<<
>>

§ 1.2. Качество закона: понятие и характерные свойства

Проблемы качества, а, вместе с тем, и эффективности, совершенствования законодательства в целом уже неоднократно являлись предметом исследования ученых-правоведов[97].

На ранних этапах развития человеческой цивилизации от­ношение к праву со стороны общества было, по сути, инерционным в том смысле, что долго сохранялись обычно-правовые институты, связанные по своему проис­хождению и функционированию с родоплеменными властными структурами. Вы­сокий престиж обычного права, «неписаного закона» в раннегосударственном обществе сохранялся очень долго. Основной задачей законодателей в тот период было дать понять людям, что новое не так уж ново, оно уже было, действовало, доказало свою справедливость, а не является выдумкой. Согласно Институциям Гая, законом считалось только то, что «народ римский одобрил и постановил»; за указами императора признавали силу лишь потому, что сам император действует на основе закона и во исполнение его[98].

С точки зрения древнекитайского легизма, наиболее эффективным сред­ством обеспечения правомерного поведения является неуклонное применение строгих и жестоких наказаний. Шан Ян, автор трактата «Книга правителя области Шан», подчеркивая это, говорит, что «..законы имеются в каждой стране, но нигде нет закона, обеспечивающего непременное осуществление законов. Коль скоро 3 наказания суровы, люди не осмелятся нарушать законы»[99].

Большое внимание вопросу совершенствования законодательства уделялось античными мыслителями. Принципиальные проблемы правотворческого процесса поднимает Аристотель в «Политике»: «Если исправление закона является незна­чительным улучшением, а приобретаемая таким путем привычка с легким серд­цем изменять закон дурна, то ясно, что лучше простить те или иные погрешности как законодателей, так и должностных лиц: не столько будет пользы от изменения закона, сколько вреда, если появится привычка не повиноваться существующему порядку»[100].

В Древней Греции и Риме, наряду с тираническими способами обеспечения исполнения законов, получает свое развитие институт имущественной ответ­ственности. Важно, что в данное время акцент уже делался не только на устраше­ние общества. Определенное значение придавали отношению человека к закону, его уважению и позитивному восприятию.

Вместе с тем, реально оценивая прогрессивное развитие законодательства, следует отметить, что идеи древнейших мыслителей не нашли своего применения в законодательстве Средних веков, так как действие законодательных решений полностью сводилось к повиновению общества.

В обоснование обязанности каждого гражданина подчиняться закону Т. Гоббс полагает, что «.добиваться безопасности нужно не только соглашениями, сколько наказанием, а эти меры окажутся достаточными тогда, когда будут уста­новлены такие наказания за каждое нарушение права, что будет ясно, что его нарушение есть большее зло, чем соблюдение»[101].

Несмотря на внесенный неоценимый вклад в развитие юриспруденции, по­пытки мыслителей того времени исследовать проблему действующего права сво­дились в основном к критике позитивного права.

В Новое время идеи создания совершенного законодательства развивались в русле достижений предшествующей политико-правовой мысли и, прежде всего, естественно-правовых представлений о праве. Хотя и не ставя проблему качества

закона на рассмотрение, вместе с тем, творчество Ш.Л. Монтескье, Ж.Ж. Руссо, Р. Иеринга стало заметной вехой в процессе обновления и углубления юридического представления о действующем законодательстве.

В отечественной дореволюционной юридической литературе рассматривае­мая проблема более обстоятельно была изучена в рамках социологии права. Сле­дует отметить, что немалый вклад, исследуя действие правовых норм в контексте социальной жизни, внес С.А. Муромцев, раскрывая содержание понятия права с точки зрения социологической концепции. Он справедливо считает, что говорить необходимо «... о праве как о таком отношении, которое действительно суще­ствует и действительно сопровождается организованной защитой»[102].

В целом, акцентируя внимание на теоретическом наследии прошлого, сле­дует отметить, что, несмотря на отсутствие в истории юридической и социологи­ческой наук попыток комплексно рассмотреть проблему качества закона, те или иные его аспекты все же исследовались. Очевидно, что использование некоторых ценных теоретических положений в методологическом плане имеет принципи­альное значение.

Предпосылками к изучению проблем реализации права в советской юриди­ческой науке явились работы П.И. Стучки и Е.Б. Пашуканиса, в которых значи­тельное внимание уделено анализу объективной природы права[103].

Смещая акцент на изучение реально функционирующего права, советскими правоведами была обстоятельно изучена категория «эффективность», а впослед­ствии и «качество» закона. Значимость этих категорий можно оценить через ко­личество современных рукописей, авторы которых весьма плодотворно исполь­зуют результаты многолетних изысканий при исследовании российского законо-

3

дательства[104].

Необходимость проведения специального исследования проблематики ка­чества закона на данном этапе обусловлена, прежде всего, тем, что все чаще объ­

ективно невозможным становится реализация того или иного нормативного пра­вового акта. Существование такой проблематики признается исследователями, однако выявление причин подобного и определение концептуальных подходов к решению проблемы бездействующих нормативных правовых актов практически не осуществлялись[105].

В русском языке слово «качество» означает, во-первых, наличие суще­ственных признаков, свойств, особенностей, отличающих один предмет или явле­ние от других, во-вторых, под качеством понимают то или иное свойство, досто­инство, степень пригодности кого- (чего)-нибудь[106].

Значение термина «качество» можно встретить в трудах Аристотеля, где под качеством он называет то, благодаря чему предметы признаются так или ина­че качественно определенными[107]. При этом качество он рассматривает в виде: а) свойства и состояния вещей (свойство есть сравнительно устойчивая характери­стика вещи, почти недоступная изменению); б) возможности к природной способ­ности или неспособности к чему-либо (к определенной деятельности, изменению и т.д.); в) определенной фигуры предмета, его внешней формы.

Качество выступает одной из ведущих категорий в работах Гегеля. По его мнению, качество, количество и мера - это те ступени, которые проходит в сфере бытия логическая идея, творящая в своем поступательном движении внешний мир. Самодвижение логической идеи начинается с чистого бытия, которое лише­но каких бы то ни было определенностей и представляет собой чистую мысль, пу­стую абстракцию. В своей чистой неопределенности это бытие есть ничто, ибо ничто также характеризуется отсутствием всяких определений. В процессе пере­хода чистого бытия в нечто, друг в друга возникает становление, результатом ко­торого является наличное бытие, т.е. бытие, которое обладает уже некоей опреде­ленностью. Эта определенность и есть, по мнению Гегеля, качество. «Качество есть вообще тождественная с бытием, непосредственная определенность... Нечто

есть благодаря своему качеству то, что оно есть, и, теряя свое качество, оно пере­стает быть тем, что оно есть»[108], а «определенность, благодаря которой вещь есть лишь эта вещь, заключается исключительно в ее свойствах»[109].

Многие авторы качеством считают совокупность свойств вещи, отличаю­щих ее от других вещей; оно связано лишь с различием и выражает специфику

3

вещи[110].

Другие отождествляют качество лишь с совокупностью свойств[111]. «Каче­ство... вещи, взятой сама по себе, абстрагированной от ее отношений с другим вещами, - пишет А.Я. Райбекас, - есть абстрактное качество и, очевидно, тожде­ственно ее сущности»[112].

По мнению же Е.З. Волчек, «качество - это определенность объекта, пред­ставляющая собой целостную и относительно устойчивую совокупность его спе­цифических признаков, характеристик, черт сходства с другими объектами»[113].

«Качество есть существенная определенность предмета, - отмечается в кратком философском словаре, - определенность органических его свойств, при­знаков, черт, в силу которых он является данным, а не иным предметом и отлича­ется от других предметов». Как в природе, так и в обществе, - пишут авторы сло­варя, - все находится в постоянном движении и развитии, всегда что-то отмирает и возникает. Но из этого, однако, не следует, что явления не имеют определенного содержания и определенной формы существования, что они неустойчивы. Их ка­чественная определенность и есть то, что делает их устойчивыми, что разграни­чивает и создает их конкретное многообразие[114].

В литературе довольно распространенной является и точка зрения, согласно которой не следует качество смешивать со свойствами, так как в логике, напри­мер, категория «качество» служит для оценки предметов, процессов и прочее, об­

ладающих различными свойствами. Когда мы говорим о качестве чего-нибудь, мы имеем в виду то, как действует это что-то. Качество не есть абстракция; напротив, оно конкретно. И если в мышлении качество есть оценка совокупности свойств, то эта оценка может изменяться всякий раз, как данная совокупность свойств стала иной, т.е. как она стала совокупностью иных свойств[115]. В.И. Гойман под качеством закона понимает совокупность свойств, обусловливающих пригод­ность закона удовлетворять как определенные потребности общества, так и от­дельной личности соответственно его назначению и природе права[116].

По мнению С.В. Полениной, закон считается качественным, если он отвеча­ет общественным потребностям и реально регулирует общественные отношения в

3

соответствии с поставленными при его издании целями и задачами[117].

С нашей точки зрения, приведенные выше два определения качества закона следует рассматривать вместе, т.к. раздельно они выглядят незаконченными, а вот в совокупности одно дополняет другое и получается логически выстроенное и за­конченное понятие качества закона.

На практике качественным считают тот закон, который применяется[118]. Эта точка зрения является весьма распространенной и в юридической литературе. «Лучше "несовершенное право", которое применяется, чем "совершенное", кото­рое не применяется», - пишет, например, Б. Спасов[119].

Действительно, если закон принят, то он должен работать, воплощаться в правовом поведении граждан и правоприменительной деятельности должностных лиц. Ведь синоним слова «качество» - пригодность к чему-либо[120]. Если закон со­ответствует праву, но непригоден для реализации, то такой закон качественным называться не может. Как идеальная модель, безусловно, может существовать та­кая связь - закон соответствует принципам и природе права, но это «должное», а

«должное» - это то, что должно осуществиться, реализоваться, чтобы стать дей- ствительным[121]. Тогда «книжное качество» переходит в реальное.

Тщательный анализ различных точек зрения по поводу определения поня­тия «качество» позволяет нам сделать вывод применительно к нашему исследова­нию, что, во-первых, качество закона - это, прежде всего, совокупность его свойств, отличающая его от других явлений, во-вторых, выявляющая его природу, закономерности развития и функционирования.

Вместе с тем, качество закона можно рассматривать как оценочную катего­рию (по аналогии с качеством продукции, поскольку закон - тоже результат чело­веческой деятельности[122]). В этом смысле качество закона выступает как перемен­ное его свойство.

Исследуя категорию «качество закона», необходимо определить критерии данного научного явления. К примеру, В.В. Глазырин, рассматривая проблему со­вершенствования законодательства, выделил следующие его критерии:

• опосредование в правовых предписаниях требований социально - экономических и политических закономерностей развития общества;

• учет в процессе нормотворческой деятельности общих законов и принци­пов управления, принципов системного подхода и специфических закономерно­стей права;

• соблюдение требований законодательной техники[123].

Подобную дифференциацию критериев совершенства законодательства Е.М. Савельева интерпретировала как политическую, управленческую и юриди­ческую составляющую качества закона.

Кроме того, рассматривая триединую совокупность параметров качества за­кона, предложенную С.В. Полениной, Е.М. Савельева приходит к выводу, что со­циальные аспекты будет более правильно называть управленческими, поскольку

«их удобно рассматривать как составляющие совершенства законодательного ре­гулирования исполнительского плана - качества выработки оптимального вари­анта решения по достижению поставленной цели в рамках существующих огра- ничений»[124].

Таким образом, качество закона, по мнению Е.М. Савельевой, есть совокуп­ность качества его содержания, качества его принятия и качества введения норм в действие[125].

Соответствие законодательного решения общим правилам управления - выполнимость, целенаправленность, целесообразность - автор выделяет как пока­затель качества содержания решения закона.

Впрочем, рассматриваемый управленческий аспект проявляет себя во всех составляющих качества законодательного решения.

С точки зрения В.В. Игнатенко, качество закона представляет собой «це­лостную устойчивую совокупность правовых свойств закона, которые являются одной из предпосылок эффективного действия закона в соответствии с постав­ленными при его издании целями»[126]. При этом, с точки зрения автора, правовые свойства качества закона следует разделить на свойства правовой легальности, инструментально-правовые и технико-юридические.

Среди прочих подвидами инструментально-правового качества закона яв­ляются качество статусной регламентации; качество обеспечения закона право­выми средствами защиты прав участников правоотношений; качество обеспече­ния закона процедурами его применения; качество законодательной регламента­ции юрисдикционных правовых средств.

Конкретизируя исследования качества законодательных актов, А.Р. Парамонов предпринял попытку рассмотреть технико-юридический аспект качества закона. В частности, под данной категорией автор подразумевает сово­

купность свойств форм законодательных актов, обусловливающих их соответ­ствие содержанию и нормативно-правовому характеру закона.

Среди таких свойств он выделил: функциональную пригодность; надеж­ность; правоприменительные характеристики, содержащие в себе элементы пра­вового и управленческого качества; эстетичность формы и изложения содержа­ния; экологичность как невозможность наступления опасных для окружающей среды последствий; удобство пользования актом; эксплуатационная рентабель- ность[127].

На основе систематизации научных знаний относительно понятия «качество закона» Е.В. Сырых приходит к выводу о дифференциации свойств, составляю­щих качество закона:

1) свойства, характеризующие закон как источник права;

2) свойства, характеризующие содержательный аспект качества закона.

С нашей точки зрения, в данном случае автор вполне рационально выделяет свойства качества, отвечающие формальным признакам закона. Применительно к специфике содержательного аспекта качества закона, помимо его общих свойств, следует помнить о том, что конкретный закон может обладать различной сово­купностью свойств, имеющих неодинаковую интенсивность проявления.

Акцентируя внимание на многообразии свойств содержательного аспекта качества закона, Е.В. Сырых полагает, что экстенсионал (количественная харак­теристика) данного понятия играет второстепенную роль[128]. Условно соглашаясь с данным положением, следует отметить, что выявление диалектической взаимо­связи указанных свойств с понятием качества закона представляется насущной задачей правовой науки.

По мнению Е.А. Порошина, исполнимость нормативного правового акта как свойство, характеризующее содержательный аспект его качества, соотносится с управленческой составляющей качества нормативного правового акта как частное с общим, допустимость существования которой проявляется в едином подходе ав­

торов к изучению качества закона. Такой подход, по мнению автора, лишь под­черкивает имманентность, присущую исполнимости как свойству качества нор­мативного правового акта[129].

Конкретизируя определение «качество закона» через категорию «эффектив­ность закона», данное В.Ф. Прозоровым и В.В. Игнатенко, Е.В. Сырых приходит к выводу о метафоричности в использовании понятия «качество закона»[130]. Эффек­тивность является свойством действия норм права, тогда как она приписывается закону, имеющему отличную от норм права совокупность свойств и признаков.

В данном случае мы согласимся с позицией Е.А. Порошина в том, что такое положение выглядит несколько алогично, так как закон рассматривается как ло­гическая совокупность норм права, подчиненных единой цели - оказать влияние на объект правового регулирования. Следовательно, подвергаться оценке с точки зрения эффективности должна именно совокупность таких норм, поскольку прак­тически невозможно проследить результативность действия отдельной нормы в

3

конкретном нормативном правовом акте[131].

Дальнейшие рассуждения Е.В. Сырых, связанные с отграничением обяза­тельных свойств качества закона, характеризующих его как источник права, поз­воляют полагать, что содержательный аспект качества закона характеризуется не­коей трансцендентностью. Иначе говоря, свойства качества закона (важно заме­тить, имеющие имманентный характер) равнозначно присущи норме права в дей­ствии.

Критерии, по которым определяется качество закона, определяет Т.К. При­мак: «Во-первых, свойства (показатели) закона, характерные для национальной правовой системы общества. На их основе должны разрабатываться стандарты качества закона. Причем эти стандарты должны разрабатываться применительно к федеральным конституционным законам, федеральным законам, законам субъек­тов Российской Федерации, законам, регулирующим отдельные типы и виды об­

щественных отношений (имущественные, административные, семейные, земель­ные и т.п.).

Во-вторых, критериями качества закона служат определенные международ­ные стандарты, общепризнанные нормы и принципы международного права, а также положения международных договоров России.

В-третьих, важным критерием закона является практика реализации закона, эффективность закона, его ценность (полезность), способность удовлетворить от­дельных людей, их коллективов и организаций, государства и общества в целом»[132].

В виде критериев оценки качества закона могут выступать также разнооб­разные социальные нормы (нравственные, политические, эстетические, религиоз­ные, корпоративные и т.п.), принципы права и нормотворчества, определенные идеи, взгляды, установки и т.п.

С точки зрения социальной оценки законодательных актов, можно условно выделить демократичные (недемократичные), качественные (некачественные), справедливые (несправедливые) и реальные (фиктивные) законы.

Главным критерием демократичности законов служит полнота выражения воли народа, проявляющаяся в том числе посредством широкого участия населе­ния (общественных организаций) в законотворчестве (как на стадии подготовки законопроектов, так и при их обсуждении и принятии). Законы, которые прини­маются без участия населения и вопреки воле народа, являются недемократичны­ми. Среди недемократичных законов следует особо выделить так называемые конъюнктурные законы, принятые в конкретной общественно-политической об­становке в стране в интересах отдельных политических сил, финансово­промышленных групп и криминальных структур.

Исследуя проблему общих критериев качества закона, Е.В. Сырых предла­гает двухуровневую систему экспертизы законопроектов[133]. Суть ее состоит в раз­граничении атрибутов закона и содержательного аспекта качества закона. Автор

акцентирует внимание на необходимости первоначальной оценки закона на нали­чие присущих ему атрибутов, что позволяет признать закон легитимным, юриди­чески правильным. Исследование содержательного аспекта качества закона целе­сообразно лишь в том случае, если исследуемый акт обладает в полной мере все­ми атрибутами закона. Со всей очевидностью необходимо отметить рациональ­ность подобной идеи.

Вместе с тем, поддерживая необходимость оценки качества нормативных правовых актов, подлежит обстоятельному выяснению вопрос практического ее осуществления, прежде всего, о субъектах оценки. Согласно ст. 112 Регламента Государственной Думы РФ, законопроект с сопроводительным письмом за под­писью председателя комитета Государственной Думы может быть направлен в государственные органы, другие организации для подготовки отзывов, предложе­нийи замечаний, а также для проведения научной экспертизы[134]. Вместе с тем, в Регламенте не предусмотрен исчерпывающий перечень организаций, которые полномочны осуществлять экспертизу нормативных правовых актов. Правовое управление Аппарата Государственной Думы по поручению Совета Государ­ственной Думы или ответственного комитета в установленный ими срок осу­ществляет правовую экспертизу законопроекта на соответствие Конституции Рос­сийской Федерации, федеральным конституционным законам, федеральным зако­нам, основным отраслевым законодательным актам, проверяет перечень актов федерального законодательства, подлежащих признанию утратившими силу, при­остановлению, изменению или принятию в связи с принятием данного законопро­екта, а также осуществляет юридико-техническую экспертизу законопроекта. От­ветственный комитет может поручить Правовому управлению Аппарата Государ­ственной Думы провести лингвистическую экспертизу законопроекта. Правовое управление Аппарата Государственной Думы на основании результатов правовой экспертизы законопроекта готовит заключение, в котором должны быть даны от­веты на следующие вопросы:

а) соответствует или не соответствует законопроект Конституции Россий­скойФедерации, федеральным конституционным законам, федеральным законам, основным отраслевым законодательным актам? Если в заключении устанавлива­ется несоответствие законопроекта Конституции Российской Федерации, феде­ральным конституционным законам, федеральным законам, основным отрасле­вым законодательным актам, то должно быть указано, какому акту не соответ­ствует законопроект и в чем выражается это несоответствие;

б) не нарушена ли внутренняя логика законопроекта, нет ли противоречий между разделами, главами, статьями, частями и пунктами законопроекта? Если такие противоречия есть, они должны быть названы конкретно, а также необхо­димо дать рекомендации, как можно устранить противоречия;

в) полностью ли приведен перечень актов федерального законодательства, подлежащих признанию утратившими силу, приостановлению, изменению или принятию в связи с вступлением в силу данного законопроекта? Если приведен неполный перечень актов, то следует акты, которые в этом перечне не приведены, указать.

Согласно ст. 2 Федерального закона «О Счетной палате РФ» одной из задач данного органа является финансовая экспертиза проектов федеральных законов, а также нормативных правовых актов федеральных органов государственной вла­сти, предусматривающих расходы, покрываемые за счет средств федерального бюджета, или влияющих на формирование и исполнение федерального бюджета и бюджетов федеральных внебюджетных фондов[135].

Пункт 2.2 Положения «Об Экспертно-консультативном совете по конку­рентной политике и естественным монополиям при МАП России» в качестве од­ной из задач данного органа закрепляет экспертизу законодательства по вопросам развития конкуренции и государственного регулирования деятельности есте­

ственных монополий, а также практику реализации этого законодательства, под­готовку предложений по его дальнейшему совершенствованию[136].

Правовая экспертиза законопроектов осуществляется Министерством юс­тиции Российской Федерации. Согласно п. 6.1 Регламента законопроектной дея­тельности Министерства юстиции РФ[137] законопроект, перечень актов федерально­го законодательства, подлежащих в связи с этим законопроектом признанию утратившими силу, приостановлению, изменению или принятию, согласованные с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти, до внесения их в Правительство подлежат обязательной правовой экспертизе, осуществляемой Министерством с участием при необходимости Института[138].

В соответствии со ст. 1 0. Федерального закона «Об экологической эксперти­зе», государственная экологическая экспертиза организуется и проводится феде­ральным органом исполнительной власти в области экологической экспертизы и органами государственной власти субъектов Российской Федерации в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, иными нормативными право­выми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовы­ми актами субъектов Российской Федерации. При этом следует отметить, что в ст. 11 Федерального закона содержится исчерпывающий перечень объектов государ­ственной экологической экспертизы федерального уровня[139].

Вполне ясно, что проведение различных экспертиз нормативных правовых актов не является системным. Некоторые необходимые экспертизы вообще не находят отражения в задачах органов государственной власти РФ[140].

Констатируя разрозненность проводимых экспертиз нормативных правовых актов в отсутствие единой системы комплексной экспертизы, полагаем, что в та­кой ситуации невозможно принятие качественных, исполнимых нормативных правовых актов. При всей значимости ставящихся перед Правовым управлением Государственной Думы РФ вопросов, главный вопрос не находит своего разреше­ния, а именно: является ли законопроект качественным и исполнимым? Кроме то­го, проведение экспертиз рассматриваемыми органами не является их непосред­ственной обязанностью. Полагаем, что в условиях огромного количества некаче­ственных, неисполнимых нормативных правовых актов проведение экспертиз нормативных правовых актов должно быть урегулировано императивной, обязы­вающей нормой.

В соответствии с этим можно сделать вывод об отсутствии в системе орга­нов государственной власти Российской Федерации структуры, способной ком­плексно оценить законопроект. В подобных условиях необходимо создание еди­ного Экспертно-аналитического центра со структурными подразделениями в субъектах РФ, в обязанности которого необходимо вменить проведение ком­плексных экспертиз законопроектов, поступающих на обсуждение в законода­тельные органы государственной власти РФ и органы законодательной власти субъектов РФ; проведение комплексных экспертиз подзаконных нормативных правовых актов, поступающих на регистрацию в Министерство юстиции РФ; комплексную экспертизу указов Президента РФ и постановлений Правительства РФ. На уровне субъектов РФ целесообразно закрепить в качестве обязанности проведение комплексных экспертиз нормативных правовых актов органов мест­ного самоуправления.

В части обеспечения исполнимости нормативных правовых актов, касаю­щейся их соответствия содержательному критерию права, в последнее время был сделан очень важный шаг. В частности, Федеральный закон «Об Общественной палате Российской Федерации» закрепил в качестве одной из задач данного орга­на проведение общественной экспертизы проектов федеральных законов и проек­тов законов субъектов Российской Федерации, а также проектов нормативных

правовых актов органов исполнительной власти Российской Федерации и проек­тов правовых актов органов местного самоуправления[141]. К сожалению, в законе не закреплены критерии оценки законопроектов при проведении общественной экс­пертизы, однако концептуальная идея создания данного общественного органа отражает общий смысл подобной экспертизы - соответствие нормативных право­вых актов интересам всего общества. По нашему мнению, недостатком рассмат­риваемого нормативного правового акта является рекомендательный характер за­ключений по результатам общественной экспертизы проектов законов. Поскольку данный орган представляет интересы общества, проведение им подобной обще­ственной экспертизы нацелено, пожалуй, на самый объективный характер. Имен­но объективность заключений Общественной палаты позволяет придать им не ре­комендательный, а обязательный характер.

Кроме перечисленных, с нашей точки зрения, приоритетными свойствами, характеризующими качество закона, выступают его справедливость и ценность.

Справедливость является моральной категорией, и она занимает приоритет­ное место в критической оценке (легитимации) правовых институтов. Справедли­вого поведения мы не просто просим или ожидаем от других, но требуем друг от друга. В силу этого она признается наиболее социальной и наиболее правовой из всех добродетелей. Анализируя различные воплощения справедливости, можно выявить некоторый общий принцип, лежащий в их основе: по отношению друг к другу люди имеют право на определенное относительное состояние равенства или неравенства, в соответствии с которым распределяются тяготы или блага. Назна­чением справедливости традиционно считается поддержание и воспроизведение равновесия, т.е. равной меры, служащей критерием критической оценки поведе­ния как человека, так и общественных институтов. В структуре справедливости можно выделить две части - постоянную (формальную) и переменную (реальную) справедливость. Принцип формальной справедливости состоит в том, чтобы су­дить о каждом деле исходя из одной и той же позиции. Принцип реальной спра­

ведливости означает, какие случаи можно считать одинаковыми, а какие нет. По­нятно, что существенные различия в моральных и политических взглядах могут приводить к порой значительному расхождению по поводу того, что именно мож­но считать справедливым.

Рассматриваемая категория имеет глубинные корни в древности. Заметный вклад в рационализацию представлений о справедливости через размышления о равенстве как свойстве справедливости внесли пифагорейцы (VI-V вв. до н.э.). Согласно пифагорейцам, сущность мира есть число, и все в мире имеет цифровую характеристику и выражение. Отметив связь равенства и меры, они стали тракто­вать равенство как надлежащую меру, т.е. как определенную пропорцию (число­вую по своей природе)[142].

Представления о равенстве в его связи со справедливостью и правом были углублены и развиты Сократом, Платоном, Аристотелем. Трактуя равенство как принцип справедливости и права, они при этом различают два вида равенства: ра­венство арифметическое (равенство меры, числа, веса и т.д.) и геометрическое (равенство по достоинству). Правда, в эпоху рабовладения, основанного на бес­пощадной эксплуатации рабов, личностью признавался только свободный человек как член соответствующего государства. Рабовладельческое общество и государ­ство приравнивали раба к положению «говорящего орудия». А древнегреческий философ и идеолог рабовладельческого государства Платон видел в рабах даже «особую породу зверей». Рабы полностью зависели от своего хозяина и не обла­дали никакими правами. Им отказывали даже в праве на жизнь, семью и здоро- вье[143].

Возникшая в древности идея всеобщего равенства людей продолжает разви­ваться с различных позиций, в разных формах и направлениях.

Идея равенства была боевым лозунгом буржуазии в ее борьбе с феодализ­мом. Требование формального равенства было провозглашено в эпоху буржуаз­

ных революций, когда казалось, что стоит ввести этот принцип - и в мире воца­рится социальная справедливость. Пафосом равенства пронизаны такие историче­ские документы, как Декларация независимости США (1776 г.) и французская Де­кларация прав человека и гражданина (1789 г.). Однако вскоре выяснилось, что предоставление равных формальных прав отнюдь не ведет к установлению дей­ствительного равенства между людьми, поскольку требование равенства предпо­лагает не только юридическое равенство, но и создание для каждого человека условий, позволяющих действовать в соответствии со своей свободной волей.

Таким образом, объявив равенство правом человека, буржуазия придала ему специфически буржуазный смысл, прикрывающий фактическое социальное нера­венство эксплуататоров и эксплуатируемых формальным равенством всех перед законом[144]. Содержание пролетарской сущности равенства, по мнению Ф. Энгельса, сводится к требованию уничтожения классов[145].

Сформировалось два подхода к рассматриваемой проблеме. С одной сторо­ны, подчеркивается существование теории индивидуальной свободы человека, за­ключающейся в обязанности государства гарантировать эту свободу от чьих-либо, в том числе и своего, вмешательств, хотя сторонники этой теории (А. Смит, С. Милль, Б. Констан, Д. Локк) понимали, что такая свобода, в конечном счете, по­рождает неравенство. С другой стороны, теория, не отрицая значимости индиви­дуальной свободы, стремится сочетать ее с равенством личности, с участием гос­ударства в его обеспечении. Основоположник такой концепции Ж.Ж. Руссо счи­тал, что принципу равенства должно быть подчинено все, в том числе и власть, задача которой - обеспечение равенства. И.Е. Фабер предлагает не смешивать, во- первых, равенство как социально-экономическую категорию, во-вторых, равно­правие как юридический принцип всех отраслей права - конституционного, граж­данского и др., и, в-третьих, отдельные виды права на равенство или виды равно-

3

правия[146].

Вместе с тем, равная обязательность закона не означает единого правового положения всех граждан. Социальные различия между людьми обусловливают особенности правовых статусов граждан, относящихся к различным классам и слоям общества, а также субъективных прав и обязанностей.

Юридическое равенство составляет тот найденный в течение веков меха­низм, который определяет правовой остов общества, стимулирует инициативу, предприимчивость, толкает людей к соревновательности, лидерству и тем самым создает основу для поступательного развития общества в целом[147]. Юридическое равенство означает равноправие граждан, их равенство перед законом и судом.

Значит справедливыми будут считаться те законы, которые одинаково обя­зательны для всех людей независимо от социального положения, служебной дея­тельности, расовой и национальной принадлежности, вероисповедания, проис­хождения, пола, образования, языка, места жительства и других обстоятельств.

Справедливость в оценке качества законов проявляется в том, что они поз­воляют учитывать интересы большинства членов данного общества, осуществ­лять сбалансированное распределение благ между различными социальными группами, устанавливают формальное равенство субъектов права. Справедливым может быть только демократичный закон.

Справедливость - это вечно изменяющаяся и продолжающаяся проблема. Признаком истинного правового порядка является не пропорциональное распре­деление благ, но реальность позитивной воли со стороны права воздавать каждо­му индивиду свое в соответствии с общественными представлениями и возмож- ностями[148].

Следует помнить, что право вовсе не тождественно справедливости, которая является ценностью и моральной категорией. Справедливость - это критерий от­ношения к праву, принцип или идеал права. Выступая по отношению к праву в качестве принципа, справедливость не содержит в себе механизма осуществления своих требований. Но в то же время, реализуясь в качестве санкции, государ­

ственного принуждения, право обретает собственный статус, отличающий его от статуса моральной нормы. «Как право, так и справедливость, - считает И.В. Или- ев, - дают общую модель, в соответствии с которой отдельная личность вписыва­ется в общество. Право дает меру, а справедливость контролирует ее, предъявляя определенные требования. Однако справедливость не мера, а только ее свойство, которое достраивает право, вместе они регулируют общественные отношения»[149]. Говоря словами Гете, «справедливость взвешивает и определяет» меру социаль­ных благ[150].

С позиции Г.Т. Чернобель, идея справедливости, чувство справедливости имманентно присущи правосознанию цивилизованного человечества. Начала справедливости мотивационно побуждают к правомерному поведению, активизи­руют и оптимизируют его, порождают у людей чувство правовой ответственно-

3 сти[151][152].

Принцип справедливости, охватывая все стороны правовой жизни, является нормативной первоосновой права, правового регулирования общественных отно­шений. В демократическом правовом государстве справедливость как всеопреде- ляющий нравственный мотив лежит в основании всех правоположений. Государ­ственный закон, подчеркивал В.Д. Набоков, должен господствовать в обществе не как фактор политической силы (оправдывающей свои тоталитарные решения со­ображениями абстрактной «государственной пользы»), а как фактор правовой справедливости, на основе которого становится возможной необходимая правовая организация общества в соответствии с объективными потребностями, трансфор-

4

мация государственной власти из «власти силы во власть права» .

Справедливое правовое мерило социальных благ - зеркало демократично­сти общества, одно из условий его правовой стабильности, развития и совершен­ствования всей институционально-правовой его инфраструктуры.

Таким образом, справедливость как критерий оценки качества закона слу­жит морально-нравственным катализатором отношения граждан к принимаемым государством законам, оценки их эффективности с точки зрения приобретения личностью тех или иных социальных благ, на основе сопоставления с историче­ским прогрессом своего государства, опытом зарубежных стран и международно­го сообщества в целом.

Ценностный критерий призван показать новый подход к оценке цели и пра­вового средства. В данном случае специфической чертой цели является не просто идеальный, мыслительный образ нормы права, а ее социально-ценностная основа. Правовые средства, будучи материализованной формой цели - ценностями, также содержат в себе ценностные признаки и черты.

Ценность - это то особое значение, которое придает человек чему-либо. Ничто само по себе не обладает ценностью. Лишь то, что человек выделяет из общей массы благодаря способности удовлетворять те или иные его потребности, превращается для него в ценность. Таким образом, ценность - это то, что позво­ляет людям удовлетворять их желания, потребности, интересы и заставлять при­лагать усилия по их достижению, созиданию, сохранению и приумножению. Все существующее в мироздании может превратиться для человека в ценность или, напротив, утратить ее. Нормативная сторона культуры является производной от той системы ценностей, которая принята в данной культуре. К числу важнейших видов нормативных регуляторов, обеспечивающих цивилизованную человече­скую деятельность и общение, относятся мораль и право. Оба этих феномена имеют общее поле действия и в то же время не сливаются и не совпадают.

Для человека вся совокупность ценностей предстает в виде ступенчатой иерархии. Есть абсолютные ценности естественно-правового характера, выступа­ющие в качестве критериев нормотворческой деятельности для законодателей во всех странах и во все исторические периоды и изменяющиеся ценности. Первый

вид ценностей (ценности существования) не является сугубо правовым и имеет экзистенциальный характер. Это ценности-цели, ради которых право, собственно, и существует. Второй вид ценностей (ценности долженствования) - это ценности- средства. Их назначение состоит в том, чтобы оберегать ценности-цели от разру­шения. По своей природе ценности являются идеальными объектами, а потому их познание отличается от познания теоретических истин. «Познание ценностей, - писал Н.Н. Алексеев, - не есть акт безразличного приспособления к безразлично­му предмету. Это есть акт участия в существе самой ценности, пребывания цен­ности в самой жизни и жизни в ценности»[153].

На самом же деле, настоящее право - это и есть сама ценность. Базовые ценности, принципы, нормы, характеризующие подлинное право в догматической части, достаточно консервативны в той степени, в какой консервативен сам чело­век. Вместе с тем, они не являются абсолютными, а подвержены изменениям в той же степени, в какой активен или не активен человек, который действует более или менее адекватно ситуации, изменяющимся условиям жизни, в целом охваты­ваемым его пониманием, полем зрения и действия. В результате право, что заме­чено многими, с одной стороны, статично, а с другой - динамично. Если не нару­шена мера между этими двумя свойствами права, то право не просто ценность, а весьма надежный и эффективный инструмент, обеспечивающий устойчивое раз­витие, позволяющий конструктивно решать разнообразные по содержанию и зна­чению социальные задачи, особенно если исходить из разумной солидарности, милосердия, взаимовыручки и взаимопомощи.

Критерием оценки ценности любого закона как управленческого акта явля­ется то, насколько он, отражая реальные общественные потребности, социально благостен для общества в целом и, следовательно, для каждого из его членов, каждого гражданина. В соответствии с данными критериями следует выделять общественную, государственную, социальную, правовую (юридическую), теоре­тическую, практическую, статусную и процедурную (процессуальную) ценность, определяющую качество закона.

По существу, речь идет о том, что критерием качества закона является единство социального прогресса и всестороннего, гармоничного развития челове­ка, его правовая защищенность.

Таким образом, качество закона - это оценка его создания в соответствии с потребностями общества, государства и личности на основе умения видеть, про­гнозировать ситуацию и знать пути ее решения, включая комплекс условий, обес­печенных материальными ресурсами и морально-нравственными устоями, по­средством точного и неукоснительного воплощения всеми субъектами правовых предписаний в повседневной жизнедеятельности.

<< | >>
Источник: ВОРОБЬЕВА Светлана Анатольевна. КАЧЕСТВО ЗАКОНА И ЕГО РОЛЬ В ОБЕСПЕЧЕНИИ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА (теоретико-правовой аспект). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Омск - 2014. 2014

Еще по теме § 1.2. Качество закона: понятие и характерные свойства:

  1. 1. Правовое качество законов о выборах в субъектах Российской Федерации
  2. 3. ПРАВОВОЙ ИНСТИТУТ КАК ЭЛЕМЕНТ СИСТЕМЫ ПРАВА ПОНЯТИЕ И ХАРАКТЕРНЫЕ ЧЕРТЫ
  3. Понятие и сущность оценочных понятий в праве
  4. § 1 Понятие теократического государства
  5. Характеристика целеполагания в генезисе преступного поведения и реализующихся в нем психологических свойств личности
  6. § 1. Понятие и правовая природа денежно-кредитной и валютной политики
  7. Связь особых свойств товара с местом его географического происхождения
  8. Понятие и признаки системы наказаний
  9. § 3. Фикция как приём юридической техники.
  10. ВОРОБЬЕВА Светлана Анатольевна. КАЧЕСТВО ЗАКОНА И ЕГО РОЛЬ В ОБЕСПЕЧЕНИИ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА (теоретико-правовой аспект). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Омск - 2014, 2014
  11. ОГЛАВЛЕНИЕ
  12. Глава I. Теоретико-правовая характеристика категории «качество закона»
  13. § 1.1. Проблемы соотношения права, закона и прав человека
  14. § 1.2. Качество закона: понятие и характерные свойства
  15. § 2.1. Эффективность правотворческой деятельности как условие создания качественного закона по обеспечению прав человека
  16. § 2.2. Роль качества закона в правоприменительной деятельности орга­нов государственной власти по обеспечению прав человека
  17. § 2.3. Деятельность контрольно-надзорных органов по обеспечению качества закона и прав человека
  18. 4. Разрешение коллизий правовых актов в процессе правотвор­чества.
  19. Глава 6. Эффективность юридических конструкций.
  20. § 1. Понятие и свойства защиты в уголовном процессе, ее место в системе квалифицированной юридической помощи
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -