<<
>>

§ 1. Концепция экологической безопасности и международное право

Главным инструментом урегулирования и упорядочения международных отношений является международная нормативная система. Основными подсистемами международной нормативной системы являются международно-правовые, политические и моральные нормы.

Современное международное право определяется юристами как “особая система прав, функционирующая в международной системе” как “государственно-волевое явление; система юридических норм, регулирующих определенные общественные отношения”, с указанием на ее обеспечение в необходимых случаях государственным принуждением 2. В отечественной литературе также существует мнение, что “международное право есть совокупность прежде всего общепризнанных норм” 3.

Действенность норм международного права, возможность правовою решения проблем, возникающих в отношениях между независимыми государствами, некоторые ученые рассматривают как имеющие чисто символическое значение для функционирования международных отношений.

Прообразом современного международного права явилась доктрина естественного права. Ее элементы можно найти у древнегреческих софистов и стоиков, в учении Аристотеля, в сочинениях средневековых теологов Фомы Аквинского и Августина, в трактатах канонистов эпохи Возрождения (Ф. Де

1 Курс международного права. Понятие, предмет и система международного правд - М.: Наука, 1989-Т. 1 - С. 9.

1 Тумкии Г. И. Право и сида в международной системе. - М.: Междунар. отношения, 1983 • С. 26.

1 Бл и щемко И. П. , Солнцева М. М. Мировая полити к в н международное право. - М.: Междунар

отношения, 1991 -С. 106.

Виттория и Ф. Суарес), в работах первых протестантских юристов (Г. Гроций), философов эпохи Просвещения.

Основатели современного международного права рассматривали естественное право и как средство, которое позволяет подчинить политическую жизнь неким сознательным правилам, и как источник права народов.

Однако несмотря на то, что некоторые положения концепции естественного права имеют значение для развития права, эта концепция подчас сводит многообразие правовых основ жизнедеятельности (в том числе и в сфере международных отношений) всех государств и народов к единым рациональным основам, вытекающим из самой природы или божественных предустановлений. В политической практике ситуация никогда не остается неизменной, возникают новые обстоятельства и, следуя логике естественного права, изменение ситуации влечет за собой необходимость изменения критериев моральной и правовой оценки[LXII] [LXIII].

Вместе с тем верным остается утверждение Г. Гроция, который полагал, что “без права нет справедливости, и только через право лежит путь к действительной выгоде государств в их взаимодействии друг с другом”2.

Современное международное право обладает некоторой противоречивостью. Так, наиболее динамичные из его основных положений, отражающие реальности все большей взаимозависимости мира и выходящие за рамки межгосударственных отношений, неминуемо сталкиваются с традиционным пониманием, основанном на понятиях суверенитета, неприкосновенности границ и независимости государств.

В основе взаимодействия норм международного права и политических и моральных норм, их диалектического единства лежат их общность:

- генетическая (общность социальных норм происхождения, обусловленность особым родом общественных отношений);

- функциональная (регулятивное значение);

- общность норм права и политических, моральных норм в плане их нормативно-ценностной природы. И правовые, и моральные нормы, и политические нормы представляют собой обязательные правила поведения. Они приобретают роль юридического, морального или политического долга и ответственности за его нарушение и отражают существующий уровень развития международной системы, человеческой цивилизации в целом1.

Вместе с тем, единство международных правовых, моральных и политических норм не означает их тождественности.

Правовые нормы могут иметь фиксированный характер, записанный в соответствующих документах. Международное право имеет институциональный характер: оно тесно связано с государственными институтами и межправительственными организациями. Система международного права охватывает такие элементы, как правовое сознание, правовые нормы, правовые отношения и правовые институты.

Политические, моральные и правовые нормы имеют отношение к системе ценностей, которая выработана той или иной социальной общностью и определяет выбор средств для обеспечения ее потребностей и интересов.

Для того чтобы эти средства были адекватны и гарантировали достижение поставленных целей, они должны быть согласованы с обязательными в системе международных отношений образцами или способами поведения, которые признаны как нормальные или допустимые.

Закрепление общепринятых образцов поведения имеет большое практическое значение: от степени согласованности с ними поведения какой- либо социальной общности зависит ее успех в системе международных отношений. Этим определяется предсказуемость действий участников международных отношений и динамическое равновесие самой международной системы.

По мнению немецкого философа В. Хесле, ценности современного западного общества, современная политика, находящаяся в плену у экономической парадигмы, приведет к экологической катастрофе, причем страны “третьего мира” будут находиться в самом плачевном положении. При господстве экономической парадигмы мышления прогрессивным считается тот, кто стремится повысить уровень потребления у возможно большего числа людей. С появлением экологической парадигмы подобное поведение при определенных условиях оказывается реакционным, потому что вредит здоровому состоянию окружающей среды[LXIV]. Экологический кризис заставит отказаться от прежней парадигмы. Подобной точки зрения придерживается и директор института Европейской экологической политики Эрнст Ульрих фон Вайцзеккер2.

Причину экологического кризиса В.

Хесле видит в несоответствии целевой и ценностной форм рациональности, которой определяется современная технологическая эпоха.

Важное значение имеет приспособление тех ценностей и знаний, которыми располагают политические элиты участников международных отношений, к требованиям экологической ситуации; в противном случае элита превращается в реакционный фактор.

Подобно тому, как в век экономики урегулирование межгосударственных экономических отношений считалось главной внешнеполитической задачей, точно так же в ближайшем будущем внешняя экологическая политика превратится в одно из основных направлений политической деятельности.

Обеспечение экологической безопасности, как региональной, так и международной, должно стать важной составной частью мировой политики. Выработка согласованной международной политики в области экологии отвечает взаимосвязи и взаимозависимости современного мира. Только совместное осуществление всемирной экологической политики может обеспечить экологическую безопасность, выживание и процветание человечества. Это одно из важнейших проявлений общечеловеческих ценностей и интересов.

Так как международные отношения носят преимущественно политический характер, то и их регулирование неизбежно обладает той же природой. Все виды норм, регулирующих отношения между государствами, в какой-то степени носят политический характер.

Таким образом, как было показано выше, в международном сообществе происходило постепенное осознание экологической проблемы как с морально-этической, так и с политической точек зрения. В науке о международных отношениях много исследований было посвящено концепции безопасности. Экологические проблемы и их последствия приобрели чрезвычайно острый характер. И ученые, и практики стали рассматривать их в свете концепции безопасности.

Концепция экологической безопасности не является только международно-правовой концепцией. Созданию такой концепции способствовали самые различные дисциплины. Понятие “экологическая безопасность” упоминается во многих документах, порождающих лишь политические обязательства, например в документах Хельсинкского процесса. Эти содержащие политические нормы акты оказали серьезное влияние на всю систему отношений участников, включая и международно­правовые отношения.

Экологическая безопасность является неотъемлемым компонентом системы всеобъемлющей международной безопасности1. Система всеобъемлющей безопасности дополняет традиционную международную безопасность, получившую название коллективной, основанную на Уставе ООН. Коллективная безопасность включает в себя: основные принципы международного права; процедуры мирного решения споров; коллективные действия для предотвращения и устранения угрозы миру, нарушений мира и актов агрессии; полномочия Генеральной Ассамблеи и Совета безопасности ООН по рассмотрению вопросов разоружения и ограничения вооружений.

Концепция создания всеобъемлющей международной безопасности, с одной стороны, основывается на целях и принципах Устава ООН. С другой стороны, в ней выделяются некоторые основные направления развития международного правопорядка в качестве приоритетных для обеспечения всеобъемлющей международной безопасности: военное, политическое, экономическое, экологическое и гуманитарное.

Ученые отвели значительную роль международному праву при создании всеобъемлющей международной безопасности, ибо такая безопасность представляет собой определенную систему межгосударственных отношений, которые будут соблюдаться только в том случае, если станут выражать обязательные правила поведения государств, то есть принципы и нормы международного права. Таким образом, всеобъемлющая международная безопасность окажется наиболее эффективной только тогда, когда появятся договоренности по всем ее пунктам, и они получат закрепление в принципах и нормах международного права. Вошедшие в систему всеобъемлющей международной безопасности принципы и нормы международного права могут указывать те пределы поведения государств, за которыми действия одних государств могут

251.

'Всеобьсмдющал международны безопасность: Справочник - М.: МеждумаР- отношения, 1990. - С.

наносить ущерб безопасности других. В понимании отечественных исследователей, это кодекс пределов безопасного поведения государств, который более конкретен и идет далее Устава ООН.

Необходимость разработки концепции экологической безопасности в качестве компонента системы всеобъемлющей международной безопасности была подчеркнута на 42-й и 43-й сессиях Генеральной Ассамблеи ООН. В свете концепции всеобъемлющей безопасности экологическая безопасность - это безопасность жизненно важных для человечества экологических систем нашей планеты и поддержание надлежащего природного равновесия между ними. Обеспечение экологической безопасности - конечный результат процесса охраны окружающей среды.

Так как вся система всеобъемлющей безопасности базируется на принципах и нормах международного права, экологическая составляющая также основана на общепризнанных принципах и нормах международного права, закрепленных в Уставе ООН, а также на специальных (отраслевых) принципах, применяемых к конкретным взаимоотношениям государств по различным вопросам обеспечения экологической безопасности.

К принципам, важным для обеспечения экологической безопасности, относят принцип международного сотрудничества. Большое значение имеет принцип территориальной целостности и неприкосновенности[LXV].

Принцип недопустимости нанесения трансграничного ущерба вытекает из фундаментального принципа уважения государственного суверенитета и запрещает такие действия государств в пределах их территорий, в результате которых может быть нанесен ущерб национальным экосистемам других государств, а также экосистемам в районах общего пользования. Этот принцип ограничивает действия государств в отношении своей территории, зон юрисдикции или контроля и подразумевает ответственность государств за нанесение ущерба окружающей среде в результате их действий в указанных пределах системам окружающей среды других государств и районов общего пользования.

Принцип защиты морской среды от загрязнения наиболее полно раскрывается в Конвенции ООН по морскому праву 1982 года (статьи 192- 195). Он обязывает государства принимать все необходимые меры по предотвращению, сокращению, сохранению под контролем загрязнения морской среды из всех возможных источников; не переносить, прямо или косвенно, ущерб или опасность загрязнения из одного района в другой и не превращать один вид загрязнения в другой; обеспечивать, чтобы деятельность государств под юрисдикцией или контролем не наносила ущерба другим государствам и их морской среде путем загрязнения, а также, чтобы загрязнение, являющееся результатом инцидентов или деятельности под юрисдикцией или контролем государств, не распространялось за пределы районов, где они осуществляют свои суверенные права.

Государства обязаны принимать все необходимые меры по эффективному запрещению такого использования средств воздействия на природную среду, которые имеют широкие, долгосрочные или серьезные последствия в качестве способов разрушения, нанесения ущерба или причинения вреда любому государству. Эта норма закреплена в Конвенции о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду 1977 года.

Принципы защиты окружающей среды и рационального использования природных ресурсов также направлены на обеспечение экологической безопасности.

Ученые (например, Е.А. Нестеренко) обращают внимание на формирование в международном праве принципа обеспечения экологической безопасности, отражающего “прежде всего глобальный и чрезвычайно острый характер международных проблем в области защиты окружающей среды, включая региональные проблемы с глобальными последствиями”? Составными элементами этого принципа являются нормы, направленные на сохранение мира и международной безопасности; разоружение и прекращение гонки вооружений; запрещение военного или любого враждебного использования средств воздействия на природную среду и климат; обеспечение международной системы безопасного развития ядерной энергетики; недопустимость нанесения ущерба окружающей среде за пределами национальной юрисдикции и контроля; предотвращение и ограничение трансграничного загрязнения атмосферы, морской среды, международных пресноводных бассейнов.

К обеспечению экологической безопасности имеет отношение и специальный принцип недопустимости радиоактивного заражения окружающей среды.

Специалистами в области международного права предлагаются следующие определения понятия экологической безопасности.

По мнению А. С. Тимошенко, “экологическая безопасность как устойчивое состояние глобального характера представляет собой сложное политико-правовое единство, систему отдельных, но взаимосвязанных элементов”[LXVI] [LXVII]. А. С. Шишко считает, что “экологическая безопасность представляет собой комплекс правовых, организационных и материальных гарантий защиты окружающей среды каждого государства от вредоносного воздействия, источники которого расположены за пределами данного государства”[LXVIII].

В проекте совместной резолюции Украины и Чехословакии, внесенной ими на 42 и 43 сессиях Генеральной Ассамблеи ООН, экологическая безопасность напрямую связывается с "обеспечением устойчивого развития всех стран в безопасных экологических условиях”1. В отчете Совета управляющих ЮНЕП о работе его первой специальной сессии говорится, что экологическая безопасность подразумевает рациональное и устойчивое развитие экологических ресурсов на благо нынешнего и будущего поколений[LXIX] [LXX] [LXXI] [LXXII].

По мнению А. В. Кукушкиной, экологическую безопасность можно определить как "сложную взаимосвязанную и взаимозависимую систему международных экологических норм, направленных на обеспечение безопасности всех жизненно важных для человечества экологических компонентов планеты, а также сохранение и поддержание существующего естественного природного баланса между ними

А. В. Кукушкина разделяет подход к экологической безопасности через систему всеобъемлющей международной безопасности и считает, что основными задачами являются признание и соблюдение всеми членами международного сообщества уже сложившейся совокупности существующих принципов и норм в области защиты окружающей среды, а также их прогрессивное развитие и кодификация.

По мнению Е. А. Нестеренко[LXXIII], наиболее вероятным этапом на пути к такой кодификации должна служить разработка всеобщей декларации международно-правовых принципов и норм в области защиты окружающей среды. Все они должны удовлетворять основным требованиям, которые предъявляются в современных условиях к нормативной основе регулирования экологических проблем: "достаточная жесткость, четкая форма выражения, универсальность”. Международные договоры, как считает исследователь, играют главную роль в международно-правовом регулировании защиты окружающей среды. Договор будет служить обеспечению экологической безопасности “только в случае приобретения им характера активно действующего инструмента, закрепления в нем обязательств в четкой и жесткой формулировке, наличия необходимых гарантий его соблюдения”.

На необходимость “подготовить под эгидой ООН всеобщую декларацию об охране окружающей среды и долговременном развитии, а затем и конвенцию, и повысить действенность процедур предотвращения и урегулирования споров по вопросам охраны окружающей среды и рационального использования ресурсов”1 указывают эксперты МКСОР. Такая декларация или хартия явилась бы основой, “на которой впоследствии можно было бы разработать концепцию, излагающую суверенные права и обязанности всех государств в области охраны окружающей среды и устойчивого развития. В такой хартии следует изложить новые нормы государственного и межгосударственного поведения, необходимого для сохранения средств к существованию и жизни на планете, в том числе основные нормы заблаговременного уведомления и консультаций и оценки деятельности, которая может оказать воздействие на соседние государства или глобальное общее достояние’’[LXXIV] [LXXV].

А. С. Тимошенко отмечает, что кодификация природоохранительных норм в универсальной конвенции всеобъемлющего характера придаст им характер общепринятых норм, которые будут учитывать все члены международного сообщества независимо от их участия в конвенции [LXXVI].

По мнению О. С. Колбасова, предметом кодификации должен стать весь нормативный материал, действующий в сфере международного права, кодекс поведения, который бы олицетворял целую отрасль международного экологического права1.

Л. С. Тимошенко считает, что на практике на международном уровне невозможно выработать один всеобъемлющий акт, который охватывал бы все аспекты природопользования, и поэтому усилия надо сосредоточить на “кодификации прежде всего основополагающих принципов международно­правовой охраны окружающей среды, придания им общепризнанного и общеобязательного характера, их формирования в том виде, который исключал бы их разноречивое толкование"[LXXVII] [LXXVIII].

В. А. Василенко утверждает, что “правовой формой бытия системы международной экологической безопасности должен быть общий международный договор, который бы закреплял основополагающие принципы международной экологической безопасности и механизм, обеспечивающий их претворение в жизнь"[LXXIX].

Некоторые ученые, например А. В. Кукушкина, считают, что под влиянием социального и научного прогресса сформировался комплексный принцип международного права - принцип экологической безопасности[LXXX].

По мнению В. П. Кириленко, этот принцип устанавливает прямую связь между охраной окружающей среды и международной безопасностью[LXXXI].

М. Н. Копылов утверждает, что с теоретической точки зрения концепция и принцип экологической безопасности сегодня ставятся во взаимосвязи с проблемами стратегии социально-экономического развития с возложением обязанности по достижению и поддержанию экологической безопасности на все страны[LXXXII].

В исследовании А. В. Кукушкиной указано, что юридическое содержание принципа экологической безопасности состоит в обязанности государств осуществлять свою деятельность таким образом, чтобы исключить, в интересах ее обеспечения, усиливающееся воздействие экологических стрессов на местном, региональном и глобальном уровнях. Международная экологическая безопасность предполагает такое состояние международных отношений, при котором обеспечиваются сохранение, рациональное использование, воспроизводство и повышения качества окружающей среды2.

По мнению И.И. Лукашука5, система международного права представляет собой комплекс юридических норм, характеризующийся принципиальным единством и одновременно упорядоченным подразделением на относительно самостоятельные части (отрасли, подотрасли, институты). Основными юридическими и морально- политическими системообразующими факторами выступают цели и принципы международного права. Разноплановые нормы международного права способны регулировать международные отношения системно, обеспечивая дифференцированное и вместе с тем единое воздействие. Для международного права характерны одновременно происходящие процессы дифференциации и интеграции. Возникают все новые области сотрудничества и, соответственно, новые отрасли международного права. С другой стороны, различные отрасли теснее взаимосвязываются в системе.

Нельзя не отметить, что исследователи далеко не единодушны в своих оценках относительно вопросов, связанных с системой международного права. Например, по вопросам, связанным с отраслями международного права, позиции ученых расходятся уже на стадии определения международного публичного права. Так, О.В. Богданов, Л.И Иванащенко, Г.И. Курдюков, М.И. Лазарев, Д.Б. Левин, А.П. Мовчан, Р.А. Мюллерсон, Э.И. Скакунов, А.Н. Талалаев, Г.И. Тункин, Л.Х. Мингазов, Е.Т. Усенко, Д.И. Фельдман, Е.А. Шибаева рассматривают международное публичное права в качестве особой системы права[LXXXIII]. Елементи этой системы регулируют межгосударственные отношения в отдельных областях и являются отраслями этого права. Г.В. Игнатенко утверждает, что международное право - это не специфическая отрасль “права вообще*', а особая правовая система, которая сама подразделяется на отрасли2. Противоположной позиции придерживались, например, С.Б. Крылов и Ф.И. Кожевников, которые считали, что международное публичное право и международное частное право являются подотраслями “международного права*’3.

Мы считаем, что международное право является особой правовой системой и отличается как от внутригосударственного (национального) права, так и от международного частного права. Существование отраслей в международном праве - объективный результат сложившихся правоотношений в определенных сферах деятельности. Однако признаки разграничения отраслей международного права до сих пор не исследованы в достаточной степени.

Как известно, в общей теории права критериями разграничения отраслей права являются предмет и метод правового регулирования. Специфика международного права состоит в том, что во всех областях международных отношений, регулируемых международным правом, действует единый метод, отражающий основные черты, свойственные системе международного права. По мнению Д.Б. Левина, международное право знает один метод регулирования - соглашение между его субъектами.

С.А. Малинин справедливо выделяет следующие составные части (элементы) метода: соглашение как способ установления прав и обязанностей субъектов; равноправие как способ существования взаимоотношений между субъектами; мирное разрешение споров и невмешательство во внутренние дела государств как образ действия, предоставленный субъектам; специфическая форма принуждения, осуществляемая индивидуально или коллективно, как средство защиты прав и обеспечения обязанностей. Метод правового регулирования как признак выделения отрасли международного права вряд ли может быть использован.

Предмет регулирования должен рассматриваться в качестве объективного критерия разграничения отраслей в системе международного права в тесной связи с объектом данного конкретного правоотношения. Степень емкости этого объекта правоотношения определяет место данной обособившейся группы норм в системе международного права. Если объект данного правоотношения "поглощает” объекты других правоотношений, то обособившаяся группа норм, регулирующая эти правоотношения, занимает соответственно более значительное место в системе международного права по отношению к другим обособившимся группам норм’. На наш взгляд такой подход позволяет определить место обособившейся группы норм в системе международного права. Однако многие исследователи привлекают и дополнительные критерии разграничесния отраслей международного права. Например, А.И. Йорыш признает заинтересованность государств в качестве критерия для деления международного права на отрасли. Д.И. Фельдман писал, что "самостоятельность отрасли может быть определена

но

заинтересованностью в этом международного сообщества”. Е.А. Шибаева, М.И. Лазарев, Д.И. Фельдман называют в качестве дополнительного признака отрасли международного права наличие развитой системы международно-правовых актов, направленных на решение соответствующих проблем. Иногда ссылаются на наличие кодифицирующего акта как на признак сформировавшейся отрасли международного права. Кодификация, конечно же способствует формированию новых норм и приведению существующих норм в более согласованную систему. Однако не система международного права формируется благодаря кодификации, а, наоборот, кодификация происходит с учет уже сформировавшейся системы международного права.

Таким образом, учитывая вышесказанное, можно заключить, что в науке международного права пока нет общепризнанных признаков отраслей международного права.

Право экологической безопасности можно охарактеризовать как систему юридических норм, регулирующих отношения между субъектами международного права в сфере обеспечения экологической безопасности, то есть “проведения комплекса мер организационно-правового характера по нейтрализации угроз со стороны загрязненных объектов, то есть обеспечение их состояния, находясь в котором, они безопасны для населения, территорий, техногенных и природных (незагрязненных объектов) *.

Обладает ли право экологической безопасности признаками, присущими главному подразделению системы международного права - отрасли? Представляется, что нет. В системе международных отношений происходит процесс обособления отношений, связанных с решением проблемы экологической опасности, в основе которых лежит конкретный объект - экологическая безопасность государств. Однако данные отношения

охватываются отношениями, в основе которых лежит более емкий объект - международная безопасность. Обеспечение экологической безопасности - один из путей к достижению более широкой задачи обеспечения международной безопасности, международные отношения в сфере которой регулируются совокупностью юридических норм, образующих право международной безопасности. Если рассматривать право международной безопасности как отрасль международного публичного права (а оно отвечает всем признакам, свойственным отрасли)[LXXXIV], то право экологической безопасности может быть отнесено к подотрасли либо институту права международной безопасности.

Касаясь проблемы правовых институтов, В.Л. Василенко пишет, что под институтом международного права следует понимать относительно обособленный комплекс международно-правовых норм, которым присуща специальная регулятивная направленность и которые входят в рамки какой- либо одной отрасли или обладают межотраслевым характером2. Как справедливо подчеркивает А.И. Экимов, подотрасль права объединяет несколько институтов одной и той же отрасли: “внешним выражением подотрасли является наличие в ней такой группы норм, которая содержит общие принципиальные положения, присущие нескольким, но не всем правовым институтам данной отрасли”3.

Право экологической безопасности как часть права международной безопасности само обладает сложной структурой. Это обусловлено чрезвычайной сложностью проблемы, что предопределило формирование отдельных путей решения данной проблемы.

Опираясь на вышеизложенное, можно заключить, что в системе международного права формируется право экологической безопасности в качестве подотрасли права международной безопасности. Во-первых, в системе международного права четко выделяются отношения, связанные с обеспечением экологической безопасности. В основе этих отношений лежит такой объект, как экологическая безопасность. С одной стороны этот объект охватывается еще более емким объектом правоотношений - международной безопасностью, а с другой стороны экологическая безопасность охватывает множество других конкретных объектов правоотношений (радиационная безопасность, экологическая безопасность космической деятельности, экологическая безопасность процесса разоружения, экологичесая безопасность мореплавания и так далее). Во-вторых, к настоящему времени сложился обширный комплекс международно-правовых норм, направленных на обеспечение экологической безопасности. В-третьих, на наш взгляд, право экологической безопасности нс является правовым институтом, так как включает в себя ряд правовых институтов, и, следовательно, является более крупным структурным подразделением системы международного права, чем правовые институты. В-четвертых, в праве экологической безопасности складываются соответствующие, только ему присущие специальные принципы. Мы уже упоминали о формировании принципа экологической безопасности. Учеными предлагается следующая система принципов экологической безопасности:[LXXXV]

- Принцип равной экологической безопасности по аналогии с принципом безопасности в военной сфере, когда безопасность является равной для всех и запрещается ее достижение за счет ущемления интересов других стран, в частности размещение экологически грязных и несовершенных производств на территориях других стран, захоронения там опасных отходов, хищническое потребления национальных природных ресурсов.Этот принцип (“недопущение дискриминации**) экспертами

МКОСР выражен в следующей формулировке: “Государства принимают как минимум те же нормы в отношении охраны окружающей среды в связи с трансграничными природными ресурсами и экологическими нарушениями, которые они применяют на собственной территории (то есть не делать в отношении других того, чего бы вы не сделали в отношении своих граждан”.

Принцип запрещения экологической агрессии, то есть преднамеренного воздействия на природную среду. Элементы этого принципа содержатся в, в частности, в соответствующих положениях Конвенции о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду 1977 года, резолюции Генеральной Ассамблеи ООН “Об исторической ответственности государств за сохранение природы для нынешнего и будущего поколений”, проекте статей о международной ответственности, разработанном Комиссией международного права и относящем массовое загрязнение биосферы к категории международных преступлений.

Принцип контроля за соблюдением согласованных требований экологической безопасности, в частности, создание, помимо национальной, также разветвленной системы международного контроля и мониторинга качества окружающей среды со стороны независимого органа. Они должны осуществляться на глобальном, региональном и национальном уровнях на основе международно признанных критериев и параметров. Принцип мониторинга предложен экспертами МКОСР. Принцип регулярного обмена информацией об экологической ситуации на национальном и региональном уровнях; при этом необходимо разработать перечень данных для обмена.

Принцип предотвращения ущерба окружающей среде, учитывая то, что лете принять необходимые меры, чем ликвидировать уже наступившие последствия. Этот принцип запрещает такие действия государств пределах их юрисдикции и контроля, в результате или посредством которых может быть нанесен ущерб национальным системам окружающей среды других государств, а также системам окружающей среды в районах общего пользования. Данный принцип носит обобщающий характер и, в свою очередь, включает в себя в качестве самостоятельных элементов принципы оценки воздействия на окружающую среду, уведомления о деятельности, способной причинить трансграничный экологический ущерб, предоставления необходимой информации о такой деятельности, которая имеет трансграничные экологические последствия. На важность данного принципа указывает, в частности, разработка его отдельных элементов специальной группой Программы ООН по окружающей среде. Соблюдение этого принципа имеет основополагающее значение для обеспечения экологической безопасности. Вьггекая из фундаментального принципа уважения государственного суверенитета, принцип предотвращения трансграничного ущерба накладывает определенные ограничения на действия государств применительно к собственной территории, зонам юрисдикции и контроля, а также подразумевает их ответственность за нанесения экологического ущерба другим госудапрствам и районам общего пользования. Данный принцип был закреплен впервые в Стокгольмской декларации 1972 года, где констатируется, что “государства ... несут ответственность за обеспечение того, чтобы деятельность в рамках их юрисдикции или контроля не наносила ущерба окружающей среде других государств или районов за пределами действия национальной юрисдикции".

Принцип сотрудничества в чрезвычайных экологических ситуациях, например, оказание помощи при крупных авариях на АЭС, химических предприятиях. Данный принцип объективирован имеющимся опытом международного сотрудничества в таких ситуациях, предполагаемым ростом числа технических аварий. Этот принцип должен включать обязательство раннего уведомления о предоставлении необходимой информации, механизм международных консультаций и международной помощи. Отдельные его элементы содержатся, в частности, в конвенциях, разработанных под эгидой МАГАТЭ (Конвенция об оперативном оповещении о ядерной аварии 1986 года, Конвенция о помощи в случае ядерной аварии или радиационной аварийной ситуации 1986 года). Принцип научно-технического сотрудничества включает в себя свободный и беспрепятственный международный обмен научно- технической информацией по проблемам окружающей среды и передовой технологией по данной проблематике, устанавливает режим наибольшего благоприятствования для обмена новейшими знаниями и техническими решениями в области контроля за состоянием природной среды, ресурсосбережения, малоотходных технологий. Значимость данного принципа вытекает из глобального характера экологической безопасности, необходимости объединения научных и технических потенциалов всех членов международного сообщества для ее обеспечения. Принцип сотрудничества в деле обмена информацией о методах определения последствий технической и хозяйственной деятельности закреплен в Заключительном акте общеевропейского совещания.

Принцип права на благоприятную окружающую среду, о котором впервые речь шла в Стокгольмской декларации 1972 года и который должен стать одним из основных в системе экологической безопасности. Принцип носит полисистсмный характер, он относится и к области прав человека, обеспечению экологической безопасности и к охране окружающей среды.

Принципы занимают различное место в системе принципов международного права. Различаются универсальные (общепризнанные) и региональные принципы международного права. В свою очередь

региональные принципы подразделяются на основные (основополагающие) нормы (правила поведения участников международных отношений, выражающие главные черты и основное содержание международного права) и отраслевые, подотраслевые (специальные) принципы (правила поведения участников международного общения, отражающие специфику конкретной области международных отношений. Согласно Венской конвенции о праве международных договоров императивная норма общего международного права является нормой, которая принимается и признается международным сообществом государств в целом как норма, отклонение от которой недопустимо и которая может быть изменена только последующей нормой общего международного права, носящей такой же характер. Разъясняя выражение, что норма jus cogens “принимается и признается международным сообществом государств в целом”, председатель редакционного комитета Венской конференции иракский профессор М. Ясин отметил, что смысл его заключается в том, чтобы одно отдельное взятое государство или группа государств своим отказом признать ту или иную норму международного права в качестве императивной не могли бы повлиять на ее характер, то есть чтобы они не имели бы право вето при создании нормы jus cogens. По мнению Г.М. Даниленко и Д.И. Чарни “не все последствия данной ситуации ясны, поскольку в реальной практике у международного сообщества было не так уж много возможностей испытать правотворческий потенциал KOHuenuunjus cogens”[LXXXVI]. Согласно статье 53 норма jus cogens должна быть нормой общего международного права. В систему норм общего международного права входят те нормы, которые создаются государствами путем согласования воль всех или почти всех государств международного сообщества, то есть

общепризнанные, универсальные нормы, как обычные, так и договорные. Сюда не входят локальные или партикулярные нормы и правовые режимы, тем более нормы, устанавливаемые двусторонними договорами. Таким образом, по смыслу статьи 53 существование партикулярных норм jus cogens исключается. Другое дело, что возможно существование отраслевых норм jus cogcns, поскольку эти отрасли входят в систему общего международного права, например морское, гуманитарное. В каждой из них есть императивные нормы, от которых государства не вправе отклоняться как в двусторонних, так и в односторонних отношениях1.

К каким принципам относится принцип экологической безопасности - универсальным или региональным? Является ли принцип экологической безопасности основным или отраслевым (специальным)?

Как правило, в юридической литературе лишь констатируется факт формирования принципа экологической безопасности. Поэтому необходимо определить место принципа экологической безопасности в системе принципов международного права.

Принимая во внимание, что требования относительно необходимости обеспечения экологической безопасности нашли отражение в нормах, содержащихся в многочисленных правовых актах как общего, так и регионального характера, участниками которых является подавляющее число государств, можно констатировать, что принцип экологической безопасности относится к общепризнанным принципам международного права. Тот факт, что идет формирование права экологической безопасности и что принцип экологической безопасности непосредственно относится к этой подотрасли, на наш взгляд, не дает оснований относить данный принцип к специальным принципам без

С.144.

предварительного анализа. Известно, что многие принципы, которые сложились в рамках отдельных отраслей или подотраслей, по своей значимости выходят далеко за их пределы. Например, принцип мирного разрешения международных споров - это один из принципов права международной безопасности. Однако по своей значимости и сфере действия он, несомненно, относится к основным принципам международного права. Исходя из значимости такой проблемы, как обеспечение экологической безопасности, можно утверждать, что принцип экологической безопасности обладает чертами, характерными для основополагающий принципов международного права. Принцип экологической безопасности как основополагающая норма современного международного права выражает императивное юридическое требование, обращенное к участникам международного общения, относительно строгого соблюдения согласованных мер, направленных на обеспечение экологической безопасности.

Постановка проблем экологического кризиса привела к применению к защите окружающей среды концепции безопасности. Из политических, так называемых стратегических наук, науки о международных отношениях концепция экологической безопасности была перенесена в международное право. Ученые подчеркнули значимость общепризнанных принципов и норм международного права при обеспечении экологической безопасности и указали на процесс формирования нового комплексного принципа международного права - принципа экологической безопасности.

Вместе с тем процесс развития международного права не стоит на месте, и принцип экологической безопасности находит свое выражение и подтверждение при появлении самых различных новых норм международного права, направленных на регулирование отношений по обеспечению экологической безопасности. Эти новые нормы охватывают многие отрасли современного международного права. Им присуща определенная иерархия. Главное место среди них занимают принципы, через которые выражается содержание принципа экологической безопасности: сохранение мира и международной безопасности; разоружение и прекращение гонки вооружений; запрещение военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду и климат, обеспечение международной системы безопасного развития ядерной энергетики; недопустимость нанесения ущерба окружающей среде за пределами национальной юрисдикции или контроля; предотвращение и ограничение трансграничного загрязнения и так далее.

В соответствии с вышесказанным можно сделать следующий вывод: разноплановые нормы, направленные на обеспечение экологической безопасности, обладают способностью регулировать международные отношения в этой области системно, обеспечивая дифференцированное и вместе с тем единое воздействие, т.е. в современном международном праве идет процесс формирования принципа экологической безопасности и права экологической безопасности. Можно прогнозировать, что такое развитие будет происходить и в дальнейшем, поскольку общественно-социальные, этико-моральные, политические и международно-правовые предпосылки такого прогресса имеются.

Создание международной системы экологической безопасности должно сопровождаться международно-правовым регулированием этой деятельности. На наш взгляд, в современном международном праве существует достаточное количество норм, регулирующих отдельные аспекты обеспечения экологической безопасности, например, обеспечение радиационной безопасности, обеспечение безопасности мореплавания. Некоторые нормы международного права, регулирующие отдельные аспекты обеспечения экологической безопасности, находятся еще в начальной стадии формирования. Таковы, например, принципы международно-правового регулирования проблемы “космического мусора”. Однако в международном праве присутствует единый комплекс норм, предметом регулирования которых является вопрос обеспечения международной экологической безопасности. На наш взгляд, концепция экологической безопасности, позаимствованная из теории международных отношений, разделила участь концепции устойчивого развития. Обе концепции употребляются применительно к проблеме охраны окружающей среды и экологического кризиса. Хотя отдельные элементы этой концепции можно найти в некоторых более ранних международно-правовых положениях, концепция устойчивого развития стала занимать важное место в международном праве после Конференции ООН в Рио-де-Жанейро, что нашло закрепление в ряде международно-правовых документов. Однако дискуссия по поводу места концепции в международном экологическом праве, международном экономическом праве либо “праве устойчивого развития” до сих пор нс завершена[LXXXVII].

Комплексный принципа обеспечения экологической безопасности состоит из договорных и обычных норм с различным предметом регулирования и раскрывается в большом количестве международно­правовых документов и практике субъектов международного права. Не совсем ясным, к сожалению, остается место этих норм в системе международного права: казалось бы, такие нормы принадлежат к различным отраслям права. Так, например, нормы, регулирующие безопасность мореплавания и защиту экологических систем Мирового океана, относятся к международному морскому праву, а нормы, направленные на регулирование экологически безопасного разоружения, содержатся в праве международной безопасности. Однако, несмотря на отнесение к различным отраслям права, такие нормы объединяет принцип экологической безопасности. Вопрос о том, можно ли отнести нормы, раскрывающие содержание принципа экологической безопасности, к международному праву окружающей среды или они составляют “право экологической безопасности'*, остается спорным.

В связи с этим мы предлагаем реализовать следующий подход.

На наш взгляд, целесообразно рассматривать вопрос обеспечения экологической безопасности в рамках обеспечения международной безопасности. Мы исходим из того, что собственно концепция экологической безопасности в теории международных отношений сформировалась в рамках более общей концепции безопасности, явившись реакцией на присутствие потенциальных и реальных угроз экологического характера для безопасности государств и международной безопасности. Право международной безопасности, на наш взгляд, имеет межотраслевую природу. Так, нормы о демилитаризации космического пространства относятся к праву международной безопасности и к международному космическому праву. Мы считаем, что право экологической безопасности, как подотрасль права международной безопасности, также имеет межотраслевую природу. Можно привести в пример принципы, регламентирующие использование ядерных источников энергии в космическом пространстве, которые направлены на обеспечение экологической безопасности. Мы считаем, что в современном международном праве вдет процесс становления права экологической безопасности как подотрасли права международной безопасности.

Такой подход, по нашему убеждению, позволяет четко обозначить различия принципа обеспечения экологической безопасности и принципа охраны окружающей среды. Он может стать основой для единого скоординированного международно-правового и институционального регулирования вопросов экологической безопасности между субъектами международного права в единой системе обеспечения международной безопасности. Вместе с тем предложенный нами подход может иметь практическую значимость при международно-правовом регулировании деятельности по созданию и функционированию международной системы экологической безопасности.

Таким образом, по нашему мнению, обеспечение международной экологической безопасности - это деятельность субъектов международного права по выявлению и нейтрализации потенциальных и реальных угроз экологического характера международной безопасности.

<< | >>
Источник: Галяметдинова Анна Юрьевна. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Казань - 2000. 2000

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 1. Концепция экологической безопасности и международное право:

  1. Понятие международно-правового регулирования и механизма международно-правового регулирования
  2. Участие России в международно-правовом регулировани международной торговли услугами в рамках Таможенного союза, Евразийского экономического сообщества, Организации региональной интеграции.
  3. § 1. Теоретические истоки концепции экологической безопасности
  4. § 2. Современные концепции экологической безопасности
  5. § 1. Экологическая безопасность и международном гуманитарном нраве
  6. § 2. Обеспечение экологической безопасности и международное космическое право
  7. § 3 Экологические аспекты в международно-правовых актах права международной безопасности
  8. § 1. Концепция экологической безопасности и международное право
  9. § 2. Институциональный механизм обеспечения экологической безопасности
  10. § 1.2.3. Международное здравоохранительное право - новая комплексная от­расль международного права
  11. § 2. Экологические права граждан в международных документах об охране окружающей среды
  12. § 5. Экологическое сотрудничество в рамках международных организаций
  13. § 3. Сопутствующие элементы теоретической модели взаимосвязи нормы права, правоотношения и юридического факта