<<
>>

Организационно-тактические аспекты деятельности ОВД по предупрежде­нию терроризма

Для лучшего понимания роли и места ОВД в предупреждении терроризма в России на современном этапе и совершенствования этой деятельности следовало бы сделать небольшой ретроспективный анализ борьбы российских правоохранитель­ных органов с террористами на рубеже столетий. Этот опыт заслуживает внимания, изучения, анализа и использования в современных условиях.

Исторический опыт целесообразно рассматривать блоками, соответствую­щими определенным направлениям деятельности правоохранительных органов.

Оперативная работа и информационное обеспечение. Проблема терроризма стано­вится актуальной для Российской империи с 60-х годов XIX столетия, и практически с самого начала оперативное направление в его предупреждении становится основ­ным. На первом этапе борьбы с террористической активностью использовались тра­диционные для того периода методы: наружное наблюдение (слежка) в пограничных зонах и на вокзалах; опросы доверенных лиц полиции, дворников и владельцев предприятий общественного питания; облавы; обыски; аресты; высылка. Залогом успешной борьбы с терроризмом была надежность, полнота и оперативность инфор­мации о деятельности тех или иных террористических групп. Сбор ее велся право­охранительными органами по трем основным направлениям. «Агентурные сведения, данные наружного наблюдения и перлюстрация являлись тремя главными источни­ками осведомления политической полиции. После обысков и арестов сведения эти пополнялись их результатами и показаниями арестованных. Путем сопоставления всех этих данных, путем дополнительных установок и выяснений воспроизводилась полная картина работы отдельных революционных деятелей и их организаций» - пи­сал в «Записках жандарма» А.И.Спиридович[208].

Агентурной работе значительное место отводилось уже в период деятельности Третьего отделения, особенно в 60-70-е годы. Молодой и энергичный начальник это­го учреждения П.А.Шувалов придавал серьезное значение организации наружного наблюдения и секретной агентуре. В двух столицах империи он установил слежку за неблагонадежными и подозрительными лицами с помощью сотрудников, принятых на службу в городскую полицию негласным порядком еще при его предшественнике В.А.Долгорукове. При этом ставка делалась на верноподданных граждан, которые должны были по замыслам авторов подобных проектов сообщать о замеченных ими подозрительных фактах в жандармские наблюдательные пункты[209]. После начала так называемого «хождения в народ» в 1874 г. министр юстиции К.И.Пален подчерки­вал, что одной из важнейших задач Третьего отделения является попытка «проникнуть во все слои общества и обеспечивать безопасность, мешая тайной аги­тации (пока она не дала пагубных результатов) и предотвращая политические пре­ступления (до того, как заговорщики успеют привести свои планы в исполнение)»[210]. Речь, таким образом, шла о развитии института секретных сотрудников, работавших на правоохранительные органы и изнутри как тогда говорилось «освещавших» дея­тельность экстремистских организаций. Министр внутренних дел Н.П.Игнатьев, за­нимавший этот пост с 1881 г., позаботился о дальнейшем увеличении штата агентов, наблюдавших за подозреваемыми, и внутренних агентов, проникавших в преступ­ные сообщества.

В начале XX века кадровые сотрудники полиции подразделялись на три груп­пы: гражданские чиновники, работавшие в центральных органах в Санкт- Петербурге, жандармские офицеры в губернских управлениях или охранных отделе­ниях, а также филеры, включая внедренных секретных сотрудников, которых рево­люционеры именовали провокаторами.

Имелся также обширный штат технических специалистов - лиц, обрабатывавших информацию, шифровальщиков, архивариусов и внештатных перлюстраторов, занятых в почтовых отделениях. В конце 1902 г. в 11 городах Империи были учреждены розыскные отделения, переименованные затем в охранные, на которые была возложена функция наружного наблюдения и работы с секретными агентами. Эти отделения не имели права производить официальные следственные действия, но именно они оказались в центре борьбы с политическим экстремизмом.

Больших успехов в агентурной работе добилось на рубеже веков Московское охранное отделение. В специальной инструкции по этому поводу, в частности, гово- рилось: «Главным и единственным основанием политического розыска является внутренняя, совершенно секретная и постоянная агентура, и задача ее заключается в обследовании преступных революционных сообществ и уличении для привлечения судебным порядком членов их»[211]. Успех в этом деле Московской охранкой был дос­тигнут во многом благодаря усилиям и таланту ее шефа - С.И.Зубатова. «За время работы в Департаменте полиции Зубатову удалось провести крупные преобразова­ния в политическом сыске. Он ввел новые методы слежки и регистрации, покрыл Россию густой сетью охранных отделений, во главе которых встали молодые жан­дармские офицеры»[212]. Весьма благосклонно о профессиональной деятельности Зуба­това писал его коллега и последователь, полковник П.П. Заварзин: «Зубатов был од­ним из немногих правительственных агентов, который знал революционное движе­ние и технику розыска. В то время политический розыск в империи был поставлен настолько слабо, что многие чины не были знакомы с самыми элементарными прие­мами этой работы, которую они вели, не говоря уже об отсутствии умения разби­раться в программах партий и политических доктринах. Зубатов первый поставил розыск в империи по образцу западноевропейскому, введя систематическую регист­рацию, фотографирование, конспирирование внутренней агентуры и т.п.»[213] . «Для успеха борьбы нужно было осведомление через сотрудников, и Зубатов искал их. После каждых групповых арестов или ликвидации Зубатов подолгу беседовал с теми из арестованных, кто казался ему интересным. Это не были допросы, это были бесе­ды за стаканом чая о неправильности путей, которыми идут революционеры, о вреде, который они наносят государству. Во время этих разговоров со стороны Зу­батова делались предложения помогать правительству в борьбе с революционными организациями. Некоторые шли на эти предложения, многие же совсем оставляли революционную деятельность»[214]. Зубатов был не просто прекрасным практиком агентурной работы, но и ее блестящим теоретиком. «Вы, господа, - говорил он, - должны смотреть на сотрудника как на любимую женщину, с которой находитесь в нелегальной связи. Берегите ее, как зеницу ока. Один неосторожный шаг, и вы ее опозорите. Помните это, относитесь к этим людям так, как я вам советую, и они поймут вас, доверятся вам и будут работать с вами честно и самоотверженно. Штуч­ников гоните прочь, это не работники, это продажные шкуры. С ними нельзя рабо­тать. Никогда и никому не называйте имени вашего сотрудника, даже вашему на­чальству. Сами забудьте его настоящую фамилию и помните только по псевдониму.

Помните, что в работе сотрудника, как бы он ни был вам предан и как бы он честно ни работал, всегда рано или поздно, наступит момент психологического пе­релома. Не прозевайте этого момента. Это момент, когда вы должны расстаться с вашим сотрудником.

Он больше не может работать. Ему тяжело. Отпускайте его. Расставайтесь с ним. Выведите его осторожно из революционного круга, устройте его на легальное место, исхлопочите ему пенсию, сделайте все, что в силах челове­ческих, чтобы отблагодарить его и распрощаться с ним по-хорошему.

Помните, что перестав работать в революционной среде, сделавшись мирным членом общества, он будет полезен и дальше для государства, хотя и не сотрудни­ком; будет полезен уже в новом положении. Вы лишаетесь сотрудника, но вы при­обретаете в обществе друга для правительства, полезного человека для государст­ва»[215]. По оценка коллег: «Благодаря таким взглядам Зубатова, работа по розыску приобрела интенсивный характер. Проводя их в жизнь, Зубатов сумел поставить внутреннюю агентуру на редкую высоту. Осведомленность отделения была изуми­тельна. Его имя сделалось нарицательным и ненавистным в революционных кругах. Москву считали гнездом «провокации»»[216]. Для осуществления агентурной работы составлялись специальные инструкции и циркуляры, в которых агенты внутреннего наблюдения распределялись на штучников, вспомогательных агентов и секретных сотрудников, внедренных в качестве членов «преступных сообществ». Первые из этой классификации представляли собой лиц, не связанных тесно с полицией, но давших какую-либо разовую информацию, случайно полученную из каких-либо ис­точников. В идеале, по мнению полицейских, при правильной постановке агентур­ного дела штучников быть не должно, хотя на практике все обстояло иначе. Вторая категория сотрудников являлась более надежной, эти лица стабильно давали инфор­мацию за регулярное денежное вознаграждение, хотя и непосредственно не входили в революционные группы. Секретные же сотрудники, составлявшие элиту политиче­ского сыска, участвовали в деятельности антиправительственных организаций и со­ответственно имели прямой контакт с революционерами. Установить точное число секретных агентов не представляется возможным. В литературе их количество оп­ределяется от 1,5 - 2 до 100 тысяч к 1917 г.

Большие успехи были достигнуты и в организации наружного наблюдения. Е.П.Медников, правая рука Зубатова, создал целую школу филеров - агентов наруж­ного наблюдения. Их информация дополняла данные внутренней агентуры. Помимо этого при Московской охранке существовал и так называемый летучий отряд филе­ров, также находившийся под руководством Медникова. «Этот отряд разъезжал по России, разрабатывая агентурные сведения Зубатова или департамента, работая как бы под фирмой последнего. По деловитости, опытности и серьезности филеров, ко­торые в большинстве брались из московских филеров, летучий отряд был отличным наблюдательным аппаратом, не уступавшим по умению приспособляться к обстоя­тельствам, по подвижности и конспирации, профессиональным революционерам»[217]. Успехи в этой области были поразительными несмотря на то, что численность этого отряда в начале века определялась всего лишь приблизительно в 30 человек, а в гу­бернских городах, как правило, их насчитывалось не более 25, так, что на всю ог­ромную империю приходилось не более тысячи филеров[218].

«Начальство требовало от филеров досконального знания всех домов в Моск­ве со сквозными проходами и проходных дворов. Высоко ценились также политиче­ская благонадежность, хорошее здоровье, в особенности - зрение, отличный слух, умение легко сходиться с людьми. Поляков и евреев в филеры не брали, хотя среди секретных агентов они были»[219].

Впечатляет и количественный рост филеров и секретных агентов за относи­тельно небольшой промежуток времени: в 1883 г. в Московском охранном отделе­нии их числилось всего девять человек и семнадцать так называемых наблюдатель­ных околоточных, а секретных агентов было одиннадцать, в 1917 г. число секретных агентов в Империи составляло, по некоторым оценкам, примерно 100 тысяч.

Информационно-аналитическое и техническое обеспечение предупреждения терроризма. Большое значение в борьбе с терроризмом имела и хорошо организо­ванная информационная служба. Департамент полиции, унаследовавший все бумаги Третьего отделения, создал огромный архив карточек на революционеров и лиц, так или иначе с ними связанных, число которых еще до 1914 г. перевалило за миллион. При этом все они были тщательно классифицированы по разным признакам и разли­чались по цвету, так что в любой момент не составляло труда оперативно получить информацию на любое заинтересовавшее лицо. Велся также тщательный учет тех­нических средств, используемых террористами, для чего постоянно изучались новые мировые изобретения в различных областях науки и информация эта тоже поступала в архив.

Что касается перлюстрации почты, то это, как указывалось, было третьим важнейшим источником получения информации спецслужбами. Производилась она в специальных перлюстрационных пунктах, неофициально именовавшихся «черными кабинетами». Таковые существовали в наиболее крупных городах госу­дарства. Особенность этой операции заключалась в том, что осуществляли ее по за­казу Департамента полиции чиновники иных ведомств, прежде всего - почтового. Объем вскрытой корреспонденции неуклонно возрастал: в 1882 г. было вскрыто 38 тыс. писем и сделано 3600 выписок, а в 1907 г. - 14221[220].

И, наконец, последний фактор достаточно успешной деятельности полиции в борьбе с террористами - активная работа заграничной агентуры, основными целями которой были: «проникать в революционные группы и пытаться их обезвредить, пе­рехватывать оружие и взрывчатку, переправляемые в Россию, влиять на европейское общественное мнение, вызывая симпатии к имперскому правительству»[221].

Лишь реорганизация органов политической полиции и использование пер­спективных методов борьбы приведи к успеху охранных отделений и позволили по­кончить о террором как массовым явлением в России. В этом контексте можно вы­делить следующие методы: широкая вербовка агентуры среди членов боевых групп; оперативные игры; провокации; научный подход к проблемам противодействия тер­роризму; мероприятия по предупреждению данного вида преступления (в первую очередь строгий контроль за каналами поставки оружия и взрывчатых веществ и т.д.); жесткие меры пресечения (убийства членов тергрупп при их захвате и арестах и т.п.).

Научный подход к проблеме борьбы с терроризмом выражался, в основном, в проведении аналитической работы: тщательное изучение оперативных материа­лов, агентурных сообщений и открытых публикаций; составлении научно обосно­ванных прогнозов и т.д. На основе анализа агентурной и иной информации секрет­ной канцелярией политической полиции проводились следующие виды мероприя­тий: заводились картотеки на всех деятелей революционного движения, в первую очередь на организаторов и исполнителей террористических акций; составлялись схемы, воссоздававшие структуры организаций и террористические группы; про­слеживались связи террористических организаций как внутренние, так и внешние; проводились оперативные игры.

Хотя уголовное законодательство России того времени, нуждалось в серьёз­ной модернизации, поскольку существовавшие нормы права не охватывали всего многообразия проявлений террористической деятельности, в целом работа право­охранительных органов по созданию целостной антитеррористической системы про­двинулась гораздо дальше, чем в современной России.

Работа полиции по борьбе с преступлениями такого характера была достаточ­но эффективной. Как полагают авторы книги «Фонтанка, 16» С.Степанов и Ч.Руд, «большинство операций охранки были успешными. Охват агентурной сети, анализ разнообразной информации, точность и быстрота решений были удивительными. Тайная полиция уничтожила ряд террористических групп, дезорганизовала подполь­ные революционные партии, в том числе наиболее опасную - партию эсеров. Благо­даря стараниям охранки деятельность революционных вождей протекала в основном в эмиграции, так как на территории империи средняя продолжительность жизни на свободе профессионального подпольщика составляла всего лишь несколько меся­цев»1.

В советский период феномен терроризма обрел совершенно иное качество, трансформировавшись в систему государственного террора, который унес жизни многих миллионов, а по некоторым оценкам нескольких десятков миллионов чело­век. Оппозиционный же терроризм в том виде, в котором он существовал в царской

России, со всеми признаками системности и организованности, был подавлен ре­прессивной машиной. Хотя отдельные акты терроризма, например, такие, как взры­вы в столичном метрополитене, устроенном в 1977 г. группой Затикяна, захват тер­рористом-одиночкой в 1978 г. московского представительства финской авиакампа­нии «Финнэйр», а также террористические акты - покушение Фанни Каплан на Ле­нина в 1918 г. (хотя этот акт до сих пор вызывает немало вопросов) или покушение на Брежнева в 1969 г., совершенное Ильиным. Отдельные факты подобного рода не позволяют говорить о терроризме в советское время как о целостном явлении[222]. Ан­титеррористическая деятельность сосредоточивалась в руках КГБ, обладавшего ог­ромными материально-техническим, оперативными, информационно­аналитическими и иными возможностями. Сейчас данная система разрушена, органы безопасности утратили свое монопольное положение в данной сфере, в то время как субъектами антитеррора стали иные структуры и институты, в первую очередь МВД. Итак, в качестве позитивных выводов об опыте борьбы с терроризмом в нашей стра­не в прошлом, можно отметить следующие моменты: а) прекрасная постановка сис­темы раннего предупреждения, поскольку антитеррористическая деятельность в тот период велась по-преимуществу оперативным путем. Необходимости в силовых подразделениях не было. Своевременное получение и реализация информации по­зволяли пресекать террористические акты, либо задерживать террористов силами штатных сотрудников полиции, не прибегая к помощи отрядов специального назна­чения; в) оперативное получение необходимой информации из-за рубежа благодаря наличию заграничных резидентур; г) как следствие двух вышеназванных факторов - надежное информационно-аналитическое обеспечение работы. Все это могло бы быть учтено в практике нынешних ОВД.

Место ОВД в предупреждении терроризма. Органы внутренних дел являют­ся одним из основных субъектов антитеррористической деятельности. Так, согласно п. 9 «Положения о Министерстве внутренних дел России», утвержденному Указом Президента Российской Федерации № 1039 от 18 июля 1996 года, в функции МВД входит участие, в пределах своей компетенции, в осуществлении мероприятий по борьбе с терроризмом. Эта же задача логически вытекает из содержания ст. 2 Закона

РСФСР от 18 апреля 1991 г. «О милиции», ст. 1, 2, 13 Федерального закона от 12 ав­густа 1995 г. «Об оперативно-розыскной деятельности» и иных нормативных актов.

Однако в борьбе с терроризмом органы внутренних дел занимают особое ме­сто, которое характеризуется некоторой двойственностью. С одной стороны, на них ложится основная нагрузка с точки зрения этой деятельности, они постоянно и непо­средственного сталкиваются с последствиями террористических проявлений и их субъектами, находятся на «переднем крае» борьбы, в общественном сознании гос­подствует представление о том, что только милиция должна бороться с террориста­ми, и именно на нее возлагается ответственность за волну преступлений террори­стического характера, вызывающих панику и страх. В этом в первую очередь упре­кают органы правопорядка. С другой стороны, объективный и более внимательный анализ ситуации, показывает, что деятельность ОВД лишь часть, причем не основ­ная, в работе по решению этой важнейшей проблемы. Органы правопорядка по сво­ему предназначению, исходя из природы своих функций, сталкиваются главным об­разом уже с произошедшими актами и в гораздо меньшей степени влияют (если во­обще влияют) на причины, которые далеко выходят за рамки их компетенции. По­скольку борьба с терроризмом - общегосударственная задача, требующая единой по­литики и усилий всех его институтов, создания целостной системы, поэтому ОВД следует четко определить свое место в ней. Для этого следовало бы, учитывая харак­тер, причины, состояние и динамику терроризма в настоящий момент, а также учи­тывая собственные возможности и ресурсы четко определить: 1) круг тех задач, ко­торые не свойственны ОВД или которые они не в состоянии решить, 2) совокуп­ность задач, решение которых возлагается от ОВД или зависит от них, 3) оптималь­ные методы достижения поставленных целей.

С точки зрения борьбы с терроризмом, логика подсказывает, что на ОВД в ос­новном возлагается чисто силовая функция пресечения и предотвращения террориз­ма и в меньшей степени профилактики. Исходя из анализа причинного комплекса терроризма вполне очевидным является факт невозможности для правоохранитель­ных органов влиять на глубинные причины этого явления (это вообще мало кому под силу, они постепенно начнут угасать по мере преодоления кризисных процессов в обществе), весьма незначительными представляются их возможности и в плане нейтрализующего воздействия и на базовые детерминанты, связанные с общим по­литическим и экономическим неблагополучием, устранение которых требует соци­альных мер на макроуровне. Об этом говорят и сотрудники ОВД. На вопрос: «В ка­кой мере, на Ваш взгляд, стабилизация обстановки зависит от действий ОВД?», лишь 9 % процентов ответили, что зависит полностью, 21 % утверждают - совсем не зависит, а подавляющее большинство 70 % констатировали частичную зависимость ситуации[223]. И это объективное положение вещей. Максимум, на который в таких условиях органы способны, это прогностика - отслеживать процессы в регионах с наибольшей социально-политической напряженностью, в субъектах федерации со сложными межнациональными отношениями, проводить мониторинг состояния тех процессов, последствиями которых могут стать этнические, социальные, религиоз­ные, экономические конфликты, способные вызвать проявления насилия, сопряжен­ного с терроризмом, заблаговременно выявлять те точки, где наиболее вероятны та­кого рода ситуации. Это необходимо во-первых, для того, чтобы не быть застигну­тыми врасплох, во-вторых, чтобы информировать и попытаться воздействовать на другие органы власти, от которых это зависит, с целью принятия ими решений, смягчающих напряженность, проводить криминологическую экспертизу при осуще­ствлении тех или иных значимых с точки зрения влияния на преступность преобра­зований (примером отсутствия такой экспертизы можно назвать принятие закона «О реабилитации репрессированных народов», что во многом послужило толчком к разжиганию осетино-ингушского конфликта[224]). Аналитической работой в системе МВД призван заниматься не так давно созданный Главный информационный центр. Однако, видимо, следует сразу же отказаться от нереалистичных попыток непосред­ственно воздействовать на столь сложные факторы, это несвойственная для ОВД задача, и полностью сосредоточится на функции пресечения.

ОВД переживают не лучшее время в плане финансирования, кадрового, мо­рально-психологического и иного обеспечения, сузились их реальные возможности. Поэтому, исходя из смысла общего предупреждения, которое понимается как дея­тельность, направленная на выявление и устранение объективных внешних причин, порождающих преступления, и условий, способствующих их совершению[225] следует заключить, что ОВД вряд ли могут в полной мере их нейтрализовать. Более перспек­тивным направлением предупредительной деятельности представляется индивиду­альная профилактика.

Функционально в системе МВД организацией и осуществлением мероприятий в рамках антитеррористической деятельности в той или иной степени занимаются более десяти Главных управлений и Управлений. В частности, функции по раскры­тию тяжких преступлений против личности и совершенных с применением взрыв­ных устройств, сосредоточены в ГУУР МВД России, работу по выявлению органи­зованных преступных групп и сообществ, использующих методы террора ведет ГУ­БОП МВД России. Учитывая складывающуюся обстановку ГУБОП МВД России об­разовал отдел по борьбе с уголовным терроризмом. Основными задачами этого от­дела является выявление и пресечение деятельности организованных преступных групп и сообществ, использующих методы террора и организация взаимодействия по вопросам борьбы с терроризмом с другими правоохранительными органами. Сей­час это подразделение интенсивно развивает взаимодействие с Департаментом по борьбе с терроризмом, другими службами ФСБ, Федеральной пограничной службы по выявлению каналов снабжения преступников оружием и взрывчатыми вещества­ми. На находящиеся в его структуре СОБРы возложена поддержка мероприятий по освобождению заложников, пресечение деятельности вооруженных преступных групп, проведение специальных операций по изъятию оружия, боеприпасов и взрыв­чатых веществ. Поиск, обнаружение и уничтожение взрывчатых веществ и взрыв­ных устройств осуществляют инженерно-технические подразделения ОМОН, орга­низационно входящие в милицию общественной безопасности. Из всего этого следу­ет, что антитеррористическое направление в деятельности ОВД пока еще носит не­скоординированный, или по крайней мере, недостаточно скоординированный харак­тер. Так, вышеупомянутый отдел входит в структуру одного из Главков, а следова­тельно не может в должной мере играть роль органа внутриведомственной коорди­нации. Силовые операции по пресечению актов терроризма часто выполняют раз­личные спецподразделения, в том числе СОБР, ОМОН, спецназ УИС, которые также разъединены по принадлежности к разным управлениям. Такое же положение имеет место и на местах. В этой связи, внутриведомственная координация в системе МВД зеркально повторяет ситуацию на межведомственном и общегосударственном уров­нях. Поэтому здесь вполне применимы предложения, касавшиеся создания системы целостной предупреждения терроризма.

Конкретны мероприятия ОВД по предупреждению и пресечению терро­ризма. В течение последних нескольких лет ОВД вплотную столкнулись с данной проблемой (достаточно вспомнить наиболее характерные преступления, совершен­ные только в 1996 году: серия взрывов в московском и Санкт-Петербургском метро­политенах и наземном транспорте, покушение на вице-мера Москвы, взрыв пасса­жирского автобуса в г. Нальчике, взрыв жилого дома в г. Каспийске, террористиче­ский взрыв на Котляковском кладбище свидетельствуют о том, что терроризм пре­вращается в одну из реальных угроз безопасности общества и государства), и на этом пути были как достижения, так и явные промахи, недоработки/

Как будет показано ниже, деятельность ОВД носит весьма многоплановый ха­рактер. По итогам деятельности министерства за 1996 г. было проведено 38 тыс. профилактических мероприятий, задержано свыше 14,1 тыс. преступников. Как ска­зано в том же отчете, «в последнее время личный состав ОМОН все чаще стал при­влекаться к проведению специальных операций по пресечению актов терроризма и деятельности вооруженных преступных групп, освобождению заложников, изъятию незаконно хранящегося оружия, боеприпасов, взрывчатых и наркотических ве­ществ»[226].

Такие подразделения, как 8 Главное управление, Главное управление внут­ренних дел на транспорте и внутренние войска, осуществляют антитеррористиче­ские мероприятия в рамках охраны особо важных объектов и транспортных узлов.

Работа подразделений по борьбе с организованной преступностью в наи­большей степени связана с различными проявлениями криминального терроризма. В течении последних лет усилия Главного управления по организованной преступно­сти и его подразделений на местах направлялись на обеспечение защиты личности, общественных и государственньсс интересов от посягательств со стороны преступ­ных сообществ, пресечение деятельности незаконных вооруженных формирований, особенно на Северном Кавказе. В первую очередь эти усилия направлялись на свое­временное выявление и разоблачение организованных преступных групп, специали­зирующихся на заказных убийствах, захватах заложников, похищении людей и пре­ступлений, совершаемых с применением взрывчатых веществ. Все чаше в так назы­ваемых преступных «разборках» гремят взрывы и все чаще звучат угрозы соверше­ния террористических актов. Для иллюстрации достаточно одной цифры - 22 декаб­ря 1996 года в г. Москве, на Осеннем бульваре у дома 21 произошел сотый за ука­занный год криминальный взрыв. При этом наблюдается опасная тенденция - если раньше жертвами криминальных взрывов были в основном коммерсанты и лидеры уголовного мира, то сейчас среди этих жертв появляются представители админист­рации городов и субъектов Федерации.

Подразделения органов внутренних дел на транспорте осуществляют практи­ческие меры по противодействию терроризму на воздушном, железнодорожном и водном видах транспорта. Это крайне важная задача, поскольку данные объекты яв­ляются «излюбленными» местами совершения преступных акций. По данным опроса сотрудников ОВД в 37 % случаев терроризм осуществляется именно в этих точках[227] - (случаи в Армавире, Пятигорске, Воронеже). В результате предпринятых ими мер в последние два года (1995 -1996) были предотвращены 4 попытки угона воздушных судов, на железнодорожных магистралях обезврежены более 60 различных взрывных устройств.

В пределах своей компетенции МВД России, предприняло ряд мер по обеспе­чению общественного порядка и безопасности граждан. Усилена охрана обществен­ного порядка в городах и других населенных пунктах за счет привлечения к патру­лированию на улицах военнослужащих внутренних войск и курсантов учебных заве­дений МВД России. Зачастую личный состав органов внутренних дел и внутренних войск переводился на усиленный вариант несения службы по охране объектов жиз­необеспечения, транспортных узлов и других особо важных объектов.

В целях реализации Указа Президента Российской Федерации от 7 марта 1996 года № 338 «О мерах по усилению борьбы с терроризмом» и Плана первоочередных мероприятий МВД России по борьбе с терроризмом взята под жесткий контроль ор­ганизация работы органов внутренних дел по раскрытию совершенных террористи­ческих актов в Москве, Санкт-Петербурге, Каспийске, Воронеже, Волгограде, Аст­рахани. В состав следственно-оперативных групп были выделены наиболее опытные сотрудники ГУОП, ГУУР, ГУВДТ МВД России, ГУВД Москвы и Московской об­ласти. Следственно-оперативные мероприятия проводились в тесном контакте с ор­ганами ФСБ и прокуратуры.

В 1996 - 97 гг. Постоянно проводились целевые операции оперативно­профилактического и режимного характера «Гастролер», «Арсенал», «Сигнал», «Розыск-96», в результате которых только за 11 месяцев т.г. из незаконного оборота изъято 7,6 тыс. стволов огнестрельного оружия, более 200 тыс. боеприпасов различ­ного калибра, 156 кг взрывчатых веществ, около 500 гранат и снарядов, 78,5 кг ра­диоактивных веществ. По итогам оперативно-служебной деятельности органов внутренних дел и служебно-боевой деятельности внутренних войск МВД Россий­ской Федерации в 1996 г. изъято 34 тыс. ед. различного оружия, 380 тыс. боевых па­тронов, 340 кг взрывчатых веществ, 670 гранат и снарядов, проведена всероссийская комплексная инвентаризация оружия, в ходе которой проверено свыше 30 тыс. объ­ектов разрешительной системы[228]. По итогам деятельности за 1997 г. из незаконного оборота изъято 11,8 тыс. единиц различного оружия, в том числе 8,3 тыс. - огне­стрельного, 1,6 тыс. - нарезного, 2 тыс. - холодного, 13,1 тыс. боевых патронов, 178 кг., взрывчатых веществ, 155 гранат и мин[229].

С личным составом органов внутренних дел и внутренних войск проводились тренировки и тактико-специальные учения по отработке действий при возникнове­нии чрезвычайных ситуаций. Скорректированы расчеты сил и средств, привлекае­мых в случае совершения актов терроризма. Во внутренних войсках МВД

России созданы резервы из подразделений специального назначения, которые нахо­дятся в режиме 10-минутной готовности. Частями внутренних войск дополнительно проведена рекогносцировка местности и направлений по отработке возможных ва­риантов действий на ядерно- и экологически опасных объектах. Тем не менее учеб­ная деятельность по подготовке сотрудников к действиям в условиях терроризма требует больших усилий по совершенствованию. Об этом свидетельствует тот факт, что большинство респондентов (56 %) в ходе социологического исследования на во­прос о проведении в их подразделениях специальных занятий, отметили их низкий теоретический уровень из-за отсутствия соответствующих программ и специали­стов, либо констатировали полное отсутствие какой-либо подготовки (15 % опро­шенных).

С целью обеспечения общественной безопасности в столичном регионе МВД совместно с ФСБ России в 1996-97 гг. осуществляло комплекс специальных мер, на­правленных на получение информации и установление лиц, участвующих в подго­товке и совершении актов терроризма, хищении оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ. В Москве была увеличена плотность патрульно-постовых нарядов милиции в местах массового пребывания граждан, метрополитене и наземном общественном транспорте. На сопровождение электропоездов московского метрополитена было задействовано 1450 сотрудников милиции, на охрану станций и объектов 400 со­трудников, 300 военнослужащих и 250 дружинников. На 5 линиях метро с наиболее интенсивным движением созданы и работают в круглосуточном режиме специали­зированные оперативно-поисковые группы со служебно-розыскными собаками. Со­вместно с работниками объектов общественного транспорта проводился осмотр транспортных средств на конечных станциях и перегонах.

Подразделениями Государственной автомобильной инспекции был усилен контроль за въездом в столицу иногороднего транспорта, организован досмотр транспортных средств и перевозимых грузов.

На 24 наиболее крупных станциях Московской железной дороги и 7 аэропор­тах центрального региона России были организованы и действуют оперативные за­слоны, ежесуточно в их работе задействуется свыше 1200 сотрудников транспортной милиции. За 11 месяцев работы эти группы в 1996 г. задержали более 30 тыс. нару­шителей, в т.ч. 332 преступника, у которых изъято 142 единицы огнестрельного оружия, 153 кг наркотических средств. Совместно с ФСБ России и службой авиаци­онной безопасности авиапредприятий в московских аэропортах приняты меры по ужесточению досмотра ручной клади и багажа пассажиров вылетающих из столицы, введен встречный досмотр пассажиров, пребывающих в Москву из Северо­Кавказского региона.

За указанный период 1995 - 97 гг. в ходе проведения общегородских специ- ал ь ных оперативно-профилактических операций органами внутренних дел столич­ного региона было раскрыто более 2 тысяч преступлений, изъято более 1600 стволов огнестрельного оружия, около 23 тыс. единиц боеприпасов, 76 кг. взрывчатых ве­ществ, 220 гранат, 2 радиоуправляемых взрывных устройства промышленного изго­товления, 20 гранатометов. Задержано 782 преступника, находившихся в розыске.

В 1996 г. РУОП по г. Москве, совместно с Юго-восточным ОУВД провел опе­ративно-профилактическую операцию «Терек», направленную на предотвращение террористических актов и иных экстремистских проявлений со стороны жителей го­сударств Закавказья и республик Северного Кавказа. В результате проведения опе­рации задержаны за различные правонарушения 1205 человек, из них 63 за преступ­ления и 4 находившихся в розыске, было возбуждено 37 уголовных дел.

В 1996-97 гг. подразделениями ГУОП МВД России и ГУВД г. Москвы прове­рялась оперативная информация в отношении 140 лиц, возможно причастных к со­вершению террористических актов, заказных убийств, незаконному обороту оружия и взрывчатых веществ.

Вместе с тем, несмотря на приведенные цифры, вклад органов внутренних дел в борьбу с террористическими проявлениями далеко недостаточен на фоне остаю­щейся низкой раскрываемости преступлений, связанных с применением взрывчатых веществ, заказных убийств, на фоне возрастающего незаконного оборота оружия. Да и сами сотрудники достаточно невысоко оценивают готовность спецподразделений ОВД к действиям в условиях терроризма. Почти половина - 49 % дают удовлетвори­тельную оценку, 21 % - низкую, и только 12 % опрошенных высоко оценили их под­готовку[230]. В целом на неподготовленность антитеррористических подразделений как одну из причин неудовлетворительного состояния борьбы с терроризмом указало 17 % участвовавших в опросе респондентов. Это должно стать одним из основных на­правлений совершенствования антитеррористической деятельности органов внут­ренних дел в ближайшее время.

Особого внимания заслуживают вопросы взаимодействия правоохранитель­ных органов и специальных служб в решении этой далеко непростой проблемы. Не­смотря на предпринимаемые шаги уровень взаимодействия не отвечает склады­вающейся оперативной обстановке. Если на уровне центральных аппаратов все воз­никающие вопросы решаются достаточно легко, то в периферийных подразделениях различных ведомств руководители зачастую действуют с оглядкой на центральный аппарат. ГУОП МВД совместно с Разведуправлением федеральных пограничных войск выработали соглашение по организации взаимодействия, которое распростра­няется и на региональные подразделения. В нем нашли свое отражения конкретные направления совместных действий оперативных аппаратов по взаимному информи­рованию, проведению конкретных оперативно-розыскных мероприятий и согласова­нию усилий по борьбе с террористическими проявлениями.

Примером успешного взаимодействия между различными ведомствами мо­жет служить проведенная в Приморском крае совместная с разведотделом Дальнево­сточного пограничного округа операция по изъятию из незаконного оборота около 200 кг тротила, 131 детонатора и 2,5 тыс. боеприпасов.

Тем не менее деятельность ОВД по борьбе с терроризмом сталкивается и с ря­дом важных «глобальных» организационно-правовых проблем, остающихся нере­шенными. С учетом уже имеющегося опыта борьбы с терроризмом, дореволюцион­ной и зарубежной практики, специфики роли ОВД следовало бы обратить внимание на решение следующих правовых, организационных и технических вопросов в об­щегосударственном масштабе.

1) Требуют устранения пробелы в законодательном обеспечении борьбы с терроризмом, в частности, необходимо завершение и принятие закона «О борьбе с терроризмом». Необходимым также представляется внесение значительных измене­ний и дополнений в законы, призванные усилить борьбу с преступностью и имею­щие прямое или косвенное отношение к борьбе с терроризмом.

2) Весьма актуальной проблемой по-прежнему остается недостаточное финан­сирование правоохранительных органов и спецслужб, а также мероприятий, опреде­ленных в Указе Президента Российской Федерации от 7 марта 1996 года № 338 «О мерах по усилению борьбы с терроризмом» и Федеральной программы по усилению борьбы с преступностью на 1996-1997 годы.

3) В течении более двух лет остается нерешенным вопрос о порядке взаимо­действия органов исполнительной власти и местного самоуправления, правоохрани­тельных органов и спецслужб в случае возникновения угрозы проведения актов тер­роризма или в ходе их пресечения. (Отсутствие достаточного взаимодействия между правоохранительными органами как причина неудовлетворительного состояния борьбы с терроризмом названа 24 % сотрудников ОВД, участвовавших в опросе - с их точки зрения это основная на данный момент причина[231]. Что касается взаимодей­ствия с органами местной власти, то только 3 % опрошенных высказались в пользу необходимости утверждения ОВД своих действий в администрации, 156 % считают что ОВД этого делать не должны и 157 % полагают, что ОВД должен только ставить администрацию в известность о случившемся с просьбой о технической помощи). Для выхода из создавшегося положения предлагается совместно с заинтересованны­ми министерствами и ведомствами определить конкретные сроки подготовки и ут­верждения межведомственной инструкции о порядке действий правоохранительных органов и исполнительных структур органов государственной власти на случай со­вершения террористических актов, координации и взаимодействия федеральных ор­ганов государственной власти при проведении операций по борьбе с терроризмом. В этих целях было бы целесообразным использовать проекты документов по данной тематике, направленных ГУОП МВД в Правительство России в 1995-1996 годах.

4) В плане координации оперативных мероприятий ОВД и ФСБ по предупре­ждению и пресечению терроризма специалистами предлагается: четко регламенти­ровать порядок обмена оперативной информацией; условия, порядок, тактику дейст­вий по выполнению обоюдных или односторонних оперативно-розыскных заданий и поручений; обоюдное осуществление инициативных проверок лиц и фактов, пред­ставляющих оперативный интерес, а также решение проблем дальнейшей разработ­ки; временный или постоянный обмен негласными сотрудниками; проведение со­вместных оперативных игр и учений; временный или долгосрочный обмен личным составом оперативных служб, решение проблем оперативного внедрения в преступ­ные группы и сообщества; создание временных или постоянных координирующих органов управления оперативными силами и средствами[232].

По мнению сотрудников Отдела по борьбе с криминальным терроризмом, также целесообразно было бы вынести на рассмотрение Правительства Российской Федерации и несколько частных организационно-технических вопросов:

1) о замене ведомственной военизированной охраны объектов особой важно­сти, жизнеобеспечения и повышенной опасности на милицейскую охрану; 2) о пере­воде содержания подразделений милиции, осуществляющих охрану и сопровожде­ние специальных грузов на частичное финансирование из федерального бюджета; 3) о разработке и промышленном производстве специального подвижного состава для перевозки оружия, взрывчатых, радиоактивных и токсичных веществ; 4) об оборудо­вании узловых железнодорожных станций, вокзалов и аэропортов спецтехникой для обнаружения оружия, взрывчатых, радиоактивных и ядовитых веществ.

Министерство внутренних дел Российской Федерации, учитывая особую опасность террористических проявлений в Концепции развития органов внутренних дел и внутренних войск МВД России предусмотрело:

- создание и развитие системы органов внутренних дел на атомных электро­станциях, ядерных и других режимных объектов, в том числе на заводах- изготовителях оружия, боеприпасов, взрывчатых и химических веществ;

- укрепление специализированных подразделений милиции, обеспечивающих сохранность технологических разработок стратегического и оборонного назначения и ядерных зарядов к ним;

- формирование воинских частей (подразделений) для борьбы с технологиче­ским терроризмом в составе соединений и воинских частей по охране важных госу­дарственных объектов.

Роль ОВД в борьбе с терроризмом постоянно возрастает и будет возрастать в будущем. Требуется дальнейшая теоретическая разработка оптимальных форм их участия в этом и обобщение непрерывно накапливающегося опыта. Поэтому процесс изучения терроризма как социального явления и вида преступления, остающийся актуальным, будет служить научной базой для совершенствования деятельности правоохранительных органов.

3.3.

<< | >>
Источник: Назаркин Михаил Владимирович. Криминологическая характеристика и предупреждение терроризма. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 1998. 1998

Скачать оригинал источника

Еще по теме Организационно-тактические аспекты деятельности ОВД по предупрежде­нию терроризма:

  1. Организационно-тактические аспекты деятельности ОВД по предупрежде­нию терроризма