<<
>>

4. Разрешение коллизий правовых актов в процессе правотвор­чества.

При разрешении коллизии правовых актов в процессе правотвор­чества, коллизионная ситуация устраняется окончательно, путем отмены, внесения изменений, а так же принятия нового правового акта.

Перед ха­рактеристикой правовых средств разрешения коллизий в правотворчестве, необходимо уделить внимание законодательным средствам их предотвра­щения. Говоря о негативном влиянии коллизий на отечественную систему права, следует помнить о том, что коллизии легче предотвратить, чем уст­ранить. Предотвращение коллизий в системе права - это комплекс мер, направленных на предотвращение возникновения коллизий в будущем, на снижение количества и остроты противоречий, возникающих в отечест­венном праве.

Как отмечается в научной литературе, закон обеспечен гарантиями и средствами защиты167, но не следует считать, что с его нарушениями в процессе реализации необходимо бороться лишь в на данной стадии его существования, контрольными и надзорными проверками, депутатскими запросами, жалобами граждан. Ещё на стадии подготовки и рассмотрения законопроектов возникает немало предпосылок для возникновения право­вых коллизий. Отсутствие надлежащей реакции, на них может привести к дефектности ещё не принятого закона. Предотвращение нарушений закон­ности на стадии законотворчества служит важнейшим условием будущей эффективности закона , отсутствия или сведения к минимуму коллизий в правоприменительной деятельности. Причем речь должна идти не об эпи-

167 См.: Ефремов А.Ф. Принципы и гарантии законности. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. М., 1998.

168 См.: Адарчева Л.С. О совершенствовании законодательной деятельности Государственной Думы // Журнал российского права. 2000. №3. С.42-47; Дашков А.С. Правотворческие ошибки. Проблемы теории и практики. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. Санкт-Петербург, 1999.

120

зодических и подчас запоздалых мерах, к тому же односторонних и при­меняемых, главным образом, в случаях выявления нарушений законности.

Имеется в виду весь процесс длительного действия закона, со своими ста­диями и присущими им средствами обеспечения169.

Качество и согласованность законов, их общая ориентация на реа­лизацию служат первоначальным этапом предотвращения коллизий право­вых актов170. Однако, действующие федеральные законы и законодатель­ство субъектов Российской Федерации не всегда обладают надлежащим качеством. К сожалению, в российском правоведении пока нет единого понимания понятия «качество закона», поскольку оно было введено в на­учный оборот сравнительно недавно и в значительной мере является дис­куссионным.171. Данное понятие занимает центральное место среди про­блем законодательной техники, ибо понятие «качество закона» характери­зует совокупность свойств и связей,172 которые должен иметь качественно совершенный закон, и которые необходимо придать ему ещё на стадии проектирования законопроекта. В ходе законодательного проектирования важнейшей - является задача установления надлежащих связей между про­ектируемыми и действующими нормами права. Лица, осуществляющие подготовку законопроекта, должны с самого начала стремиться к тому, чтобы подготовленные ими законодательные новеллы представляли собой органичную часть единого целого — законодательной системы, были по­следовательно согласованны со всеми её компонентами и обеспечивали надлежащую реализацию функций целого173. К сожалению, данное требо-

См.: Тихомиров Ю.А. Действие закона. М., 1992. 170 См.: Алексеев С.С. Как готовить закон? // Известия. 1992. 14 декабря; Тихомиров Ю. А. Там же. С. 182

'"См.: Прозоров В.Ф. Качество и эффективность хозяйственного законодательства в условиях рынка. М., 1991; Поленина СВ. Качество закона и эффективность законодательства. М., 1993; Игнатенко В.В. Правовое качество законов об административных правонарушениях. Иркутск. 1998. шСм.: Сырых Е.В. Общие критерии качества закона. Автореф. канд. юрид. наук. М., 2001.

Сб. 173 См.: Законодательная техника: Научно-практическое пособие. М., 2000. С.180-181.

121

вание далеко не всегда соблюдается .

Говоря о качестве законопроекта, следует упомянуть, значительную роль в возникновении коллизий играют так называемые технические ошибки. Зачастую из-за них норм превращается в набор слов. Результатом законотворческих ошибок являются трудности в практике применения со­ответствующих норм, снижение эффективности правового регулирования.

К типичным юридическим ошибкам, возникающим в деятельности, законодательных, исполнительных и судебных органов можно отнести: противопоставление законности и целесообразности; неверный выбор предмета законодательного регулирования; неправильное определение формы правового акта; несоблюдение процедуры подготовки и обсужде-ния проекта закона или иного акта ; неудачное формулирование и ис­пользование нормативных понятий и терминов176, необоснованная юриди­ческая квалификация фактов и явлений; неправильный выбор акта и норм, относящихся к субъекту и объему его прав; неодинаковое понимание ста­туса граждан и юридических лиц; неправильное построение правовых норм; произвольные разъяснения и толкования норм; неправильное об­ращение за правовой защитой; ложное представление о своих неправомер­ных поступках, якобы не являющихся правонарушениями; неверное при­менение средств реализации права; неприменение мер ответственности.

Общим условием снижения количества правотворческих ошибок является более качественная работа над текстом закона разработчиков и различных экспертов177. В случае, если ошибки обнаруживаются в про­цессе правоприменительной практики, необходимо создание условий,

174 См.: Егорова Н. Коллизия материальных и процессуальных норм в «служебных» преступлениях. Российская юстиция. 1999.№10С.39; Толмачев О. Коллизии норм УК РФ КоАП РФ в судебной практике// Российская юстиция. 2000.№1.С.51-52.

15 См.: Исаков В.Б. Федеральное законодательство: некоторые тенденции развития // Журнал россий­ского права.

2000.№3. С.22-41.

176 См.: Урумова Е.С. Разночтения в официальных текстах Налогового кодекса // Законодательство. 1999. №3.

177 См.: Ралдугин Н.В. Правовая экспертиза проектов федеральных законов. М., 1998. С.3-10.

122

обеспечивающих скорейшее донесение до законодателя мнения практиче­ских работников и результатов правоприменительной практики.

Существенным фактором для возникновения противоречий в пра­воприменении является нарушение в процессе правотворчества фунда­ментальных принципов права, прежде всего - принципа верховенства зако­на. Признание верховенства закона неразрывно связано с обеспечением приоритета законов в системе права. Данный конституционный принцип должен пронизывать весь процесс правотворчества и правоприменения. Тогда он будет выступать не только базовым первичным регулятором, но и важнейшим фактором нормообразования и применения правовых норм. В юридической практике наблюдаются различные подходы к праву и зако­нам, по-разному понимаемые статусы физических и юридических лиц, приводят к ошибочным правовым взглядам и действиям. Коллизии между законами и иными нормативными актами, обусловленные не столько пра­вовыми причинами, столько политическими, являются фактором, порож­дающим большое количество умышленного выхода за пределы компетен­ции в правоприменительной деятельности, нарушения законности.

Следует так же помнить, что нормативные предписания, улуч­шающие правовой статус граждан и иных лиц по сравнению с Конститу­цией РФ и другими законами, должны действовать реально, а не оставать­ся пустой декларацией. Поэтому в законе, который предусматривает за­крепление каких-либо новых, дополнительных прав по сравнению с выше­стоящими нормативно-правовыми источниками, надлежит обязательно указывать и источник, из которого будут финансироваться расходы, свя­занные с реализацией новых прав граждан и иных лиц. Несмотря на то, что данное требование закреплено законодательно, на практике они далеко не всегда соблюдается.

Соблюдение указанного требования является необ­ходимым условием согласования проектируемых норм с уже действующи­ми, ибо там, где не удается последовательно согласовать проектируемые

123

нормы с системой действующих норм права, неизбежно возникают колли­зии.

Предотвращение коллизий правовых актов должно идти по сле­дующим направлениям: 1. Совершенствование качества принимаемых за­конопроектов; 2. Повышение эффективности практики применения права, путем взаимодействия правотворчества и правоприменения; 3. Повышение профессионализма и правовой культуры законодателей и органов и долж­ностных лиц применяющих право; 4. Систематизация нормативных актов.

Говоря о мерах предотвращающих коллизии правовых предписа­ний, следует помнить, что они действуют на будущее, для того, что бы коллизии не проявлялись в виде нарушений законности, и не наносили ущерб правовой системе. Когда же коллизия между правовыми предписа­ниями уже существует речь необходимо вести о её разрешении.

Разрешение коллизий правовых актов в процессе правотворчества достигается при помощи следующих средств, устраняющих коллизию в праве: 1.отмена одного (или нескольких) коллидирующих предписаний; 2. Внесение изменений в правовое предписание; 3.принятие новой нормы (принятие нормативного акта).

Отмена коллидирующего правового предписания является эффек­тивным средством устранения коллизий. Так, например, Президент РФ обладает правом отменять акты Правительства РФ в случае их противо­речия Конституции РФ, федеральным законам и указам Президента РФ (ч.З ст.115 Конституции РФ, ст.ЗЗ Федерального конституционного закона «О Правительстве Российской Федерации»)178. В большинстве основных законов субъектов РФ закреплено право глав регионов (президентов, гу­бернаторов, глав администраций) отменять акты исполнительных органов (правительств, администраций) в случае их несоответствия федеральному и региональному законодательству; в ряде регионов конституции и уставы

124

предоставляют право главам субъектов РФ отменять и акты органов мест­ного самоуправления (или органов государственной власти более низкого уровня) - Якутия, Москва, Костромская, Курская область, Ставропольский край и другие субъекты.

Принятие новой нормы может проявляться, как в принятии от­дельной нормы, так и в создании нормативно-правового акта, в том числе и в процессе систематизации. В настоящее время назрела необходимость всеобщей систематизации федеральных нормативных актов путем созда­ния официального систематического и полного собрания действующих нормативных актов179. Результатом осознания значимости этого процесса явился Указ Президента РФ от 6 февраля 1995 г. «О подготовке и изданию Свода законов Российской Федерации»180. При этом разрешение коллизии путем нормотворчества является одновременно и средством, предотвра­щающим коллизии в будущем.

Важнейшим правовым средством разрешения коллизий правовых актов правотворческим путем являются принятие коллизионных норм, ко­торые составляют коллизионное право. В Конституции Российской Феде­рации (статья 71, пункт "п.") говорится о том, что к ведению Российской Федерации относятся "федеральное коллизионное право". Закрепление в ст.71 Конституции Р.Ф. категории федерального коллизионного права, в задачу которого входит формирование системы законодательных актов, направленных на разрешение коллизий внутреннего российского права, явилось следствием осознания законодателем той огромной дестабилизи­рующей роли, которую играют коллизии в российской системе права, не­обходимости комплексного их разрешения. Как пишет Ю. А. Тихомиров, и я с ним полностью согласен, - "хорошо, когда заранее создаётся режим

178 Собрание законодательства РФ. 1997. №51. Ст.5712.

179 См.: Мицкевич А.В. Свод законов России - насущная необходимость // Журнал российского права. 1997.№2.С.З-10.

180 Собрание законодательства РФ. 1995. №7. Ст.509.

125

преодоления коллизий. Учитывая существование и различие правовых систем, систем законодательства, юридическая доктрина и практика выде­ляют коллизионное право и коллизионные нормы. Коллизионные нормы призваны обслуживать, помогать предметным, материальным и процессу­альным нормам лучше, эластичнее соприкасаться меду собой. Предотвра­щать, избегать их столкновения в регулировании однородных обществен­ных отношений, ориентировать на согласованный и взаимоприемлемый способ "правового предпочтения" - таково предназначение коллизионных

■ о ■

норм". Однако, пока развитие федерального коллизионного права идет крайне медленно, число специальных законов пока невелико, и поэтому несущественным является членение данной подотрасли на институты . В настоящее время, федеральное коллизионное право лишь условно можно считать самостоятельной отраслью, ибо его нормы "вкраплены" в другие акты и не существуют изолированно183. Свою отрицательную роль в раз­витии коллизионного права играет тот фактор, что в отечественной науке отсутствует единый подход к тому, что же собственно понимать под кол­лизионным правом и какие общественные отношения включать в его предмет регулирования.

Традиционно, в отечественной науке, коллизионное право пони­малось - как совокупность коллизионных норм Международного частного права, разрешающих в данной сфере правового регулирования коллизии иностранных и национальных законов. «Совокупность норм, разрешаю­щих в указанном выше смысле коллизии иностранных и советских зако­нов, образует советское коллизионное право»,- отмечал в свое время Л.А. Лунц184. И в настоящее время ряд отечественных ученых, отмечая необхо-

181 См.: Тихомиров Ю.А. Юридическая коллизия, власть и правопорядок// Государство и право. 1994. №1. СЮ.

182 См.: Конституционное законодательства России//Под. ред. Ю.А. Тихомирова. М.,1999. С.ЗО.

183 См.: Тихомиров Ю.А. Юридическая коллизия. М., 1994. С.97.

184 См.: Лунц Л.А. Курс международного частного права. Общая часть. М., 1973. С.23.

126

димость регулирования специальными актами противоречий внутреннего законодательства, высказывают сомнение по поводу целесообразности включения коллизий внутреннего национального законодательства в со­держание коллизионного права185. С точки зрения такого подхода - феде­ральное коллизионное право, есть отнесенные к компетенции Федерации полномочия в области Международного частного права.

Другая группа ученых трактует понятие федеральное коллизион­ное право, как совокупность норм регламентирующих процедуры предот-вращения и разрешения коллизий в федеративных отношениях, отграни­чивая его от коллизионного права МЧП.

Отдельно следует отметить току зрения Ю.А. Тихомирова, кото­рый, понимая под федеральным коллизионным правом, так же совокуп­ность средств для разрешения коллизий в федеративных отношениях, включает его в структуру коллизионного права, которое, по его мнению, в рамках национальной системы должно быть «своеобразной комплексной суперотраслью», которая ближе стоит к таким «большим правовым ком-плексам, как публичное право, частное право и гуманитарное право» .

На наш взгляд, все указанные точки зрения нуждаются в уточне­нии. Прежде всего, не стоит под коллизионным правом понимать лишь разрешение противоречий, возникающих в сфере международного частно­го права, проводя разграничение между коллизиями международного и внутреннего законодательства. «История развития коллизионного права, -отмечает О. Кан-Фройд, - доказывает идентичность международных и внутренних коллизий: коллизионная проблема появилась в Европе с XII века впервые под названием «коллизия статутов» (Collision of statutes)»188. Именно в связи с необходимостью разрешения внутренних коллизий во

185 См.: Звеков В.П. Международное коллизионное право. М., 1998. C.5-2I.

186 См.: Окуньков Л.А. Комментарий к ст.71 Конституции РФ// Постатейный комментарий к Конститу­ ции РФ. M., 1994. С.59.

187 Тихомиров Ю.А. Коллизионное право. М., 2000. С.35.

188 Kahn -Freund О. General Problems of Private Law. - Leyden, 1976. - p. 154.

127

многих странах стало развиваться коллизионное право: между статутами итальянских городов (XII - XIII вв.), между кутюмами во Франции (XVI в.), между законами голландских провинций (XVII в.), между законами штатов США (конец XVIII в.). Но, в дальнейшем, благодаря процессу го­сударственной централизации и унификации права, коллизионность внут­реннего законодательства потеряла свою остроту: европейские кодифика­ции XIX и XX веков значительно снизили важность этих коллизий даже в федеративных государствах (например, Германии и Швейцарии).

В сфере международных отношений частного характера опреде­ление применимого законодательства долгое время вообще оставлялось на усмотрение суда, без соблюдения требований сколько-нибудь разумных коллизионных критериев: «Суд должен избрать закон так, как это сделали бы «справедливые и разумные люди», если бы они находились в условиях, в которых находились данные стороны». Однако развитие международ­ных отношений привело к развитию международного частного права, ос­нову которого составили коллизионные нормы.

Коллизионное регулирование в международных соглашениях име­ет место в тех случаях, когда соответствующие отношения с иностранным элементом не может быть урегулировано непосредственно и при этом внутренний коллизионные нормы заинтересованных государств в значи­тельной степени различаются. Целью заключения международного дого­вора коллизионного характера является максимальное обеспечение так на­зываемого международного соответствия судебного решения, то есть та­кой ситуации, при которой судебное решение будет идентичным (основан­ным на идентичных коллизионных принципах) независимо от того, в какой стране это судебное решение вынесено. Коллизионный метод правового регулирования представляет собой совокупность (систему) приёмов и средств законодательного разграничения в применении собственного (на­ционального) и иностранного гражданского законодательства. Указанное

128

разграничение осуществляется изданием особых коллизионных норм, со­ставляющих основу международного частного права. Коллизионная сущ­ность международного частного права подчёркивается в ряде стран назва­нием отрасли. В ряде стран (Великобритания, США и ряд других) понятие «международное частное право» отождествляется с понятием «коллизион-

189

ное право» .

При этом, когда законодатель использует коллизионный метод, это означает, что соответствующее правовое отношение регулируется в два этапа: сначала при помощи коллизионной нормы избирается применимое к отношению право конкретной страны, а затем применяются материально-правовые нормы. В отличие от материальной нормы права коллизионная норма не содержит непосредственно правил поведения для сторон. Она не является непосредственным правилом поведения для сторон правоотноше­ния, но представляет собой своеобразный указатель на подлежащую при­менению национальную правовую систему. Поэтому долгое время в науч­ной юридической литературе считалось, что структура коллизионной нор­мы отличается от структуры классической нормы права (гипотеза - диспо­зиция - санкция). Такой подход, указывая на специфику структуры колли­зионной нормы, препятствовал применению коллизионного метода и раз­витию коллизионного права для разрешения противоречий между нормами внутригосударственного права, так как рассматривал коллизионные нор­мы, как специфическое правовое средство международного частного пра­ва.

В последние годы, однако, получила распространение точка зре­ния, согласно которой в структуре коллизионной нормы может быть выде­лена и гипотеза, под которой было предложено понимать условия приме-

189 Необходимо отметить, что наша позиция по совпадает с мнением ученых (Н-р: Богуславский М.М.), которые не отождествляют эти две категории. Коллизионное право составляет часть МЧП, но коллизи­онными вопросами содержание международного частного права не исчерпывается.

129

нения данной коллизионной нормы. Возможность присутствия в коллизи­онной норме гипотезы была убедительно доказана О. Н. Садиковым ,9 . В тоже время из правильной посылки не были сделаны все логически воз­можные выводы, и, таким образом, цепь рассуждений может быть законо­мерно продолжена.

Так, например, возможность выбора применимого права сторона­ми правоотношения (принцип автономии воли сторон) ошибочно относит­ся рядом авторов к видам коллизионных привязок. Однако, как верно ука­зывает О.Н. Садиков, принцип автономии воли выпадает из ряда коллизи­онных привязок. Он является самостоятельным институтом международ­ного частного права, регулируется множеством специальных правовых норм и представляет собой один из любопытнейших предметов теоретико -правовых исследований. В то же время его место в структуре коллизион­ной нормы (соотношение с коллизионной привязкой и объемом) до на­стоящего времени не исследовалось.

Кроме того, с точки зрения, О. Н. Садикова, в тех случаях, когда коллизионная норма не предусматривает специальных условий примене­ния, имеет место универсальная гипотеза коллизионного права — колли­зионные нормы применяются только при наличии иностранного элемента в правоотношении и только по частно-правовым вопросам.

Таким образом, коллизионная норм обладает таким составным элементом классической (логической) нормы права, как гипотеза, которая может представлять собой: а) специально сформулированные законодате­лем условия применения коллизионной нормы; б) предусмотренную зако­нодателем возможность выбора применимого права сторонами, ограничи­вающих действие коллизионной нормы в таких случаях (принцип автоно­мии воли сторон); в) универсальное условие применения коллизионной нормы - наличие в частном правоотношении иностранного элемента; г)

190 См.: Садиков О. Н. Международное частное право: современные проблемы. М., 1994. С. 154-156.

130

иные модификации, например возможность выбора применимого права в рамках коллизионной привязки для потерпевшей стороны в деликтном правоотношении и т.п.

Коллизионная норма, будучи нормой права, немыслима без санк­ции, обеспечивающей ее действие. В то же время, на мой взгляд, до сих пор нет ясного представления о теоретике - правовой природе санкции коллизионной нормы. С точки зрения О. Н. Садикова191, санкция коллизи­онной нормы представляет собой предусмотренную гражданско-правовым законом возможность признания сделки недействительной, приведения сторон в первоначальное положение, возмещения убытков и т.п. с данной точкой зрения согласиться нельзя.

Такие гражданско-правовые санкции, как признание сделки не­действительной, возмещение убытков и т. д., не могут являться последст­виями нарушения коллизионной нормы в силу того, что последняя не ад­ресована непосредственно сторонам правоотношения. Стороны не могут нарушить коллизионную норму, и поэтому последствия ее нарушения не должны ложиться на них. Коллизионная норма, целью которой является указание на подлежащую применению правовую систему, адресована не сторонам гражданско-правового отношения, а правоприменяющему орга­ну. Как представляется, в этом смысле коллизионная норма не носит абсо­лютного материально - правового характера, а находится в "пограничном" состоянии между материальными и процессуальными нормами. Нарушить коллизионную норму в принципе может только суд, и именно суду должна быть адресована санкция указанной нормы. Поэтому, с моей точки зрения, санкция коллизионной нормы может быть сформулирована только как возможность отмены судебного решения в случае ее несоблюдения. Отме­на судебного решения является одной из универсальных санкций норм

Садиков О. Н. Коллизионные нормы в современном международном частном праве // Советский ежегодник международного частного права. М., 1983. С.207.

131

процессуального характера. В данном же случае в силу указанного выше "пограничного" характера нормы возможность отмены судебного решения является также универсальной санкцией коллизионных норм международ­ного частного права.

От санкции коллизионной нормы необходимо отличать граждан­ско-правовые санкции, предусмотренные национальным либо иностран­ным правом, регулирующим данные отношения. Любое частно-правовое отношение с иностранным элементом непосредственно регулируется пра­вом какого - либо государства, которое должно соблюдаться сторонами правоотношения. Эти материальные нормы, естественно, обеспечены пра­вовыми санкциями. С нашей точки зрения, те последствия, на которые ука­зывает О. Н. Садиков (признание сделки недействительной, возмещение убытков, реституция и т.п.), являются не санкциями коллизионной нормы, а санкциями материальных норм, подлежащих применению в соответствии с коллизионными правилами.

Таким образом, коллизионная норма, как и любая логическая нор­ма права, имеет гипотезу и санкцию. Представляется возможным в силу этого признать, что основная часть нормы, непосредственно формулируе­мая законом и состоящая, как указывалось выше, из объема и привязки, является ни чем иным, как диспозицией коллизионной нормы. Поэтому, думается, традиционный взгляд на коллизионную норму как на сугубо спе­цифическое явление, не обладающее признаками и структурой обычной нормы права, не отвечает логике и теории права. Коллизионная норма ме­ждународного частного права, будучи правовой нормой, имеет свойствен­ную правовой норме структуру: гипотезу, диспозицию и санкцию. Диспо­зиция коллизионной нормы представляет собой "правило поведения" для правоприменяющего органа, указывающее на применимую к данному кон­кретному отношению правовую систему, и состоит в свою очередь из двух

132

органически взаимосвязанных частей - объёма и привязки . Поэтому, представляется, что анализ юридико-технических особенностей правовых норм, разрешающих межгосударственные коллизии и коллизии, возни­кающие в рамках национальной правовой системы, вряд ли способен про­вести четкую границу между данными видами коллизий.

Актуально использование Коллизионного права на "стыке" меж­дународного и национального права, используя опыт применения коллизи­онных норм в сфере МЧП, так как важнейшей особенностью и системооб­разующим признаком международного частного права как отрасли являет­ся наличие специфического коллизионного метода правового регулирова­ния, не характерного ни для одной другой отрасли права. Можно согла­ситься с мнением В. В. Ершова, о том, что возможно пользоваться "при­вязками", то есть правилами, выработанными правоприменительной прак­тикой и правовой мыслью в течении длительного времени с целью более объективного и справедливого преодоления коллизий норм внутреннего законодательства. Территориальное правило - независимо от гражданства действует закон места совершения преступления или правонарушения. Ес­ли речь идёт о месте жительства (Lex domicillii) действует закон места жи­тельства ответчика; о месте нахождения вещи (lex rei silae) - применяется

193

закон места нахождения имущества .

В международном частном праве тщательно урегулированы виды

и и 194

привязок коллизионных норм, которые содержат конкретные приори­теты национальных законов. В Российской Федерации положения между­народного частного права содержатся в Гражданском кодексе РФ (часть третья)19 , но здесь ещё много предстоит сделать для развития коллизион­ного права, и особенно в отношении механизма устранения противоречий

192 См.: Сильченко Н. В., Толочко О. Н. Теоретические проблемы учения о нормах международного ча­ стного права // Государство и право. 2000. № 1. С. 35-39.

193 См.: Ершов В. В. Коллизии трудовых норм//Советская юстиция. 1993. №19. С. 21.

194 См.: Международное частное право // Под ред. О. М. Садикова. М., 1984. С. 57.

195 Собрание законодательства РФ 2001. №49. Ст.4552.

133

между международными договорами и законами, соизмерения с нормами международных организаций. Например, Европейский кодекс социальных гарантий (Рим, 1990) содержит конкретные способы сообразования с его положениями норм национальных систем. Поэтому коллизионные нормы и практику их применения нужно развить с учётом опыта зарубежных госу­дарств. В ряде стран есть законы о международном частном праве. Так, в Турции действует закон о международном частном праве (1982г.), в Авст­рии - закон о международном частном праве (1972г.). Полезным, на наш взгляд, является так же опыт бывших советских республик. Доктрина меж­дународного частного права Республики Беларусь, которая в настоящее время является достаточно мощным и влиятельным научным направлени­ем, традиционно относит к предмету МЧП гражданско-правовые отноше­ния с иностранным элементом, независимо от метода правового регулиро­вания таких отношений. Этот подход представляется теоретически оправ­данным, однако, он неизбежно влечёт вывод о наличии и параллельном применении в одной и той же отрасли двух принципиально различных ме­тодов регулирования и соответственно двух категорий правовых норм, разделяя указанную точку зрения, считаю, что:

1.) предметом международного частного права являются все отношения гражданско-правового характера, имеющие иностранный эле­мент;

2.) при регулировании указанных отношений законодатель па­раллельно (в зависимости от характера отношений) применяет два различ­ных метода правового регулирования: коллизионный (косвенный, непря­мой) и материально - правовой (непосредственный, прямой);

3.) нормы международного частного права в зависимости от мето­да правового регулирования разделяются на две категории - материально-правовые и коллизионные.

В настоящее время в мире активно идет процесс международной

134

интеграции, который отражается и на праве. Так, например, государства входящие в Европейское Экономическое Сообщество, несомненно, обла­дают суверенитетом, в то же время западные юристы рассматривают кол­лизии между национальными правовыми системами этих стран членов ЕЭС и правом Сообщества, с одной стороны, и между самими правовыми системами этих стран, с другой стороны, как особый вид коллизий, отлич­ный от международных196. Это связано с тем, что право Сообщества рас­сматривается как особая, самостоятельная система права, отличная как от международного, так и внутреннего права государств197; либо как право федерации государств198.

В связи с этим, следует признать справедливым мнение тех авто­ров, которые ссылаясь на сложность современных процессов интеграции правовых систем, делают вывод о невозможности и нецелесообразности разграничения международных и внутригосударственных коллизий. «Оче­видно, - пишет О. Кан-Фройд, - что любая попытка провести разделяющую линию между внутренними и международными коллизиями равносильна тому, чтобы втиснуть в устаревшие концептуальные рамки развивающиеся понятия, не поддающиеся четкой, аккуратной классификации»199. Здесь необходимо отметить, что попытки научного обоснования идентичности международных и внутригосударственных коллизий предпринимались и ранее. В частности, Савиньи видел сходство обеих видов коллизий в том, что и те и другие возникают в определенной правовой общности200. В дальнейшем это мнение поддержали такие ученые, как Бар, Валкер, Ней-мейер, Раапе и др.

В качестве критерия разграничения коллизий международного и

196 Fletcher I.F. Conflict of Laws and European Community Law. - Amsterdam, 1982A

197 Lasok D., Bridge J. W. Introduction in the law and Introductions of the European Community law. - Lon­ don, 1982.- p. 48.

198 Graveson R.N. Comparative Conflict of Law. -Amsterdam, 1977.- p. 323.

199 Kahn-Freund O. Op. cit. p. 156.

200 Savigny. System des heutigen Romischen Rechts. - Berlin, 1849, Bd. 8.

135

внутригосударственного права нельзя, по нашему мнению использовать и признак «суверенитета». Причина видится прежде всего в том, что в сфере международного частного права коллизии возникают не между государст­вами, а между их правовыми системами. В то же время, «... национальные правовые системы, как пишет А.А. Рубанов, - не носители суверенитета. Суверенность присуща только государству, но не праву»201.

Обобщая сказанное, можно сделать вывод об обоснованности применения категории «коллизионное право» к коллизиям не только меж­дународного, но и внутригосударственного характера, возникающими в рамках правовой системы одного государства. Более того, применение коллизионного метода устранения противоречий между нормами права, является необходимым, с учетом, как и интеграционных процессов меж­дународного характера, так и тех принципиальных изменений произошед­ших в правовой системе России в последние десятилетия. Применение коллизионных норм во внутрифедеральных отношениях является для Рос­сийской Федерации новым делом. Можно выделить их основные черты; отнесение коллизионного права к компетенции Федерации, установление презумпции приоритета федерального закона, процедур споров, правил применения законодательства одной республики на территории другой.

Так же, вряд является справедливым точка зрения ученых, счи­тающих, что предметом федерального коллизионного права являются лишь отношения, связанные с разрешением противоречий в сфере федера­лизма. С нашей точки зрения, не следует употреблять термин «федераль­ное» применительно к коллизионному праву как синоним «федеративное». Понятие «федеральное» должно лишь акцентировать внимание на отнесе­ние Конституцией РФ правомочия нормативного разрешения коллизий, к ведению федеральной власти. Категория «Федеральное коллизионное пра-

201 ' См.: Рубанов А.А. Теоретические основы международного взаимодействия национальных правовых систем. М, 1984. С.7.

136

во» является тождественным понятию «коллизионное право», а не его со­ставной частью. Поэтому понятием «федеральное коллизионное право» охватываются не только коллизии федеративных отношений.

В предмет Федерального коллизионного права следует включать:

- разрешение коллизий Международного частного права;

- разрешение коллизий, возникающие между нормами внутреннего зако­ нодательства.

В настоящее время перед коллизионным правом стоит задача принятия комплекса важнейших нормативных актов, прежде всего «О нормативных правовых актах Российской Федерации». В связи с этим сле­дует обратить внимание на позитивный опыт ряда субъектов Федерации202. Говоря о применении коллизионного метода во внутригосударственных отношениях, не следует, однако абсолютизировать его значение. Широ­кое использование коллизионных норм для разрешения противоречий внутри правовой системы не может исключить применение иных право­вых средств разрешения коллизий. Поэтому, несмотря на значительно возросшую потребность в отечественном праве на дальнейшее развитие коллизионного права и расширение сферы применения коллизионного ме­тода, категорию «коллизионное право», применительно в разрешению коллизий, внутригосударственного характера, вряд ли следует понимать как «своеобразную комплексную суперотрасль», которая ближе стоит к таким «большим правовым комплексам, как публичное право, частное право и гуманитарное право», - как считает Ю.А. Тихомиров203. Как спра­ведливо отмечается по этому вопросу в науке: «Общая теория термином «супер-отрасль» не оперирует. Представляется, что коллизионное право относится к числу комплексных (несамостоятельных) отраслей российско-

202 См, например: Закон Воронежской области от 19 января 1995 г. (в ред. от 18 июля 1995 г.) «О право­ вых нормативных актах Воронежской области» // Коммуна. 1995 г.5 марта.

203 См.: Коллизионное право: учебное и научно-практическое пособие/ Тихомиров Ю.Л. М., 2000. С.35.

137

го права. И, очевидно, именно такой подход к проблеме коллизионного права заложен в п. «п» ст. 71 Конституции РФ»204. Так как, использование коллизионного метода является важнейшем, но не единственным, среди иных, правовым средством разрешения коллизий правовых актов, то под­ход к коллизионному праву, как к комплексной (несамостоятельной) от­расли является, по нашему мнению, наиболее целесообразным.

<< | >>
Источник: ДЕНИСЕНКО ВЛАДИСЛАВ ВАЛЕРЬЕВИЧ. КОЛЛИЗИИ ПРАВОВЫХ АКТОВ И МЕХАНИЗМ ИХ РАЗРЕШЕНИЯ (ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВОЙ АСПЕКТ). ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Санкт-Петербург - 2004. 2004

Еще по теме 4. Разрешение коллизий правовых актов в процессе правотвор­чества.:

  1. 4. Разрешение коллизий правовых актов в процессе правотвор­чества.
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -