.

По аналогии с особенностями конструкции в праве, определенными Е.Ю. Догадайло, мы можем выделить следующие особенности конструкции «срок» в избирательном праве:

- срок выступает специально-юридическим средством для упорядочения поведения субъектов избирательного права во времени, когда такое поведение связано с совершением юридически значимых действий в рамках избирательного права;

срок конструируется как ограничитель или же гарант своевременности совершения юридически значимых действий, обеспечивающий публичный и частный интерес в рамках избирательных правоотношений;

особенностью конструирования срока в избирательных правоотношениях является формирование у субъектов избирательных правоотношений уверенности в том, что юридически значимый результат будет достигнут, а образованный с помощью конструирования норм о сроках правопорядок служит укреплению чувства законности и правомерности действий у субъектов избирательного права;

срок конструируется как предупреждающая норма, нарушение которой влечет юридически значимые последствия для субъектов избирательного права для цели избежать злоупотребления субъективными юридическими правами (пример - «период молчания» или строго очерченные временные рамки избирательной кампании).

<< | >>
Источник: ЕВСЕЕВА ОЛЬГА ЮРЬЕВНА. СРОКИ В ИЗБИРАТЕЛЬНОМ ПРАВЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2016. 2016

Еще по теме § 1.1 Сроки в российском избирательном праве как разновидность конституционно-правовых сроков: основные особенности конструкции:

  1. 2.2. Отрешение от должности
  2. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -