<<
>>

Механизм международно-правового регулирования международной торговли услугами

Изучение механизма международного правового регулирования определяется потребностью познания сущности действия права как социального регулятора и позволяет оценить его нормативный потенциал. Становление регулирования правовыми средствами общественных отношений на внутригосударственном уровне, а впоследствии и на межгосударственном уровне взаимодействия было вызвано развитием государства и появлением потребности в особом виде нормативного регулирования. Исходя из этого, государство становится основным субъектом правотворчества, устанавливая юридические нормы и придавая им общеобязательную силу.

Оно, благодаря существующим у него правовым средствам, обеспечивает актуализацию механизма международноправового регулирования и посредством своего функционирования обеспечивает отражение правовых норм в реальном поведении субъектов международноправовых отношений.

В современном государстве правовое регулирование выступает важным условием формирования стабильного и устойчивого правового порядка в области международных правоотношений. При том в основе целей международного праворегулирования в этой области лежит формирование социально полезных результатов и, в первую очередь, обеспечение необходимых условий эффективного и безопасного взаимодействия его субъектов.

В теории государства и права правовое регулирование определяется в качестве целенаправленных воздействий на общественные отношения с использованием правовых средств[39], регламентацией общественных отношений на основе комплекса общеобязательных правил поведения и предписаний индивидуального значения, обеспеченных государственной охраной, защитой, а в необходимых случаях государственным принуждением[40]. В свою очередь, правовое регулирование международной торговли услугами органично входит в структуру торгового международного права в качестве подотросли экономического международного права.

Отечественная правовая доктрина содержит несколько подходов к определению сущности международного торгового права. Так, согласно позиции ЛА. Фитуни, международное торговое право занимает важное место в системе правового регулирования международных экономических отношений. Для него международное торговое право представляет собой право, которое регулирует «весь спектр экономического сотрудничества государств»[41]. Где предметом правового регулирования для него являлись практически все виды международных экономических отношений.

Представители цивилистского подхода в юриспруденции рассматривают международное торговое право в качестве отрасли системы национального права или частью международного частного права. Обоснованием является использование прилагательного «международное» которое, по их мнению, отражает присутствие «иностранного» элемента в правоотношениях. Например, по мнению Н.В. Ласкиной, международное торговое право выступает самостоятельной правовой отраслью, которое вместе с гражданским правом регулирует правоотношения в области гражданского и торгового оборота[42].

Суть другого подхода заключается в представлении международного торгового права комплексной отраслью, в которую входят нормы частного и публичного права. Придерживаясь этой позиции, В.И. Лисовский отмечал: «Международная торговля регулируется международным публичным правом и, учитывая возросшее значение, объем, усложнение и особое организационно - правовое урегулирование международных торговых отношений, можно говорить

0 становлении международного торгового права как отдельной отрасли международного экономического права»[43].

В определенный исторический период была предложена концепция, что международное торговое право является частью хозяйственного международного права. Общеизвестный российский ученый В.М. Корецкий обосновал доктрину международного хозяйственного права в качестве межотраслевой комплексной дисциплины, которая включает нормы, контролирующие международные частноправовые и публично-правовые отношения[44]. При том, главную роль в контролировании международных экономических правоотношений, по мнению В.М. Корецкого, играли принципы международного публичного права. Разделяя точку зрения В.М. Корецкого, М.М. Богуславский высказал идею об объединении в систему новой отрасли права - международного хозяйственного права - нормы публичного и частного права, которые имеют своим предметом контролирование международных экономических (включая торговых) правоотношений. Доктрина сложившейся в международном современном публичном праве новейшей отрасли - международного торгового права - была предложена известным российским юристом-международником Г.М. Вельяминовым. В своем труде «Правовое регулирование международной торговли» он рассуждал о становлении международного торгового права в качестве отрасли международного права и подмечал, что им контролируются межгосударственные правоотношения, когда гражданско-правовые отношения регулируются национальным правом, а также частным международным правом[45].

Видится, что неразумно отделять частно-публичную отрасль права. Хотя позиция о необходимости отделения межотраслевой комплексной дисциплины, которая регулирует вопросы международной торговли, полностью оправдана и в будущем может быть осуществлена на практике. Подобный подход присущ для западных современных юристов, которые отталкиваются от интересов субъектов торговых правоотношений, из их удобства в использовании норм торгового права. Поэтому можно согласиться с А.С. Дедусенко относительно того, что международное торговое право «представляет собой совокупность особых принципов и обладающих спецификой норм, регулирующих широкий комплекс международных торговых отношений между государствами, международными организациями и другими участниками, касающихся вопросов международной торговли материальными вещами, услугами и работами, имущественными правами, денежными средствами и ценными бумагами, исключительными правами на объекты охраны интеллектуальной собственности»[46].

В теории международного права для пояснения международного характера правоотношений применяется понятие «отношения, которые осложненные иностранным компонентом». При том, «иностранный компонент» в правоотношениях может быть 3 типов. Во-первых, он может быть «на стороне» субъектов правоотношений, когда подразумеваются взаимоотношения, в которых принимают участие лица различной национальной принадлежности (к примеру, те физические лица, которые имеют гражданство либо постоянное место жительство в различных странах, те юридические лица, которые зарегистрированы либо осуществляют основное место работы в различных странах). Во-вторых, «иностранный компонент» может определять объект правоотношений, то есть когда какое-нибудь благо, из-за которого появляются взаимоотношения (к примеру, имущество), располагается за границей. И, в- третьих, «иностранный компонент» может определять юридический факт (жизненное конкретное обстоятельство, событие или действие, с наступлением которого правовые нормы связывают появление, видоизменение либо прекращение правовых отношений).

Необходимо отметить, что правоведы в основание признака трансграничности анализируемых сделок относят критерий «place of business», который берет начало в Конвенции ООН о договорах международной купли- продажи товаров[47] 1980 года, и применяется к правоотношениям сторон, реализующих деятельность на территории различных стран.

Как отмечает В.А. Канашевский, этот критерий «определяет не субъект права, а место основной деятельности стороны, постоянное место реализации деловых операций»[48]. Этот подход отражается и в концепции, и в судебной практике.

В соответствии с точкой зрения С.Н. Дубинкиной, международное правовое регулирование является «сложным, состоящим из нескольких стадий, процесс воздействия согласованной воли государств на общественные международные отношения при помощи механизма международно-правового регулирования, т.е. системы правовых средств, методов и способов регулирования международных общественных отношений»[49]. При том, международное правовое регулирование торговли услугами является, в сущности, предпосылкой появления урегулированных правоотношений в области торгового международного оборота разных услуг. Спецификой субъектного состава этих правоотношений считается участие стран и других субъектов экономических международных правоотношений, не обладающих государственным суверенитетом.

В научной и учебной литературе международное правовое регулирование торговли услугами расценивается в контексте международного права, и также международного частного права. Подобные позиции выражаются, отталкиваясь от подходов к анализированию предметов соответственных отраслей правовой науки. Помимо этого, в международном праве главное внимание уделяется не контролированию торговли услугами, а процессу правоотношений стран и международных различных организаций (в качестве субъектов международного права), их координирования в процедуре контроля торговли услугами на международном и национальном уровнях, формированию международных актов и исследования их правового статуса.

Требуется отметить, что международное правовое регулирование торговли услугами является установлением международными актами комплекса правовых стандартов, с помощью которых гарантируется упорядоченность торговых правоотношений в области оборота услуг, и их осуществление в определенных видах, процедурах и формах. К важным вопросам международного правового регулирования торговли услугами относится то, что оценивание качества услуги до ее осуществления, невозможна в массе случаев. Это указывает на необходимость увеличения правительством требований к производителю оказываемых услуг для защиты интересов потребителей. Поэтому, «более тесная по сравнению с товарами связь услуг с человеком также является препятствием для того, чтобы осуществить либерализацию торговли услугами в той же степени, как торговли товарами»[50].

Ключевой категорией международно-правового регулирования является метод правового регулирования, «которых учитывает специфику регулируемых отношений»[51]. Разработка методологии правового метода связана с именами С.С. Алексеева, О.С. Иоффе, М. Д. Шаргородского, Л. С. Явича. Так, под методом правового регулирования С. С. Алексеев понимает «совокупность приемов и средств юридического воздействия, направленных на регулирование правом общественных отношений»[52]. Элементами структуры метода он выделяет: «1) общее правовое положение субъектов, их правоспособность и дееспособность; взаимодействие между собой; 2) основания возникновения, изменения и прекращения правоотношений; 3) характер правовой защиты, то есть санкции юридической нормы»[53]. В рамках дискуссии были предложены иные основные варианты понимания метода правового регулирования. Так, М. Д. Шаргородским и О. С. Иоффе было предложено такое определение: «под методом правового регулирования следует понимать специфический способ, при помощи которого государство на основе совокупности юридических норм обеспечивает нужное ему поведение людей как участников правоотношений»[54].

Исследования права выделяют наличие двойственной природы

международных норм права, предметом контролирования которых считаются международные частно-правовые взаимоотношения, а также международноправовые нормы, которые регулируют публичные правоотношения. Г.М. Вельяминов указывает справедливо на то, что, «с одной позиции они сберегают все начальные характеристики норм международного права и к ним применяются общие принципы (нормы) данного права. С иной позиции, они, будучи реципированы в национальные правопорядки, функционируют как национальные нормы, но нормы «автономные», «связанные», иммунные (но невозможно заявить, что необратимо иммунных) от различных перемен национальными властями»[55].

Кроме того, в международном правовом регулировании зачастую участвуют те же способы, которые широко применяются и в национальном правовом регулировании. К подобным способам относятся, к примеру, диспозитивный, подразумевающий возможность избрания варианта поведения в рамках, которые установлены нормой права и допускающий вероятность отступления от нормы на основании соглашения, и также императивный, который не допускает отступлений от требований правового установления. И.В. Рукавишникова указывает, что деление методов на императивный и диспозитивный является определением общих направлений: «базовые методы способны трансформироваться в отраслевые, где каждый метод обнаруживает свой специфический набор приемов и способов регулирования»[56].

Отталкиваясь от этого, способом международного правового регулирования международно-общественных взаимоотношений можно признать «соглашение между независимыми субъектами этих отношений по поводу установления правил их взаимного поведения и придания таким правилам юридически обязательного характера, т.е. правил, выражающих их взаимно согласованную и тем самым общую волю»[57]. Заключая подобного рода соглашения, их стороны преследуют исключительно собственные интересы, цели и потребности. Соответственно, как результат достигнутого компромисса подобные соглашения не всегда адекватны реальным объективным потребностям соответствующего международно-правового регулирования. И как следствие, находят применение в международной торговле услугами, во-первых, метод двустороннего регулирования и, во-вторых, метод многостороннего регулирования.

Для реализации правового регулирования общественных взаимоотношений, кроме правовых норм, которые приняты в определенном порядке, требуются инструменты, позволяющие осуществлять предписания данных норм права. Поэтому термин «механизм правового регулирования» базируется на термине «правовое регулирование» и призвано отобразить осуществление правовых требований в жизни общества. В большинстве случаев исследователи отталкиваются от установления механизма регулирования права, высказанного С.С. Алексеевым, который представляет его как совокупность правовых средств, при помощи которых осуществляется юридическое воздействие на общественные правоотношения[58].

Этому определению в концепции российского права дается методологическое значение. С.С. Алексеев, замечает, что «оно в пределах правоведения выражается в методологической категории, которая конкретизировано выражает требования материалистической диалектики в отношении к проявлениям юридической действительности»[59]. Давая оценку значению категории «механизма правового регулирования» в комплексе правовых категорий, А.М. Васильев замечал важность ее разработки для развития теории права, поскольку в процессе правового регулирования она отражает общее, выявляет взаимосвязи между компонентами механизма, в отсутствии которых данные компоненты существовать не могут, и также место в системе любого из них. Он отмечал: «Категория отметила определенные связи и перемещение, которые существуют в правовой форме»[60].

Общая теория права в структуре механизма правового регулирования выделяет следующие его элементы: правоотношения, нормы права, акты осуществления субъективных обязанностей и прав, акты использования права. Как отмечает С.С. Алексеев, определение механизма правового регулирования, во-первых, дает возможность собрать явления правовой действительности и изобразить их как целое, отразить их в динамическом, «работающем» виде, который позволяет определить эффективность юридического регулирования общественных правоотношений, и, во-вторых, описать функции, исполняемые некоторыми правовыми явлениями в системе права[61].

Можно отметить 2 ключевых уровня юридического регулирования международной торговли услугами - внутригосударственный и международный. Хотя, на разных уровнях имеются акты с различным территориальным охватом (или кругом участников). На международном уровне имеются акты универсального (глобального) или регионального масштаба, и также двусторонние и многосторонние акты, которые заключаются между странами. Отталкиваясь от этого, механизм осуществления международных норм права заключается в национально-правовых и международно-правовых элементов. Данная структура международного правового регулирования подтверждает комплексное регулирование международных правоотношений в области торговли услугами.

Национальный правовой механизм имеет важное место в осуществлении международных норм права в области торговли услугами. Как особо подчеркивает С.Н. Дубинкина, «реализация осуществляется не только благодаря совокупности уже существующих норм национального права, но также путем создания норм права специально в целях выполнения государством взятых на себя обязательств в соответствии с тем или иным международным соглашением»[62]. При этом надо указать на то, что область международной торговли услугами в национальном законодательстве обладает наиболее серьезной правовой защитой, нежели торговля товарами. По данному поводу И.И. Лукашук замечает «Г лавная роль национального права для международного регулирования права заключается в том, что оно является необходимым и главным способом осуществления международных правовых норм в области действия суверенитета государства»[63].

Поэтому проблема разрешения коллизий национальных правовых систем, имущественных прав, заключения договоров, исполнения обязательств, разрешения споров при правовом регулировании товарооборота обретает особенную актуальность: «В связи с этим все большее число аспектов торговоэкономической деятельности переходит от регулирования исключительно национальным правом к регулированию с участием (и даже главным образом на основе) международного права»[64]. При этом, отмечает В.М. Шумилов, «правительство может внести в национальный правовой режим политику открытой экономики и протекционизма, может учесть некоторые преференции и льготы в режиме импорта для определенной группы стран»[65].

До середины ХХ в. господствующей формой международного правового регулирования торгового экономического взаимного сотрудничества были двухсторонние договоры, а после завершения Второй мировой войны с созданием ООН совершается зарождение разносторонних форм контролирования международно-экономического сотрудничества, в том числе международное инвестиционное взаимное сотрудничество. Активировали собственную работу международные экономические службы. Государства начали работу по координации деятельности в сфере в общем и в инвестиционной сфере в частности, на мировом уровне («большая восьмерка», ОЭСР), и также на региональном. Больших успехов достигли на пути национальной интеграции европейские государства в рамках ЕС.

К специфике юридического регулирования области международной торговли услуг причисляется возможность контролирования одним международным договором области публично-правовых, и также

частноправовых взаимоотношений. При том, с помощью унификации, правоотношения в данной области контролируется не региональным законодательством, а международно-правовыми нормативными актами, инкорпорированными в системы права стран-членов

соответственных международных соглашений. В этом случае процедура инкорпорации может доказывать стремление к формированию системы международного правового контролирования торговли услугами и преобладании правовых национальных систем в имеющемся механизме международного правового регулирования.

Что относится разностороннего международного регулирования права, в котором обязанности и права у субъектов могут появляться в разное время, то периоды создания нормы и появления правовых отношений не всегда совпадают. Потому для разностороннего международного регулирования права будут присущи такие начальные стадии: правотворчество, появление на основании правовых фактов (международное правонарушение, присоединение к договору и др.) международных правовых отношений.

Анализируя эффективность международного правового регулирования торговли услугами, именно имплементация международных норм права во внутренние права страны дает возможность достичь ее с помощью международной унификации, что содействует достижению единства в правовом национальном регулировании. В теории права унификация обеспечивает «создание при помощи международных договоров единых норм, подлежащих инкорпорации в систему применяемых государством правовых предписаний и обеспечивающих преодоление различий в регулировании определенного рода отношений»[66]. В свою очередь, для Г.М.Вельяминова правовая унификация представляет собой процесс согласования, а также облигаторного внедрение в 2 и больше странах одинаковых норм права[67].

Спецификой юридического регулирования области международной торговли услугами считается использование «косвенной унификации»[68], которая отражает не саму норму в международном договоре, которая подлежит использованию, а говорит о конкретных обязательствах государства регулировать конкретные правоотношения определенным образом. С.В. Бахин в этой связи выделяет следующее: «совершенно очевидно, что в будущем основной нормативный массив предписаний, направленных на регулирование частноправовых отношений, будет постепенно все больше перемещаться из внутригосударственного права в международное»[69].

Практика международного правового регулирования торговли услугами образовала особый подход, суть которого заключается в институциональном верховенстве, присущем разным международным службам, которые начали возникать еще с конца XIX в. Динамика в развитии транспортных коммуникаций активизировало образование международных различных организаций, которые регламентируют транспортные услуги:

1) автомобильный - Международный союз автомобильного транспорта,

2) железнодорожный транспорт - Международный союз железных дорог,

3) воздушный транспорт - Международная организация гражданской авиации (ИКАО),

4) морской транспорт - Международная морская организация (ИМО).

Со своей стороны, Конференция ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) создала важные предпосылки становления и развитии правовых основ международного регулирования торговли услугами. В ее рамках «международные процедуры по оказанию услуг впервые стали расцениваться с позиции их воздействия в целом на международную торговлю»[70].

В рамках институционального подхода к международно-правовому регулированию торговли услугами были выделены ряд признаков наднациональной организации и некоторые черты, присущие, включая ВТО и которая «представляет собой специфический механизм, созданный путем согласования воль суверенных государств, для наиболее эффективного решения вопросов в целях реализации их общих и индивидуальных интересов в условиях процесса глобализации»[71]. Вследствие Марракешского соглашения, подписанному 15 апреля 1994 года, которое учредило Всемирную торговую организацию, не только образовалась новейшая институциональная форма, осуществившая выведение юридического регулирования услугами на следующий уровень, но также была получена обоснованность принципов, которая регулирует этот вид торговых правоотношений: режима большого благоприятствования; рыночной конкуренции; дифференцированного и специфического отношения к развивающимся государствам.

Интерес к созданию многосторонних соглашений по торговле услугами вырос в 1970-е гг. ХХ в. Услуги обсуждались на переговорах в пределах Токийского раунда ГАТТ (1973-1979 годы) как объект, подлежащий исследованию в будущем. В 1982 г. ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития) внесла вопрос о либерализации торговли услугами в собственную рабочую программу на 1980-е гг. в качестве одного из важных. На Министерской конференции ГАТТ в 1986 году было утверждено решение о совершении переговоров по торговле услугами с целью формирования международных правил и принципов торговли ими, в том числе разработку нормативных актов для некоторых секторов для расширения торговли в условиях плавной либерализации и помощи экономическому росту различных партнеров. В итоге, по результатам Уругвайского раунда переговоров ГАТТ (1986-1994 годы), было утверждено решение об образовании ВТО, в комплекс соглашений которой, помимо обновленного ГАТТ, причислялись Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (ТРИПС) и Генеральное соглашение по торговле услугами (ГАТС).

Вступившее в силу 1 января 1995 г. Генеральное взаимное соглашение по торговле услугами (GATS - General Agreement on Trade in Services) стало существенным шагом к унификации и либерализации права международной торговли услугами и формированию универсальной правовой основы торговли услугами с глобальных позиций. ГАТС и иные разносторонние соглашения, которые заключены в процессе «Уругвайского раунда» и в рамках ГАТТ вошли неотъемлемой и составляющей частью в пакет документов о создании ВТО.

Выработка правового механизма, который определяет правила и принципы правоотношений государств-участников ВТО в области международной торговли услугами, явилась важным достижением Уругвайского раунда. Данные договоренности были отражены в ГАТС (Генеральном соглашении по торговле услугами), которое как Приложение 1В вошло дополнительной частью в «Марракешское соглашение об основании Всемирной торговой организации». В трех блоках Г АТС содержатся основные права и обязательства: а) основной текст Генерального соглашения по торговле услугами (в нем выражены основные правовые нормы, которые касаются различных видов услуг; б) тексты Приложений (посвящены отдельным отраслевым видам услуг и раскрывающие возможности конкретных статей ГАТС по применению в отношении описанных видов услуг, и какие изъятия могут допускаться из Режима большого благоприятствования; в) Списки определенных обязательств государств-членов ВТО.

Благодаря этому в российской и зарубежной доктрине нашло широкое распространение в международном праве концепция «права ВТО», квалифицируемого частью системы международного торгового права. В зарубежной международной правовой науке получило распространение мнение, в соответствии с которым «право ВТО» представляет собой «самодостаточный режим», нормы которого лежат не входят в сферу правового регулирования международного права. Но доктрина «самодостаточности» «права ВТО», представляется не соответствующей реальности. Это обуславливается тем, что: во-первых, когда страны подписывают международный договор из «пакета ВТО», то общественные правоотношения, в которые они входят, являются предметом правового регулирования международного общего права; во-вторых, при подписании международного соглашения в пределах «права ВТО», страны могут отступить от некоторых положений международного общего права, кроме общепризнанных норм, и, так, они останутся в пределах системы международного общего права[72].

Таким образом, замена ГАТТ на ВТО и подписание ГАТС отразили не только осложнение и беспрецедентный рост объема международной торговли услугами, но и формирование нового международно-правового механизма, обеспечивающего легализацию этого сектора экономических отношений.

1.3

<< | >>
Источник: Железнов Родион Викторович. ПРИНЦИП ЛИБЕРАЛИЗАЦИИ МЕЖДУНАРОДНОЙ ТОРГОВЛИ УСЛУГАМИ В МЕЖДУНАРОДНОМ ТОРГОВОМ ПРАВЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Казань - 2017. 2017

Скачать оригинал источника

Еще по теме Механизм международно-правового регулирования международной торговли услугами:

  1. Глава 1. Механизм международно-правового регулирования международной торговли услугами
  2. Понятие международно-правового регулирования и механизма международно-правового регулирования
  3. Становление и развитие международно-правового регулирования международной торговли услугами
  4. Метод унификации в механизме международно­правового регулирования международной торговли услугами
  5. Регулирование международной торговли услугами на глобальном (универсальном) уровне
  6. 3.1. Участие России в международно-правовом регулировании международной торговли услугами на глобальном (универсальном уровне): проблемы и перспективы
  7. Участие России в международно-правовом регулировани торговли услугами в рамках Содружества Независимых Государств
  8. Участие России в международно-правовом регулировани международной торговли услугами в рамках Таможенного союза, Евразийского экономического сообщества, Организации региональной интеграции.
  9. Участие России в международно-правовом регулировании торговли услугами в рамках сотрудничества с Европейским Сообществом
  10. § 1.2.2. Основные направления и проблемы международно-правового сотрудничества государств в области охраны здоровья в современных условиях
  11. § 1. Специфика осуществления денежно-кредитной и валютной политики в Европейском союзе: правовая природа Европейского валютного союза
  12. Услуги как предмет международной торговли: понятие, сущность, специфика
  13. Механизм международно-правового регулирования международной торговли услугами
  14. Принцип либерализации как фактор трансформации механизма международно-правового регулирования международной торговли услугами
  15. Основные правовые тенденции либерализации международной торговли услугами в условиях глобализации рынка