<<
>>

Гражданско-правовая ответственность индивидуального предпринимателя

В современной юридической литературе существует немало теорий гражданско-правовой ответственности, ее оснований, форм и видов. Осо­бое значение имеет определение понятия гражданско-правовой ответст­венности, ее связи с юридической ответственностью вообще и условий применения на практике, ведь ответственность - понятие не только право­вое, но и философское, социальное, нравственное.

Более того, институт от­ветственности существует во многих отраслях права и, несмотря на опре­деленные черты сходства, в каждой отрасли трактуется по разному.

В научной литературе гражданского права сложилась традиция рас­сматривать гражданско-правовую ответственность, прежде всего за нару­шение обязательств, в сфере предпринимательской деятельности. В абсо­

лютном большинстве случаев гражданско-правовая ответственность инди­видуального предпринимателя без образования юридического лица носит имущественный характер. Вместе с тем, в порядке защиты деловой репу­тации ответственность может иметь и иную неимущественную форму.

Формы ответственности неисправных должников в различные исто­рические периоды были неодинаковые. В более отдаленные эпохи ответст­венность имела личный характер: в случае неисполнения должником воз­ложенной на него обязанности к нему применялись (самим кредитором) меры воздействия, направленные непосредственно на его личность (за­ключение в тюрьму, продажа в рабство, даже лишение жизни). Указания на такую личную ответственность содержатся в постановлении XII таблиц Рима.*3

В дальнейшем за неисполнение обязательств должники стали отве­чать не личностью, а имуществом. Понятие юридической ответственности в советском, а затем и российском праве раскрывалось неоднозначно, рас­сматривалось в широком и узком смысле.

По мнению В.П. Грибанова гражданско-правовая ответственность - есть форма принуждения. Это связано с применением имущественных санкций, направленных на восстановление нарушенных прав и стимулиро­вание нормальных экономических отношений юридически равноправных участников гражданского оборота.[79] [80]

Справедливы при этом замечания О.С.

Иоффе о том, что не всякая санкция есть мера юридической ответственности. Когда имущество изы­мается из чужого незаконного владения в принудительном порядке, нали­цо санкция как следствие правонарушения. Но такая санкция не будет от­ветственностью, потому, что не связана с какими-либо лишениями для на­

рушителя, у которого и взимается вещь, ему не принадлежащая. Ответст­венность - это не просто санкция за правонарушение, а такая санкция, ко­торая влечет определенные лишения имущественного или личного харак­тера?5

Более полным представляется определение Е.А. Суханова, полагаю­щего, что гражданско-правовая ответственность - это одна из форм госу­дарственного принуждения, состоящая из взыскания судом с правонару­шителя в пользу потерпевшего имущественных санкций, перелагающих на правонарушителя невыгодные имущественные последствия его поведения и направленных на восстановление нарушенной имущественной сферы по­терпевшего.[81] [82] Эго определение, на наш взгляд, более современно, посколь­ку выделяет судебный порядок ответственности, характерный для цивили­зованного, демократического общества - в отличие от авторитарных ре­жимов, допускающих имущественные взыскания без суда.

В связи с переходом к рыночной экономике, с усложнением хозяйст­венных связей возникла необходимость поддержания нормального имуще­ственного состояния субъектов, участвующих в договорных отношениях. В российском законодательстве произошли изменения в сторону ужесто­чения ответственности за выполнение обязательств, в сфере предпринима­тельской деятельности.

Первые изменения появились с введением в действие на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 года Основ гражданского законо­дательства Союза ССР и республик (далее Основ гражданского законода­тельства 1991 года).[83] В пункте 2 статьи 71 Основ гражданского законода­тельства 1991 года было установлено, что от ответственности за наруше­

ние договорных обязательств, возникших при осуществлении предприни­мательской деятельности, освобождает непреодолимая сила, сделавшая исполнение обязательства невозможным.

22 декабря 1992 года в толкование указанной нормы было принято Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Феде­рации № 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами «Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик» на тер­ритории Российской Федерации»**, в пункте 15 которого содержится пря­мое указание на то, что предприниматель несет имущественную ответст­венность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, не­зависимо от наличия его вины, если не докажет, что надлежащее исполне­ние невозможно вследствие непреодолимой силы. Аналогичное правило об ответственности предпринимателя содержится в действующем Граждан­ском кодексе Российской Федерации.*9 Несмотря на то, что в пункте 1 ста­тьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве общего правила установлено, что за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства должник несет ответственность, при наличии вины, и в пункте 3 этой же статьи, введено исключение из этого правила: лицо, на­рушившее свои договорные обязательства при осуществлении предприни­мательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие действия не­преодолимой силы.

Напомним, что ныне недействующая статья 85 Гражданского кодек­са РСФСР 1964 года определяла непреодолимую силу как «чрезвычайное и [84] [85]

непредотвратимое при данных обстоятельствах событие», то есть связыва­ла действие непреодолимой силы лишь как событие, действие сил природы - землетрясения, наводнения, снежные лавины и т.п.[86] В отличие от Граж­данского кодекса РСФСР 1964 года статья 71 Основ гражданского законо­дательства 1991 года трактовала непреодолимую силу, подобно части 3 статьи 401 Гражданского кодекса РФ, как «чрезвычайные и непредотвра­тимые при данных условиях обстоятельства».

Однако между определениями статьи 71 Основ гражданского зако­нодательства 1991 года и статьи 401 Гражданского кодекса РФ есть суще­ственное различие.

В части 2 статьи 71 Основ гражданского законодатель­ства 1991 года после общей формулировки непреодолимой силы даны примеры непреодолимой силы. Во-первых, это стихийные явления, во- вторых, военные действия, в-третьих, «и т. п.». Стихийные явления - об­стоятельства общепонятные, не зависящие от воли и сознания отдельных предпринимателей. Военные действия сами по себе возникают по воле лю­дей, однако, если не зависят от воли и сознания отдельного предпринима­теля, то они также могут трактоваться как факторы, не зависящие от воли отдельных предпринимателей. А что же такое «и т. п.»? Под эту категорию можно было подвести самые разные факторы: забастовки, неплатежи и так далее.

В настоящее время статья 71 Основ гражданского законодательства 1991 года уже не действует, тем не менее, проблема трактовки непреодо­лимой силы, понятие которой дает часть 3 статьи 401 Гражданского кодек­са РФ, для предпринимателей в современных условиях еще более обостри­лась. В пункте 3 статьи 401 Гражданского кодекса РФ дан перечень об­стоятельств, не относящихся к непреодолимой силе. Это, в частности, на­рушение обязанностей контрагентов должника, отсутствие на рынке нуж­

ных для исполнения товаров и отсутствие у должника необходимых де­нежных средств. Однако столь краткий исчерпывающий перечень не мо­жет обеспечить должную охрану прав кредиторов от возможных аргумен­тов ответчика в пользу действия непреодолимой силы. В этой связи, на наш взгляд, целесообразно дополнить пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса РФ нормой о том, что по взаимному соглашению контрагенты мо­гут сформулировать формы непреодолимой силы в договоре.

Одной из заметных проблем ответственности индивидуального пред­принимателя является определение ее форм или мер.

О.С. Иоффе полагал, что к мерам ответственности следует отнести: возмещение убытков, уплата неустойки, потеря задатка и другие различ­ные санкции, применяемые к отдельным видам обязательств.[87]

Аналогично высказывается Н.Д. Егоров, относя к мерам ответствен­ности возмещение убытков, потери задатка. В то же время он отводит осо­бое место возмещению убытков, поскольку оно может применяться во всех случаях нарушения гражданских прав, и по существу является общей ме­рой гражданско-правовой ответственности. Остальные формы относятся к специальным, применяемым не во всех, а в предусмотренных законом или договором случаях.[88]

Четко подразделяет меры имущественной ответственности Б.И. Пу­гинский. Он указывает, что меры имущественной ответственности могут быть подразделены на: возмещение убытков, неустойку (штраф, пеню), меры конфискационного характера, отдельные нетипичные меры ответст­венности.[89]

Справедливо считать, что общим признаком всех мер іражданско- правовой ответственности является их имущественный характер, денежная или натурально-овеществленная форма, служащая компенсацией потерь индивидуального предпринимателя или юридического лица, чьи права и интересы были нарушены. Все эти меры объединены тем, что являются ре­зультатом государственного принуждения. То обстоятельство, что ответст­венность может быть реализована в добровольном порядке, не меняет ее характера.

По мнению М.И. Брагинского и В.В. Витрянского все позиции уче­ных объединяет одна общая черта - это отнесение к мерам гражданско- правовой ответственности возмещение убытков и взыскание неустойки. Что касается иных санкций, то вряд ли их целесообразно относить к мерам ответственности.[90]

Каждая форма гражданско-правовой ответственности, применяемая к правонарушителю, подлежит конкретизации, что достигается определе­нием размера ответственности.

Общей формой (мерой) гражданско-правовой ответственности по договорным обязательствам является возмещение убытков (пункт 1 статья 393 Гражданского кодекса РФ). Взыскание неустойки применяется только в случаях, предусмотренных законом или договором.

В отношении возмещения убытков в российском гражданском праве действует принцип полного возмещения убытков. Это правило закреплено в статье 15 Гражданского кодекса 1994 года: «Лицо, право которого нару­шено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере».

Таким образом, возмещение убытков направлено на то, чтобы при­вести имущество кредитора в то положение, в котором оно находилось бы при надлежащем исполнении обязательства. Достижение этой цели требу­ет возмещения кредитору, как реального ущерба, так и упущенной выгоды. Возмещение убытков должно быть адекватным, кредитор не должен полу­чить то, что выходит за пределы, необходимые для восстановления нару­шенного права. В связи с этим Гражданский кодекс РФ регулирует поря­док и способы определения размера убытков: статья 393 устанавливает це­ны, используемые для исчисления убытков с учетом места и времени ис­полнения обязательства; статья 394 регулирует соотношение убытков и неустойки; статья 395 - определяет соотношение убытков и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Важное значение в настоящее время, в связи с протекающими про­цессами инфляции, имеет порядок определения цен при расчете убытков. Диспозитивное правило пункта 3 статьи 393 Гражданского кодекса РФ призвано обеспечить справедливое возмещение убытков: «Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, при оп­ределении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено в день добро­вольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требо­вание добровольно удовлетворено не было — в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмеще­нии убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесе­ния решения».

Данного правила недостаточно для детальной регламентации поряд­ка расчета убытков. Некоторым образом судебно-арбитражная практика компенсирует этот пробел.

В пункте 10, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Фе­

дерации № 8 от 1 июля 1996 года,[91] говорится, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского ко­декса Российской Федерации). Необходимость таких расходов и их пред­полагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; до­говор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств и т. п.

В соответствии с пунктом 49 вышеуказанного постановления при рассмотрении дел, связанных с возмещением убытков, причиненных неис­полнением или ненадлежащим исполнением обязательств, необходимо учитывать, что в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ подлежат возмещению как понесенные к моменту предъявления иска убытки, так и расходы, которые сторона должна будет понести для восста­новления нарушенного права. Поэтому, если нарушенное право может быть восстановлено в натуре путем приобретения определенных вещей (товаров) или выполнения работ (оказания услуг), стоимость соответст­вующих вещей (товаров), работ или услуг должна определяться по прави­лам пункта 3 статьи 393 Гражданского кодекса РФ и в тех случаях, когда на момент предъявления иска или вынесения решения фактические затра­ты кредитором еще не произведены.[92]

Несмотря па указанные разъяснения, в Гражданском кодексе РФ нет нормы, определяющей пределы размера взыскиваемых убытков. В на­

стоящее время для этой цели применяется статья 1102 Гражданского ко­декса РФ, регламентирующая обязанность возврата неосновательного обо­гащения. Если кредитор требует возмещения убытков в неэквивалентном размере, то тем самым он ставит себя в положение неосновательно обога­тившегося приобретателя, что может послужить основанием для отказа кредитору в иске о возмещении убытков в части, составляющей неоснова­тельное обогащение.

В подобных ситуациях возможно применение положений о злоупот­реблении правом (статья 10 Гражданского кодекса РФ).

Эквивалентное возмещение убытков зависит также от доказанности кредитором не только факта наличия убытков, но и их размера. Точное ус­тановление размера убытков весьма затруднительно. Но отсутствие надле­жащих доказательств, подтверждающих объем заявленных требований, служит основанием к отказу в иске. Гражданский кодекс РФ не содержит правил по разрешению данной проблемы.

Совершенно очевидно, что в современных условиях перед практиче­ским разрешением подобных задач возникает немало проблем. Например, проблема цены. В условиях непрекращающейся инфляции, непредвиден­ных скачков биржевого курса валют исключительно сложно по каждому конкретному гражданско-правовому спору вычислить справедливый раз­мер убытков. В данном случае следует руководствоваться статьей 393 Гражданского кодекса РФ, предусматривающей, что если иное не преду­смотрено законом, иными правовыми актами или договором, при опреде­лении убытков принимаются во внимание цены, существующие в том мес­те, где обязательство должно было быть исполнено в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование доб­ровольно удовлетворено не было - в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмещении убыт­

ков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения реше­ния.

Действующим законодательством порядок исчисления убытков не установлен. Поэтому в литературе есть различные предложения по мето­дике подсчета убытков. Суть их сводится к скрупулезному подсчету по­терь для возложения их в порядке имущественной ответственности на ви­новное лицо.

Конечно, летальный порядок или официально утвержденная методи­ка определения убытков для практики имеет неоспоримое значение. Тем не менее, ничего подобного законом не установлено.

Показателем некоторой неправильности, необъективности, неспра­ведливости законодательства об убытках служат данные статистики о яв­ной непопулярности этой формы защиты нарушенного права. Определение понятия убытков, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса РФ, сужает сферу применения на практике этой нормы. Более целесообразно определять убытки как ущерб, компенсация которого должна быть полной, включая всякие потери, понесенные потерпевшим, и всякую выгоду, кото­рая могла быть получена, если бы ущерб не наступил.

Но не только узкое определение в законе понятия убытков препятст­вует применению на практике основной меры ответственности. Проблем­ным также остается доказывание факта и размера убытков.

Нельзя не согласиться с М.И. Брагинским и В.В. Витрянским, выска­зывающим предложение судам определять размер упущенной выгоды с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено. Данные разъяснения способствуют форми­рованию справедливой арбитражно-судебной практики. Вместе с тем, оче­видно, что в правовом регулировании анализируемых отношений явно не­достает общей нормы, определяющей пределы размера взыскиваемых убытков. Такая роль, по аналогии, может быть отведена положениям о не-

основательном обогащении. Согласно статьи 1102 Гражданского кодекса РФ, лицо, которое без установленных оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого, обязано возвратить ему неосновательно приоб­ретенное или сбереженное. Очевидно, что кредитор, требующий от долж­ника возмещения убытков в размере, выходящем за пределы необходимо­го, может оказаться в положении неосновательного приобретателя.97 Дан­ное обстоятельство может служить ориентиром судам, разрешающим по­добные споры.

Заслуживает внимания применение правил о злоупотреблении пра­вом со стороны кредитора, если он заявляет требования о возмещении убытков, превышающих разумные пределы. Это также поможет обеспе­чить суду справедливое решение.9*

В то же время наша позиция в большей степени на стороне потер­певшего кредитора. Нарушение его прав и законных интересов подрывает порядок и нормальное осуществление предпринимательской деятельности в целом. Поэтому проблема ответственности конкретного должника имеет связь с гражданско-правовым оборотом вообще.

Другой формой ответственности является взыскание неустойки, пре­дусмотренной законом или договором. Размер неустойки заранее опреде­ляется в законе или в договоре в твердой денежной сумме или в виде про­центов от суммы договора. Поэтому ее подсчет трудностей не вызывает.

Гражданский кодекс РФ предусматривает правила, устанавливаю­щие соотношение неустойки и убытков (статья 394). В связи с этим, разли­чают следующие виды неустойки: зачетная (убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой); штрафная (убытки могут быть взысканы в пол­ной сумме сверх неустойки); альтернативная (могут быть взысканы либо неустойка, либо убытки).

97 См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ.соч. С.519-520. ** См.: Там же С.520.

В момент взыскания неустойки от кредитора не требуется представ­ления каких-либо доказательств, подтверждающих как факт причинения убытков, так и их размер.

На практике вопрос о взыскании неустойки сравнительно редко ре­шается без связи с убытками. Так бывает лишь при штрафной неустойке, взыскиваемой независимо от убытков (сверх их), либо же при исключи­тельной неустойке, когда кредитор отказывается от взыскания убытков, предпочитая потребовать неустойку. В таких случаях на первый взгляд может показаться, что вопрос о причинных связях действительно не ста­вится, но это не совсем так. В части 2 статьи 401 Гражданского кодекса РФ закреплен принцип ответственности предпринимателя без вины. Поэтому для того, чтобы взыскать с него неустойку необходимо установить факт участия предпринимателя в договоре и факт нарушения обязательства. Процесс выявления этих двух обстоятельств (в случаях, когда кредитору не причинены убытки, но он вправе взыскать неустойку) и есть установле­ние причинной связи.

Во всех же остальных случаях неустойка органически связана с убытками. Так, при альтернативной неустойке кредитор всегда может от­казаться от штрафной санкции и взыскать убытки, если они превышают сумму неустойки, а при зачетной неустойке (самой распространенной и преимущественной форме штрафных санкций) убытки возмещаются в час­ти, не покрываемой этой неустойкой. Взаимозависимость неустойки и убытков здесь настолько тесная, что практически вопрос о неустойке ни­как не может быть решен без предварительного установления причинных связей между неисполнением договора и возникшими убытками.

Что же касается процентов за пользование чужими денежными сред­ствами, то они представляют собой самостоятельную меру гражданско- правовой ответственности. Это следует из положения, что проценты не могут быть сведены ни к убыткам, ни к неустойке. К убыткам проценты не

относятся потому, что статья 395 Гражданского кодекса РФ устанавливает соотношение между уплатой процентов и возмещением убытков. К неус­тойке проценты не могут быть сведены из-за того, что статья 394 Граждан­ского кодекса РФ устанавливает соотношение неустойки и убытков. Одна­ко эти проценты применяются как самостоятельная форма ответственности за нарушение только денежных обязательств. В связи с тем, что проценты за пользование чужими денежными средствами являются самостоятельной формой ответственности, их взыскание допускается наряду с неустойкой, установленной законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса РФ размер процентов определяется существующей в месте жительства креди­тора (а если кредитор является юридическим лицом - в месте его нахожде­ния) учетной ставкой банковского процента надень исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в су­дебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора, исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения судебного решения. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

По общему правилу проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств, кредитору (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса РФ). Кредитор вправе требовать от должника возмещения убытков в части, превышающей сумму процентов (пункт 2 статьи 395 Гражданского кодекса РФ).

Гражданское законодательство исходит из принципа полноты граж­данско-правовой ответственности, но предусматривает следующие исклю­чения:

1) ограничение размера ответственности в соответствии с зако­ном или соглашением сторон, когда размер подлежащих возмещению убытков ограничивается реальным ущербом:

а) в соответствии с пунктом 1 статьи 400 Гражданского кодекса РФ по отдельным видам обстоятельств и по обязательствам, связанным с оп­ределенным родом деятельности, законом может быть ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность). Напри­мер, в соответствии со статьей 796 Гражданского кодекса РФ перевозчик отвечает только за реальный ущерб. В соответствии с пунктом 2 статьи 902 при безвозмездном хранении, ответственность хранителя ограничива­ется возмещением реальною ущерба; статьи 171,178 и другие). Кроме то­го, в пункте 2 статьи 400 Гражданского кодекса РФ содержится запрет на ограничение ответственности - соглашение об ограничении размера ответ­ственности должника. По договору присоединения или иному договору (в котором кредитором является гражданин, выступающий в качестве потре­бителя) - ничтожно, в том случае, если размер ответственности для данно­го вида обязательств или за данное нарушение определен законом и если соглашение заключено до наступления обязательств, влекущих ответст­венность, за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства. Например, ничтожно соглашение между покупателем-гражданином и предприятием розничной торговли, по которому предприятие не будет возмещать покупателю убытки за продажу ему вещи ненадлежащего каче­ства;

б) в соответствии с пунктом 4 статьи 401 Гражданского кодекса РФ заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответст­венности за умышленное нарушение обязательств ничтожно;

2) уменьшение размера ответственности допускается по ус­мотрению суда или в силу указания императивной нормы:

а) в соответствии со статьей 404 Гражданского кодекса РФ, при вине обеих сторон в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательст­ва, суд уменьшает размер ответственности должника (смешанная вина). Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если крс-

дитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению раз­мера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполне­нием, либо не принял разумных мер к их уменьшению;

б) в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить. Гражданский кодекс РФ не свя­зывает напрямую право суда на уменьшение неустойки с размером убыт­ков кредитора;

3) увеличение размера ответственности в случаях, предусмот­ренных законом или соглашением сторон:

а) в соответствии с пунктом 1 статьи 405 Гражданского кодекса РФ, должник, просрочивший исполнение, отвечает перед кредитором за убыт­ки, причиненные просрочкой, и за последствия случайно наступившей во время просрочки невозможности исполнения;

б) в соответствии с частью 2 пункта 2 статьи 15 Гражданского ко­декса РФ, если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого дохо­ды, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы;

в) в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса РФ размер законной неустойки может быть увеличен соглашением сторон.

С позиции современною законодателя и опыта судебной и арбит- ражно - судебной практики в настоящее время не должно возникать ника­ких сомнений в рассматриваемом вопросе о возмещении ущерба, ответ на который содержится в закреплении абсолютной ответственности предпри­нимателя, предусматривающей незамедлительное применение мер имуще­ственной ответственности к нарушителю договора (статья 401 Граждан­ского кодекса РФ). На наш взгляд, причиной отказа от принципа вины и наличия вреда как оснований ответственности предпринимателя является

провозглашенная независимость участников рынка. Государство утратило главенствующую роль в договорных отношениях, установив свободу дого­вора и отменив «опеку» над хозяйствующими субъектами. Но само поня­тие «свобода договора» подразумевает нс только права (выбирать контр­агентов, определять предмет обязательства, др.), но и обязанности участ­ников договорных отношений. О повышенной ответственности предпри­нимателей свидетельствует также установленная обязательная письменная форма договора. Причинная связь между нарушением обязательства и по­ведением нарушителя. При определении ответственности, особое значе­ние, имеет установление причинно-следственной связи, между поведением нарушителя и нарушением договора. Такое установление необходимо во- первых, для отграничения прямых убытков от косвенных; казуса, то есть случайного нарушения обязательства, ответственность за которое возлага­ется на нарушителя, если он является предпринимателем; от непреодоли­мой силы, которая, будучи причиной нарушенного договорного обязатель­ства, освобождает от ответственности; а также для выявления вины креди­тора.

Исследуя причинно-следственную связь в современном российском законодательстве, науке и практике в сфере предпринимательских отно­шений, можно также заметить тенденцию к уменьшению роли указанного института, что вызвано, прежде всего, тем, что вина нарушителя- предпринимателя не является основанием договорной ответственности. Для договорного права характерно принятие контрагентами на себя риска, поэтому при нарушении договора, при причинении ущерба не всегда мож­но утверждать, что сторона, которая несет по договору или закону ответст­венность, является причинителем ущерба.

Таким образом, при наступлении гражданско-правовой ответствен­ности вследствие нарушения договорного обязательства предпринимате­лем, мы рассматриваем причинность между поведением одного из контр­

агентов и фактом нарушения договора, а не возникшими убытками. Ука­занное обстоятельство, безусловно, повышает вероятность применения к должнику-предпринимателю санкций, предусмотренных законом или до­говором, так как факт нарушения обязательства не всегда сопряжен с при­чинением вреда.

Выяснение практического значения проблемы причинных связей в гражданском праве важно не только при решении вопроса об убытках (ре­альном ущербе и упущенной выгоде), но и при применении к недобросове­стному контрагенту других санкций и в особенности при взыскании неус­тойки, хотя такой точки зрения придерживаются ие все цивилисты. Так, Б.С. Антимонов согласен с тем, что причинную связь между поведением неисправного участника договора и наступлением результата принято счи­тать непременным основанием договорной ответственности. Однако он полагает, что это положение справедливо лишь «в отношении требования о возмещении договорных убытков, но не имеет отношения к требованию о взыскании неустойки». Объяснение этому Б.С. Антимонов находит в том, что возмещение договорного вреда и неустойка - это различные ин­ституты гражданского права, несмотря на то, что они тесно связаны между собою и оба входят в общее понятие договорной ответственности."

Применительно к отдельным сферам деятельности индивидуального предпринимателя законодатель закрепляет в специальных нормативных актах положение о том, что действия обязанного лица должны соответст­вовать принципу разумности и добросовестности. Например, корпоратив­ный управляющий обязан действовать разумно и добросовестно (пункт 1 статьи 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об ак­ционерных обществах»[93] [94], пункт 1 статьи 44 Федерального закона от 8

февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственно­стью»)[95]. Пункт 6 статьи 24 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»[96] устанавливает, что при осуществлении своих прав и обязанностей, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно. Применительно к довери­тельному управляющему законодатель устанавливает требование действо­вать разумно и добросовестно (пункт 1 статьи 1022 Гражданского кодекса РФ). Принцип разумности и добросовестности формулируется через ука­зание на то, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права субъектами разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность субъектов пред­полагается (статья 10 Гражданского кодекса РФ). Без опровержения дан­ной презумпции в установленном законом порядке, нельзя требовать воз­ложения на субъектов каких-либо неблагоприятных правовых последст­вий. Поэтому, указанные лица, действуя в пределах своей компетенции, отвечают исключительно за неразумные или недобросовестные, то есть виновные действия.

Между тем, ответственность предпринимателей, занимающихся управлением чужим имуществом, нельзя рассматривать как исключение из общего правила об ответственности предпринимателей независимо от ви­ны. Положение это убедительно доказано В.В. Витрянским, который счи­тает, что норма, приведенная в абзаце 1 пункта 1 статьи 1022 Гражданско­го кодекса РФ, не имеет отношения к оценке вины доверительного управ­ляющего, а определяет основание его ответственности. «Существо обяза­тельства, вытекающего из договора доверительного управления имущест­вом, состоит в осуществлении доверительным управляющим управления имуществом, переданным в доверительное управление, в интересах учре­

дителя управления или выгодоприобретателя. Непроявление доверитель­ным управляющим должной заботливости об интересах выгодоприобрета­теля или учредителя управления является ненадлежащим исполнением до­верительным управляющим своих обязательств по договору доверительно­го управления, то есть правонарушением, признаваемым основанием от­ветственности доверительного управляющего».[97] Если поведение довери­тельного управляющего можно квалифицировать как непроявление долж­ной заботливости об интересах учредителя управления и выгодоприобре­тателя, то не имеет значения случайно или умышленно должная заботли­вость не была проявлена, так как ответственность наступает независимо от вины в соответствии с частью 3 статьи 401 Гражданского кодекса РФ. Предприниматели, действующие в сфере управления чужим имуществом, как и предприниматели, действующие в любой другой сфере, осознанно допускают с большей или меньшей степенью вероятности возможность причинения, в том числе и невиновного (случайного), кому-либо убытков в будущем и несут ответственность за риск.

Закрепление законодателем в специальных нормативных актах, рег­ламентирующих отдельные сферы предпринимательской деятельности, принципа разумности и добросовестности следует признать правильным. Проявление профессионалом «обычной» степени заботливости и осмотри­тельности будет означать его вину, поскольку к лицам, несущим такую от­ветственность в силу закона или договора, предъявляются повышенные требования.

Положения об ответственности независимо от вины распространены законодателем не только на предпринимательскую деятельность физиче­ских лиц, но и на предпринимательскую деятельность юридических лиц. Это обусловлено произошедшим изменением представлений о предприни­

мателях без образования юридического лица - из лиц, занимающихся ин­дивидуальной трудовой деятельностью без привлечения наемного труда, в строго определенных законом сферах деятельности, они превратились в субъектов, обладающих универсальной правоспособностью, с такими же организационными возможностями, как и у юридических лиц.

С другой стороны, среди предпринимателей без образования юриди­ческого лица, по-прежнему, можно выделить группу лиц, занимающихся индивидуальной трудовой деятельностью без привлечения наемного труда. Такие предприниматели не обладают экономической мощью и стабильно­стью, свойственной лицам юридическим. Лица, занимающиеся индивиду­альной трудовой деятельностью, традиционно в отечественном правопо­рядке не несли ответственность независимо от вины. Поэтому, если спра­ведливость усиленной ответственности по отношению к предприниматель­ской деятельности юридических лиц не вызывает сомнения, то относи­тельно повышенной ответственности индивидуальных предпринимателей среди ученых цивилистов нет единой позиции.

Так, в юридической литературе высказано мнение, что ответствен­ность индивидуального предпринимателя необоснованно велика. Г.К. Матвеев в обоснование этой точки зрения приводит следующие аргу­менты:

Во-первых, индивидуальные предприниматели живут за счет прибы­ли, без нее невозможно их материальное существование. В соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации нельзя уменьшать заработную плату более чем на 20 процентов в месяц. Представляется, что к матери­альной стороне существования индивидуального предпринимателя спра­ведливо было бы подойти с такой же точки зрения.

Во-вторых, страхование ответственности за коммерческие риски еще 104

не развито.

Существует иная позиция по данному вопросу. Так, Ю.К. Толстой одобряет высокую степень имущественной ответственности предпринима­теля. «Предприниматели занимаются коммерческой деятельностью с це­лью получения прибыли. Именно они обязаны нести риски, связанные с этой деятельностью».[98] [99] По мнению А.Л. Маковского, высокая степень от­ветственности предпринимателя, оправдана и предусмотрена Гражданским кодексом РФ в связи с тем, что законодатель «относится к предпринимате­лю как к профессионалу, как к тому, кто, действуя в обороте, знает больше и может больше, и с кого соответственно должен быть больший спрос, чем с обычного гражданина».[100]

Представляется, что предусмотренные Гражданским кодексом РФ условия имущественной ответственности индивидуального предпринима­теля являются обоснованными, так как установление ограниченной ответ­ственности для предпринимателей может привести к значительным зло­употреблениям со стороны последних.

Таким образом, обстоятельство, заключающееся в том, кто является субъектом ответственности (юридическое лицо или физическое), не влияет на ее размер. Различие в правовом положении юридического лица и инди­видуального предпринимателя проявляется в момент обращения взыска­ния на имущество. В философских работах неоднократно подчеркивалось, что собственность человека непосредственно связана с его личностью и умаление имущественной сферы гражданина является также посягательст­вом на его личность. Данное положение нашло свое отражение в законода-

тсльстве - круг имущества физического лица, подлежащего взысканию, ограничен. Перечень имущества, на которое не может быть обращено взы­скание, содержится в статье 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ)[101] и, безусловно, требует измене­ний. В обществе переменилось представление о необходимом для каждого человека минимуме имущества, а также о составе и количестве имущества, которое может принадлежать гражданину на праве собственности.

На этом фоне особенно очевидно, что нормы ГПК РФ, гарантирую­щие отечественному гражданину и индивидуальному предпринимателю «одежду и головные уборы, длительное время находившиеся в употребле­нии и не представляющие ценности», «мебель - по одной кровати и стулу на каждое лицо, один стол, один шкаф и один сундук на семью» и т. д. не только безнадежно устарели, но делают предпринимательскую деятель­ность в условиях непредсказуемой российской экономики крайне риско­ванной. Закрепленный в отечественных нормативно-правовых актах необ­ходимый минимум имущества, который нельзя изымать у человека, не должен выглядеть столь убого.

Другая проблема, связанная с гражданско-правовой ответственно­стью индивидуального предпринимателя, связана с тем, что его матери­альное положение не всегда позволяет гарантировать контрагенту возме­щение убытков. Поэтому, в целях охраны прав и экономических интересов контрагентов, целый ряд нормативных актов устанавливает требование к предпринимателям - в обязательном порядке заключать договоры страхо­вания.

Представляется, что все виды профессиональной деятельности, осу­ществляемые частнопрактикующими лицами, должны страховаться в обя­зательном порядке и правило эго должно быть установлено в специальных законах, регламентирующих тот или иной вид деятельности.

СЗ РФ. 2002. J⅛ 46. Ст. 4532.

Возможность смягчения имущественной ответственности индивиду­ального предпринимателя видится, во-первых, в расширении перечня иму­щества, составляющего необходимый для человека минимум, во-вторых, в совершенствовании системы страхования (установление обязательного страхования имущественной ответственности, по крайней мере, для частнопрактикующих предпринимателей).

В юридической литературе советского периода господствовало мне­ние о том, что существует четыре основания гражданско-правовой ответ­ственности, одним из которых всегда признавалась вина, хотя некоторые авторы и отмечали характерность для гражданского права также и «безви- новной», и «безвредной», и «беспричинной» ответственности.[102]

В Гражданском кодексе Российской Федерации РФ частично отра­жены указанные особенности: основанием для ответственности является «наличие вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда зако­ном или договором предусмотрены иные основания ответственности. Та­ким образом, законом или договором может быть возложена ответствен­ность на какое-либо лицо за вред, который тот причинил случайно, а ино­гда и вообще не причинял. Вопрос о том, должно ли гражданское право придавать значение субъективному состоянию причинителя или же не должно, решался в теории гражданского права по-разному. Разногласия издавна сводились к двум основным концепциям, в основе которых лежали

различные принципы ответственности: принцип причинения и принцип

вины.

Сторонники первого принципа основанием гражданско-правовой от­ветственности признавали наличие только одного факта причинения ущерба безотносительно субъективных причин этого ущерба. Возлагая на причинителя ответственность за последствия нарушения, ставился только один вопрос: существует ли внешняя объективная причинная связь между противоправным действием и ущербом. Если имеется - дальнейшее иссле­дование причин, вызвавших ущерб, должно быть прекращено и суду оста­ется только проверить размеры ущерба, а затем обязать неисправного контрагента возместить его.

Как видим, концепция причинения возлагает весь риск невыполне­ния договора (если иметь в виду договорную ответственность) на должни­ка, заключившего договор и взявшего на себя полную и безусловную от­ветственность за его исполнение до пределов непреодолимой силы.

Сторонники принципа вины основаниями гражданско-правовой от­ветственности кроме объективных обстоятельств, признают также винов­ность правонарушителя. Факт причинения ущерба считается лишь первич­ным толчком для возникновения деликтной и договорной ответственности, но наличия этого объективного факта еще недостаточно для ее возложе­ния. Ответственность может и не наступить, если будет доказано, что де­ликт либо неисполнение договора произошли против воли и сознания при­чинителя. Поэтому причинитель обязан возместить не всякий ущерб, а лишь тот, который является следствием его вины. Только виновное проти­воправное действие или бездействие причинителя может быть признано достаточным основанием его ответственности.

Советское гражданское право в вопросе об основаниях ответствен­ности за совершение противоправных действий проводило принцип вины как при возникновении договорных, так и деликтных правоотношений.

Понятие вины также не остается неизменным. В Гражданском ко­дексе РСФСР 1964 года, формально отсутствовало определение вины. Наука и практика использовали одноименное понятие, раскрываемое в уголовном кодексе, как психическое отношение лица к своим действиям и к их результату в форме умысла и неосторожности с той лишь разницей, что в гражданском праве форма вины является лишь основанием ответст­венности и поэтому нс влияет на ее размер. В Основах гражданского зако­нодательства 1991 года понятие вины раскрывалось через положение о том, что должник признается невиновным, если докажет, что принял все зависящие от него меры для надлежащего исполнения обязательства (см. пункт 1 статьи 71 Основ гражданского законодательства 1991 года). Такой подход в принципе сохранен и в Гражданском кодексе с одним существен­ным уточнением: меры, которые надлежало принять лицу для надлежаще­го исполнения обязательства, теперь соотносятся с той степенью заботли­вости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обяза­тельства и условиям оборота. Бремя доказывания отсутствия своей вины в случаях, когда наличие вины является необходимым основанием ответст­венности, возлагается на лицо, допустившее нарушение обязательства. Данное положение раскрывает суть принципа презумпции вины должника в гражданско-правовом обязательстве. Однако это не освобождает креди­тора, предъявившего требование к должнику, если их спор рассматривает­ся в суде, от необходимости доказать факт нарушения должником обяза­тельства.

Современное законодательство представляет собой своего рода ком­промисс, сочетание принципа вины (в договорных, где сторонами являют­ся, например, граждане и в деликтных правоотношениях) и принципа при­чинения вреда (в предпринимательских договорных отношениях). Для на­ступления ответственности в последнем случае необходимо всего три ос­нования ответственности, описанных нами выше. Выделение вины как ос­

нования ответственности при нарушении договора предпринимателем, на наш взгляд, нецелесообразно, так как в связи со спецификой рассматри­ваемых отношений речь идет скорее о невиновности, а не о вине, более то­го: невиновность носит очень усеченный характер, суженный до одного исключительного случая - непреодолимой силы.

Таким образом, следует отметить, что индивидуальный предприни­матель в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обя­зательств несет гражданско-правовую ответственность в виде возмещения убытков, неустойки (пени, штрафов), уплаты процеїттов за пользование чужими средствами и др.

Действующее гражданское законодательство не в полной мере регу­лирует отдельные вопросы, связанные с возмещением убытков. Так, в на­стоящее время отсутствует единый порядок их определения. В связи с чем, в современных условиях при практическом разрешении подобных ситуа­ций возникают проблемы.

Ввиду того, что статья 15 Гражданского кодекса Российской Феде­рации носит декларативный характер, мы считаем для унифицирования возмещения убытков необходимо законодательно отнести к компетенции Правительства РФ утверждение методики их расчётов.

Возникает немало вопросов при определении непреодолимой силы. Гражданский кодекс Российской Федерации (пункт 3 статьи 401) дает ис­черпывающий перечень обстоятельств, не относящихся к непреодолимой силе. На практике возникают ситуации, не определенные законодательст­вом (забастовки, неплатежи и т. п.). В этой связи целесообразно пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации дополнить нор­мой о том, что по взаимному соглашению стороны могут сформулировать виды непреодолимой силы в договоре.

<< | >>
Источник: Гришин Сергей Владимирович. ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ГРАЖДАН-ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ. Диссертация на соискание ученой степени КАЦДИДАТА ЮРИДИЧЕСКИХ НАУК. Москва - 2005. 2005

Скачать оригинал источника

Еще по теме Гражданско-правовая ответственность индивидуального предпринимателя:

  1. 3.1. Обязанности комиссионера и ответственность за их нарушение
  2. СОДЕРЖАНИЕ
  3. Виды, правовые формы предпринимательской деятельности без образования юридического лица.
  4. Гражданско-правовая ответственность индивидуального предпринимателя
  5. 2.4. Правовое регулирование несостоятельности (банкротства) индивидуальных предпринимателей.
  6. СПИСОК использованных нормативных правовых актов и литература
  7. §1. Понятие и признаки предприятия как имущественного комплекса но Гражданскому законодательству Российской Федерации.
  8. §2. Предприятие кик имущественный комплекс в соотношении с организационно-правовой формой в России.
  9. §3. Правовое регулирование деятельности исполнительных органов хозяйственного общества
  10. Проблемы, возникающие в процессе применения правовых норм, содержащих оценочные понятия
  11. Административно-правовая ответственность работников сельского хозяйства
  12. § 2. Право собственности в институциональной системе интересов субъектов гражданского права
  13. § 3. Институционально-правовой статус носителей собственнических интересов.
  14. § 2. Место института административной ответственности в обеспечении законности в сфере таможенного дела Российской Федерации.
  15. § 1.1. Правовой статус медицинского работника и медицинской организации
  16. Модернизация целей и направлений правового воспитания по формированию правовой культуры
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -