<<
>>

1. Основы теории принуждения и ответственности в праве

Вопрос о роли принуждения в обществе, государстве и праве носит во многом философский характер. Комплексное рассмотрение данного вопроса зависит от мировоззренческой и идеологической парадигмы исследователя, а также от особенностей общественного и государственного строя страны[382].

При этом с прагматических позиций сложно переоценить значение принуждения вообще и в праве в частности. Даже общество, построенное на идеалах социализма и/или всеобщего благоденствия, как представляется, не сможет обойтись без использования разнообразных инструментов принуждения, которые во многом являются естественными регулирующими механизмами, обеспечивающими правопорядок, соблюдение баланса интересов и недопущение осуществления нежелательных и/или опасных односторонне субъективных целей (благ). Право обычно выделяется среди социальных регуляторов как раз своим принудительным характером, который можно оправдать высокой целью достижения мира и обеспечения наилучшего порядка вещей, общественного идеала. Исключением из принципа принудительности в недемократических

государствах считалась сфера публичной власти, которая не была ограничена

385

законами .

Проблема принуждения в праве изначально рассматривалась в рамках института ответственности. В древние времена в отношении ответственности господствовал принцип причинения, т.е. ответственности за последствия безотносительно воли и умысла причинителя вреда. Примеры несправедливости такого подхода по отношению к причинителю вреда привели к разработке в римском праве принципа ответственности за вину. С тех пор вопрос вины стал, пожалуй, краеугольным камнем института ответственности в праве. В отдельных случаях возложение ответственности исключительно за вину также оказывалось несправедливым (на этот раз уже по отношению к потерпевшим), что особенно характерно для негативных последствий эксплуатации источников повышенной опасности (если пользоваться современной терминологией).

Для разрешения возникавших противоречий создавались всё новые теории ответственности. Так, в публичном (уголовном) праве предлагалось руководствоваться принципом вины для целей назначения наказания, в то время как в частном праве требование уплаты вознаграждения за убытки должно быть удовлетворено и при невиновном причинении вреда. Предлагалась теория риска за свои действия, теория каузальности (причинности) воли (где вина рассматривалась лишь как доказательство причинной связи между вредом и волей причинителя), теория разложения вреда (страхования социально значимой ответственности) для минимизации негативных последствий индивидуального характера ответственности и т.д.[383][384]Краткая история развития института ответственности,

приведённая выше, во многом предопределила направления исследований и последнего столетия по вопросам ответственности в праве.

В качестве общеправовых признаков ответственности в советской литературе в целом указывалось на то, что она представляет собой санкцию за правонарушение, которая обеспечена убеждением и государственным принуждением, основана на общественном осуждении поведения правонарушителя и выражается для него в отрицательных последствиях[385]. Такая трактовка общеправовой ответственности в целом направлена на объединение публично-правовых (наказание и осуждение) и гражданско-правовых (возмещение вреда) последствий правонарушения, карательной и восстановительной функций ответственности[386]. Общими условиями ответственности (элементами состава правонарушения) в области гражданского права являются противоправность, причинная связь, вина, негативные

последствия (вред)[387]. В области же уголовного права состав преступления рассматривается несколько шире - как сочетание объекта, объективной стороны, субъекта и субъективной стороны[388].

В завершение рассмотрения вводных вопросов ответственности целесообразно отметить, что понятие «ответственности» зачастую связывается с категорией должного, субъективным отношением к обязанностям и их исполнением, осознанием долга, отчётом за действия.

Такая «ответственность» обычно называется «позитивной»[389]. Как представляется, данная трактовка имеет во многом философское наполнение и лишь косвенно связана с правовой материей. Её разработка, безусловно, полезна в рамках комплексных юридических, философских и социологических исследований, необходимых для повышения качества правосознания и правовой культуры населения. Сугубо юридический анализ категории позитивной ответственности не имеет нормативного основания и не представляется обоснованным, а аксиологические аспекты должны рассматриваться применительно к негативной ответственности. Более того, он может отрицательно сказываться на разработке и развитии

основной, более приближенной к юриспруденции трактовки ответственности[390], кратко обозначенной ранее и обычно называемой «негативной». В дальнейшем будет рассмотрена именно такая ответственность. Здесь же представляется важным отметить, что на стыке «позитивной» и «негативной» концепций возникла разумная идея рассмотрения ответственности как элемента правового статуса, охватывающего как субъективные моменты (личностный интеллектуально-психологический аспект, аспект претерпевания), так и объективные последствия правонарушения[391].

Отдельные примеры применения государственного принуждения не вписывались в обозначенные выше общие признаки правовой (негативной) ответственности. Так, наряду с мерами ответственности в праве выделяются иные принудительные меры предупреждения, пресечения, обеспечения исполнения обязанности, принудительного осуществления права, материализующиеся в специальных правомочиях органов власти[392]. В указанных случаях негативные

последствия применения мер принуждения не являются ответной реакцией на правонарушение, а направлены на обеспечение защиты права (как в субъективном, так и в объективном смысле), в связи с чем получила

395

распространение их характеристика в качестве мер защиты .

В литературе обоснованно отмечалось, что ответственность должна предполагать возникновение новой обязанности вместо или в дополнение к исполнению (пусть даже и в принудительном порядке) не исполненной ранее обязанности либо лишение права, в противном случае отсутствовали бы сдерживающие юридические мотивы правомерного поведения[393][394].

В целом, совпадение обязанности и ответственности по содержанию и их отличие лишь по (принудительности) формы влечёт упразднение теоретической проблемы ответственности и безнаказанность правонарушителя[395]. Принудительное осуществление обязанности суть продолжение существования субъективного права в новой ипостаси, а с точки зрения сторонников дуалистической трактовки субъективного права - реализация права на защиту как второго этапа развития права (после притязания)[396]. Сама же юридическая ответственность с точки зрения возникающих прав и обязанностей (правоотношений) делится на

ответственность за противоправное поведение, которое порождает правоотношение и является юридическим фактом, и ответственность за нарушение обязанности, существовавшей в конкретном правоотношении[397]. Лишь вторая разновидность ответственности может быть основана на идее второго этапа развития прав / правоотношений[398]либо их модификации для приведения реальности в соответствие с моделью правоотношения[399]. В иных случаях основание ответственности заключается в нарушении объективного права, а не в изначальном «спящем» положении закона, договора и т.п. Несмотря на отличия в целях и характере противоправности, все виды юридической ответственности основаны на единых принципах и условиях, указанных выше, что позволяет их рассматривать как единое целое, которое конкретизируется по видам.

Следует иметь в виду, что в литературе встречаются и ограничительные трактовки категории принуждения в праве. И если одни авторы предлагают приравнивать к принуждению его угрозу и даже в целом средства властного, принудительного регулирования общественных отношений[400], то другие предлагают применять понятие принуждения лишь для случаев совершения правонарушения[401]. Помимо идеологических обоснований, последователи второй точки зрения различают принуждение и обязательность: «возникновение обязанности помимо воли лица ни в коей мере не означает ещё принуждения»[402].

Кроме того, властные функции органов власти предлагается не отождествлять с принуждением[403]. В дополнение, высказана позиция о недопустимости смешения двух аспектов исследования права в отношении принуждения: с точки зрения специфики юридических норм и с точки зрения способов воздействия на

поведение людей; сущностным качеством права признаётся лишь его нормативность, а формальная определённость и общеобязательность права не позволяют признавать принуждение таким же его универсальным качеством, в противном случае «право выглядит как чуждая индивидам (членам общества) сила, ограничивающая их свободу, психически принуждающая следовать велениям государства»[404]. Широкое понимание принуждения представляется более близким к реальности: придание обязанностям обязательного характера как раз и достигается механизмом правового принуждения, включая угрозу его применения. Принуждение не следует сводить к случаям совершения правонарушения, следует учитывать и превентивные правовые нормы. Многие принудительные действия не опосредуются правонарушениями, однако из этого следует делать выводы не о «казарменном коммунизме» и не о «загнивающем капитализме», а о политико-правовой сущности универсального механизма государственного управления.

Ответственность и принуждение закрепляются в нормах права и реализуются в правоотношениях, в связи с чем возникает необходимость выявить соотношение указанных категорий с понятиями правовых санкций и охранительных правоотношений. Санкции могут рассматриваться как последствия на случай неисполнения обязанности[405]; как атрибут нормы, указывающий на карательные и правовосстановительные меры принуждения к нарушителям права[406]; как юридически неблагоприятные последствия виновного правонарушения[407]и т.д. Первые из вышеуказанных понятий санкции наиболее распространены в литературе, что не позволяет сводить содержание санкций к

мерам ответственности; скорее, санкциями в целом принято называть любые меры принуждения.

Следует при этом иметь в виду, что отдельные меры защиты, охарактеризованные выше, являются мерами принуждения, однако зачастую закрепляются в диспозициях, а не санкциях правовой нормы . Кроме того, санкции и ответственность соотносятся как абстрактное (потенциальное) и конкретное (реальное)[408][409]. На деле, санкции и ответственность реализовываются в конкретных правоотношениях, которые носят охранительный характер. Ответственность раскрывает содержание таких отношений лишь после их конкретизации по субъекту и последствиям (например, вынесение обвинительного приговора суда); в дополнение, охранительные правоотношения возникают и на основании применения мер защиты[410]. Кроме того, охранительные правоотношения в сфере публичного права во многом основаны на обязанностях органов власти по привлечению к ответственности, в то время как в сфере частного права они раскрываются в основном с точки зрения обязанности правонарушителя по возмещению вреда[411].

<< | >>
Источник: Прудентов Роман Вадимович. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА МЕТОДА В ПРАВЕ: ОБЩИЕ И КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ. Диссертация на соискание учёной степени кандидата юридических наук. Москва - 2016. 2016

Еще по теме 1. Основы теории принуждения и ответственности в праве:

  1. 1. ПОНЯТИЕ СИСТЕМЫ ПРАВА И ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ЕЕ РАЗВИТИЯ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ
  2. § 1. Методология исследования юридической ответственности
  3. § 3. Системная модель юридической ответственности в категориальном аппарате общей теории права
  4. § 2. Нормативная модель публично-правовой ответственности
  5. § 1. Функциональная природа юридической ответственности в системе правового регулирования
  6. § 2. Основные подходы к пониманию негативной (ретроспективной) юридической ответственности
  7. § 1. Понятие юридической ответственности в объективном и субъективном смысле
  8. Религиозно-философские теории государства
  9. Евразийская теория государства
  10. § 2. Процессуальные правовые отношения в доминирующих отраслях права
  11. § 2. Правовая природа и отраслевая принадлежность деятельности по исполнению мер процессуального принуждения
  12. § 2. Исполнение мер уголовно-процессуального принуждения, применяемых решением суда
  13. § 2.3 Ответственность сторон за нарушение условий договорного обязательства
  14. §3 Теория права как целостности
  15. § 4. Статутная юридическая ответственность как основа взаимо­отношений личности, общества и государства в либеральной и позити­вистских доктринах второй половины XVIII - XIX вв.
  16. § 2. Понятие «позитивная ответственность» и ее соотношение с ретроспективной ответственностью
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -