<<
>>

I.1. Понятие и виды региональных интеграционных образований

Справедливо, что проблематика изучения региональных интеграционных образований невозможна без четкого доктринального определения понятия «регион». Различные авторы вкладывали разный смысл в такое понятие, как «регион». Необходимым условием рассмотрения в правовом аспекте регионального уровня международно-правовой охраны изобретений, полезных моделей и промышленных образцов стало бы определение границ распространения такого регионального уровня правовой охраны. Формируя юридическое определение, считаем целесообразным двигаться от общих социогуманитарных определений к конкретно юридическому определению.

Как утверждал Йозеф Ней, интеграцию можно определить как «ограниченное количество государств, соединенных вместе через географические взаимоотношения и через определенную степень взаимозависимости», а регионализм как «совокупность интересов, сформированных на базе регионов»7. Но на сегодняшний день существует множество интерпретаций понятий «регион», «региональная интеграция».

Наиболее фундаментальное и общее социогуманитарное определение понятия «регион» дал Шмит-Эгнер, который охарактеризовал его как «пространственную парциальную единицу среднего размера посреднического характера, чей материальный субстрат основывается на территории».8 Пространственно парциальная сторона выражается в существовании внешних и внутренних границ. Представление о регионе как об определенной единице позволяет говорить о возможной горизонтальной связи между другими такими единицами. Понятие «средний размер» характеризирует эту единицу в отношении с некой большей или же меньшей пространственной величиной.

7 Nye J. S. (ed.). International regionalism: readings. – Little, Brown, 1968.

8 Peter Schmitt-Egner “The Concept of ‘Region’: Theoretical and Methodological Notes on its Reconstruction” // Journal of European Integration (2002) 24:3 p.181.

19

Последнее и немаловажная часть определения – «территория». В отличие от понятия пространства, территория отражает некую новую качественную определенность пространства. Согласно Шмит-Эгнеру, в сравнении с пространством, территория есть «исторический продукт социально-политического развития». Особое внимание в контексте правового понимания следует обратить на то, что само понятие территории сложно и неопределенно для понимания без использования понятийного аппарата международного права, т.к. территория невозможна без существования политических и социальных границ, которые изменяются во времени под воздействием права.9 Регион, будучи явлением социального характера, рассматривается в качестве такового в данном исследовании и является определенной социальной системой, т.е. региональной системой.

К заслугам Шмит-Эгнера справедливо отнести то, что он разграничил два понятия региона на основе функций, которые он выполняет как активный и пассивный субъект. Первое: регион, основанная на горизонтальном типе взаимодействия «структурная единица, административный регион или регион идентичности, рассматриваемый как пространство для межрегионального взаимодействия».10 Второе понятие региона более применимо к правовым отношениям и напрямую затрагивает региональные интеграционные образования, являющиеся предметом данного исследования: регион как субъект международного права. В этой интерпретации становится понятным, что ряд авторов использует понятие «регион», подразумевая под ним «конгломерат» национальных государств (АСЕАН, Меркосур, НАФТА, ЕС, ЕврАзЭС, ССАГПЗ) применительно к международным организациям.11

9 Peter Schmitt-Egner “The Concept of ‘Region’: Theoretical and Methodological Notes on its Reconstruction” // Journal of European Integration (2002) 24:3 p.182.

10 Ibid p.184.

11 Ibid p.186;

Nikki Slocum & Luk Van Langenhove (2004) The meaning of regional integration: introducing

positioning theory in regional integration studies // Journal of European Integration, Routledge 26:3, p. 236.

20

Классический или «старый» регионализм в социогуманитарных науках определяет закрытые регионы как своеобразные «крепости», так как нацелены они, прежде всего на ускорение региональной интеграции через обособление в ущерб глобализации.12 Как следствие, зачастую в таких образованиях упор делается на унификацию и гармонизацию внутреннего законодательства в противовес процессам глобализации. На другой стороне стоит современный или открытый регионализм, основная цель которого является создание зоны унифицированного и гармонизированного применения права, не противоречащего международным правовым стандартам. «Совмещение между всплеском региональных торговых соглашений и мировой торговой системой, воплощенной в ВТО» явно свидетельствует в пользу развития открытого регионализма.13

Валентин Зарнт справедливо указывает на тот факт, что региональные интеграционные соглашения находятся не в противоречии с универсальными соглашениями и организациями, воплощенными в ВТО, что «…позволяет им лучше соответствовать» универсальным соглашениям.14

В этой связи справедливо обратиться к мнению Терезы Карпентер, которая рассматривает понятие регионализм не в политологическом или экономическом ключе, а с точки зрения права. Её определение регионализма во многом схоже с рабочим определением данного термина, что используется в рамках ВТО.15 Иначе говоря, регионализм есть определенный вид торговых соглашений, который охватывает двух или более, но не всех членов ВТО. Приводя в пример региональные соглашения, которые она понимает в качестве антитезы к глобальным соглашениям, ею упоминается двусторонний и многосторонний договор в рамках определенного географического региона,

12 Hurrel, Andrew «Explaining the resurgence of regionalism in world politics» //Review of International Studies (1995), 21 p.331.

13 Bergstein F., «Open Regionalism» (1997) // The World Economy Vol. 20 No. 5 p. 545 - 565

14 Zahrnt V. How Regionalization can be a Pillar of a More Effective World Trade Organization // Journal of World Trade. 2005. Т. 39. № 4. p. 671–699.

15 Theresa Carpenter “A historical perspective of regionalism” in Richard Baldwin and Patrick Low (eds.) ,"Multilateralizing Regionalism",Cambridge University Press, p.13.

21

а также договор между субъектами международного права, находящимися в различных частях земного шара. Такой подход имеет тот недостаток, что интерпретирует региональное соглашение только в рамках процессов, связанных с ВТО.

Наличие противоположных точек зрения на соотношение региональных интеграционных соглашений и правовых установлений со стороны ВТО закономерно, т.к. именно соотношение этих двух явлений в правовой плоскости является наиболее интересной проблемой для современного международного права, воспринимаемой рядом авторов даже в качестве «самого фундаментального структурного изменения в международной экономической системе».16 Создание и расширение региональных соглашений отражается в системе права ВТО, а именно в Статье XXIV ГАТТ и статье V Генерального соглашения по торговле услугами (ГАТС), которые постулируют необходимость контроля со стороны ВТО за развитием региональных торговых соглашений в духе свободной торговли. Положения ВТО о региональных торговых соглашениях де-факто являются правовым стандартом для них, как создающихся, так и существующих.17 Главной проблемой в соотношении ВТО и региональных соглашений в сфере торговли является то, что региональные торговые соглашения есть косвенное нарушение одного из базовых принципов ВТО – режима наиболее благоприятствуемой нации.

Основная же идея ВТО и региональных соглашений зачастую одинакова – снижение транзакционных издержек субъектов торговых отношений на международном уровне.

Хотя право ВТО позволяет членам создавать и расширять региональные торговые соглашения в случае их соответствия определенным критериям, но уже в рамках Министерской Декларации в Дохе 2001 года было принято

16 Hirsh, Moshe “The Socilogy of International Economic Law: Sociological Analysis of the Regulation of Regional Agreements in the World Trading System”/ European Journal of International Law (2008)Vol.19 no.2 p.278.

17 Ibid. p. 282.

22

решение начать переговорный процесс, чтобы изменить и усовершенствовать существующие правовые нормы, касающиеся данной сферы.18

Сам же феномен «регионализации» в международном праве приобретает все большее значение как концептуальное явление и как глобальный тренд после Второй мировой войны, выступая также и в качестве объекта междисциплинарного исследования со стороны гуманитарных наук.19 Если рассматривать данный феномен с правовой точки зрения, то регионализм есть результат взаимодействия национального и международного права. Региональное сотрудничество развивается под воздействием множества различных факторов социального плана, из которых самым значимым становится экономическое взаимодействие.

Отражение все возрастающей роли региональных организаций в актах международного характера осуществлялось с начала 20 в. К примеру, в ст.21 Устава Лиги Наций говорится о том, что «Международные обязательства, такие, как договоры о третейском разбирательстве, и ограниченные пределами известных районов соглашения, а также доктрина Монро, которые обеспечивают сохранение мира, не рассматриваются как несовместимые с каким-либо из постановлений настоящего Статута». Формулировка данной статьи, а именно упоминание доктрины Монро, вполне иллюстрирует пример закрытого регионализма. В дальнейшем роль региональных объединений закрепляется во многих значимых документах. Устав ООН обращает повышенное внимание на этот феномен, в связи с чем и Глава VIII оказывается уже целиком посвящена взаимодействию ООН с объединениями, основанными на региональных соглашениях.

18 п. 29 Draft Ministerial Declaration WT/MIN(01)/DEC/W/1 14 November 2001 / [Электронный ресурс] // Режим доступа: https://docs.wto.org/dol2fe/Pages/FE_Search/DDFDocuments/35772/Q/WT/Min01/DECW1.pdf Дата обращения 09.06.2013.

19 Arianne Kusler and Martin Zimmek (eds). «Elements of Regional Integration. A Multidimensional Approach» // European Journal of International Law № 20 (2009) p.925 – 928.

23

Ряд зарубежных авторов сходятся во мнении, что регион – однородное пространство с физическими и культурными характеристиками, отличающимися от таковых соседних пространств.20 Ключевым элементом является определенная социальная гомогенность. Гомогенность в сфере экономики невозможна без таковой в правовой сфере, т.к. социальные издержки от неунифицированного и негармонизированного права в рамках конкретного региона зачастую превышают выгоды от неучастия государства в интеграционных образованиях.

Посредством построения определенной правовой системы мы позволяем снизить транзакционные издержки между субъектами права. Общая система правовых установлений для конкретного региона позволяет снизить транзакционные издержки для субъекта, осуществляющего свою деятельность на данной территории. Сводя к минимуму вмешательство двух субъектов в отношения между ними же самими, т.е. сводя к минимуму давление на их взаимоотношения по поводу применимого права, вводя ясные и четкие правила функционирования на основе «наднационального права», региональное интеграционное образование снижает транзакционные издержки взаимодействия как государств-членов, так и иных субъектов. В конечном итоге все это обеспечивает эффективное функционирование по Парето для участников общественных отношений. В современных условиях, когда обладатель прав зачастую становится ограничен в их использовании существующими национальными правовыми режимами, установленными в разных странах, можно прийти к выводу, что без установления наднациональных институтов невозможно достичь реализации своих прав в международной сфере. Как справедливо заметил Нобелевский лауреат Р.Коуз в своем эпохальном труде «Проблема Социальных издержек» - стремление исключить издержки при функционировании институтов - является самым

20 Sehgal S. The Evolution of NAFTA An Experience in Regionalism //India Quarterly: A Journal of International Affairs. – 2010. – Т. 66. – №. 3. – p. 303-305.

24

лучшим способам нормального функционирования права .21 Во многих своих работах Р.Коуз понимал создание фирмы как ответ на дороговизну рыночной координации.22 Обращаясь к труду Роналда Коуза, мы ясно можем видеть, что он, указывая на экономические методы, говорил о них как о методах, «…представляющих собой по большей части определенный подход к изучению факторов, от которых зависит выбор, совершенно ясно, что они могут быть использованы для анализа выбора в других областях, в том числе в юриспруденции…».23 Использование данной теории затрудняет лишь восприятие фирмы не как социального образования, мыслимого в качестве конкретной организации, а более узко, подразумевая лишь как коммерческую фирму.24 В современном международном праве вопросы взаимодействия международных универсальных организаций и региональных организаций, а также влияние международных организаций на объекты права с позиций неоинституциональной теории активно изучаются в рамках Гарвардской школы права, в частности Джоэлом П.Трахтманом.25

С нашей точки зрения, справедливым было бы применить «новую институциональную теорию» и «коузианскую теорию транзакционных издержек» к правовой сфере. При взятии за основной критерий для оценки издержек возможно прибегнуть к такому универсальному параметру, как время, затрачиваемое субъектом общественной деятельности при использовании разных правовых систем. Ведь именно издержки при обращении к механизмам правовой охраны промышленной собственности позволяют говорить о повышенной ответственности субъектов права. В

21 Coase, Ronald. The Problem of Social Cost // Journal of Law and Economics, Vol. 3, №1 p. 1-44.

22 Medema S.G. A case of mistaken identity: George Stigler, “The Problem of Social Cost,” and the Coase theorem // European Journal of Law and Economics. 2010. Т. 31. № 1. p.24.

23 Коуз Р. Фирма, рынок и право / Пер. с англ. М.: Новоеиздательство, 2007. — 224 с.

24 Trachtman J. P. Theory of the Firm and the Theory of the International Economic Organization: Toward Comparative Institutional Analysis, The //Nw. J. Int'l L. & Bus. – 1996. – Т. 17. – p. 470-471.

25 Trachtman J. P. The Future of International Law: Global Government. – Cambridge University Press, 2013.

25

конечном счете роль правовой системы заключается в том, чтобы снизить негативные эффекты повышенных транзакционных издержек. Эббот и Снидал справедливо указали на явление «децентрализованного сотрудничества» государств в ходе создания межгосударственных соглашений, основанных на стандартной теории игр, таким образом создав собственную «теорию децентрализованного сотрудничества», хорошо объяснявшую создание таких региональных интеграционных образований без строгого «институционального содержания», как НАФТА.26 В то же время, руководствуясь данной теорией, мы не можем интерпретировать создание регионального интеграционного образования с наднациональными институтами.27

В зарубежной правовой науке справедливо указывается на такую проблему, как «диспропорции правовых систем», что обозначает различие правовых систем как «правовую дистанцию» между ними.28 Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что «дистанция» между двумя различными странами налагает определенные «транзакционные издержки» для субъектов экономических отношений.29 Посредством унификации или гармонизации права достигается определенная степень кооперации в сфере права. В противовес унификации и гармонизации как добровольной кооперации между странами существует односторонняя «трансплантация права».30 Все три феномена, а именно унификация, гармонизация и трансплантация (механической имплементации), позволяют устранить «инстуциональные и юридические» издержки, которые, как считает Дэни Родрик, возникают на сегодняшний момент не столько в силу национальных правовых

26 Abbott K.W., Snidal D. Why States Act through Formal International Organizations // Journal of Conflict Resolution. 1998. Т. 42. № 1. p. 3–32.

27 Keohane R. O. International institutions: two approaches. – VS Verlag für Sozialwissenschaften, 1989. – p. 285-305.

28 Carbonara E., Parisi F. The paradox of legal harmonization // Public Choice. 2007. Т. 132. № 3-4. p.372.

29 Ibid. p.372.

30 Zhu J. Legal Transplantation in the Judicature: Employing Foreign Laws in China’s Judicial Practice // Frontiers of Law in China. 2006. Т. 1. № 1. p. 112–120.

26

установлений, ограничивающих торговлю напрямую, а косвенно, т.к. таким образом увеличиваются транзакционные издержки.31

В то же время существует противоположная позиция Рибстейна и Кобояши, выражающаяся в том, что высокий уровень унифицированности права имеет негативные эффекты для субъектов права. 32 Рассматривая в качестве примера влияние Национальной конференции уполномоченных по унификации государственных законов (с 2007 г. Комиссия Унифицированного Законодательства)33, Кобояши и Рибстейн эмпирически обосновали негативные эффекты, возникающие из невозможности совершения lex shopping.34 Справедливо было бы заметить, что это объясняет позицию, так верно подмеченную Ю.М.Юмашевым, по поводу создания наднациональной организации со стороны США.35 Хотя в краткосрочной перспективе унификация и гармонизация права может вызвать определенные затраты на их осуществление, но, в отличие от транплантации права, в силу того, что и унификация и гармонизации основываются на совместной деятельности ряда государств по адаптации правовых установлений, выгода от таких действий оказывает благотворный эффект на всех участников. В то же время следует согласиться с Хансеном и Йосифоном в том, что зачастую экономические методы в изучении права не являются абсолютно точными.36 К тому же следует заметить, что на примере ЕС позволительно говорить о негативном влиянии lex shopping на правовую систему ЕС, т.к. образуется своеобразное

31 Rodrik D. Globalization and growth — looking in the wrong places // Journal of Policy Modeling. 2004. Т. 26. № 4. p. 513-514.

32 Ribstein L., Kobayshi B. Economic Analysis of Uniform State Laws, An // The Journal of Legal Studies 1996. Т. 25. № 1. p. 187.

33 Frisch D. Commercial Law’s Complexity // Geo. Mason L. Rev. 2010. Т. 1. № 2006. p.246.

34 Ribstein L., Kobayshi B. Economic Analysis of Uniform State Laws, An // J. Legal Stud. 1996. Т. 25. № 1. p. 187.

35 Юмашев Ю. М. «Региональная интеграция и международные отношения// Московский журнал международного права, № 3, М., 2006г. С.87.

36 Hanson J., Yosifon D. The situation: An introduction to the situational character, critical realism, power economics, and deep capture // University of Pennsylvania Law Review. 2003. № 06. p. 129 – 346.

27

«лоскутное одеяло» процессуальных режимов, способное вызвать злоупотребления правом.

Существуют различные подходы к определению региональной интеграции. К примеру, Эндрю Хуррел перечисляет пять качественных характеристик интеграции: а) регионализация; б) региональное сознание и идентичность; в) региональное межгосударственное взаимодействие; г) санкционированная государством региональная интеграция; д) региональное единство.37

Существует и множество теорий международных отношений наиболее известные из которых: неореализм (Kenneth Waltz), неолиберализм (Robert Keohane and Joseph Nye), конструктивизм (Alexander Wendt), неоидеализм (Bruce Russet). Но они не полностью раскрывают феномен региональной интеграции. Среди всех наиболее известных теорий своим комплексным подходом выделяются федерализм (Michael Burgess), функционализм (David Mitrany), неофункционализм (Ernst Haas), функциональный интеракционализм (Karl Deutch), либеральный (intergovernmentalism (Andrew Moravcsik)) и наднациональный институционализм (Wayne Sandholtz и Alec Stone Sweet).38 Основной пробел заключается в недостаточном внимании к правовым вопросам региональной интеграции. Через раскрытие частных вопросов отдельного института частной собственности мы можем увидеть процесс гармонизации и унификации права отдельной отрасли права, а через раскрытие правового режима интеграционного образования объект изучения предстает для нас в целом как система.

Автор считает целесообразным отталкиваться в своем исследовании от отдельных правовых институтов, раскрывая функционирование правового

37 Hurrell A. “Regionalism in Theoretical Perspective” /Fawcett L., Hurrell A. “Regionalism in the World Politics: Regional Organization and International Order” (Oxford, Oxford University Press, 1995).

38 Franca Filho M. T., Lixinski L., Olmos Giupponi M. B. The Law of MERCOSUR. – Hart, 2010. p.9.

28

положения интеллектуальной собственности как частного объекта через рассмотрение региональных интеграционных образований.

Говоря в ходе исследования о региональном интеграционном образовании, мы подразумеваем правовую систему, обладающую определенной территорией, состоящей из суверенных государств-членов. Любое государственное образование как система функционирует в силу определенных правил. Данные правила устанавливаются законодателем в форме права.

Интеграция - это объединение двух или более единиц или же частей их функций. Данный термин является не техническим, описательным, а, в большей степени, связанным с политической стороной вопроса, с концепцией, которая раскрывает процесс интеграции и в то же время частные условия или степень интегрированности. Сама интеграция может воплощаться в разных формах и может применяться в отношении различных субъектов.39 Как справедливо подмечает Кембаев, понятие «интеграция» относится к унификации некоторого числа независимых единиц в большее целое».40 Таким образом, Кембаев выводит понятие региональная интеграция, которая, по его мнению, представляет собой «процесс, описывающий степень всеобщности, существующей в рамках особой региональной системы». Схожим определением пользуется и Кашкин с Четвериковым говоря об интеграции как о «динамичном движении к единству, объединение разрозненных элементов в новую, более крупную и совершенную целостную систему».41 Степень интеграции как качественная характеристика выражается у него в виде

39 Hay P. «Federalism and Supranational organizations: Patterns for New Legal Structures» / Urbana, London : University of Illinois press 1966 p.1.

40 Kembayev Z. “Integration Processes in South America and in the Post-Soviet Area: A Comparative Analysis” // Southwestern University School of Law Southwestern Journal of Law and Trade in the Americas 2005 vol.12 p.26.

41 Кашкин С. Ю. Основы интеграционного права: учебное пособие/С.Ю. Кашкин, А.О. Четверикова –Москва: Проспект, 2014. С.16

29

«готовности и взятии на себя обязательств независимыми государствами по делегированию своего суверенитета». 42

Юридическим основанием для региональной интеграции служит региональные интеграционные соглашения, которые превращают ассоциацию экономик в целостную систему.

Как справедливо замечают Ричард Болдуин и Патрик Лоу, последние два десятилетия породили всплеск интереса к региональным соглашениям, чье общее количество в целом составляет 350.43 Некоторые из региональных соглашений образуют настолько глубокие связи между государствами членами, что порождают стойкое интеграционное взаимодействие, а другие являются весьма поверхностными и не оказывают никакого интеграционного влияния.44

Справедливо выделяются простые и сложные формы интеграции, где первые, в отличие от вторых, не требуют создания институтов взаимодействия между государствами-членами. В основном такие простые формы интеграции воплощаются в виде преференциальных торговых соглашений и свободных торговых зон. Преференциальные торговые соглашения представляют собой наиболее простую по воплощению форму интеграции, за которой следует более продвинутая форма – соглашение о свободной торговле. Демаркационную линию между преференциальным торговым соглашением и соглашением о свободной торговле можно провести по объему правовых обязательств, взятых на себя со стороны государств-участников соглашения. Интеграция как в Европе, так и в других регионах мира не ограничивается преобразованием межгосударственной кооперации в институциональную сферу. Прежде всего, это процесс, охватывающий все общество. Создание общего рынка является тем трамплином, с которого начинается образование определенных условий для дальнейшего

42 Kembayev Ibid. p.26.

43 Baldwin R., Low P.,"Multilateralizing Regionalism",Cambridge University Press,2009 p.1

44 Ibid. p.1.

30

распространения идей общности в рамках региона, в частности региональной политики определенных партий, объединяющих интересы нескольких государств или общностей, интересов различных субъектов в рамках различных государств, к примеру транснациональных компаний в сфере бизнеса или Евро-Средиземноморское партнёрство в рамках Европы, и т.п.45 Интеграция же сама по себе не возможна без определенной качественной характеристики системы, а именно наднациональности как состояния системы, позволяющей воздействовать на отдельных членов объединения с помощью властных методов или же межгосударственного взаимодействия для выработки единых методов функционирования.

Обращаясь к истории развития наднациональности, можно сказать, что наднациональные организации как таковые не является продуктом ХХ века. Немецкий Германский таможенный союз и Дунайская комиссия являются наднациональными организациями, чья история уходит в Х1Х век,46 хотя эти организации и функционировали в большей степени на техническом уровне и со стороны участников интеграционного объединения не было попыток использовать надгосударственность в экономической сфере в качестве средства для последующего достижения политического единства. Поэтому формулировка «наднациональная организация» применительно к этим двум образованиям возможно лишь в качестве технического критерия. Более того, как справедливо замечал по поводу унификации правовой охраны объектов «промышленной собственности» Пиленко, сама «…унификационная тенденция пришла…из Германского таможенного союза».47 Ведь справедливо, что стремление к единому правовому регламентированию в региональных интеграционных образованиях является conditio sine qua non.48

45 Hay P. “Federalism and Supranational organizations: Patterns for New Legal Structures” / Urbana, Ill., London : University of Illinois press 1966 p.3.

46 Ibid. p.4

47 Пиленко А.А. Право изобретателя. — 2-е изд., испр. и доп.. — М.: Статут, 2005 С.193.

48 Там же.

31

Создание наднациональных организаций позволило бы защитить обладателей патентов на территории не только одной, а уже нескольких стран, снизить издержки на получение патентной формы охраны, установить единые правила функционирования оборота интеллектуальной собственности в масштабе региона.

Современная история мировой торговой системы говорит о том, что торговые установления оформляются в рамках двусторонних, многосторонних и региональных соглашений. В конце ХIХ - начале ХХ вв. преобладали двусторонние договоры. Торговые соглашения заключались чаще всего в рамках двухсторонних договоров. В 60 -70 годы Х1Х в. Англия чаще всего инициировала данные соглашения, зачастую понуждая своих торговых партнеров принимать соглашения о взаимном понижении пошлин, а уже начиная с 30-ых годов ХХ в. первенство принадлежало США, которые заключали большинство двухсторонних договоров на условиях взаимности.49

Переломным пунктом явилось создание ООН, когда многосторонний и региональный подход к заключению договоров стал доминирующим. Начиная с 40-ых годов XX века многосторонний подход стал использоваться все чаще.50 На передний план он выходит в связи с присоединением все большего количества стран к ГАТТ и к его преемнику - ВТО. Региональный подход проявляется по мере того, как в Европе, Северной и Южной Америке, а также в других частях мира стали образовываться торговые союзы. Данный процесс меньше всего выражен в Азиатском регионе, за исключением АСЕАН и АТЭС, но и там региональные организации находятся на начальном этапе своего функционирования.

Зачастую создание наднациональных организаций с эффективно функционирующим наднациональным правом можно воспринимать как организацию, созданную во избежание конфликта правовых систем при

49 S. Lester, B. Mercurio Bilateral and Regional Trade Agreements: commentary and fnalysis / Cambridge University Press 2009 p.3.

50 Sheveta Sehgal «The Evolution of NAFTA An Experience in Regionalism» p.304.

32

взаимодействии государств друг с другом. Данный тезис основывается на утверждении ряда авторов о существовании противоречий между принимающими решение и теми, на кого данное решение воздействует. Указанное противоречие было раскрыто Николасом Луманом (Nicolas Luhmann) с помощью его социологической теории рисков. Согласно Луману, данная проблема появляется, т.к. принятие решения по рискам всегда объясняется тем фактом, что потенциальный негативный результат не основывается на простом индивидуальном решении так же, как и потенциальная выгода не служит целям конкретного субъекта.51 Иначе говоря, конфликт законов можно воспринимать как своеобразный «демократический приказ».

Государства не могут гарантировать включение всех субъектов, которые являются связанными интеграционными связями с этим государством, в процесс принятия решений. Поэтому Николас Луман выводит понятие «самоузаконения»52 (self-legislation), которое постулирует, что те, к кому применяется право, в то же время являются его авторами, т.е. не требуется «включения иных субъектов в процесс правотворчества». Данное предположение позволяет интерпретировать создание региональных правовых систем как ответ на давление со стороны международных правовых механизмов. Создание региональной правовой системы позволяет сформировать непрямое внутрирегиональное правовое поле «самоузаконения». Считается, что «давление» со стороны международных правовых механизмов осуществляется только в отношении развивающихся стран.53 По нашему мнению, создание региональных интеграционных образований позволяет создать внутрирегиональную систему права, которая

51 Nickel R. (ed) “Conflict of laws and Laws of Conflict in Europe and Beyond – Patterns of Supranational and Transnational Jurisdiction” p.390.

52 O'Shea T. A «Law of One's Own: Self‐Legislation and Radical Kantian Constructivism» //European Journal of Philosophy. – 2013.

53 C.Deere, Implementation Game : The TRIPS Agreement and the Global Politics of Intellectual Property Reform in Developing Countries / Oxford University Press, Oxford 2008 p. 196.

33

бы позволяла разрабатывать удобные для стран участников механизмы, в т.ч. призванные имплементировать положения международного права.

В то же время, по мере усложнения внутренней структуры регионального интеграционного образования, в их границах обнаруживаются новые уровни субрегионального интеграционного сотрудничества. Во многом образование такого субрегионального уровня обусловлено социокультурной близостью и равным экономическим потенциалом государств-членов регионального интеграционного образования. Критерием для разграничения регионального интеграционного образования субрегионального уровня, с нашей точки зрения, является кооперативный переход части стран, составляющих региональное интеграционное образования, в иной правовой режим. Данный режим способен функционировать только в рамках регионального интеграционного образования, но в правовом качественно отличает определенную территорию, состоящую из ряда стран данного объединения. Именно это качество - особый правовой режим - позволяет говорить о наличии субрегионального уровня правового регулирования в региональном интеграционном образовании.

34

<< | >>
Источник: ГАЛИАКБЕРОВ АДЕЛЬ СИРЕНЬЕВИЧ. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВАЯ ОХРАНА ИЗОБРЕТЕНИЙ, ПОЛЕЗНЫХ МОДЕЛЕЙ И ПРОМЫШЛЕННЫХ ОБРАЗЦОВ НА РЕГИОНАЛЬНОМ УРОВНЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Казань - 2014. 2014

Скачать оригинал источника

Еще по теме I.1. Понятие и виды региональных интеграционных образований:

  1. Регулирование международной торговли услугами в рамках региональных интеграционных объединений и организаций (на примере Европейского Союза (ЕС), Североамериканской ассоциации свободной торговли (НАФТА), Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР)
  2. 3.2. Участие России в международно-правовом регулировании торговли услугами в рамках региональных интеграционных объединений и в рамках сотрудничества с региональными интеграционными объединениями
  3. Глава I. Международное гуманитарное право, применяемое в период вооруженных конфликтов, о понятии и видах законных участников вооруженных конфликтов
  4. § 1. Понятие и виды экологической политики
  5. 1.1. Понятие и виды налоговых споров, рассматриваемых в Российской Федерации
  6. Оглавление
  7. Глава I. Теоретико-методологические основы региональных интеграционных образований в контексте международного права.
  8. I.1. Понятие и виды региональных интеграционных образований
  9. I.2. Роль региональных интеграционных образований в системе международного права
  10. I. 3. Правовые основы деятельности региональных интеграционных образований и их компетенция в сфере правовой охраны изобретений, полезных моделей и промышленных образцов.
  11. Глава II. Правовая охрана изобретений, полезных моделей и промышленных образцов в рамках международных организаций универсального и регионального характера и её влияние на право региональных интеграционных образований
  12. II.3. Региональные организации и их влияние на право региональных интеграционных организаций (на примере ЕПО и ЕС)
  13. III. 1. Изобретения, полезные модели и промышленные образцы как объекты правовой охраны в региональных интеграционных объединениях, стремящихся к установлению наднациональности
  14. III. 2. Изобретения, полезные модели и промышленные образцы как объекты правовой охраны в региональных интеграционных организациях классического типа
  15. ГЛАВА 1. Понятие и виды ответственности за нарушение таможенного законодательства.
  16. ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И ВИДЫ НЕЗАКОННОГО ОБОРОТА НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ ИЛИ ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ И ЕГО ОБЩЕСТВЕННАЯ ОПАСНОСТЬ
  17. § 1. Понятие и виды поселений в Российской Федерации