<<
>>

Заключение

Подводя итог проведенному диссертационному исследованию, считаем не- обходимым представить в сжатой форме его основные положения и выводы. Прежде всего, содержание первой главы доказывает, что деятельность полиции как института публичной власти имеет отчетливо выраженное конституцион- но-правовое значение, поскольку характеризуется существенным потенциалом как в области позитивного, так и негативного воздействия на уровень обеспечения конституционных прав человека на жизнь, свободу, личную неприкосновенность и уважение человеческого достоинства (т. е. как в области их охраны и защиты от противоправных посягательств, а также законного ограничения с целью принуж- дения к исполнению правовых предписаний, так и нарушения).

При этом особую значимость с позиции конституционного права имеет по- следний из указанных аспектов, а именно – потенциальная угроза массового, си- стематического и грубого пренебрежения индивидуальными правами и свободами в повседневной работе полицейских организаций. Подобное положение дел пред- ставляется нам объективным и предопределяется тем обстоятельством, что имен- но полиция, как правило, выступает наиболее многочисленной военизированной структурой публичной власти (не считая вооруженные силы), законодательно наделенной чрезвычайно весомыми полномочиями (вплоть до нанесения тяжкого вреда здоровью и лишения человека жизни при определенных обстоятельствах) и обладающей средствами для их реализации (в т. ч. различного рода оружием). Иначе говоря, сам факт наличия у полицейских работников обширных властных полномочий и средств осуществления силового принуждения объективно содер- жит в себе возможность их использования вопреки установленным конституци- онно-правовым предписаниям.

Как следует из содержания второй главы диссертационного исследования, отсутствие надлежащих мер по охране конституционных прав индивида от непра- вомерных посягательств представителей полиции способствует возникновению ситуации, когда граждане практически в равной степени начинают ощущать угро-

зу своей личной безопасности как со стороны преступных элементов, так и со стороны самих стражей порядка. Подобная практика, безусловно, существенно подрывает доверие населения не только к полицейским институтам, но и ко всей системе публичной власти, выступая одним из наиболее серьезных источников социальных противоречий, возрастания уровня общественного недовольства и со- здавая тем самым угрозу дестабилизации основ конституционного строя. Дей- ствительно, проблема создания относительно устойчивого общества связана с обеспечением личной безопасности человека, с реальной возможностью осу-

ществления его прав и свобод341, в первую очередь – в области его взаимоотно-

шений с представителями публичной власти.

Подтверждением вышесказанного служит то обстоятельство, что на протя- жении полуторавековой истории полиции Соединенных Штатов Америки именно систематическое и грубое несоблюдение конституционно закрепленных прав и свобод со стороны служителей закона выступали одним из основных источников сильнейшего социального напряжения, многократно проявлявшего себя как в форме ненасильственных акций протеста, так и в форме массовых, разрушитель- ных и кровопролитных гражданских беспорядков (в т. ч. и в относительно недав- ней истории). Подобные вспышки гражданского возмущения и открытого непо- виновения раз за разом свидетельствовали о назревшем несоответствии сложив- шейся практики функционирования полиции общему уровню развития политико- правовой культуры американского общества (в первую очередь степени укрепле- ния конституционных ценностей в сознании граждан).

При этом основными де- терминантами массового нарушения конституционных прав и свобод человека и гражданина в рассматриваемой области выступали следующие факторы:

а) недостаточность нормативно-правовой конкретизации конституционных предписаний о правах и свободах человека и гражданина применительно к дея- тельности полиции;

341 См. Прудников А. С. Безопасность личности и ее обеспечение органами внутренних дел : Теоретико- правовое исследование : дис. ... докт. юрид. наук: 12.00.01, 12.00.02 / Прудников Анатолий Семенович. – М., 1999. С. 4

б) несовершенство определенных организационно-управленческих аспектов функционирования полиции: чрезмерная зависимость от местной политической администрации; политическое покровительство; отсутствие механизмов кон- структивного взаимодействия с населением; репрессивно-ориентированная си- стема оценки эффективности; отсутствие или неэффективность системы профес- сионального отбора и подготовки сотрудников; а также механизмов внутреннего (ведомственного) контроля и надзора над их деятельностью;

в) отсутствие или неэффективность функционирования институтов специа- лизированного независимого (гражданского) надзора над соблюдением законно- сти (и прежде всего – конституционных прав человека) в повседневной деятель- ности полиции.

Как следует из представленных в диссертационной работе материалов, по мере укоренения демократических традиций и повышению уровня политико- правовой культуры общество указанного государства шаг за шагом, десятилетие за десятилетием прилагало различного рода усилия по преобразованию общего направления, принципов и действительной практики функционирования полиции в направлении все большего соответствия ее деятельности конституционно- правовым предписаниям. В результате к началу XXI в. в большинстве штатов рассматриваемого государства деятельность публичных полицейских организа- ций становится ориентированной не только на эффективную охрану и защиту конституционно закрепленных прав и свобод от преступных посягательств, но также на их более гуманное ограничение и более тщательное соблюдение в по- вседневной работе стражей порядка.

Так, например, мы видим, что в период чрезмерной зависимости от мест- ной власти (1840–1930 гг.) американская полиция выступает преимущественно инструментом обеспечения личных (зачастую незаконных) интересов локальных политических лидеров, практически полностью игнорируя при этом интересы по- давляющей части населения, в т. ч. – посредством систематического, повсемест- ного и безнаказанного нарушения его конституционных прав и свобод. Однако к началу 30-х годов XX в. подобное положение дел вступает в противоречие с ожи-

даниями и требованиями общества, что приводит к существенной трансформации социальной роли полиции и началу следующего периода ее эволюции – этапа профессионализации (1930–1980 гг.). В это время полицейская система США ста- новится более ориентированной на нужды граждан и позиционируется как специ- ализированный инструмент репрессивно-карательного подавления растущей кри- минальной активности. При этом она стремится по возможности обеспечить за- щиту конституционных прав одной части населения (преимущественно белого), игнорируя аналогичные права другой его части (как правило, представителей ра- сово-этнических меньшинств и нижних слоев социальной иерархии). В начале 1980-х годов под влиянием дальнейшего изменения общественного сознания по- добный «компромисс» отвергается не только дискриминируемой частью населе- ния, но и большинством представителей титульной расы, вследствие чего основ- ной целью деятельности американской полиции провозглашается беспристраст- ная охрана и защита конституционных прав всех членов общества (вне зависимо- сти от их социального положения и расово-этнической принадлежности) при надлежащем уровне их соблюдения. Наряду с прочими прогрессивными тенден- циями, коренное изменение принципов функционирования полиции Соединенных Штатов ознаменовало собой наступление новой эпохи в сфере полицейского управления данного государства, именуемой нами этапом демократизации дея- тельности полиции (1980 г. – н. вр.).

Важнейшее значение с позиции конституционного права имеет то обстоя- тельство, что на протяжении длительного, болезненного и порой непоследова- тельного процесса развития полицейской системы рассматриваемого государства именно прогрессивные положения федеральной Конституции 1787 г. о правах и свободах человека и гражданина, в конечном итоге, предопределяли его стратеги- ческое направление. При этом достижение вышеуказанных позитивных результа- тов явилось прямым следствием формирования необходимого для стабильного социального развития демократического общества механизма обеспечения прав человека в сфере деятельности полиции, под которым мы понимаем сбаланси- рованный комплекс мер нормативно-правового, организационно-управленческого

и общественно-надзорного характера, направленных на формирование условий для максимально полной реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина в сфере деятельности полиции.

Так, нормативно-правовой элемент рассматриваемого механизма выполня- ет функцию юридического установления пределов деятельности полиции и вклю- чает в себя как сами акты конституционного характера, так и иного рода норма- тивно-правовые источники, конкретизирующие содержание конституционных предписаний (в первую очередь – о правах и свободах человека и гражданина) применительно к сфере деятельности указанного института публичной власти.

В свою очередь, содержание организационно-управленческого элемента раскрывается в мерах одноименного характера, направленных на формирование объективной возможности надлежащего обеспечения индивидуальных прав и свобод в деятельности полиции, а также соответствующего рода профессиональ- ной мотивации ее сотрудников. В первую очередь, речь идет о таких преобразо- ваниях, как: устранение чрезмерной зависимости полицейских структур от мест- ной политической администрации; повышение уровня профессиональной подго- товки и материально-технического оснащения стражей порядка (в соответствии с поставленными перед ними задачами); гуманизация средств и тактики осуществ- ления силового принуждения; совершенствование механизмов внутреннего (в т. ч. превентивного) надзора и контроля; расширение конструктивного взаимодей- ствия (сотрудничества) полиции с населением; а также включение в официальную систему оценки эффективности ее функционирования социально- ориентированных показателей.

Завершает структуру исследуемого механизма общественно-надзорный элемент, подразумевающий наличие широкой сети специализированных, органи- зационно и финансово независимых от полицейских структур (в значительной степени – от иных органов публичной власти) институтов, осуществляющих от имени гражданского общества и в рамках своей компетенции постоянный, повсе- местный и беспристрастный надзор над деятельностью сотрудников полиции с

целью выявления отклонений ее содержания от конституционно-правовых пред- писаний и принятия мер по их устранению.

Используя в представленной выше дефиниции формулировку «максимально полной реализации», мы фактически соглашаемся с утверждением о том, что в силу объективных факторов ни одна система внутри или за пределами полицей- ской субкультуры не способна полностью устранить все проявления ненадлежа- щего поведения стражей порядка342. Несмотря на наличие положительной дина- мики в рассматриваемой области, проблема взаимоотношений полиции и населе- ния в Соединенных Штатах Америки периодически напоминает (здесь уместно будет указать на события августа 2014 года в г. Фергюсон, в очередной раз спро- воцировавшие массовые демонстрации протеста со стороны чернокожего населе- ния) и, по всей видимости, будет напоминать в дальнейшем о своем существова- нии. По нашему мнению, подобное положение дел является объективным и обу-

словлено тем обстоятельством, что именно в деятельности полицейских структур находят, вероятно, свое наиболее отчетливое и опасное проявление существую- щие в том или ином обществе социальные противоречия, и в первую очередь – экономическое неравенство и расово-этническая дискриминация. Тем не менее, как показывает практика, эффективное и комплексное функционирование всех трех элементов исследуемого механизма способно существенно снизить остроту указанной проблемы и минимизировать ее негативное влияние на процесс соци- ального развития, обеспечив приемлемую (для определенного уровня развития политико-правовой культуры общества) степень реализации конституционных прав человека в сфере деятельности полиции.

Особое значение исследуемым в диссертационной работе закономерностям придает то обстоятельство, что рассмотренные на примере США проблемы взаи- моотношений полиции и общества в значительной степени свойственны полицей- ским системам России и других постсоветских государств как на предыдущих, так и на современном этапе их развития. Так, например, согласно аналитическим материалам Национального исследовательского университета «Высшая школа

342 См. Perez D. W. Op. cit. P. 35.

экономики», в 2010 г. среди различных европейских государств наименьшим рей- тингом доверия к полиции (милиции) со стороны населения характеризовались Россия и Украина343. По данным некоммерческой организации «Левада-Центр», в период c конца 2004 по середину 2012 г. доверие российской полиции выражали от 25% до 30% граждан. Параллельно более 80% опрошенных оценили проблему беззакония и произвола в ее рядах как «очень серьезную» и «довольно серьез- ную». Более того, от 73% до 81% респондентов указали, что не считают себя за- щищенными от противоправных действий со стороны стражей порядка344.

Недостаточный уровень законности и соблюдения конституционных прав

человека в деятельности российских полицейских структур неоднократно отмеча- лась и отечественными учеными. Так, например, в 2003 г. проф. Б. А. Страшун, характеризуя развитие института конституционных прав и свобод спустя десяти- летие с момента принятия Конституции Российской Федерации, указывал на об- щеизвестность «практики многих органов и должностных лиц милиции, грубо нарушающих содержащееся в ч. 2 ст. 21 Конституции запрещение подвергать лю- дей пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое досто- инство обращению»345. В аналогичном ключе высказываются и многие другие ав- торы. Так, В. Н. Бутылин отмечает распространенность случаев, когда сотрудники полиции «сами причиняют гражданину вред, нарушают его основные права и свободы, уповая лишь на силу как главное средство осуществления служебных функций»346, а В. В. Федоров – что «многочисленные факты необоснованного, не- адекватного применения государственного принуждения» не являются исключе- нием347.

343 См. Гимпельсон В. Е., Монусова Г.А., Доверие полиции: межстрановой анализ. – М.: Изд. дом. Высшей школы экономики, 2012. С. 2. URL: http://www.hse.ru/data/2012/08/03/1256655160/WP3_2012_05_f.pdf

[дата обращения: 28.04.2014].

344 См. Россияне о полиции. Пресс-выпуск. Аналитический центр Юрия Левады, 2012. URL: http://www.levada.ru/04-05-2012/rossiyane-o-politsii [дата обращения: 28.04.2014].

345 Страшун Б. А. Указ. соч. С. 33.

346 Бутылин В. Н. Милиция в государственно-правовом механизме охраны конституционных прав и свобод граждан : дис. ... докт. юрид. наук: 12.00.02 / Бутылин Валерий Николаевич. – М., 2001. С. 384.

347 Федоров В. В. Общественный контроль за деятельностью уголовно-исполнительной системы как форма взаимодействия гражданского общества с государством : дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.01 / Федоров Владимир Владимирович. – Владимир, 2006. С. 3

Анализируя текущее положение дел в рассматриваемой области, мы полага- ем, что относительно высокий уровень нарушения конституционных прав челове- ка в деятельности российской полиции и недостаточный уровень доверия к ней со стороны населения в основном являются закономерным следствием недоста- точного развития отдельных элементов рассматриваемого механизма. В част- ности, если состояние нормативно-правового регулирования данной сферы обще- ственных отношений уже в определенной степени отражает современные демо- кратические стандарты348, то уровень организационно-управленческого развития отечественной полицейской системы представляется нам менее удовлетворитель- ным, в то время как третий (общественно-надзорный) элемент находится лишь на стадии своего зарождения и, следовательно, требует повышенного внимания.

Так, например, фундаментальное положение современной концепции орга- низации полицейской деятельности о том, что полиция демократического госу- дарства может и должна осуществлять свою деятельность в сотрудничестве с об- щественностью и при этом быть в значительной степени подотчетной граждан- скому обществу в настоящий момент не подкреплено достаточными организаци- онно-управленческими преобразованиями. При этом попытки практической реа- лизации идеи о расширении взаимодействия российской полиции с населением и установлении какого-либо независимого надзора над ее деятельностью испыты- вают серьезные затруднения и, как правило, приобретают имитационные формы, что вызывает обеспокоенность не только представителей гражданского общества, но и высших лиц государства. Так, во время предвыборной кампании 2012 г. кан- дидат в Президенты РФ В. В. Путин свидетельствовал о том, что работа обще-

348 Так, согласно п.6 ст.9 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», общественное мнение является одним из основных критериев официальной оценки деятельности полиции. Также во исполнение п. «и» раздела 2 Указа Президента РФ от 7 мая 2012 г. № 601 «Об основных направлениях совершенствования си- стемы государственного управления» Правительством РФ были разработаны и утверждены постановлением от 12 декабря 2012 г. № 1284 «Правила оценки гражданами эффективности деятельности руководителей территориаль- ных органов федеральных органов исполнительной власти (их структурных подразделений) с учетом качества предоставления ими государственных услуг, а также применения результатов указанной оценки как основания для принятия решений о досрочном прекращении исполнения соответствующими руководителями своих должностных обязанностей». Необходимость расширения взаимодействия полиции с гражданским обществом нашла свое отра- жение в приложении к приказу МВД РФ от 1 января 2009 г. № 1 «Об утверждении Концепции совершенствования взаимодействия подразделений системы Министерства внутренних дел Российской Федерации со средствами мас- совой информации и общественными объединениями на 2009-2014 годы».

ственных советов при органах исполнительной власти «носит формальный или показной характер»»349.

При этом крайне важно понимать, что задачу формирования партнерских отношений полиции и общества, создания полноценного и эффективного меха- низма обеспечения прав человека в деятельности полиции невозможно решить исключительно лишь усилиями и распоряжениями ее руководства при отсутствии развитого гражданского общества, настроенного на конструктивное сотрудниче- ство. В этом смысле нам представляется обнадеживающим то обстоятельство, что российские граждане, лишенные в силу исторических причин опыта демократи- ческого взаимодействия с полицейскими структурами, в целом положительно от- носятся к идее о возможном сотрудничестве с местными стражами порядка. Так, по результатам проведенного в феврале 2013 г. социологического опроса, 76% ре- спондентов выразили мнение о том, что жители той или иной местности должны помогать представителям локальной полиции в их работе (противоположное мне-

ние высказали 15% опрошенных и 9% затруднились ответить)350.

Чрезвычайно негативное влияние на уровень обеспеченности прав человека в Российской Федерации (и других государствах-членах СНГ) продолжает оказы- вать и унаследованная из советского прошлого репрессивно-ориентированная

«палочная» система оценки эффективности работы полиции. Как указывает укра- инский исследователь О. А. Мартыненко, «советская доктрина, требовавшая от работников каждой отрасли подтверждения неоспоримых преимуществ социали- стического строя, надолго определила показатели зарегистрированных и раскры- тых преступлений в качестве основных критериев работы органов внутренних дел. При этом упорно не обращалось внимания на многочисленные служебные правонарушения, совершавшиеся единственно с целью поддержания коэффици- ента раскрываемости на требуемом неестественно высоком уровне. По сути, оце-

349 Путин В. В. Демократия и качество государства. Программное заявление кандидата на пост Президента РФ // Коммерсант. Опубликовано: 06.02.2012. URL: http://www.kommersant.ru/doc/1866753

[дата обращения: 28.04.2014].

350 См. Индекс доверия полиции. Вопросы и ответы граждан. Ноябрь 2013 года. Фонд «Общественный вердикт», 2013. URL: http://publicverdict.ru/articles_images/11491_59458_index1113.pdf

[дата обращения: 28.04.2014].

ночные критерии советского времени отчасти выступали одновременно и как де- терминанта преступности среди личного состава ОВД»351.

Схожие по своему содержанию замечания высказываются и другими зару- бежными учеными. Так, например, как отмечает Н. Уилдрикс, «прямым следстви- ем политического давления, оказываемого на полицию во многих странах Цен- тральной и Восточной Европы с целью достижения высокого уровня задержаний, является существование злоупотреблений в следственной практике»352 и, как следствие – нарушение важнейших конституционных прав человека. В Казах- стане, по утверждению председателя общественной организации «Комитет по мо- ниторингу уголовной реформы и правам человека» С. Р. Ковлягиной, «примене- ние пыток сотрудниками спецподразделений и правоохранительных органов фак- тически поощряется благодаря существующей [репрессивно-ориентированной. – Е. З.] системе оценки эффективности работы как отдельных подразделений, так и конкретных сотрудников»353. В контексте вышесказанного не случайно, что в 2012 г. министр внутренних дел Российской Федерации В. А. Колокольцев отнес неэффективность указанной системы к числу основных проблем, стоящих перед современной российской полицией354.

Повышение общественного и политического внимания к указанным и дру-

гим недостаткам, характерным для современной полицейской системы России, безусловно, свидетельствует о наличии значительного потенциала для ее даль- нейшего реформирования в направлении более эффективной реализации закреп- ленных в Конституции прав и свобод человека и гражданина. Тем не менее, не- смотря на то, что инициированный в 2011 г. процесс преобразования органов внутренних дел РФ характеризуется определенной положительной динамикой, в целом его текущие результаты пока недостаточно удовлетворительны с точки

351 Мартыненко О. А., Самотиевич В. А. Преступления сотрудников органов внутренних дел Украины.

– Харьков: Права людини, 2013. С. 204-205.

352 Uildriks N. Police Reform and Human Rights. – Oxford: Intersentia, 2005. P. 2.

353 По материалам экспертной конференции «Развитие и статус института прав человека за 20 лет незави- симости Республики Казахстан», проведенной 12 декабря 2011 в г. Астана. Цитируемый материал доступен на сай- те проекта «Право и СМИ Центральной Азии»). ULR:

http://medialaw.asia/node/10843 [дата обращения: 24.09.2014].

354 По материалам интернет-портала «RBK.ru»: http://top.rbc.ru/society/12/10/2012/673961.shtml [дата обращения: 28.04.2014].

зрения соответствия деятельности отечественной полиции основополагающим конституционным положениям.

На наш взгляд одной из основных причин подобного положения дел высту- пает то обстоятельство, что в современной практике реформирования российской полиции по-прежнему превалирует точка зрения (характерная для англоязычной доктрины 1930-х – 1970-х годов), согласно которой основным направлением про- водимых преобразований должно являться совершенствование организационно- управленческих аспектов функционирования полицейских служб, а также улуч- шение их финансового и материально-технического обеспечения. Тем не менее, как показывает опыт зарубежных стран, действие каждого из элементов исследу- емого механизма не является самодостаточным, и лишь их совокупное и эффек- тивное функционирование способно обеспечить приемлемую (для определенного уровня развития политико-правовой культуры общества) степень соблюдения конституционных прав и свобод человека и гражданина в сфере полицейской дея- тельности.

Из сказанного выше следует, что при всей несомненной важности и необхо- димости проведения преобразований организационно-управленческого характера в рамках самой полиции, положительный эффект от их реализации имеет объек- тивные ограничения, что не позволяет в итоге достичь соответствующего обще- ственному запросу уровня обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина. Более того, как уже указывалось выше, несмотря на объективную необходимость мер по профессионализации полиции на определенном этапе ее развития, чрезмерная бюрократизация, расширение кадрового состава, полномо- чий и материально-технической базы в условиях социальной изоляции и отсут- ствия (неэффективности) независимого гражданского надзора становятся контр- продуктивными. В частности, по достижении определенного уровня подобная стратегия не только перестает способствовать обеспечению индивидуальных прав и свобод путем повышения эффективности усилий полиции в противодействии преступности, но и существенно повышает угрозу их нарушения со стороны са-

мих полицейских (ввиду отсутствия или неэффективности механизмов удержания возрастающего силового потенциала в рамках конституционных предписаний).

Исходя из результатов проведенного исследования, мы полагаем, что глав- ной целью проводимых в рассматриваемой области мероприятий должно стать максимально возможное в существующих условиях повышение уровня обеспе- ченности конституционных прав человека посредством усовершенствования всех элементов рассматриваемого в настоящей работе механизма (нормативно- правового, организационно-управленческого и общественно-надзорного) с целью ограждения индивида не только от криминальных посягательств, но и от непра- вомерных действий со стороны самих работников полиции.

При этом осуществленное в рамках диссертационной работы изучение ис- торического опыта Соединенных Штатов Америки позволяет утверждать, что до- стижение вышеуказанной задачи представляет собой чрезвычайно сложный и по- рой непоследовательный процесс, требующий постоянных и продуманных сов- местных усилий гражданского общества и государства, и, следовательно, предъ- являющий высокие требования к принципам функционирования системы госу- дарственного управления, политической системы и, в наиболее широком плане – к уровню политико-правовой культуры всего общества. При этом понимание вы- явленных в ходе настоящего исследования закономерностей, отраженных опыте зарубежных стран, позволит избежать серьезных ошибок на пути реформирова- ния полицейских систем как Российской Федерации, так и других государств, уровень общественного развития которых выдвигает на повестку дня необходи- мость повышения уровня реализации конституционных предписаний о правах и свободах человека и гражданина в рассматриваемой области общественных от- ношений.

В заключение следует отметить, что реализуя те или иные масштабные ре- формы в указанном направлении, не стоит забывать о том, что «масштаб челове- ческой свободы в каждую историческую эпоху объективно обусловлен уровнем экономического, социального, политического и культурного развития общества, характером присущих ему противоречий и принятыми способами их разреше-

ния»355. При этом, как отметил в одной из своих публикаций Президент Россий- ской Федерации В. В. Путин, «существуют большие и маленькие страны, богатые и бедные, те, что имеют давние демократические традиции и те, которые все еще ищут свой путь к демократии. Их политика также различна»356. Исходя из этого, в процессе реформирования полицейской системы Российской Федерации необхо- димо объективно оценивать степень демократизации общественных отношений, характер существующего политического режима, уровень развития гражданского общества и имеющихся в распоряжении государства ресурсов с тем, чтобы ста- вить цели и задачи, достижимые и выполнимые именно на текущем этапе обще- ственного развития. В противном случае, мы полагаем, что с большой долей ве- роятности попытки осуществления демократических преобразований в рассмат- риваемой области будут иметь недостаточно продуманный или поверхностный (имитационный) характер, не затрагивая при этом действительного содержания назревших проблем или еще более усугубляя их.

355 Эбзеев Б. С. Конституция. Демократия. Права человека. – М., Черкесск: АО ПУЛ, 1992. С. 143.

356 Putin V. V. A Plea for Caution From Russia. What Putin Has to Say to Americans About Syria // The New York Times. Published: September 11, 2013. URL:

http://www.nytimes.com/2013/09/12/opinion/putin-plea-for-caution-from-russia-on-syria.html [дата обращения: 28.04.2014]

<< | >>
Источник: Зимин Евгений Александрович. МЕХАНИЗМ ОБЕСПЕЧЕНИЯ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА В СФЕРЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПОЛИЦИИ (НА ПРИМЕРЕ США). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва –2015. 2015

Скачать оригинал источника

Еще по теме Заключение:

  1. Заключение
  2. Форма договора о суррогатном материнстве, его участники и порядок заключения
  3. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  6. 73. Порядок заключения договора поставки. Урегулирование разногласий при заключении поставки. Периоды и порядок поставки товаров. Исчисление убытков при расторжении договора.
  7. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  8. Заключение
  9. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  10. Консультативные заключения Межамериканского суда по правам человека
  11. Заключение
  12. Получение заключения уполномоченного органа