<<
>>

РАЗДЕЛ 3 ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ФОРМЫ СОТРУДНИЧЕСТВА УКРАИНЫ С МЕЖДУНАРОДНЫМИ МЕЖПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ – НАТО; ЕС, В СФЕРЕ ПОСТРОЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ СИСТЕМЫ ЕВРОПЕЙСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

16 июля 1990 г. Верховная Рада Украины приняла Декларацию о государственном суверенитете Украины, а 24 августа 1991 г., Акт провозглашения независимости Украины, который 1 декабря 1991 г.

был одобрен всенародным голосованием на Всеукраинском референдуме. В разделе IX Декларации было закреплено следующее: Украинская СCР торжественно провозглашает о своем намерении стать в будущем постоянно нейтральным государством, которое не принимает участие в военных блоках и следует трем неядерным принципам: не принимать, не производить и не приобретать ядерное оружие [186]. Этот принцип нашел свое развитие в Конституции Украины 1996 г., статья 17 которой, закрепила положение о недопустимости размещения иностранных военных баз на территории Украины [187].

Однако динамичные изменения геополитической обстановки в существующем однополюсном мире, сложность и неустойчивость военно-политической ситуации в Европе, длительное и длящееся внутреннее кризисное положение Украины, обусловили необходимость активизации усилий нашего государства, направленных на упрочение его международных позиций, отстаивание национальных интересов, обеспечение надежной безопасности и обороноспособности. Необходимыми и объективными предпосылками этого сложного процесса являются последовательность, взвешенность, прогнозируемость внешней политики, перестройка отношений Украины с другими государствами, международными организациями на принципах сбалансированности и взаимоуважения интересов, равноправия и взаимовыгоды, открытости и взаимопонимания, невмешательства во внутренние дела. То есть, по большому счету, по принципу "Безопасность для себя - через безопасность для всех" [188].

Представляется, что именно этим должна определяться и на этих принципах формироваться позиция относительно участия Украины в системах региональной, общеевропейской и универсальной безопасности. Ведь перестройка отношений с западноевропейскими государствами имеет целью создание условий для восстановления на качественно новом уровне давних политических, экономических, культурных, духовных связей Украины с европейской цивилизацией, ускорение демократизации, проведение рыночных реформ и оздоровление национальной экономики.

В то же время такое сотрудничество должно стать основой для расширения участия Украины в европейских структурах и будущем интегрировании ее хозяйства в общеевропейское и мировое экономическое пространство [189].

Реализуя национальную политику в сфере безопасности, Украина активизирует свою деятельность, направленную на углубление конструктивного сотрудничества с НАТО, ЕС, СЕАП, ОБСЕ и СЕ, на институционально-функциональной базе деятельности которых формируется новая архитектура европейской безопасности XXI века.

Отношение Украины к НАТО как к наиболее эффективной структуре коллективной безопасности в Европе остается неизменным - она настроена на активное сотрудничество как с НАТО, так и с ЕС, т.е. поддерживает плодотворные отношения особого партнерства с Альянсом и пытается развивать отношения стратегического партнерства с ЕС. Как заявил министр иностранных дел Украины А. Зленко, «доктринально Украина разделяет концепцию новой Европы, основу которой составляют Европейский Союз, Совет Европы и Организация Североатлантического договора. Именно эти институты являются ключевыми столпами европейского курса Украины» [190].

Украинское государство в контексте сказанного, стремится быть надежным, предсказуемым партнером и предлагает свою помощь в разрешении европейских проблем. Это, как обоснованно представляется, ее право и обязанность как неотъемлемой части Европы, ибо безопасность Европы — это безопасность Украины. Поэтому, можно констатировать, что вклад Украины в становление новой архитектуры европейской безопасности за 10 лет с момента обретения ею независимости является значительным. Ее согласие на уничтожение своего ядерного оружия и присоединение к Договору о нераспространении ядерного оружия 1968 г. [191] в качестве неядерного государства, позволили создать в Европе нормативно-правовую основу для состояния региональной стабильности в период после "холодной войны".

Следует отметить, что внешняя политика нашей страны относительно укрепления добрососедских отношений с сопредельными государствами, включая входящие в НАТО Польшу и Венгрию, приносит пользу Европе в целом.

Успешное разрешение с Россией проблем Крыма и Черноморского флота, сделало возможными хорошие партнерские отношения с этой крупнейшей державой постсоветского пространства. Сразу же после распада Советского Союза, только немногие политики и ученые могли бы предсказать столь спокойный переход. Кроме того, Украина вносит важный вклад в дело укрепление европейской безопасности, активно участвуя под эгидой НАТО в миротворческих операциях в Боснии и в Косово. В результате всех этих перемен Украина приобрела новых друзей и союзников и повысила собственную безопасность.

История отношений Украины и НАТО берет свое начало с 1991 г., после обретения ею независимости. Первым шагом Украины на этом пути явилось ее вступление в Совет Североатлантического сотрудничества (ССАС), что продемонстрировало ее приверженность к конструктивному подходу в решении вопросов безопасности. Кроме того, в феврале 1994 г. Украина присоединилась к программе "Партнерство ради мира", в которой играет достаточно активную роль. Следует указать, что каждое европейское государство имеет свою собственную программу сотрудничества с НАТО [192], но только Украина принимает самое активное участие в совместных военных учениях, наравне со странами–кандидатами в НАТО.

После посещения НАТО Президентом Украины Л. Кучмой в июне 1995 г., началась работа, имеющая своей целью поднять отношения НАТО и Украины на качественно новый уровень. 14 сентября 1995 г. Украина, представленная тогдашним министром иностранных дел Г. Удовенко, и НАТО, опубликовали Совместное заявление для прессы, в котором содержалась подробная характеристика новых отношений между ними. Совет и Министр провели также обсуждение широкого круга вопросов, касающихся укрепления европейской безопасности и с удовлетворением отметили расширяющиеся связи между Украиной и европейскими институтами, в том числе с ЕС и ЗЕС. Смотря в будущее, они согласились сотрудничать в дальнейшем укреплении широкомасштабных отношений НАТО и Украины, в том числе, в развитии углубленных отношений, как в рамках, так и вне рамок ПРМ и деятельности ССАС [193].

В документе также нашли свое отражение общие принципы отношений между НАТО и Украиной в целом, а также в различных областях и сферах перспективного сотрудничества.

В марте 1996 г. был подписан документ о выполнении намеченного, а месяц спустя, прошли первые консультации на уровне политического комитета по формуле "16+1". В течение 1996 г. и в начале 1997 г. состоялись встречи на высшем уровне.

В марте 1997 г. в Брюсселе, в Штаб-квартире НАТО, был начат переговорный процесс о формализации особых отношений между Украиной и Альянсом. Речь шла о подписании документа политико-юридического характера, который бы содержал гарантии национальной безопасности, государственного суверенитета и территориальной целостности Украины.

7 мая 1997 г. в Киеве был открыт центр информации и документации НАТО. На открытии присутствовал Генеральный секретарь НАТО Х. Солана, это был его второй визит на Украину. Центр НАТО явился первым центром такого рода, созданным в стране-участнице ПРМ [194]. Следует отметить, что Центр играет ведущую роль в распространении информации о политике НАТО, удовлетворяя, таким образом, растущий спрос широких слоев населения на информацию о Североатлантическом союзе.

Дальнейшим поступательным шагом во взаимоотношениях НАТО с Украиной явилось подписание 9 июля 1997 г., с одной стороны главами государств и правительств стран НАТО и Президентом Украины Л. Кучмой, с другой, Хартии об особых отношениях партнерства между НАТО и Украиной [195].

Хартия НАТО–Украина представляет собой значительный шаг вперед. Подобно другим решениям и инициативам Мадридской встречи на высшем уровне, в этом документе подчеркивается решающая роль НАТО в формировании новых отношений безопасности в Евро-Атлантическом регионе. В Хартии также отмечается растущий вклад Украины в укреплении безопасности и стабильности в Европе[196].

Заместитель помощника Генерального секретаря НАТО по вопросам политики Д. Макконнелл по поводу подписания Хартии «НАТО-Украина» отметил следующее: «На украинском языке Украина означает «Окраина». Однако эта страна перестала быть окраиной и больше не является задворками Европы. Сегодня наши границы определяются разделяемыми нами ценностями, а не естественными пограничными линиями. Стабильная, демократическая и независимая Украина вновь возвращается в центр европейской жизни. Подписание Хартии «НАТО–Украина», является наглядным свидетельством поддержки, которую Североатлантический союз оказывает Украине в обретения ею своего достойного места в Европе» [197].

Президент Украины Л.Кучма, выступая на Мадридском саммите 9 июля 1997 г., заявил, что: «Мадрид-97, несомненно, войдет в историю как город, где была стерта разделительная линия, остававшаяся в центре Европы от времен холодной войны» [198].

Начало сотрудничества с теми, кого еще сравнительно недавно советские стратеги рассматривали как вероятного противника, было положено, а 16 декабря 1997 г. в Брюсселе прошло первое, после подписания Хартии об особых отношениях партнерства, заседание Комиссии "Украина–НАТО" на уровне министров иностранных дел. Комиссия особо подчеркнула важность плодотворного диалога между Государственной Межведомственной комиссией Украины по вопросам сотрудничества с НАТО, послами НАТО и Политическим Комитетом, подписание Меморандума о взаимопонимании при чрезвычайных ситуациях, основание Совместной рабочей группы по военной реформе, широкое сотрудничество в информационной сфере, основание Миссии Украины при НАТО и военного представительства, как части Миссии. В ходе заседания состоялось подписание "Меморандума о взаимопонимании между Министерством чрезвычайных ситуаций (МЧС) Украины и НАТО в сфере планирования при чрезвычайных ситуациях и подготовки к катастрофам" [199].

Дискуссии по поводу развития отношений двух сторон продолжались и в ходе международного семинара "Отношения Украины-НАТО", который проходил 8-9 апреля 1998 г. в Вашингтоне. Украинскую делегацию на нем возглавлял первый заместитель министра иностранных дел А.Бутейко, который по возвращении из Вашингтона заявил: "Очевидно, что Украина будет в НАТО, которая со временем трансформируется из оборонного союза в важный рычаг европейской безопасности". По мнению А. Бутейко, уже сегодня продолжается процесс превращения НАТО в миротворческую организацию. И именно будущая миротворческая направленность организации побудит Украины подать заявку на вступление в нее. Это, как подчеркнул А. Бутейко, полностью будет отвечать записанной в программе правительства нацеленности на интеграцию в европейские и евроатлантические структуры [200].

27 января 2001 г. Президент Украины Л.Д. Кучма подписал Указ об утверждении Государственной программы сотрудничества Украины с Организацией Североатлантического договора (НАТО) на 2001-2004 гг. Она была утверждена с целью дальнейшей реализации положений Мадридской Хартии 1997 г., а также с целью повышения эффективности сотрудничества Украины с НАТО. Программа закрепляла, что развивая сотрудничество с НАТО, Украина стремится обеспечить свою независимость, демократическое развитие и территориальную целостность, укрепить национальную безопасность, предотвратить возникновение новых угроз стабильности и безопасности на европейском континенте, а также использовать опыт и помощь государств-членов Альянса в реформировании оборонной и других связанных с нею сферах. Программа закрепила сотрудничество Украина с НАТО в политической, в сфере безопасности и обороны, сотрудничество в невоенных отраслях [201].

Следует отметить, что в соответствии с принятой программой Украина поддерживает усилия НАТО относительно усиления европейского измерения в рамках Альянса и стремится к более активному и предметному сотрудничеству в реализации общей европейской политики в области безопасности и обороны (ОЕПБО), включая осуществление практических мероприятий при участии представителей ЕС.

Украина также придает большое значение сотрудничеству с НАТО, ее государствами-членами и государствами-партнерами по вопросам региональной безопасности. Сотрудничество в этой сфере преследует обеспечение участия Украины в разрешении актуальных вопросов региональной безопасности, прежде всего, на европейском пространстве, а также в региональных механизмах и программах сотрудничества, создаваемых под эгидой НАТО, путем проведения политических консультаций в различных форматах, организации обручений, семинаров, встреч экспертов и т. п.

Особые отношения с НАТО для Украины, являются предпосылкой углубления взаимодействия со странами-членами Альянса и сближения с ЕС. Формирование ОЕПБО предоставляет Украине дополнительную возможность использовать партнерские отношения с НАТО для построения новой системы европейской безопасности.

Следует отметить, что Украина имеет едва ли не самую большую программу сотрудничества с НАТО среди 27 стран-партнеров, и является единственным государством, кроме России, среди остальных участников программы «Партнерство ради мира» (ПРМ), с которой НАТО развивает отношения «особого партнерства».

Кроме совместного решения сугубо оборонных вопросов, НАТО существенно помогает Украине в разработке законодательной базы, введении демократического гражданского контроля над военной сферой, способствует адаптации уволенных в запас военнослужащих, поддерживает деятельность неправительственных исследовательских организаций, украинских ученых в сфере безопасности, оказывает информационную и техническую поддержку и т.п.

Как представляется, весьма перспективным является сотрудничество с НАТО в сфере ликвидации последствий природных и техногенных катастроф. При поддержке НАТО Украина уже сейчас принимает практическое участие в укреплении стабильности и безопасности в Европейском регионе и в мире. Кроме активных военных контактов в рамках ПРМ, Украина сотрудничает с НАТО в миротворческих операциях в Косово и Македонии.

Совершенствование действующей правовой базы сотрудничества Украины с НАТО, осуществляется путем продолжения формализации отношений министерств, других центральных органов исполнительной власти Украины с соответствующими структурами НАТО, через заключение двухсторонних соглашений в отдельных сферах сотрудничества в формате Меморандумов о взаимопонимании, соглашений, обмена письмами и др., которые отвечают духу особого партнерства Украины с Альянсом.

Качественно новым моментом в отношениях партнеров, по утверждению Генерального секретаря НАТО Дж. Робертсона является то, что «мероприятия сотрудничества между Украиной и НАТО направлены на то, чтобы дополнить общий процесс реформ в Украине. Они четко свидетельствуют о решительности альянса не оставить Украину одну на пути к будущему» [202].

В трудное для НАТО время, после террористической атаки на США, Украина выступила с поддержкой Альянса. «НАТО и Украина, — говорится в заявлении комиссии НАТО-Украина от 12 сентября 2001 г., — решительно осуждают эти зверства и совместно выступают за то, чтобы виновные были привлечены к ответственности и наказаны. В духе особого партнерства с НАТО Украина заявляет о своей готовности сделать все возможное для обеспечения этой цели» [203].

Министр иностранных дел Украины А. Зленко, вернувшись с заседания Комиссии Украина—НАТО, Совета Евроатлантического партнерства и Постоянного совместного совета Россия—НАТО на уровне министров иностранных дел, проходившего 6-7 декабря 2001 г. в брюссельской штаб-квартире Североатлантического совета НАТО, отметил, что: «Речь идет о том, что Украина готова идти в своем сотрудничестве с НАТО настолько далеко, насколько готов пойти сам Североатлантический альянс. Нынешняя ситуация в мире подталкивает Украину к пересмотру своих приоритетов в сторону углубления отношений с Европейским Союзом и НАТО». Он, как и Президент Украины, при этом не говорил о вступлении в Альянс, однако отметил, что двери НАТО должны быть открытыми для всех стран [204].

Представляется все же необходимым рассматривать взаимоотношения Украины и НАТО в контексте стремительно развивающихся взаимоотношений НАТО с Россией, особенно после событий 11 сентября 2001 г. Кроме того, Украина, вынуждена учитывать позицию своего великого соседа.

В марте 2002 г. в Берлине проходила конференция «НАТО –Украина». Со стороны Альянса в ней участвовали Генеральный секретарь НАТО Дж. Робертсон, его заместитель по военно-политическим вопросам Б. Бакли, начальник военного комитета НАТО Г. Вентурони, командующий войсками НАТО и вооруженными силами США в Европе Ролстон, послы и военные министры ряда стран-членов НАТО. Украину представляли премьер-министр Украины А.Кинах, министр иностранных дел А. Зленко, министр обороны В. Шкидченко, секретарь Совета национальной безопасности и обороны Е. Марчук и экс-секретарь СНБОУ В. Горбулин. На данной конференции обсуждались вопросы поиска путей более динамичного, эффективного и радикального сотрудничества Украины и НАТО, с учетом того, что в последние полтора года весьма высокую динамику в сотрудничестве с Альянсом продемонстрировала Россия. Речь шла о том, что в связи с изменениями, произошедшими в мире после терактов 11 сентября, а также динамикой отношений Россия—НАТО, перед Украиной и перед НАТО возник целый ряд вопросов. Для Украины эти вопросы связаны, прежде всего, с тем, что европейская интеграция должна перейти на новый качественный уровень не только в рамках сотрудничества с Евросоюзом, но главным образом с НАТО. Следует проанализировать, в чем же заключается новое качество такого сотрудничества.

Во-первых, на конференции было положительно воспринято, подписание 26 февраля 2002 г. Президентом Украины Л. Д. Кучмой Указа [205], которым внесены существенные изменения в государственную программу сотрудничества с НАТО. Их суть заключается в максимальной конкретизации мер по совмещению технологий управления силами быстрого реагирования. К выполнению этой программы будут привлечены, кроме Министерства обороны, еще и Министерство финансов и Министерство экономики Украины, для организации соответствующего финансирования.

Во-вторых, на конференции позитивно и с большим интересом было воспринято то, что тревога, иногда звучащая по поводу украинских выборов, их результатов и прозрачности, в определенной мере безосновательна. Выступления украинской стороны сошлись на том, что будущий парламент, несмотря на сегодняшнюю конкуренцию в избирательной борьбе, будет минимум на 80 % состоять из политиков, поддерживающих европейскую интеграцию. То есть, в будущем парламенте значительно ослабнет явное сопротивление атлантической интеграции Украины [206].

Что касается такой проблемы, как трансформация самого НАТО как военно-политического союза, то весьма интересно, мнение по этому вопросу самих руководителей НАТО. Например, Б. Бакли даже высказал мнение, что антитеррористическая коалиция и ее функционирование показало, что в будущем НАТО может стать координатором всего международного сообщества в таких масштабных акциях, как антитеррористическая операция. Именно координатором, а не только исполнительной структурой. Немало было интересного в выступлениях представителей Польши и главы американского Совета безопасности и обороны Дж. Льюиса, в выступлении командующего вооруженными силами США в Европе. В них также чувствовался поиск ответов на вопросы: а что делают сейчас США в Европе, в Косово, в зоне Средиземноморья, в Боснии? Ведь, несмотря на то, что в этих регионах наблюдается большой прогресс, там все равно остается еще очень много проблем. Как НАТО и его новые члены, а также, стоящие в очереди на членство, должны на эти проблемы реагировать? Детально и серьезно обсуждались критерии, по которым страна может претендовать на вступление в НАТО. И хотя сейчас вопрос о вступлении Украины в НАТО не стоит, но одновременно она не ставит категорически вопрос о том, что никогда не будет вступать в Альянс. Поэтому актуальными для Украины остаются вопросы: по каким критериям будет происходить отбор, как эти критерии будут трансформироваться в политике, экономике и в структуре Вооруженных Сил.

Следует отметить, что Украина и Россия являются стратегическими партнерами, так же, как Украина и Польша. Отношения Украины с Россией имеют беспрецедентную динамику и результативность. И в связи с этим Украина, безусловно, не может отрывать процесс евроатлантической интеграции от развития отношений и их открытости с Россией. Это имеет большое значение и потому, что у Украины еще не полностью решена проблема делимитации границ с Россией. Есть нерешенные проблемы по их определению в Азовском море, не завершено договорно-правовое оформление границ с Беларусью [207]. А неоконченное решение проблемы границ для любого государства закрывает процесс вхождения в европейские интеграционно-оборонительные структуры. Поэтому Украина заинтересована, чтобы этот трехсторонний процесс: Россия–НАТО, Украина–НАТО и Украина–Россия, приобретал новую открытость, больший уровень доверия и максимальную ясность для всех участников. Именно этим объясняется и динамика отношений Украины с Россией и Польшей. Сейчас можно говорить, что Польша, как самый активный сторонник Украины среди стран НАТО и как добрый сосед, который много помогает, уже приобщилась к процессу четырехсторонних контактов (Украина–Россия–Беларусь–Польша).

Стремительно развивающиеся отношения России и Североатлантического альянса вызвали неоднозначную оценку в Украине. С одной стороны, вызывает тревогу, что вследствие появления нового формата сотрудничества России и НАТО — «девятнадцать плюс один» — отношения Альянса и Украины будут развиваться в контексте отношений этой военно-политической организации с Россией. И в этой ситуации можно будет надолго забыть об особом украинско-натовском партнерстве.

Скорее всего, именно эти опасения привели к тому, что в конце 2001 г. Киев предпринял срочные шаги, которые должны были продемонстрировать Брюсселю, что в Украине искренне заинтересованы в сотрудничестве с Альянсом и имеют относительно него далеко идущие планы:

-- изменилась официальная лексика: использовавшиеся дипломатические формулировки «евроатлантическое партнерство» и «европейская интеграция», демонстративно разделявшие эти понятия, были заменены на пребывавшее последние год-полтора под негласным запретом определение «евроатлантическая интеграция»;

-- в соответствие с Указом Президента от 27 января 2001 г. «О Государственной программе сотрудничества Украины с НАТО на 2001—2004 годы» были назначены национальные координаторы по сотрудничеству с Альянсом.

Кроме того, наша страна выступила с инициативой принять новый документ, который «освежил» бы подписанную в 1997 г. Хартию об особом партнерстве между Украиной и НАТО [208].

С другой стороны, сближение России и НАТО было воспринято с некоторой надеждой, поскольку создало для Украины простор для политического маневра, и уникальную возможность поднять на качественно иной уровень свои взаимоотношения с Альянсом и на деле продемонстрировать Брюсселю искренность желания стать членом Евроатлантического сообщества.

Но у политической элиты Украины существует, по крайней мере, две точки зрения на уровень взаимоотношений Украины с Альянсом. Одни - ратуют за пассивные отношения с организацией, другие - приверженцы активного развития контактов с НАТО.

Однако и среди «атлантистов» нет единства. Часть выступает за тщательное выполнение Украиной положений, зафиксированных в Хартии и Государственной программе сотрудничества с НАТО на 2001—2004 годы, и против повышения уровня сотрудничества. Другие же, предлагают не терять время и подписать новый документ, который вывел бы отношения на другой уровень. Более того, некоторые политики убеждают главу государства подать заявку на вступление в Альянс. В качестве подтверждения этого, можно привести высказывания народного депутата Украины Р. Зварыча: «Я глубоко убежден, что мы должны подать заявку о нашем намерении вступить в НАТО, не указывая конкретную дату желательного рассмотрения нашего вопроса, поскольку, учитывая сегодняшние украинские реалии, сейчас членство в этой организации для нас невозможно. Почему мы должны четко заявить о своем намерении? …формируется новая архитектура взаимной безопасности на трансатлантическом пространстве. И даже дальше — мы видим Афганистан, Ближний Восток, которые уже будто бы попадают под этот зонт взаимной безопасности. Если мы не будем включены в систему в той или иной форме, то станем явно второсортным государством на Европейском континенте. И с нами никто вообще не будет считаться. Мы сейчас в очень выгодном положении, но этим нужно умело воспользоваться. Мы, как когда-то говорили в Организации украинских националистов, находимся на грани двух миров — между Востоком и Западом. Россия до сих пор не понимала, что ее возможности развиваться как полноценный субъект международной политики находятся именно в пределах этой новой системы. Президент Путин и его команда, мне кажется, уже начинают что-то понимать и даже втягиваться в эту систему, но не планируют входить в НАТО. Однако они уже влияют на определение новой системы взаимной безопасности и непосредственно на сам Альянс, на его трансформацию. В отличие от нас, Россия не подавала заявку, но то, что она ядерное государство, предоставляет ей возможность оказывать влияние. А мы, избавившись от ядерного оружия, одновременно отказались и от рычага влияния. Поэтому единственная возможность включиться в происходящий сейчас диалог — подать заявку о нашем желании в будущем вступить в НАТО. Пока это не будет сделано, Брюссель (читай: Вашингтон), всегда будет иметь возможность противопоставлять Украину России тогда, когда ему это будет выгодно, таким образом фактически превратив нас в буферную зону между Востоком и Западом. Нам будут говорить, что строится мост между Востоком и Западом. …Мы не желаем быть мостом, мы желаем быть с той стороны. И пока мы не окажемся там, из нас будут делать санитарный кордон между Ташкентским блоком и НАТО. Я глубоко убежден, что если мы подаем заявку, наша роль в треугольнике Брюссель—Москва—Киев становится основной. Поскольку мы можем быть не мостом, а посредником в диалоге между Москвой и Брюсселем. А до тех пор, пока заявку в НАТО не подадим, такого треугольника, что бы нам ни говорили, просто не существует. На самом деле уже есть прямая линия Брюссель—Москва, а мы — за бортом…» [209].

Аргументы тех, кто призывает не спешить заключать новый документ с НАТО и подавать заявку, сводятся к следующему. Во-первых, не выполняются полностью положения Хартии: сотрудничество Украины и Альянса развивается нормально только в некоторых сферах. А в Брюсселе уделяют большое внимание скрупулезному выполнению подписанных документов. Следуя этой логике, многие полагают, что более разумно полностью выполнить все необходимые положения, выйти на определенный уровень, а уж потом вести речь о новом документе между Украиной и НАТО.

Что же касается заявки на членство в Североатлантическом альянсе, то, как считают «умеренные», к этому не готовы ни в НАТО, ни в Украине. И, прежде всего, в силу множества причин внутреннего характера, не позволяющих Украине ставить вопрос о членстве. Это и несоответствие уровня экономического развития нашей страны со многими странами-членами альянса; и необходимость значительных финансовых затрат на модернизацию армии; и проходящая, но незавершенная реформа Вооруженных сил; и негативное отношение многих граждан Украины к Альянсу, считающих НАТО, по старинке, агрессивным блоком. Да и многое другое, что делает нецелесообразными такие шаги.

В последнее время к внутренним факторам следует добавить и фактор Македонии. В НАТО неодобрительно смотрят на продолжающиеся украинские поставки военной техники и вооружения законному правительству, в то время как альянс пытается предотвратить и разрешить конфликт. [210].

Оппоненты «умеренных» соглашаются с тем, что внутренние украинские факторы не способствуют тому, чтобы Киев подавал заявку на членство в НАТО. Однако, если уж так благополучно сложились внешние факторы -- отношения России и НАТО, то подача Украиной заявки на членство в НАТО становится естественной. В таком случае, как представляется, многие вопросы были бы сняты с повестки дня, например, участие в европейских оборонных программах, а также в разработке национального украинского законодательства в военной сфере.

И, наконец, этим политическим шагом Киев продемонстрировал бы, что сделал свой окончательный выбор в пользу Евроатлантического сообщества. На Западе перестали бы задаваться вопросом: куда отнести Украину в системе координат «свой—чужой»? Примером может служить история с Ан-70: именно отсутствие четкой идентификации Киева стало основной причиной того, что западноевропейцы отвергли украинский самолет, сделав выбор в пользу более дорогого и существующего пока еще на бумаге европейского А-400М.

В этом отношении представляет интерес реакция на украинские инициативы у представителей стран-участниц НАТО. В интервью одной из киевских газет посол США в Украине К. Паскуаль заметил, что «отношения между Украиной и НАТО охватывают очень широкий спектр проблем, но в то же время им недостает глубины. Возникает вопрос: как Украина собирается развивать их дальше?» [211].

На Берлинской конференции представителям Украины четко дали понять, что все будет зависеть от того, как будет развиваться ситуация в последующие пять лет — ведь, в частности, пять лет назад трудно было представить себе, что сегодня Румыния уже будет стоять на пороге НАТО. И Украина, за пять лет сможет быть не только на пороге, но и в дверях НАТО. Тем более, что и НАТО к этому времени будет совсем другой организацией [212].

Однако здесь имеются и другие аргументы. В частности, принятый Государственный бюджет Украины на 2002 г. [213], не предусмотрел серьезные расходы, которые требует радикальная военная реформа с переходом управления армией к гражданскому министру обороны, к совместимости со стандартами НАТО не только в вооружении, но и в системах управления и связи, в принципах функционирования вооруженных сил. Есть фактор Севастополя, где размещен российский Черноморский флот.

14 мая 2002 г. в Рейкьявике было подписано соглашение о создании нового органа сотрудничества между НАТО и Россией. Министр иностранных дел Великобритании Джек Стро сказал, что в Рейкьявике состоялись похороны «холодной войны» [214]. Деятельность нового совета будет базироваться не на консультациях, как это было раньше, а на участии России как равноправного партнера в процессе выработки решений по проблемам, которые касаются в первую очередь борьбы с терроризмом, контроля над нераспространением оружия массового уничтожения, менеджмента кризисных ситуаций (то есть предотвращения конфликтов и миротворческой деятельности), безопасности мореплавания, борьбы со стихийными бедствиями [215].

Следует отметить, что права вето на решения НАТО Россия не будет иметь, НАТО и после образования «двадцатки» с Россией будет сохранять способность к самостоятельным действиям. В действительности, роль встречи в Рейкьявике — не столько в попытке превратить Россию в партнера, ничего при этом не говоря о перспективах ее членства в НАТО, сколько в начале пересмотра существующей системы распределения ролей в системе глобальной безопасности. Похоже на то, что Россия благодаря немалым усилиям президента Путина и особенно — его активности сразу после известия о трагедии 11 сентября свое место в новой системе мировых координат если еще полностью не определила, то находится на пути к этому.

Итоговое коммюнике встречи в Рейкьявике упоминает Украину несколько раз. Во-первых, Альянс, говоря о формировании новых отношений в области безопасности с Россией, упоминает и о развитии своих отношений с Украиной и другими партнерами. НАТО отмечает сильную настроенность Украины на достижение полной евроатлантической интеграции, продолжает поощрять ее к проведению необходимых для достижения этой цели реформ и декларирует готовность ей в этом помогать. Следует отметить, что Альянс подчеркивает, что министры решили дать новый толчок и придать новую сущность партнерству с Украиной. Совету сотрудничества поручено разработать новые механизмы и модальности, которые базируются на Хартии об особом партнерстве, и поднять отношения на качественно новый уровень. Министры, как сказано в документе, надеются углубить и расширить отношения, в том числе и через интенсификацию консультаций и сотрудничества в политических, экономических, оборонных вопросах. Ключевым словом здесь, по-видимому, должно быть все же «консультации» — Альянс говорит о новых форме и сущности, и даже о новом уровне, но при этом общий уровень остается тем же, в отличие от качественного скачка в отношениях с Россией. И поскольку в тексте коммюнике упоминается надежда обсудить отношения на саммите в Праге, можно точно утверждать: это и есть приглашение на Пражский саммит, один из тех вопросов, которые так долго оставались без ответа. С этой точки зрения можно утверждать, что результаты встречи в Рейкьявике были позитивными для Украины, поскольку Альянс декларирует готовность к серьезным изменениям в отношениях. С одной стороны, возможность вступления Украины в НАТО как в систему международной безопасности, а не военного союза официально не отвергается. С другой стороны, западные эксперты подтверждают, что сегодня НАТО действительно стремится приблизить к себе Украину, но считает, что о перспективах ее вступления говорить рановато.

Согласно позиции Президента Украины Л.Д. Кучмы, Украина готова идти в своих отношениях с НАТО настолько далеко, насколько Альянс готов к этому. Заседание Комиссии Украина — НАТО в Рейкьявике 15 мая подтвердило это. Украина является важным партнером для достижения стабильности и безопасности в Европе. Она заявила о своей стратегической цели в полной мере интегрироваться в европейские и евроатлантические структуры и участвовать во всех европейских системах гарантирования безопасности. Однако важным остается и то, чтобы содержание сотрудничества сопровождалось успешными реформами в сфере обороны, которые, опять же, имеют перспективу только на основах экономической, политической и социальной стабильности. Демократия и государственноправовые институции образуют фундамент НАТО, являющейся сообществом взаимных ценностей.

23 мая 2002 г. на заседании Совета национальной безопасности и обороны Украины был положен конец многовекторности, Украина решила начать процесс, конечной целью которого станет присоединение к НАТО. Проект соответствующей стратегии был одобрен на заседании СНБОУ. Окончательно документ должен быть подготовлен до ноября 2002 г., когда в Праге состоится саммит лидеров стран-членов НАТО. Секретарь СНБОУ Марчук Е.К. убежден, что сегодня назрела «необходимость выработки стратегии, конечной целью которой будет присоединение Украины к системе коллективной безопасности, базирующейся на НАТО» [216].

В стратегии должны быть зафиксированы конкретные цели, даты их достижения, ответственные исполнители и источники финансирования. Но даже если цели в документе будут поставлены самые высокие, а даты — разумные, какова вероятность того, что они не останутся только на бумаге? Ведь новейшая история Украины знает уже немало стратегий, программ и концепций. Примером может служить стратегия интеграции Украины в ЕС: Украина отстает от графика и многие даже краткосрочные цели еще не достигнуты. Еще вопрос: какая структура возглавит движение Украины в НАТО? Будет ли создан отдельный «натовский» департамент в МИДе (по аналогии с еэсовским)?

Следует отметить, что вступление в НАТО базируется на двух факторах — полная консолидация политических сил в стране-заявителе в отношении присоединения и согласие всех членов НАТО на принятие нового государства. Во-первых, заявление о намерениях вступить в НАТО должно быть провозглашено Президентом Украины. Во-вторых, должно быть согласие представленных в парламенте политических партий и согласно натовской практике, вопрос — входить или нет в НАТО, должен быть вынесен на референдум. В-третьих, Украина должна отвечать всем необходимым критериям и условиям, разработанным Альянсом. Они предусматривают определенный уровень демократического развития, успешные экономические показатели, доведение национальных вооруженных сил до стандартов НАТО.

Необходимо исследовать аспекты касающиеся внеблокового статуса Украины. При нынешнем геополитическом раскладе, когда Россия стремительно вырвалась в фавориты НАТО, целесообразность украинской внеблоковости абсолютно неоправданна. По этому поводу Евгений Марчук резонно подчеркнул: «Дальнейшее поддержание внеблокового статуса бесперспективно для Украины, а в некоторых случаях — и вредно. Украине в некоторой степени будет опасно оставаться в одиночестве, потому что вокруг нас гигантская система кооперативной безопасности» [217].

Но если проанализировать внеблоковый статус Украины с юридической точки зрения, то на самом деле он был виртуальным, внеблоковость и нейтральность Украины не закреплены ни во внутреннем законодательстве Украины, ни в международных документах. В национальном законодательстве Украины на сегодня отсутствуют нормы, определяющие нейтралитет (либо неучастие в военных блоках) как средство гарантирования безопасности Украины, либо как форму ее существования в системе международных отношений. В части IX, принятой 16 июля 1990 года Верховной Радой УССР Декларации о государственном суверенитете Украины закреплено «намерении стать в будущем постоянно нейтральным государством, не участвующим в военных блоках» [218]. Однако во-первых провозглашение намерения не равнозначно решению об обретении такого статуса, а во-вторых упоминаний о внеблоковости Украины (кроме как в документах Верховной Рады УССР и в уже явно устаревшей Военной доктрине Украины 1993 года) в последующих правовых актах отсутствует. Их нет не только в действующей Конституции, но и в Концепции (основах государственной политики) национальной безопасности Украины. Более того, в разделе IV упомянутой Концепции среди основных направлений государственной политики национальной безопасности Украины отмечено «вхождение в существующие и создаваемые системы универсальной и региональной безопасности» [219].

В одобренных же Верховной Радой Украины 2 июля 1993 года «Основных направлениях внешней политики Украины» не только нет сылки на Декларацию о государственном суверенитете Украины, но и содержится достаточно четкое указание на необходимость конкретизации в новых условиях, а фактически — иную трактовку положений Декларации о государственном суверенитете Украины. В документе акцентируется, что «ввиду кардинальных изменений, происшедших после распада СССР и определивших нынешнее геополитическое положение Украины, провозглашенное ею в свое время намерение стать в будущем нейтральным и внеблоковым государством должно быть адаптировано к новым условиям и не может считаться преградой ее полномасштабному участию в общеевропейских структурах безопасности». Более того, говорится о приоритетности создания общеевропейской структуры безопасности на базе существующих международных институтов, таких как СБСЕ (ОБСЕ), ССАС, НАТО, ЗЕС и важности «непосредственного и полного членства Украины в такой структуре, создающего необходимые внешние гарантии ее национальной безопасности» [220]. Более того, в практике межгосударственного общения нейтральный статус государств часто находил определенное международное признание. Так, нейтральный статус Швейцарии был установлен в 1815 году актом Венского конгресса и признан Лигой Наций 13 февраля 1920 года. Нейтралитет Австрии был гарантирован Московским меморандумом от 15 апреля 1955 года. Решение Туркменистана о нейтралитете было «освящено» специальной резолюцией ООН под №50/80 от 12 декабря 1995 года. Как известно, парламент Украины, который в соответствии с Конституции определяет основы внешней политики, никогда не принимал решения о постоянном нейтральном, внеблоковом статусе Украины. И в этом статусе своими актами ее юридически не признавало ни одно государство [221].

Анализируя взаимоотношения Украины и НАТО, следует остановиться, на таком важном аспекте, как статус основополагающих документов, таких, как Хартия об особых отношениях партнерства между НАТО и Украиной, подписанная 9 июля 1997 г., с одной стороны главами государств и правительств стран НАТО и Президентом Украины Л. Кучмой, с другой; программы «Партнерство ради мира», к которой Украина присоединилась в феврале 1994 г., когда министр иностранных дел Анатолий Зленко посетил НАТО для подписания Рамочного документа программы ПРМ. 25 мая 1994 г. Украина передала в НАТО свой Представительный документ; Меморандум о взаимопонимании между Правительством Украины и НАТО относительно учреждения Центра информации и документации НАТО в Украине (7 мая 1997 года, г. Киев).

Согласно статьи 85 Конституции Украины, определение основ внешней политики является исключительной компетенцией Верховной Рады Украины. Статья 9 Конституции Украины закрепила следующие положения: международные договоры, согласие на обязательство, которых дала Верховная Рада Украины, является частью национального законодательства Украины. Заключение международных договоров, которые противоречат Конституции Украины, возможно только после внесения соответствующих изменений в Конституцию Украины [222]. Положения указанной статьи имеют чрезвычайное важное внешнеполитическое и правовое значение особенно в условиях активного вхождения Украины в мировое сообщество. Во-первых они свидетельствуют о верности Украины своим международно-правовым обязательствам, которые провозглашаются обязательными для исполнения наряду с национальным законодательством; во-вторых, они дают ответ на вопрос практического применения положений международных договоров в Украине и их соотношение с действующим законодательством Украины.

Положения указанной ст. Конституции, созвучны и с действующим законодательством Украины. Так Закон Украины «О действии международных договоров на территории Украины» от 10 декабря 1991 г. предусматривает, что заключенные и надлежащим образом ратифицированные Украиной международные договора являются неотъемлемой частью национального законодательства и применяются в порядке предусмотренном, для норм национального законодательства. В данном случае международный договор, участником которого является Украина, имеет такую же юридическую силу, как и национальный закон [223].

Закон Украины «О международных договорах Украины» от 22.12.93 г. предусматривает перечень международных договоров Украины, которые подлежат ратификации, в том числе: политические (о дружбе, взаимопомощи, о сотрудничестве и т.д.); о членстве в межгосударственных союзах и др. международных объединениях (организациях), системах коллективной безопасности, о военной взаимопомощи, об отправки контингентов Вооруженных Сил Украины в др. государства или о допуске вооруженных сил иностранных государств на территорию Украины и т.д. [224].

Поэтому не понятным является то, что парламент оказался фактически отстраненным от формирования курса на сотрудничество и определения позиции Украины к отношениям с Организацией североатлантического Договора (НАТО). Более того, выше указанные документы, которые определяют содержание и создают договорно-правовую основу отношений Украины с НАТО, не направлялись на рассмотрение в Верховную Раду Украины. Учитывая выше изложенное, можно прийти к выводу, что у отношений Украины и НАТО нет правовой основы, а только лишь политические декларации.

В рамках вышеупомянутых соглашений о сотрудничестве с НАТО на территории Украины регулярно проводятся военные учения при участии подразделений вооруженных сил других государств. Однако, на нарушение статьи 85 Конституции Украины, решения об их допуске на территорию Украины на одобрение Верховной Радой Украины не вносились. Эти вопросы нуждаются в решении, которое возможно двумя путями: или, во-первых, неуклонно следовать требованиям Конституции Украины в вопросах, связанных с осуществлением внешнеполитической деятельности, обеспечением национальной безопасности Украины, поддерживанием на надлежащем уровне ее обороноспособности и обеспечить представление на рассмотрение Верховной Рады Украины заключенных от имени Украины международно-правовых актов, которыми устанавливаются договорно-правовые основы ее сотрудничества с международными организациями (НАТО), и согласие на обязательность которых предоставляется Верховной Радой Украины; или, во-вторых, внести в Конституцию Украины соответствующие изменения, которые касаются вопросов, которые связаны с осуществлением внешнеполитической деятельности, обеспечением национальной безопасности Украины.

28 мая на саммите в Риме была подписана Декларация, положившая начало Совету НАТО — Россия. Генеральный секретарь НАТО Джордж Робертсон сказал «Мы сегодня открываем абсолютно новую главу в развитии евроатлантических отношений. Отныне 20 стран, которые простерлись от Ванкувера до Владивостока, будут искать за одним столом решение общих вопросов».

На вопрос — как создание Совета НАТО — Россия повлияет на отношения между Украиной и Россией, Украиной и НАТО, Владимир Путин ответил следующим образом: «В последние годы отношения между Россией и Украиной развиваются особенно позитивно. Что касается расширения НАТО в целом, то наше отношение к этому вопросу не меняется. Но это совсем не значит, что Украина должна остаться в стороне от процессов, которые идут на пользу укрепления мира и безопасности в Европе и на земле в целом. Мы подробно не обсуждали с коллегами эту тему. Украина — суверенное государство, и она сама в праве выбирать путь обеспечения своей собственной безопасности. Скажем, участие в том Совете, который мы создали сегодня, нужно обсуждать с членами Совета, членами Североатлантического блока, с Генеральным секретарем. Я считаю это вполне возможным, и в принципе не вижу ничего особенного или нечто такого, что могло бы омрачать отношения между Россией и Украиной» [225].

На саммите стран Центральной Европы, который проходил в июне 2002 г. в г. Брдо под Любляной президент Леонид Кучма, ознакомил коллег со стратегией сближения Украины с НАТО и тезисами своего «евроинтеграционного» послания. Президент Австрии Томас Клестиль, заявил, что «стабильное будущее Европы без Украины невозможно» и что «Европейский Союз и НАТО должны найти оптимальный подход к сотрудничеству с Украиной» [226].

Следует отметить, что одним из определяющих аспектов в построении новой системы европейской безопасности являются взаимоотношения Украины с ЕС. Интеграция в ЕС является ныне главным внешнеполитическим приоритетом Украины. И это не дань конъюнктуре, а жизненная необходимость достижения высоких стандартов гражданского общества и правового государства, повышения уровня конкурентоспособности экономики, содействия продвижению экономических реформ, разрешению социальных проблем и повышению благосостояния широких слоев населения страны.

В марте 1998 г. вступило в силу Соглашение о партнерстве и сотрудничестве между Украиной и ЕС (СПС). Поэтому правительство Украины сосредоточило внимание на процессе имплементации этого юридически обязывающего договора между Украиной и ЕС в национальное законодательство. Вполне очевидно и то, что полномасштабное выполнение положений СПС является предпосылкой успешной интеграции Украины в Евросоюз и проявлением ее европейской идентичности. Принципиальным шагом в евроинтеграционном направлении стало утверждение Президентом Украины Стратегии интеграции Украины в Европейский Союз (11 июня 1998 г.), а уже в развитии стратегии — Программы интеграции Украины в ЕС (утверждена 14 сентября 2000 года) [227].

Стратегия интеграции Украины к ЕС основывается на:

- Конституции Украины, которая устанавливает направления внешнеполитической деятельности Украины на обеспечение ее национальных интересов и безопасности путем установление мирного и взаимовыгодного сотрудничества с членами международного сообщества на основе общепризнанных принципов и норм международного права;

- одобренных Верховной Радой Украины Основных направлениях внешней политики Украины 1993 г. и Концепции (основах государственной политики) национальной безопасности Украины [228];

- Соглашении о партнерстве и сотрудничестве между Украиной и Европейским Союзом от 14 июня 1994 г. (СПС) [229] и других договорах, заключенных между Украиной и ЕС, в которых определяются механизмы взаимодействия между ними.

Стратегия интеграции Украины в ЕС определяет основные приоритеты деятельности органов исполнительной власти на период до 2007 г., в течение которого должны быть созданы предпосылки, необходимые для приобретения Украиной полноправного членства в Европейском Союзе.

Стратегия интеграции Украины в Европейский Союз должна обеспечить вхождение государства в европейское политическое пространство, в том числе в сфере внешней политики и политики безопасности, информационное, экономическое и правовое пространство. Получение на этом основании статуса ассоциируемого члена ЕС, является главным внешнеполитическим приоритетом Украины в среднесрочном измерении и должно соотноситься во времени с приобретением полноправного членства в ЕС государствами-кандидатами, которые имеют общую границу с Украиной.

Безопасность Украины в контексте общеевропейской безопасности основывается на том, что развитие и упрочение ЕС углубляют общеевропейскую безопасность во всех ее измерениях. Думается, что принцип неделимости европейской безопасности одинаково важен как для Украины, так и для ЕС и его полноправных и ассоциируемых государств - членов. Кооперативная безопасность, поиск подходов к которой, рядом с другими европейскими и трансатлантическими структурами, активно ведет ЕС, должен стать для Украины гарантией собственной безопасности.

Признание Европейским Союзом важного значения Украины в формировании новой архитектуры европейской безопасности на третье тысячелетие может и должно быть использованным как существенный рычаг продвижения украинских интересов в отношениях с ЕС. Одновременно, упрочение безопасности Украины связано и с обеспечением экономической безопасности и политической стабильности в государстве.

Признавая на основании принципов Устава ООН ответственность за поддержание международного мира и безопасности за Советом Безопасности ООН и следуя принципам и целям Хартии европейской безопасности ОБСЕ, Украина и ЕС активно сотрудничают с ООН, ОБСЕ, Советом Европы, другими международными организациями в сфере поощрения и поддержки стабильности, предотвращения конфликтов, урегулирования кризисных ситуаций и постконфликтного восстановления, используя для этого все имеющиеся в наличии возможности - от дипломатической деятельности, предоставления гуманитарной помощи и применения экономических санкций к осуществлению функций гражданской полиции и проведению на основании соответствующего мандата ООН и/или ОБСЕ военных операций для урегулирования кризисных ситуаций.

Следует отметить, что важное значение для Украины приобретает развитие отношений между ЕС и НАТО по вопросам оборонного планирования, в котором Украина участвует через Процесс планирования и оценки сил в рамках программы "Партнерство ради мира". Интенсификация развития общей европейской политики по вопросам безопасности и обороны, создание в рамках Общей внешней политики и политики безопасности новых органов ЕС в военной сфере и сфере внешней политики и политики безопасности, а также активизация сотрудничества между государствами - членами ЕС в отрасли вооружения предопределяют необходимость осуществления Украиной своевременных интеграционных шагов в этом направлении.

Развитие сотрудничества с ЕС в рамках Общей внешней политики и политики безопасности и Общей европейской политики по вопросам безопасности и обороны будет содействовать также упрочению конкурентоспособности украинской оборонной промышленности, внедрению принципов, правил и механизмов, которые обеспечивают открытость, прозрачность доступа продукции этой отрасли на внутреннем рынке ЕС и предотвращают ее дискриминацию, ускоренный выход и закрепление украинских производителей товаров и услуг в приоритетных международно-специализированных отраслях и секторах экономики и значительной диверсификации военно-технических и научно-технических связей.

После принятия в 1999 г. Общей стратегии ЕС по отношению к Украине и определения уровня стратегического партнерства, между Украиной и ЕС возник вопрос об институциализации отношений в сфере внешней политики и безопасности.

В сентябре 2000 г. Украина разработала и подала в ЕС меморандум «Укрепление сотрудничества между Украиной и Европейским союзом в сфере внешней политики, безопасности, военного и военно-технического сотрудничества» [230]. Но ЕС оказался не готов принять широкомасштабные украинские предложения.

В совместном заявлении по итогам Ялтинского саммита Украина—ЕС (11 сентября 2001 г.) стороны «отметили дальнейшее развитие нашего диалога, сотрудничества и консультаций по вопросам безопасности и обороны», а также констатировали, что «Украина может быть приглашена к участию в проводимых ЕС операциях» [231].

Однако реальное двустороннее сотрудничество в сфере безопасности пока значительно отстает от задекларированных целей. В то же время на отдельных направлениях осуществляются конкретные практические шаги. Это касается, прежде всего, юстиции и органов внутренних дел, поскольку именно это направление приобретает особую актуальность в контексте расширения ЕС, — Европейский союз заинтересован в укреплении безопасности своих восточных границ после вступления кандидатов из числа стран Центральной Европы. Уже сейчас помощь с обустройством границ оказывается не только странам-кандидатам на вступление в ЕС (Польше, Словакии, Венгрии), но и Украине. В частности, укреплению украинско-российского участка границы существенно помогло МВД Германии (3 млн. DM в 2001 г.). В результате этого, поток нелегальных мигрантов через Украину уменьшился втрое.

В общем, опыт сотрудничества Украины с ЕС свидетельствует, что для Украины вполне реально стать членом объединенной Европы. Безусловно, скорость сближения Украины и ЕС зависит прежде всего от укрепления демократических основ украинского общества, развития рыночной экономики. Несмотря на наличие определенных проблем в этих сферах, даже при нынешних условиях потенциал углубления сотрудничества Украины с ЕС в сфере безопасности не стоит недооценивать.

Во-первых, среди прочих стран, желающих вступить в ЕС, Украина заметно выделяется: в сфере безопасности она может быть не только потребителем, но и реальным вкладчиком - в области стратегических транспортных перевозок, использования космоса, разведки, миротворческого участия, правоохранительной деятельности, ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций и т.п. Во-вторых, в направлении вступления в ЕС Украина может двигаться как через непосредственное сотрудничество с союзом, так и используя имеющиеся возможности сотрудничества с НАТО: по мнению главы Государственной комиссии по вопросам оборонно-промышленного комплекса В. Горбулина «статус Украины как государства, имеющего особые отношения с НАТО, открывает реальные перспективы для приближения к стартовой позиции, с которой она могла бы рассматриваться как потенциальный член Европейского союза» [232].

Как представляется, Украина должна продемонстрировать зрелый подход к стратегическому партнерству, так как стратегических партнеров не может быть много. Украинское правительство определило трех основных стратегических партнеров – ЕС, США и Россия [233].

Следует отметить, что стратегическое партнерство охватывает, как политическое, так и экономическое сотрудничество. Исходя из этого, основным стратегическим партнером Украины в будущем будет: или ЕС (т.е. ряд европейских государств: Германия, Франция, Польша и др.), при условии самостоятельного западного курса развития государства, или Россия в случае вхождения Украины в более тесные отношения с восточным соседом.

При этом следует учитывать, что хотя цель – членство в ЕС для Украины остается очень далекой и проблематичной, но она должна быть поставлена, и содействовать проведению глубоких внутренних реформ в государстве.

Для Украины важно на будущее является также военно-миротворческая составляющая взаимоотношений с ЕС. Имея соответствующий опыт участия в миротворческих операциях, Украина может быть приглашена на определенных условиях, для участия в Европейских силах быстрого реагирования.

США рассматривают Украину, как стратегического партнера, но только в региональном масштабе. Такое отношение к Украине со стороны США, носит характер опекунского партнерства.

Относительно России, то ее выбор на будущее определяется ее территориальным расположением, учитывая которое, ей выгодно быть и с Европой и с Азией. Но это не противоречит ее отношениям с Западом. Поэтому европейское направление и Украины и России будет возможным тогда, когда оба государства обоюдно и согласовано будут работать в этом направлении.

Обобщая вышеизложенное можно прийти к следующим выводам:

-- 23 мая 2002 г. на заседании Совета национальной безопасности и обороны Украины было принято решение, конечной целью которого станет присоединение к НАТО. В связи с данным решением актуальным стал анализ вопроса о внеблоковом статусе Украины: парламент Украины, который в соответствии с Конституции определяет основы внешней политики, никогда не принимал решения о постоянном нейтральном, внеблоковом статусе Украины. И в этом статусе своими актами ее юридически не признавало ни одно государство;

-- анализ основополагающих документов таких, как Хартия об особых отношениях партнерства между НАТО и Украиной, программы «Партнерство ради мира», Меморандума о взаимоотношениях между Правительством Украины и НАТО относительно учреждения Центра информации и документации в Украине, определяющих содержание и создающих договорную основу отношений Украины и НАТО, указал на то, что эти правоотношения не имеют правовой основы, так как указанные документы не были представлены на рассмотрение в Верховную Раду Украину, и не прошли процедуру ратификации, что противоречит Конституции Украины;

-- на основе выше указанных соглашений между Украиной и НАТО, на территории Украины без одобрения Верховной Радой Украины, проводятся военные учения при участии подразделений вооруженных сил других государств, что является нарушением статьи 85 Конституции;

-- для Украины особые отношения с НАТО являются предпосылкой углубления взаимодействия со странами-членами Альянса и дополнительным плюсом в продвижении Украины к Европейскому Союзу, членство в котором провозглашено стратегической целью. Формирование ОЕПБО предоставляет Украине дополнительную возможность использовать партнерские отношения с НАТО для построения новой системы европейской безопасности, но при этом необходимо или, во-первых, неуклонно следовать требованиям Конституции Украины в вопросах, связанных с осуществлением внешнеполитической деятельности, обеспечением национальной безопасности Украины, поддерживанием на надлежащем уровне ее обороноспособности и обеспечить представление на рассмотрение Верховной Рады Украины заключенных от имени Украины соглашений, которыми устанавливаются договорно-правовые основы ее сотрудничества с международными организациями (НАТО), и согласие на обязательность которых предоставляется Верховной Радой Украины; или, во-вторых, внести в Конституцию Украины соответствующие изменения, касающиеся вопросов, связанных с осуществлением внешнеполитической деятельности, обеспечением национальной безопасности Украины;

-- основополагающим документом, определяющим организационно-правовую форму сотрудничества Украины с ЕС, является Соглашение о партнерстве и сотрудничестве между ЕС и Украиной от 14.06.94 г. на основе данного соглашения Президент Украины утвердил Стратегию интеграции Украины в ЕС (11.06.98 г.) и Программу интеграции Украины в ЕС (14.09.00 г.). Результатом сотрудничества должно стать вхождение Украины в европейское политическое пространство, в том числе в сфере внешней политики и политики безопасности, информационное, экономическое и правовое пространство. Получение на этом основании статуса ассоциируемого члена ЕС, является главным внешнеполитическим приоритетом Украины в среднесрочном измерении и должно соотноситься во времени с приобретением полноправного членства в ЕС государствами-кандидатами, которые имеют общую границу с Украиной;

-- с ЕС Украина стремится развить сотрудничество, которое, учитывая ее потенциал и опыт контактов с НАТО, в настоящее время имеет наибольшие перспективы именно в сфере безопасности. Представляется, что нынешние изменения выступают для Украины в качестве шанса и фактора ответственности. Шанса потому, что именно в сфере безопасности Украина является не просителем, а реальным и состоятельным партнером. Но этот шанс Украина реализует только в том случае, если будет помнить об ответственности в собственном доме — о необходимости укрепления основ демократии и рыночной экономики, ускорения реформ, особенно в социальной, правоохранительной и оборонной сферах;

<< | >>
Источник: ДЕЛИНСКИЙ АЛЕКСАНДР АРКАДЬЕВИЧ. ЕВРОПЕЙСКАЯ СИСТЕМА БЕЗОПАСНОСТИ: МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Одесса –2002. 2002

Скачать оригинал источника

Еще по теме РАЗДЕЛ 3 ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ФОРМЫ СОТРУДНИЧЕСТВА УКРАИНЫ С МЕЖДУНАРОДНЫМИ МЕЖПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ – НАТО; ЕС, В СФЕРЕ ПОСТРОЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ СИСТЕМЫ ЕВРОПЕЙСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ:

  1. СОДЕРЖАНИЕ
  2. ВВЕДЕНИЕ
  3. 2.2. Правовой статус Организации Североантлатического договора и Западноевропейского Союза, как главных военных компонентов современной системы европейской безопасности
  4. РАЗДЕЛ 3 ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ФОРМЫ СОТРУДНИЧЕСТВА УКРАИНЫ С МЕЖДУНАРОДНЫМИ МЕЖПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ – НАТО; ЕС, В СФЕРЕ ПОСТРОЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ СИСТЕМЫ ЕВРОПЕЙСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
  5. ВЫВОДЫ