<<
>>

2.3. Уголовное право Примерно с середины 70-х гг.

XIX в. в Европе и России социология проникает в науку уголовного права и процесс этот был даже более успешным, чем в гражданском праве. В гражданском праве, несмотря на выдающиеся труды цивилистов-социологов, социология не привела к возникновению некоей новой юридической дисциплины социологического профи-ля, находящейся в сфере гражданско-правовой проблематики.

Наука гражданского права лишь обогатилась более широким, социологическим пониманием гражданско-правовых ин-ститутов. Применение социологии в уголовном праве привело к появлению нескольких са-мостоятельных дисциплин уголовно-социологического профиля – криминологии, уголовной статистики, отчасти уголовной психиатрии и уголовной психологии. Успешное продвижение социологии в науке уголовного права во многом было вызвано стремлением властей в Евро-пе и России поставить борьбу с преступностью на рациональную, научную основу.

Со второй половины 70-х гг. XIX в., подтверждает видный социолог-криминалист (так тогда называли представителей уголовного права) того времени М.Н. Гернет, в России (как и в Европе) появляются новые направления в уголовном праве: антропологическое и со-циологическое, резко отличающиеся от старого классического и во многом противостоящие ему249. В России формируется соответствующая научная среда со своими традициями и ин-ститутами: в 1882 г. при Московском юридическом обществе организуется Статистическое отделение во главе с А.И. Чупровым; 7 июня 1897 г. утверждается Устав Русской группы Международного союза криминалистов; с 1904 г. начинает выходить «Вестник психологии, криминальной антропологии и гипнотизма». «В России социологическая школа, – полагает Н.С. Тимашев, – завоевала много больший процент специалистов по уголовному праву, не-жели где-либо»250. Считается, что первым юристом, заявившим о необходимости внедрения социологии в уголовно-правовую науку был М.В.

Духовской. «При вступлении в должность приват-доцента Демидовского лицея в 1873 г. М.В. Духовской в своей вступительной лекции ―Задачи науки уголовного права‖ выступил с критикой традиционного юридико-догматического метода и призвал науку уголовного права ―выводить свои определения не из одного абстрактного разума, а из изучения действительной жизни‖. С этого момента, – ут-

248 См.: там же. С. 222, 246 - 248, 250 - 254. 249 См.: Гернет М.Н. Социальные факторы преступности. М., 1905. С. 1. 250 Тимашев Н.С. Методологические работы: 1920–1930 годы. С. 45.

147

верждает В.В. Лапаева, – берет отсчет формирование и развитие в России социологического направления в уголовном праве»251.

На рубеже XIX – XX вв. в России возникло три группы представителей уголовного права. К первой группе относились решительные сторонники соединения социологии с уго-ловным правом: преступление, заявляли они, следует изучать не только как юридическое яв-ление, но также с антропологической и социологической точек зрения (М.В. Духовской, И.Я. Фойницкий, А.А. Пионтковский, М.П. Чубинский, Д.А. Дриль, С.К. Гогель, Е.Д. Синицкий, А.И. Елистратов, П.И. Люблинский, Н.Н. Полянский и др.). Во вторую группу входили мно-гие представители классической школы, стоявшие на такой позиции: содержание науки уго-ловного права должно остаться прежним, антропологический и социологический подходы должны вылиться в самостоятельные науки, у которых уголовное право может черпать свое содержание (Н.Д. Сергеевский, Н.С. Таганцев, А.Ф. Кистяковский, А.К. Вульферт и др.). Третья группа была полностью глуха к социологии: наука уголовного права не нуждалась и не нуждается в результатах антропологии и социологии252.

Криминалисты-догматики (так же, как и догматики-цивилисты) всерьез опасались разрушения классической теории уголовного права вследствие привнесения в нее социоло-гического и антропологического компонентов. Вместе с тем сами социологи-криминалисты представляли себе процесс имплантации социологии в уголовно-правовую науку много тоньше, чем говорили об этом их противники.

Вот типичные доводы одного из видных со-циологов-криминалистов А.А. Пионтковского. Наука уголовного права, рассуждает он, при-надлежит к семье наук социальных, что отражается на ее предмете, имеющий три аспекта: 1) борьба общества с преступной деятельностью; 2) факторы, влияющие на преступность; 3) выработка средств борьбы с преступностью. Таким образом «под наукой уголовного права разумеется наука, занимающаяся изучением преступной деятельности, раскрытием естест-венных законов, обусловливающих собою эту деятельность, и изучение и установление средств и способов борьбы с этой деятельностью»253. В соответствии с обозначенным пред-метом наука уголовного права распадается на три отрасли: 1) криминология; 2) уголовная политика; 3) уголовная догматика. «Под криминалистикой разумеется та отрасль науки уго-ловного права, которая занимается изучением преступной деятельности как явления соци-ального, установлением естественных законов, обусловливающих собою образование и раз-

251 Лапаева В.В. Духовской М.В. // Правовая наука и юридическая идеология России. Энциклопедиче-ский словарь биографий / Отв. ред. В.М. Сырых. М.: РАП; Изд. группа «Юрист», 2009. С. 224. 252 См.: Гернет М.Н. Указ. соч. С. 17; Казмер М.Э. Социологическое направление в русской дореволю-ционной правовой мысли. Рига, 1983. С. 87. 253 Пионтковский А.А. Наука уголовного права, ее предмет, задачи, содержание и значение. Ярославль, 1895. С. 6.

148

витие этой деятельности»254. «Под уголовной политикой разумеется та отрасль науки уго-ловного права, которая имеет своим предметом изучения средства борьбы с преступностью, задачею – целесообразное построение этих средств»255. «Уголовная догматика имеет предме-том своего изучения те правовые нормы, в которые облекается борьба с преступностью, за-дачею – построение этих норм соответственно целям этой борьбы и потребностям защиты и охраны прав личности от возможного насилия и произвола»256. Все три части (криминология, уголовная политика, уголовная догматика) должны быть слиты в одну науку, т.к.

все они обусловлены одним социальным явлением – преступ-ностью, имеют один объект изучения – преступность и одну цель – борьбу с преступностью. «Без криминологических изысканий, – заключает А.А. Пионтковский, – невозможно по-строение уголовно-политической доктрины: только зная причины преступной деятельности и их характер, возможно установить соответствующие способы борьбы с ней; учение совре-менной уголовной политики, напр., о необходимости создания двух особых категорий мер борьбы с индивидуальным фактором преступной деятельности, мер борьбы с преступностью острой и мер борьбы с преступностью хронической – есть прямое следствие криминологиче-ских изысканий, и может оно быть объяснено только результатами этих изысканий. Далее, всякое положение уголовной политики приобретает практическое приложение лишь путем облечения его в правовую форму, вследствие чего положения уголовной догматики, являясь воплощением тех или иных уголовно-политических начал, не могут быть иначе уяснены, как при посредстве данных уголовной политики; учение о наказании, напр., не может быть науч-но обосновано без помощи экскурсии в область уголовной политики; нельзя без этих экскур-сий научно обосновать и облечь в соответствующую правовую форму вопрос об условиях применения того или иного карательного средства, об установлении его размера и проч. Та-кие же экскурсии необходимы и при разрешении вопросов, относящихся к учению о престу-плении, напр., вопросов о вменении, покушении, соучастии. Обусловленный этими экскур-сиями взгляд на преступление как на симптом, свидетельствующий о существовании в дан-ном индивиде известного рода преступных наклонностей, отражается на построении учения о покушении, усиливая значение субъективного момента при разрешении относящихся к этому учению вопросов; вытекающая из этих экскурсий потребность индивидуализации ка-рательных средств не может не оказать влияния на построение учения о соучастии, а уста-новленная этими экскурсиями причинность в области преступной деятельности влечет за со-бою построение учета о вменении на детерминистических началах.

Наконец, только при посредстве уголовно-политических соображений возможно ус-

254 Там же. С. 6, 7. 255 Там же. С. 10. 256 Там же. С. 14.

149

тановить границы, отделяющая преступное от непреступного, возможно установить разли-чие между уголовной и гражданской неправдами и, таким образом, установить и обозначить необходимые для применения уголовно-правовых норм пределы»257.

Иначе говоря, здесь хотя и говорится о необходимости соединения трех дисциплин в одну науку уголовного права, на автономность догматики права никто всерьез не покушает-ся. Специалистам очевидна ее специфика. Уже накануне первой мировой войны, делает вы-вод Ф.М. Решетников, между тремя направлениями (классическим, социологическим и ан-тропологическим) начинает возникать компромисс, результатом которого стал взаимный учет выдвигаемых положений258. Во второй половине XX в. криминология и догма уголов-ного права уживаются вполне мирно.

<< | >>
Источник: ЖУКОВ ВЯЧЕСЛАВ НИКОЛАЕВИЧ. СОЦИОЛОГИЯ ПРАВА В РОССИИ: ВТОРАЯ ПОЛОВИНА XIX – ПЕРВАЯ ТРЕТЬ XX в. (ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ). Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Москва –2015. 2015

Скачать оригинал источника

Еще по теме 2.3. Уголовное право Примерно с середины 70-х гг.:

  1. Глава 1. Сравнительный анализ регламентации ответственности за вымогательство и шантаж в уголовном праве России и зарубежных стран
  2. Глава 1. ОСНОВАНИЯ И ОПЫТ КРИМИНАЛИЗАЦИИ ЛЖЕ­ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В ОТЕЧЕСТВЕННОМ И ЗАРУБЕЖНОМ УГОЛОВНОМ ПРАВЕ
  3. § 3. Технико-юридические предпосылки совершенствования нормы о лжепредпринимательстве в россий­ском уголовном праве
  4. 2.3. Уголовное право Примерно с середины 70-х гг.
  5. Понятия «легализация» и «отмывание» в российском уголовном праве
  6. Объект и предмет преступления отмывания по австрийскому и рос- сийскому уголовному праву Понятие и терминология в Австрии и России
  7. Шулспова Людмила Федотовна. ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ УГОЛОВНОЕ ПРАВО ФЕДЕРАТИВНОЙ РЕСПУБЛИКИ ГЕРМАНИИ (ПОНЯТИЕ, CHCTEiMA, ИСТОЧНИКИ). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2005, 2005
  8. Глава I ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ УГОЛОВНОЕ ПРАВО ICAIC СТРУКТУРНЫЙ ЭЛЕМЕНТ СИСТЕМЫ УГОЛОВНОГО ПРАВА ФЕДЕРАТИВНОЙ РЕСПУБЛШСИ ГЕРМАНИИ
  9. § 1. Определениепонятия «уголовное право» («Strafrecht») в немецкой уголовно-правовой науке («Strafrechtsn'issenschaft»)
  10. § 2. Система уголовного права ФРГ и дополнительное уголовное право («NcbcnstrafrcclU») как ее структурный элемент
  11. § 3. Исторические предпосылки становлении дополнительного уголовного права ФРГ и роль показателей преступности в его развитии
  12. Глава II ИСТОЧНИКИ ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО УГОЛОВНОГО ПРАВА ФЕДЕРАТИВНОЙ РЕСПУБЛИКИ ГЕРМАНИИ
  13. § 1. Общая характеристика п система источников дополнительного уголовного права ФРГ
  14. § 1. Преступность военнослужащих и воинские преступления в теории уголовного права и криминологии
  15. Боковня Александра Юрьевна. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ЗАГРЯЗНЕНИЕ ОБЪЕКТОВ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ РОССИИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Казань 2016, 2016
  16. ГЛАВА 1. ЭВОЛЮЦИЯ ВЗГЛЯДОВ НА ПРЕДМЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ В РОССИЙСКОЙ НАУКЕ УГОЛОВНОГО ПРАВА
  17. § 2. Концепции предмета преступления в науке советского уголовного права
  18. Духовник Юрий Евгеньевич. ОШИБКА В НАЛИЧИИ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ, ИСКЛЮЧАЮЩИХ ПРЕСТУПНОСТЬ ДЕЯНИЯ, В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ И РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2016, 2016
  19. § 1. Развитие и отражение ошибки в наличии обстоятельств, исключающих преступность деяния, в уголовном праве Республики Беларусь и Российской Федерации