<<
>>

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенное исследование нормативной базы международного права и российского законодательства, а также современного теоретического и практического состояния проблемы, позволяет подвести некоторые итоги.

1 .В процессе исторического развития взаимодействия международного и внутригосударственного права отношения, связанные с регламентированием прав и свобод личности, выходят из категории, составляющей исключительную компетенцию государства, и становятся под контроль международного сообщества. Данный процесс объективно очевиден: статичные рамки «классического» международного права исключали возможность полноценного регулирования статуса индивида. Во внутреннем же праве того периода в различных государствах применялись несовпадающие и порой несовместимые стандарты как провозглашения прав и свобод, так и механизмов, призванных обеспечить их реализацию. Тем не менее, несмотря на отсутствие основы общих принципов для международного регулирования, отдельные вопросы прав и свобод личности, в неодинаковой степени и с различных сторон, находили выражение и в старом международном праве. Это, прежде всего, старейшие институты дипломатической защиты и правового положения иностранцев и «малый» каталог прав человека зарождавшегося гуманитарного права.

2.В современный период содержание принципов государственного суверенитета и невмешательства во внутренние дела государств в их взаимосвязи с принципом уважения прав человека и основных свобод дает юридические основания для использования международно-правовых норм в обеспечении и защите прав и свобод.

Принятие Всеобщей декларации прав человека 1948г., Международных пактов о правах человека 1966г. и Факультативного протокола к Пакту о гражданских и политических правах 1966г. Окончательно утверждает в сфере законодательством, так и многими учеными, исследующими этот вопрос. Судебный порядок защиты субъективных прав наиболее регламентирован в Российской Федерации и законодательство о судебной защите продолжает расширяться и совершенствоваться на основе Конституции.

Подобное положение дел лишь отчасти соответствует международному праву, которое, рекомендуя совершенствование возможностей судебной защиты, совершенно не умаляет достоинств иных средств внутригосударственной правовой защиты (п.З «в» ст.2 Международного пакта о гражданских и политических правах).

в)Таким образом, представляется объективно очевидной необходимость развития потенциальных возможностей административных, правоохранительных органов, общественных объединений и т. д. Необходима «разгрузка» судебного механизма за счет не только улучшения работы иных подразделений, но и, возможно, создания новых, способных служить альтернативой суду (например, Федеральным законом «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» от 10 февраля 1999г. была внесена норма, устанавливающая возможность обращения с жалобами на судебного пристава-исполнителя к прокурору).

^Международное регулирование прав и свобод личности не является вмешательством во внутренние дела государства, ибо реальность положений о том, что международные стандарты в области прав человека признаются ограничителем национального законодательства, зависит от того, являются ли такие ограничения необходимыми и допустимыми для защиты определенных публичных и частных интересов.

3.Одной из приоритетных гуманитарных проблем России в области прав индивида является адекватная имплементация международных стандартов защиты прав и свобод индивида и, прежде всего, правозащитных механизмов международного контроля по правам человека. В этой связи необходимо учесть, что существующие международно-правовые акты о правах человека

обладают особым блоком имплементационных норм, цель которых - обеспечить максимальную унификацию действий различных государств по их реализации.

4. Анализ деятельности международного контрольного механизма по защите прав человека позволяет отметить, что работа международных контрольных органов (как универсальных, так и региональных) строится в рассмотренных случаях по схожей схеме: заслушивание докладов государств о положении с правами человека в этих странах; рассмотрение межгосударственных жалоб государств друг на друга о предполагаемых нарушениях прав человека и рассмотрение индивидуальных сообщений, также касающихся предполагаемого нарушения прав граждан в отечественном государстве.

Оценка этих функций позволяет выявить следующие черты:

1)Основная функция контрольных универсальных контрольных органов - заслушивание докладов государств о положении в их странах с правами человека реализуется в практическом отношении не лучшим образом. Полагаю, причины этому таковы -

а) сама обязанность предоставления докладов сформулирована слишком общё, да и временные рамки предоставления докладов должны быть короткими (доклады в Комитет по правам человека предоставляются лишь один раз в пять лет);

б) несмотря на столь длительные интервалы, доклады нередко не предоставляются вовремя, хотя отдельные попытки повышения дисциплины наблюдаются (примером могут служить меры Комитета против расовой дискриминации);

в) сама система допускает многократное дублирование - доклады предоставляются в органы ООН, контрольные органы «treaty bodies», региональные органы, что естественно снижает не только содержание обладают особым блоком имплементационных норм, цель которых - обеспечить максимальную унификацию действий различных государств по их реализации.

4.Анализ деятельности международного контрольного механизма по защите прав человека позволяет отметить, что работа международных контрольных органов (как универсальных, так и региональных) строится в рассмотренных случаях по схожей схеме: заслушивание докладов государств о положении с правами человека в этих странах; рассмотрение межгосударственных жалоб государств друг на друга о предполагаемых нарушениях прав человека и рассмотрение индивидуальных сообщений, также касающихся предполагаемого нарушения прав граждан в отечественном государстве.

Оценка этих функций позволяет выявить следующие черты:

1)Основная функция контрольных универсальных контрольных органов - заслушивание докладов государств о положении в их странах с правами человека реализуется в практическом отношении не лучшим образом. Полагаю, причины этому таковы -

а) сама обязанность предоставления докладов сформулирована слишком обще, да и временные рамки предоставления докладов должны быть короткими (доклады в Комитет по правам человека предоставляются лишь один раз в пять лет);

б) несмотря на столь длительные интервалы, доклады нередко не предоставляются вовремя, хотя отдельные попытки повышения дисциплины наблюдаются (примером могут служить меры Комитета против расовой дискриминации);

в) сама система допускает многократное дублирование - доклады предоставляются в органы ООН, контрольные органы «treaty bodies», региональные органы, что естественно снижает не только содержание

3)Особое место в международном правозащитном механизме занимает функция контрольных органов рассматривать обращения частных лиц с жалобами на предполагаемое нарушение их прав в своем государстве. Думается, что это право не получило адекватной оценки у теоретиков, хотя на практике она приносит гораздо более значительные «плоды», нежели две выше приведенные.

Во-первых, безусловно, достигается результат в отношении самого обращающегося лица. Этот результат несет как юридическую (признание требований обоснованными), так и, что порой более важно, политическую нагрузку - реальная сила международного правопорядка проявляется в официальном объявлении государства нарушителем договора (думается, в определенном смысле, это сродни деклараторному решению Международного суда, эффективность которого неоднократно подтверждалась).

Во-вторых, зачастую, кроме морального удовлетворения, жертва нарушения прав получает от государства-нарушителя денежную компенсацию либо возможность применения реституции in integrum. Причем, что важно, авторитет международных органов имеет для государств столь весомое значение, что порой компенсация выплачивается в знак уважения к органу, рассматривавшему дело, даже при несогласии с его мнением.

В-третьих, решение международного органа, вынесенное в пользу физического лица, является в некоторых случаях «руководством к действию» для государства в отношении внесения изменений в законодательство и правоприменительную практику.

Самое примечательное, что все эти достижения отмечаются как в универсальных контрольных органах, так и в механизме Совета Европы, который является своеобразным правовым «идеалом» данной процедуры.

Безусловно, для усиления эффективности работы универсального контрольного механизма прежде всего следует наделить эти органы правом вынесения обязательных для государств решений с конкретными доклада, но и возможность применения конкретных действий по его рассмотрению.

Поскольку данная функция является основной для большинства контрольных органов, полезно было бы ввести в практику систему, существующую в рамках Европейской Конвенции (ст.52), то есть предоставление необходимой информации по запросу. Это, во-первых, сделало бы доклад более предметным, а, во-вторых, позволило бы ввести не «потенциальные меры» к нарушителю срока, а возможность самостоятельных действий со стороны органов (например, в виде направления в данное государство экспертной комиссии).

Следует отметить, что несмотря на более удачный механизм, с точки зрения автора, в Совете Европы эта функция достаточного развития не получила.

2)Жалобы государств друг на друга, напротив, имеют распространение как раз в Совете Европы. Универсальный механизм и механизм иных контрольных органов в этой области является факультативной процедурой и включает в себя ориентацию на дружественное урегулирование. Объективную причину неиспользования либо редкого применения этой процедуры (в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах с 1979г. она не была использована ни разу) назвать сложно, тем более, что в отношении вопросов расовой дискриминации и пыток, например, практически сразу возникает проблема «гуманитарной интервенции».

Думается и здесь вопрос мог бы быть решен с помощью механизма, аналогичного европейскому, то есть вынесения обязательного и окончательного решения даже в случае недостижения дружественного урегулирования. Но с практической точки зрения очень сложно сделать подобную процедуру обязательной для государств, учитывая, что и факультативная признана далеко не всеми государствами, участвующими в соответствующих конвенциях;

рекомендациями, касающимися их правоприменительной практики и законодательства.

5. Право российских граждан на обращение с жалобой в межгосударственные органы - это и договорные обязательства Российской Федерации и конституционная норма (ч.З ст.46), причем норма уникальная для всего международного сообщества.

Прямое действие Конституции РФ означает для государства необходимость претворения в жизнь данного юридического положения. В частности, это означает необходимость принятия Федерального закона, который регламентировал бы следующие вопросы:

а) международные обязательства Российской Федерации предполагают обращение в несколько контрольных органов по защите прав человека, в связи с чем необходима регламентация очередности подобных обращений либо параллельных возможностей (в частности, соотношение права обращения в универсальные органы и Европейский Суд);

б) должна быть определена процедура исчерпания

внутригосударственных средств правовой защиты российских граждан, с четкими обозначениями последовательности, а также терминов, употребляемых в международных договорах типа «явное затягивание» или «явно бессмысленно».

Желательно определить разные категории применяемых средств государственной защиты, особенно это касается решения споров в соответствии с процедурой индивидуальных жалоб в Конституционном Суде РФ;

в) наконец, должны быть регламентированы завершающие стадии, то есть действия государства по итогам рассмотрения жалоб. Должны быть решены вопросы, связанные с юридически необязательными «соображениями» и правила либо непосредственного применения решений Европейского Суда на территории Российской Федерации либо нового рассмотрения дела с учетом вынесенного окончательного постановления.

Здесь же необходимо разрешить и коллизии с внутренним законодательством, связанные с изменением решений, которые обжалованию, в соответствии с российским правом, не подлежат.

Подводя общий итог, можно сказать, что функционирование международного механизма защиты прав человека является одним из реальных проявлений действенности международного правопорядка и, прежде всего, основного постулата международного права - pacta sunt servanda. Фактическое проявление этого механизма - приведение государствами своего законодательства и практики в соответствие с решениями Европейского Суда по правам человека и учет рекомендаций, высказываемых универсальными контрольными органами, доказывает существование в международном сообществе действенного обеспечительного механизма.

В этой связи не вызывает сомнений, что международное регулирование прав и свобод человека позволяет использовать во внутригосударственном праве накопленный мировой опыт защиты прав индивида для совершенствования собственных правозащитных механизмов и является специфической гарантией соблюдения государствами международно­правовых норм, с ориентацией на оптимальную эффективность.

<< | >>
Источник: Самович Юлия Владимировна. МЕЖДУНАРОДНЫЙ МЕХАНИЗМ ЗАЩИТЫ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА: УНИВЕРСАЛЬНЫЙ И ЕВРОПЕЙСКИЙ АСПЕКТ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Екатеринбург - 1999. 1999

Скачать оригинал источника

Еще по теме ЗАКЛЮЧЕНИЕ:

  1. Заключение
  2. Форма договора о суррогатном материнстве, его участники и порядок заключения
  3. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  6. 73. Порядок заключения договора поставки. Урегулирование разногласий при заключении поставки. Периоды и порядок поставки товаров. Исчисление убытков при расторжении договора.
  7. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  8. Заключение
  9. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  10. Консультативные заключения Межамериканского суда по правам человека
  11. Заключение
  12. Получение заключения уполномоченного органа
  13. Заключение
  14. §2. Заключение под стражу и иные меры принуждения на стадии предварительного следствия
  15. § 3. Заключение эксперта и заключение специалиста: соотношение и роль в судебном доказывании
  16. Заключение
  17. Заключение