<<
>>

Монархическо-идеократические теории государства

Одним из главных принципов политико-правовой теории конца ХІХ-начала XX вв. был монархический принцип, ко­торый представлял собой одновременно юридическую кон­струкцию правовой науки, норму публичного права и способ практической политической организации отношений монар­ха с установлениями народного представительства.

Наиболее чёткое обоснование этого принципа дала немец­кая теоретическая юриспруденция1. В немецкой, а потом и в российской юридической литературе решающее значение приобрела позиция исторической школы права относительно эволюционного, органического характера развития общества и государства, необходимости сохранения их целостности в рамках единой политической системы, скреплённой монар­хическим принципом.

Эта концепция, обоснованная в трудах К.Т.Велькера, К.Роттека и Ф.Ю.Шталя в Германии, развива­лась отечественными учёными и стала основой всей полити­ческой стратегии консервативного либерализма.

Ф.Ю.Шталь в своей работе «Монархический принцип» пришёл к выводу, что значение имеет не форма правления, установленная в государстве (конституционная монархия или абсолютная, монархия или республика), а выбор между пар­ламентским принципом и монархическим. По его мнению, монархический принцип наиболее соответствует задачам на­ционального единства и целостности законодательства, он является выражением духа и воли нации[CDLXXXV] [CDLXXXVI].

Модель конституционной монархии, которая начала утверждаться в России после революции 1905 года, больше всего напоминала немецкую модель благодаря восприя­тию её основной идеи - монархического принципа. Этот факт надлежаще оценивали как немецкие учёные (М.Вебер, Ф.Науман, Г.Еллинек, О.Хинтце), так и российские, кото­рые утверждали, что в Германии и России утвердился режим мнимого конституционализма, который противопоставлялся его настоящему (западноевропейскому) варианту[CDLXXXVII].

Принцип монархизма был достаточно популярен среди российских либералов конца XIX в., защищавших не столь­ко самодержавие, сколько сильное государство, которое в тот момент не могло быть ничем иным, кроме исторически сложившейся монархии. Внимание исследователей было со­средоточено уже не на личности просвещённого монарха, а на монархии как институте, который опирается на закон и сильную исполнительную власть, то есть просвещённую бюрократию. Политическим идеалом консервативного либе­рализма стала конституционная монархия, наиболее полное теоретическое обоснование которой было сделано выдаю­щимся юристом и философом права, основателем либераль­но-индивидуалистического направления российского неоге­гельянства Борисом Николаевичем Чичериным (1829-1904).

Для раскрытия сущности конституционной монархии в теории Б.Н.Чичерина необходимо проанализировать его объ­яснение сущности государства и обоснование идеи государ­ства.

Находясь под влиянием идей как Г.В.Ф.Гегеля, так и И.Канта, Б.Н.Чичерин пытался усовершенствовать филосо­фию объективного идеализма и свою позицию называл уни-

39^ Раздел 4. Идеократические теории государства

версализмом. При этом трансформировал гегелевскую кон­цепцию философии: использовал принципы априоризма, авто­номных начал и индивидуализма, то есть объединял гегелев­ский абсолютный идеализм с индивидуальными элементами неокантианства. В универсализме Б.Н.Чичерина соединяет­ся рационализм с реализмом. Учёный пытался преодолеть дуализм материи и разума как самостоятельных начал при помощи логической формы как идеального единства опре­делений разума, которые лежат в основе реальных явлений.

Логические категории и определения являются априорными, то есть исходят из разума и как умозрительные конструкции представляют собой формы объединения в разуме реальных явлений. Разум при этом рассматривается как «закон любого бытия». Согласно Б.Н.Чичерину, разум является верховным определяющим началом как в субъективном мире, как в со­знании, так и в бессознательном1.

Будучи всеобщими по своей форме, законы разума пред­усматривают и общее содержание. Совпадение формы и со­держания, единство разума и бытия является Абсолютным как Бог. Абсолютное присутствует везде, законы разума и внешнего мира едины. С позиций такой метафизической концепции философии Б.Н.Чичерин критиковал эмпиризм, материализм, позитивизм, дарвинизм, утилитаризм и соот­ветствующие трактовки права и государства[CDLXXXVIII] [CDLXXXIX].

Отрицая юридические и социологические позитивистские теории государства, Б.Н.Чичерин, как и другие представите­ли идеалистической философии, использовал некоторые по­

ложения этих теорий. Так, государство он рассматривал как правовой союз: «государство есть союз народа, связанного законом в одно юридическое целое, управляемое верховной властью для общего блага»1. В духе так называемой государ­ственной (или цивилистической) школы в российской исто­риографии, одним из деятелей которой он был, Б.Н.Чичерин акцентировал внимание на формально-юридическом начале. Вместе с тем в отличие от юридического позитивизма, он при­зывал изучать государство как с априорно-метафизической точки зрения (проблема сущности и ценностей государства), так и с социологической. Юридическая сторона, по мнению Б.Н.Чичерина, не раскрывает смысл государственной жизни. Это не более чем форма, в которую вкладывается совокуп­ность жизненных интересов, составляющих предмет государ­ственного управления. В социологическом плане государство должно рассматриваться как реальный субъект власти[CDXC] [CDXCI].

Б.Н.Чичерин создал собственную теорию, в которой сущ­ность государства, его возникновение и развитие трактовал с позиций абсолютного идеализма. Учёный выступил с при­зывами возродить гегелевскую философию права, присоеди­ниться к Г.В.Ф.Гегелю, творчество которого представляет со­бой, по его мнению, последнее слово идеалистической фило­софии[CDXCII]. В отличие от позитивистов, Б.Н.Чичерин стремился познать сущность и целесообразность (финальность) госу­дарства на основе гегелевской философии, интерпретирован­ной с большой дозой мистицизма и кантовского индивидуа­лизма. Подобно Г.В.Ф.Гегелю, он рассматривал государство как высшее развитие идеи человеческого сообщества и во­площение объективной нравственности.

Обоснование возникновения государства у Б.Н.Чичерина строится на соединении элементов традиционных теорий воз­никновения государства, однако выводы он делает в духе объ­ективного идеализма. Государство возникает в результате со­вместного волеизъявления людей. Оно также возникает из дру­гих союзов, то есть в результате преобразования власти семей­ной, гражданской или церковной во власть государственную. В конечном итоге возникновение государства обусловлено развитием политического сознания, появлением в разуме че­ловека идеи государства, благодаря которой власть, которая уже существует, создаёт организацию согласно этой идее и в результате становится государственной.

Возникновение идеи государства Б.Н.Чичерин связывал со следующими факторами: 1) завоеванием; 2) религиозным учением; 3) постепенным развитием общественной жизни и её потребностей.

Он выделял ещё один способ возникнове­ния государства, который называл «свободным». Этот спо­соб проявляется в том, что в неорганизованном обществе актом народной воли создаётся государство (например, при создании колоний переселенцами). Но и в этом случае по­литическое сознание народа служит исходной точкой для создания нового государства. Ведь эти люди в прошлом уже имели связь с государством, но потеряли её. Воля создать единое целое основывается на их политическом сознании. Эта общая воля есть источник права. Она должна быть вы­ражена согласно идее государства. Если отсутствуют поло­жительные законы, которые определяют право выбора и орга­низацию власти, следует руководствоваться законом есте­ственным[CDXCIII]. Следовательно, развитие духа ведёт к тому, что человек отказывается от своей первичной физиологической

-______________________________________________ 401

основы, вследствие чего идея государства как высшего че­ловеческого союза переходит из потенциального состояния в действительное. Государство - не творение субъективной воли человека, а закономерное объективное явление, которое не зависит от субъективных стремлений. «Государство не есть случайное создание субъективной воли, оно представ­ляет собой объективный организм, который воплощает в себе мировые идеи, развивающиеся в истории человечества»1.

Идею государства, то есть начало, во имя которого оно существует и которое должно осуществить, Б.Н.Чичерин объявлял априорным началом, проявлением Абсолютного. В отличие от Г.В.Ф.Гегеля, который считал материю и разум про­явлениями единой сущности - духа, или идеи, Б.Н.Чичерин рассматривал эти субстанции как самостоятельные и проти­воположные[CDXCIV] [CDXCV]. Третья субстанция - дух (то есть конечная цель развития) - направляет бытие к идеальному совершенству. Взятые вместе эти три субстанции возносятся к четвёртой субстанции - первопричине, как чисто логическому началу, которое не раскрывается опытным путём, но необходимо для объяснения явлений. Все четыре элемента есть независимые друг от друга начала - первопричина, разум, материя и дух - они представляют собой развитие единой Абсолютной сущ­ности. Их единство заключается в Абсолютном. Абсолютная сущность, или просто Абсолютное, согласно Б.Н.Чичерину, это - Бог. Реальный мир при этом является результатом вза­имодействия Абсолютного с самим собой, творением из ни­чего. Из четырёх субстанций, или элементов Абсолютного, только материя является сущностью видимого мира, осталь­ные - это божественные начала, окружающие мир и состав­

ляющие его основание, середину и конец1.

Таким образом, Абсолютное у Б.Н.Чичерина представ­ляет собой теологизированный аналог гегелевской абсо­лютной идеи. Материальное бытие и у Г.В.Ф.Гегеля, и у Б.Н.Чичерина оказывается производным от более высокого, действенного начала, дающего материальному миру закон и цель. Объявляя материю самостоятельным началом наряду с духом, Б.Н.Чичерин пытался преодолеть односторонние материалистические и идеалистические теории. Однако, по словам В.Д.Зорькина, «своей философской системой он ещё раз доказал невозможность примирения материализма с идеализмом»[CDXCVI] [CDXCVII].

Анализируя сущность «человеческих союзов» - сферу объективной нравственности - Б.Н.Чичерин расходится с Г. В. Ф. Гегел ем .Вместо гегелевской трактовки нравственно сти (семья, государство, гражданское общество) у Б.Н.Чичерина речь идёт о четырёх союзах: семья, союз гражданский, союз церковный и государство. При этом государство представляет собой «высшее соединение противоположных начал, а вместе с тем и высшее развитие идеи общественных СОЮЗОВ»[CDXCVIII].

Б.Н.Чичерин сводил бытие к четырём началам, или при­чинам: производящей, формальной, материальной и конеч­ной. В социальной жизни этим причинам соответствуют: производящей - власть; формальной - закон; материальной - свобода; конечной - цель, или идея (общее благо). Четы­рём общественным элементам соответствуют четыре сою­за. Б.Н.Чичерин анализирует диалектическое соотношение этих элементов. Свобода и закон - это противоположные

_ 403

элементы общественной жизни. Один элемент личный, дру­гой - общий. Они приводятся к единству общественной вла­стью. Власть обеспечивает обществу первичное, внешнее единство. Общая цель даёт ему единство вторичное, окон­чательное. Поэтому указанный четвёртый элемент любого общества является одновременно последним и высшим, по­скольку он связывает остальные. Все вышеуказанные четыре элемента присутствуют в любом обществе, но в каждом из них преимущество имеет один элемент. Так, в семье имеет преимущество общая цель; в гражданском обществе - сво­бода; в церкви - религиозно-нравственный закон; наконец, в государстве - начало власти.

Поскольку власть даёт только первичное внешнее един­ство, а цель - единство внутреннее, окончательное, то из этого логически следует, что не государство, а семья долж­на быть признана высшим человеческим союзом. Однако у Б.Н.Чичерина, так же как и у Г.В.Ф.Гегеля, государство го­сподствует над всеми остальными союзами. Существенный признак, отличающий государство от всех других союзов, по словам Б.Н.Чичерина состоит в том, что все другие союзы юридически подчинены государству, а государство властвует над всеми. Государством он называл верховный властвую­щий союз1. Другие союзы тоже случайно могут оказаться са­мостоятельными. Но эта случайная самостоятельность есть всего лишь фактическое явление, а не юридическое начало, следующее из самой сущности этих союзов. Государству же верховная власть принадлежит в соответствии с самой его сущностью. «Государство отличается от других союзов имен­но тем, что ему принадлежит верховная власть на земле»[CDXCIX] [D].

При этом государство у Б.Н.Чичерина не поглощает все дру­гие союзы, а только возносится над ними как высшая сфера, господствующая во внешних отношениях, но оставляющая каждому союзу надлежащую самостоятельность в сфере его деятельности.

Ведущая либерально-индивидуалистическая идея Б.Н.Чи­черина состоит в том, что вся система союзов держится на живых людях. Человеческие сообщества он рассматривал не как учреждения, а как союзы лиц. Разумные и свободные люди являются орудиями духа, в чём и состоит его сущность. Они - цель союзов. Не лица существуют для учреждений, а учреждения для лиц1.

Следовательно, государство представляет собой союз на­рода. Народ - первый и необходимый элемент государства, поскольку союз состоит из лиц. Территория является необ­ходимой принадлежностью государства, в этом смысле она входит в государство как один из составных элементов. На­род в юридическом смысле - это совокупность граждан, ко­торые живут на своей территории и образуют одно юриди­ческое целое, связанное законом. Союз, образующий одно целое, Б.Н.Чичерин называл юридической или моральной личностью[DI] [DII].

Выделение в каждом сообществе четырёх основных эле­ментов - власти, свободы, закона и цели - не является отдель­ной поправкой к системе Г.В.Ф.Гегеля. Это совершенно новое к ней дополнение, которое изменяет сущность этой системы. У Г.В.Ф.Гегеля единственной основой права признаётся сво­бода. Абстрактное же право, мораль, семья, государство, граж­данское общество - всё это лишь отдельные моменты диалек­тического развития свободы. У Б.Н.Чичерина сама свобода

_ 405

превращается в отдельный момент диалектического развития сообщества, подчинённый началам власти и общей цели.

Подчинение свободы началу власти следует не только из общего соотношения основных элементов совместной жиз­ни, но и из того, что Б.Н.Чичерин говорит о свободе в го­сударстве. Он различает свободу личную и политическую. Политическая свобода служит единственной действительной гарантией свободы личной. Но политические права могут иметь только те, кто способен ими воспользоваться.

Другая ступень диалектического развития понятия сооб­щества держится, согласно Б.Н.Чичерину, на двух противо­положностях: это свобода и закон, который её ограничи­вает. Но из такого соотношения естественной свободы и есте­ственного закона исходили все теории естественного права. Закон в данном случае как бы предшествует власти и её предопределяет. Поэтому закон, ограничивающий свободу, не может быть законом позитивным, он может быть только законом естественным. В отличие от традиционных теорий естественного права, естественный закон (идея государства) у Б.Н.Чичерина является не только основой позитивного пра­ва, но и сам может приобрести обязательную силу, то есть стать правом прямого действия. Такое может иметь место при первичном возникновении государства, когда власть ещё не установлена, а также в случае прекращения династии или государственного переворота. В этом случае, согласно есте­ственному закону, власть принадлежит народу, поскольку он остаётся единственным представителем государства. В связи с этим Н.М.Коркунов вполне обоснованно заметил: «Какая ж это власть принадлежит народу в тех случаях, когда власть ещё не существует?»[DIII]. По мнению Н.М.Коркунова, к которо­му мы присоединяемся, такие суждения напоминают воспро-

4^6 Раздел 4. Идеократические теории государства

изведение договорной теории государства1.

В современной научной литературе не без оснований обра­щалось внимание на то, что в конкретно-исторических исследованиях у Б.Н.Чичерина наметились признаки пере­хода от гегелевской диалектики к методу юридического по­зитивизма. Власть у Б.Н.Чичерина отождествляет в своей природе априорное естественное право (которое выводится из гегелевского абсолютного духа) с юридическим союзом (юридический позитивизм) и опытным фактом реального субъекта власти (элемент социологического позитивизма) при верховенстве во всём этом именно априорной идеи пра­ва, которая осуществляется в государстве как таковом[DIV] [DV].

Б.Н.Чичерин признавал естественный закон и отрицал су­ществование естественных субъективных прав. Он убеждён, что не может быть и речи о естественных правах человека. Свобода не может считаться неприкосновенным правом, по­скольку закон всегда её касается, ограничивая во имя чужой свободы и общественной пользы. Судьёй этих ограничений может быть только сам закон как высшее начало, а не под­чинённое ему лицо. Б.М.Чичерин писал, что если мы посмот­рим на права человека, то увидим, что нет ни одного, которое закон не мог бы ограничить или даже уничтожить.

Основное отличие учения Б.Н.Чичерина от учения Г.В.Ф.Гегеля определил В.Д.Зорькин. У Г.В.Ф.Гегеля госу­дарство возникает в результате саморазвития гражданского общества, которое в силу собственных противоречий прихо­дит к государству. У Б.Н.Чичерина государство возносится не над гражданским обществом, а является примирителем двух противоположных союзов, или сфер: нравственно-ре-

_ 407

лигиозной и гражданской. По словам В.Д.Зорькина, подмена Б.Н.Чичериным гегелевского антитезиса двумя противопо­ложностями, механически разорванными (поскольку он абсо­лютизирует момент раздвоения и недооценивает момент единства), привела к глубоко антидиалектическим выводам в вопросе возникновения государства. Государство в теории российского учёного теряет всякую органическую связь с совокупностью экономических отношений общества и воз­никает как внешняя, оторванная от них сила. Несмотря на то, что Б.Н.Чичерин заявляет о связях государства с граж­данским обществом, благодаря подмене гегелевской триады четырьмя членами, в его учении на первое место выдвига­ется не единство, а обособленность. Потому Б.Н.Чичерин и говорит, что государство не развивается из общества, а «воз­носится» над ним1.

Б.Н.Чичерин не был сторонником полной свободы част­ных лиц, то есть свободы, которая не ограничена государ­ственной властью. С этим связывается его неприятие и кри­тика демократизма. Не сдерживаемая никем демократия, по мнению учёного, становится в конечном итоге одной из форм деспотизма[DVI] [DVII]. Идеал свободы - это идеал односторонний, по­скольку утверждение и развитие свободы не является единой целью государства. Эта цель должна быть согласована с дру­гими высшими началами. Будучи сторонником охранитель­ного (то есть консервативного) либерализма, Б.Н.Чичерин в своей теории пытался примирить начала свободы с началом власти и закона[DVIII]. Лозунг охранительного либерализма он

сформулировал так: «либеральные меры и сильная власть»[DIX].

Б.Н.Чичерин отрицал теории равенства, в которых право индивида на счастье рассматривается как абсолютное тре­бование, подлежащее обязательному выполнению. Люди при этом предстают как произвольные существа, имеющие одинаковые права. Но право человека, по его мнению, есть не больше чем произвольная возможность действовать; ра­венство прав означает только предоставление каждому оди­наковой свободы. Реализация же этой возможности, то есть действительное пользование правами, зависит от личных усилий человека и от обстоятельств, в которых он пребывает. Неравенство здесь может быть только естественным, таким, которое предопределено способностями людей и их предна­значением, их положением в обществе. Уничтожить это не­равенство означает отрицать всё разнообразие жизни во имя произвольного начала, а это возможно только в условиях де­спотизма. Таким образом, во имя права уничтожается свобо­да, которая составляет источник права. Это подтверждает тот факт, что свобода сама собой как абсолютная и исключитель­ная основа совместной жизни недостаточна для установле­ния согласия и порядка в обществе.

По мнению Б.Н.Чичерина, личная свобода, со всеми тре­бованиями, которые из неё следуют, будучи существенным элементом человеческой жизни, не является её безусловным началом, которому всё должно подчиняться. Сама же она подчиняется высшему порядку, которому каждый служит и в котором каждый занимает место согласно своему предна­значению и способностям. Но с другой стороны, этот выс­ший порядок не поглощает в себе сферы частных сил, но, оставляя последним надлежащую самостоятельность, воз-

_ 409

носится над ними, как высшая, идеальная сфера, в которой государство стремится к гармоническому согласованию всех общественных элементов. Идеалом человечества следует считать не достижение равенства с уничтожением всяческих различий, а приведение существующего разнообразия к выс­шему единству. Это соединение разнообразных элементов человеческой природы, основанное на философском пони­мании взаимных отношений противоположностей, является задачей идеализма, который представляет собой, согласно Б.Н.Чичерину, завершение всего предыдущего развития тео­ретической мысли1.

Началом, стоящим выше свободы, Б.Н.Чичерин провоз­глашал общее благо. При помощи категории «общего блага», которая является одним из ключевых моментов его понятия государства, обосновывал цель и ценность последнего. При­чём, в отличие от позитивистов, Б.Н.Чичерин рассматривал цель не с точки зрения утилитаризма, а как финальный ре­зультат развития объективной идеи государства[DX] [DXI].

Целью государства у Б.Н.Чичерина есть общее благо. Бла­го союза состоит в полноте и согласованном развитии всех его элементов. В этом истинная природа государства, его идея. Можно сказать, что цель государства заключается в раз­витии его идеи. Эта цель содержит в себе и юридическое на­чало и моральное: юридическое, поскольку она достигается путём принуждения; моральное, поскольку подчинение част­ных целей общей цели является моральным требованием.

Первой целью государства Б.Н.Чичерин называет обе­спечение безопасности, защиту подданного. Государство не должно кормить, одевать и каким-либо иным способом ма­

териально обеспечивать своих подданных. Всё это человек должен делать сам. Государство всего лишь обязано всеми способами защищать честно заработанную собственность подданного и его жизнь как главный вид собственности. Другой целью государства является определение и охрана свободы и прав лиц. Б.Н.Чичерин подчёркивал: «Цель госу­дарства ограничена: оно вращается в области общих инте­ресов и не должно вторгаться в частную жизнь»1. По словам Д.Е.Прокопова, сама постановка проблемы прав человека в теории Б.Н.Чичерина стала логическим результатом рассмот­рения и освещения содержания понятия права и его роли в функционировании государства и гражданского общества. Выделяя в праве такие неотъемлемые составные элементы его содержания как субъективное право и объективное право, он должен был чётко указать, какие именно права следуют из факта исходного признания свободы лица как самостоятель­ной единицы гражданского общества, что эти права собой представляют и каким образом они соотносятся со сферой публичного права, когда лицо (как член гражданского обще­ства), вступает во взаимодействие с государством. Здесь речь идёт о том, в какой мере мы можем толковать свободу как исходное или основополагающее право человека, которое является одновременно началом и гражданского общества, и правового государства[DXII] [DXIII].

Осуществление морального порядка Б.Н.Чичерин также рассматривает как одну из целей государства. При этом за-

-______________________________________________ 411

мечает, что принудительная мораль является аморальной, поскольку моральный закон есть закон свободы. Государ­ство выполняет моральный закон лишь постольку, поскольку он реализуется в общественной жизни. Государство не есть чисто моральный союз, подобный церкви, это союз по сущест­ву своему юридический, а потому все установленные в нём отношения тогда только получают силу и прочность, когда они облекаются в юридические формы. Нет сомнения, что и в государстве моральный элемент всегда сохраняет суще­ственное своё назначение, кто пренебрегает им, тот рискует возбудить всеобщее неудовольствие. «Но постоянным деяте­лем в государственной жизни этот элемент становится толь­ко тогда, когда он соединяется с элементом юридическим»[DXIV]. Моральный закон выполняется установлением надёжного за­конного порядка и справедливых норм жизни.

Из вышесказанного следует, что государство не является внешним учреждением для охраны права и безопасности, оно также не является и чисто моральным союзом, как цер­ковь. По словам Б.Н.Чичерина, государство представляет со­бой организм народной жизни, личность народа, как единого, постоянного целого, а потому все интересы народа являются собственными интересами государства. Государство являет­ся союзом, который возносится над другими союзами, но не поглощает их. Поэтому его цель не совпадает с целью других союзов. Существенное отличие заключается в том, что цель его общая, а не частная. В функционировании государства моральные требования соединяются с моральными инте­ресами, так как они касаются целого союза. Совокупность первых и вторых составляет общее благо, которое и является высшей и конечной целью государства, целью, которая объ­

единяет в себе все отдельные цели. Б.Н.Чичерин писал, что разум указывает на общую цель государства точно так же, как он указывает и на все цели, которые определяются общи­ми, безусловными идеями. Этой целью есть гармония раз­вития человека[DXV].

Повторяя Г.В.Ф.Гегеля, Б.Н.Чичерин заявлял, что посколь­ку государство является союзом, который властвует над все­ми, то оно же является и высшим осуществлением правды. Это и есть идея, составляющая внутреннюю цель развития. В этом заключается и общее благо, а потому государство пред­ставляет собой высшее осуществление идеи добра. Вместе с тем оно является и высшим осуществлением свободы, но не свободы личной, которая в данном случае есть начало подчи­нённое, а свободы духа, которая представляет собой высшее единство личностей в общем союзе. Б.Н.Чичерин признавал, что эта цель чисто идеальна. В действительности она реали­зуется только постепенно, в историческом процессе, который соответствует определённым историческим законам. Идеаль­ная цель государства достигается совокупными силами народа. Выполнение этого высшего предназначения народа, действенное участие в судьбе мира, также является целью го­сударства. Практической же целью государства, в отличие от идеальной, есть развитие его идеи в данном обществе.

Б.Н.Чичерин делал вывод: всё, что составляет цель прак­тической жизни народа, является целью государства, но лишь настолько, насколько эта цель становится общей. Цель госу­дарства состоит не только в ограничении личной свободы и в развитии частного благосостояния, но также и в обеспечении такого порядка, где личная свобода и частное благо являют­ся составными элементами, которые подчинены высшим на-

-______________________________________________ 413

чалам, без которых невозможно разумное счастье человека. Таким образом, если с одной стороны государство есть сред­ство для человека, то с другой - человек есть средство для государства. Одно существует для другого. Это соотношение целого и части называется органическим, а потому государ­ство можно назвать организмом духовным, состоящим из свободных лиц1.

Б.Н.Чичерина справедливо критиковали за то, что сво­бода личности в его теории является началом условным, ограничение которого законом во имя общего блага не осно­вывается на каких-то абсолютных критериях. Если учесть утверждение Б.Н.Чичерина, что общее благо является нача­лом переменчивым, таким, которое подвергается различным шатаниям и толкованиям, то придётся согласиться с выводом Н.М.Коркунова, который считал, что при подчинении начала свободы этому совершенно неопределённому началу, от сво­боды, которая признаётся необходимым, основным элемен­том любой общественной жизни, очень легко может ничего не остаться[DXVI] [DXVII]. По мнению А.И.Величко, в учении Б.Н.Чичерина, как и в учении Г.В.Ф.Гегеля, господствует дух этатизма, и по­пытки обоснования роли личности в государстве неминуемо приводят к противоположным результатам[DXVIII].

Определяя задачи и цель государства, Б.Н.Чичерин пред­упреждал, что для их реализации необходимы определённые условия. Во-первых, государству и его органам не должны мешать слои населения, которые жаждут насилия и анархии. Во-вторых, государство, проводящее реформы, не должны торопить невыдержанные радикалы, которые требуют всего

и сразу. В первую очередь это касается государств, которые недавно созданы1. Решать практические задачи способно только сильное государство, которое может выступить за­щитником общественного блага в случае опасного столкно­вения общественных интересов. Потому и реформы должны осуществляться только «сверху»: только государство как хранитель общественного интереса способно осуществить их средствами, исключающими произвол и нарушение за­конности. Это убеждение основывалось на центральной идее либеральной концепции прогресса: прогресс заключается в развитии и усовершенствовании того типа государственного устройства, который исторически сложился, а не в револю­ционной смене его другим[DXIX] [DXX].

Идея государства, по мнению Б.Н.Чичерина, в опреде­лённой мере воплощена в конституционной монархии. По его словам, оставаясь верны идеям свободы, мы должны признать идеалом человеческого развития в политическом смысле соединение всех общественных элементов в общий гармонический строй, то есть конституционную монархию, а в общественном смысле, - преобладание имущих и просве­щённых классов над неимущими и непросвещёнными[DXXI]. Под соединением всех общественных элементов Б.Н.Чичерин по­нимал: с одной стороны - аристократическое собрание как гарант закона; с другой - народное представительство как га­рант свободы, а над ними - верховная власть в лице монарха.

Формирование народного представительства у Б.Н.Чиче­рина базируется на принципе способностей. Он прямо при-

_ 415

зывает предоставлять отдельным классам более широкие по­литические права. Основным способом формирования пред­ставительных учреждений (верхней палаты) называет не изби­рательную систему, а прямое назначение соответствующих лиц государством. Нижнюю палату парламента предлагает избирать, но при этом считает необходимым установление имущественного ценза. Ограниченная монархия предстаёт как соединение монархического начала с аристократическим и демократическим элементами. Общим сосредоточением верховной власти, проявлением моральной идеи государства как единого союза, есть независимый от общества монарх. О такой форме правления Г.В.Ф.Гегель писал, что при совер­шенной организации государства всё дело лишь в наличии вершины формального решения; монарх должен быть всего лишь человеком, который говорит «да». Эта вершина должна быть такой, чтобы особенность характера не имела значения. Всё, что не свойственно монарху, кроме этого последнего решения, есть частным, таким, чему не следует придавать значение1. Согласно Б.Н.Чичерину, предназначение монархи­ческого начала в том, чтобы в живом общении с обществен­ными элементами держать между ними веса и привести их к гармоническому соглашению, которое является конечной целью человеческого совершенствования. Все эти элементы входят в одну организацию, а значит должны действовать со­гласованно для достижения общей цели. Идея государства, таким образом, достигает наивысшего развития.

Конституционная монархия в теории Б.Н.Чичерина, по словам В.Д.Зорькина, получает «высшее, философское освящение»[DXXII] [DXXIII]. Идея государства полностью раскрывается в

результате гармонического соединения 4-х элементов поли­тической сферы общества как отражение Абсолютного. Мо­нарх является представителем власти (причины первичной, источника и движущей силы всех других элементов); аристо­кратия - представителем закона (а закон есть разум и направ­ляющая сила); демократия - представителем свободы (под­чинённым началу, которое должно руководствоваться разу­мом). Всё это объединяется и направляется общим благом (причиной конечной, духом), которое состоит в том, чтобы все элементы были ограничены и господствовали наиболее «способные».

Верховенство государства в теории Б.Н.Чичерина предо­пределяет верховенство власти. Единство государства, в свою очередь, предопределяет единство власти: если в госу­дарстве единая воля, то и власть единая. О единстве власти у Б.Н.Чичерина речь идёт не в смысле единства лица, наде­лённого властью, а лишь в смысле единства юридического начала, или сущности верховной власти, что выражается в единстве властвующей воли[DXXIV].

Идеальным субъектом верховной власти есть само госу­дарство как единое юридическое, или моральное лицо. Го­сударство у Б.Н.Чичерина принадлежит к тем началам, ко­торые не создаются, а осознаются человеком как неотъемле­мая принадлежность его духовной природы. Следовательно, у Б.Н.Чичерина, как и у Г.В.Ф.Гегеля, государство является идеальной самостоятельной сущностью, высшим порядком, господствующим над людьми.

Власть, принадлежащая идеальному субъекту, делится между реальными субъектами путём предоставления им воз­можности участия в различных сферах верховной власти.

-______________________________________________ 417

Разделение верховной власти на сферы связано с тем, что она касается различных элементов государства. Государство как идеальный субъект функционирует благодаря своим элемен­там (закону, свободе, общей цели). Каждый элемент, каждый реальный орган государства, соединяет в себе определённую сумму или систему прав, которые он осуществляет и тем са­мым принимает участие в осуществлении верховной власти. Разделение верховной власти на сферы следует из самого предназначения власти.

Б.Н.Чичерин выделяет три власти: законодательную, пра­вительственную и судебную. В конституционной монархии достижима наибольшая стабильность и гибкость государ­ственной власти, что обеспечивается рациональным разде­лением власти между независимыми учреждениями (законо­дательным, правительственным и судебным) при сохранении их единства под эгидой монархии. Достижению эффективно­сти управления содействует также привлечение к участию в системе власти различных слоёв населения (народа, аристо­кратии), или, при необходимости, концентрация власти в ру­ках монарха. Взаимную ответственность всех звеньев власти гарантирует двухпалатный парламент, независимый суд и ответственность министров перед парламентом. Монарх же в этой системе остаётся властью, сдерживающей остальные и тем самым обеспечивающей права и интересы меньшинства с целью достижения общего блага целого. Следовательно, разделение власти необходимо не только в связи с различ­ным содержанием деятельности каждой из трёх властей, но и исходя из цели обеспечения законности и прав граждан. Достижению такой цели наиболыие способствует смешан­ное правление, особенно конституционная монархия, где верховная власть разделена между различными субъектами. Б.Н.Чичерин писал, что высшая цель государства, состоящая

в утверждении законного порядка, достигается системой не­зависимых друг от друга властей, которые одинаково исходят из верховной власти, но взаимно ограничивают и сдержива­ют друг друга1. В государствах с другой формой правления, по его мнению, верховная власть может быть разделена меж­ду различными лицами только искусственно, что значитель­но снижает гарантии прав и свобод индивида.

Конституционную монархию Б.Н.Чичерин называл наи­более стойкой формой государства. Она объединяет в себе черты монархии, аристократии и демократии, а значит, в случае необходимости, может сосредоточить внимание на одном из этих элементов. По его мнению, конституционная монархия имеет то большое преимущество по сравнению со всеми другими формами правления, что она без каких-либо коренных изменений может приспосабливаться к переменчи­вым потребностям народной жизни. Здесь все необходимые элементы призываются к участию в общем деле, каждый из них может фактически получить преимущество, в зависимо­сти от того, что именно нужно в данный момент. Когда в обществе значительную силу имеет аристократия, которая пользуется уважением народа, она имеет преимущество и в государственном управлении. С развитием демократии по­следняя получает преимущество. Когда же нужна концентра­ция власти, в этом случае основную роль играет монарх[DXXV] [DXXVI].

Субъект власти (её носитель и источник) у Б.Н.Чичерина двойной - реальный и идеальный. Исходя из необходимос­ти единства государственной воли, он допускает разде­ление власти настолько, насколько этим не нарушается её

-______________________________________________ 419

согласованное действие. Разделение власти Б.Н.Чичерин понимает не как абсолютную независимость каждой вла­сти, а как систему противовесов. В обосновании разделения власти Б.Н.Чичерина, по словам В.Д.Зорькина, выражает­ся основная идея его учения о конституционной монархии: предотвратить сосредоточение верховной власти в руках монарха или какой-то определённой группы господствую­щих классов, обеспечить возможность их «гармонического сотрудничества»1.

Согласно Б.Н.Чичерину, монархическая власть имеет глу­бокие корни в жизни российского народа. Из двух форм, в которых воплощается политическая свобода - ограниченной монархии и республики - выбор сомнений не вызывает. «Мо­нархическая власть играла такую роль в истории России, что ещё на протяжении веков она останется высшим символом её единства, флагом для народа»[DXXVII] [DXXVIII], - писал он.

Введение конституционной монархии Б.Н.Чичерин рас­сматривал также как способ преодоления «натиска анархи­ческих стихий» и шумихи реакционных партий[DXXIX]. Следует согласиться с В.Д .Зорькиным, что было бы ошибкой зачис­лять Б.Н.Чичерина в число безоговорочных защитников са­модержавия. Последнее он поддерживал лишь в той мере, в какой самодержавие содействовало развитию капитализма, постепенно проводило социальные и политические рефор­мы и тем самым уничтожало основу своего существования[DXXX].

В российском самодержавии Б.Н.Чичерин видел единствен­ную силу, способную примирить крайности интересов раз­личных слоёв общества. Постепенную подготовку общества к конституции он прямо связывал с установлением «обще­гражданского», то есть буржуазного общественного строя. С целью предотвращения революции и гражданской войны Б.Н.Чичерин обосновал необходимость сильной правитель­ственной власти, которая содействовала бы постепенному сближению различных слоёв населения. Самодержавие он поддерживал не как самоцель, а как надклассовую организа­цию, способную установить конституционный порядок, рас­сматривал его как орудие достижения целей консервативного либерализма. В условиях кризиса самодержавия и серьёзной угрозы революции Б.Н.Чичерин утверждал, что только поли­тическая свобода способна вдохновлять общество на новую жизнь. Если общегражданская свобода становится основой всего общественного быта, то неминуемым идеалом государ­ственного устройства есть свобода политическая. «Свобода политическая является завершением и восполнением свобо­ды личной»1. Во введении представительного правления он видел единственный выход[DXXXI] [DXXXII].

Осознавая преждевременность замены абсолютизма пар­ламентской монархией, в 1901 году Б.Н.Чичерин поддержи­вал идею введения монархии дуалистической. По его словам, о замене неограниченной монархии парламентским правле­нием в нынешних условиях не может быть и речи. Парла­ментское правление требует наличия опыта, образования, устоявшихся партий[DXXXIII]. Перспективы российского общества он

-______________________________________________ 421

связывал с развитием общественной самодеятельности при участии монарха.

Итогом размышлений Б.Н.Чичерина о наиболее пра­вильном и устойчивом государственном устройстве, по словам И.И.Евлампиева, является идея, которая в XX в. не только стала основой для понимания государства, но и по­лучила вполне зримое воплощение в политической прак­тике цивилизованных государств. Это идея союза, со­вместной деятельности различных общественных клас­сов и социальных групп ради более полного раскрытия и развития политической свободы (на основе гражданской свободы)1. Б.Н.Чичерин отстаивал историческую, социаль­но-экономическую и духовную закономерность функциони­рования государства именно как организующей формы общественных отношений.

Анализ теории Б.Н.Чичерина убеждает в правильности вы­вода К.Мангейма: «В консервативном сознании... утопия... с самого начала углублённая в бытие»[DXXXIV] [DXXXV] [DXXXVI]. Консервативная идео­логия (в отличие, например, от радикальной), восприни­мает существующую социальную реальность такой, какой она есть, пытается её обосновать и оправдать. Консервативная философия ориентируется на верховенство социального со-

4^2 Раздел 4. Идеократические теории государства

общества, которое динамически развивается. Потому и сво­бода человека в консервативной теории всегда связывается с различными факторами, которые базируются на порядке и авторитете.

Политико-правовая теория конца XIX в. толковала власть Всероссийского Императора в полном соответствии с действу­ющим на то время законодательством. Так, А.Д.Градовский утверждал, что «права государственной власти во всём её объёме принадлежат Государю Императору»1. По словам Н.М.Коркунова, «права Монарха как субъекта государствен­ных отношений определяются тем, что он является главой государства...в империи ни один акт государственной вла­сти не осуществляется без воли или против воли Монарха»[DXXXVII] [DXXXVIII]. Будет монарх абсолютным или ограниченным властителем, в любом случае он имеет право принимать участие во всех проявлениях государственной власти, что и придаёт ему зна­чение главы и центра всей государственной деятельности[DXXXIX].

Идеи консервативного либерализма отстаивал извест­ный правовед, историк и философ Константин Дмит­риевич Кавелин (1818-1885). На мировоззрение западника К.Д.Кавелина повлияла философия истории Г.В.Ф.Гегеля, мыслителей позитивистской школы, а также определённые моменты философии культуры славянофилов Ю.Ф.Самарина и А.С.Хомякова. Для него характерно стремление к синтезу крайних философских концепций на основе позитивизма и социально-морального идеала.

К.Д.Кавелин обосновывал идею, что движущей силой исторического процесса есть борьба людей за свободу и по-

-______________________________________________ 423

степенное изменение общественных форм сосуществования от родовых отношений к семейным, которые, в свою очередь, уступили место государству. Государство является высшей формой общественного бытия. Исходя из этого, учёный раз­вивал тезис о решающей роли государства в жизни наро­да, выступил с апологией сильной самодержавной власти, отбросил идею конституционного строя1.

В отличие от Б.Н.Чичерина, К.Д.Кавелин отрицал какую- либо пользу от конституции в России. Он был убеждён, что конституционная теория, которая ставит на первый план равновесие властей, разделённых между государем и наро­дом, в действительности только возводит на уровень прин­ципа момент борьбы, начало перехода власти от госуда­ря к высшим слоям общества. Прочность конституционных учреждений держится на единстве власти, сосредоточенной в руках руководящих слоёв общества или в руках государя, который реально управляет[DXL] [DXLI]. Поскольку в российском обще­стве, по его мнению, нет противоборства между государем и высшими слоями населения, то и конституция не нужна[DXLII]. Она даже вредна, поскольку внешней видимостью полити­ческих гарантий вводит в заблуждение наивных людей[DXLIII]. Конституция, согласно К.Д.Кавелину, служит разъедине­нию людей и самодержавия, тем самым способствует под­готовке революции. По его словам, в России были возможны глубокие потрясения, которые снесли престолы и династии,

но немыслимо конституционное правление, основанное на ограничении царских прав, на разделении и равновесии по­литических властей. В России если и возможны какие-либо ограничения царской власти, то только такие, которые исхо­дят от неё самой. Поэтому «необходимо сохранить неограни­ченную власть государя»[DXLIV], - делал вывод К.Д.Кавелин.

Желанной для России формой правления он называл «са­модержавную республику». В это понятие вкладывал осо­бый смысл: единство интересов государя, высших слоёв общества и основной массы населения, то есть крестьянства. Так называемую «самодержавную республику» противопо­ставлял «самодержавной анархии», под которой понимал за­силье централизованной бюрократии, которая не встречает никакого сопротивления в обществе. В дальнейшем отноше­ние сторонников конституционной монархии к бюрократии несколько изменилось.

С теоретической и практической борьбой за превращение России в демократическое и конституционное монархиче­ское государство была связана деятельность историка, лиде­ра кадетов Павла Николаевича Милюкова (1859-1943). Как и Б.Н.Чичерин, он признавал государство основной движущей силой истории. В книге «Очерки по истории русской культу­ры», которая с 1895 года стала печататься в журнале «Мир Божий», П.Н.Милюков утверждал, что сила российской монархии есть обратной стороной слабости и аморфности общества. Постоянное расширение территории страны, не­обходимость её обороны приводит к усилению государства, росту его вмешательства в жизнь общества. На этом базиру­ется понимание Российского государства как патриархаль­ного, где крепостное право - следствие военно-финансовой необходимости.

-______________________________________________ 425

Государство П.Н.Милюков рассматривал как историчес­кое явление, которое возникло на определённой ступени развития общества. Процесс легитимации государствен­ности в России, по его мнению, затянулся на века и ещё не завершился, о чём свидетельствует созыв императором Го­сударственной Думы. Россия идёт по тому же пути, по ко­торому идут государства Запада. Неограниченная монархия, согласно П.Н.Милюкову, должна превратиться в конституцион­но ограниченную и усиленную законом, который выражает волю народа. В дальнейшем необходимо при помощи ре­форм превратить самодержавие в демократическую монар­хию, основанную на принципах конституционализма, парла­ментаризма, разделения властей. Остаточным итогом такого развития Российского государства будет превращение его в «промышленно-правовое» государство, которое учитывает и выражает интересы всех граждан1.

Монархическую идею, идею единовластия, развивали также И.С.Аксаков (1823-1886), Н.Я.Данилевский (1822— 1885), П.Е.Казанский (1866-1947), М.Н.Катков (1818-1887), К.Н.Леонтьев (1831-1891), К.П.Победоносцев (1827-1907), Л.А.Тихомиров (1852-1923), Н.И.Черняев (1853-1910) и др. В частности, юрист и государственный деятель К.П.Победоносцев продемонстрировал особенный скепти­цизм относительно либеральных идей парламентаризма и на­родовластия. Считал, что введение политических прав и сво­бод согласно европейским образцам приведёт Россию к анар­хии, от которой общество может спасти только диктатура, преобладание «единой воли и единой власти в управлении»[DXLV] [DXLVI].

426 ^аз^ел 4- Идеократические теории государства

Социолог и публицист Н.Я.Данилевский в концепции сла­вянского культурно-исторического типа и писатель и публи­цист К.Н.Леонтьев в концепции византизма достаточно чётко сформулировали некоторые общие параметры российского политического консерватизма. Основные среди них следую­щие: неминуемость длительного переходного периода к но­вым формам общественного устройства; существенное зна­чение сильной авторитарной власти, которая понимается не как форма ущемления общественной мысли, а как гибкий инструмент социальной трансформации; глубокая внутренняя самодисциплина и самоограничение всего общества «сверху донизу» без каких-либо исключений; решительное противо­действие утопическим экспериментам псевдозападнического типа и бюрократическому реформаторству правящей верхуш­ки1. К.Н.Леонтьев, будучи сторонником устойчивого монар­хического государства, утверждал, что во всех сферах обще­ственной жизни должно применяться принуждение, иначе жизненные формы потеряют свою индивидуальность и стой­кость. Принуждение связывал с самодержавием[DXLVII] [DXLVIII]. Для России, по его мнению, одинаково чужды как европейские правовые ценности, так и идеи социализма и коммунизма. Себя же он называл принципиальным, или идейным, консерватором.

Такие взгляды российских консерваторов созвучны не­мецкой политической мысли, для которой была характерна

-______________________________________________ 427

апология сильной монархической власти, воплощавшей в себе народную волю и основанной на единстве нации, госу­дарства и монархии[DXLIX].

В середине 90-х годов XIX в. консервативные либералы заявляли различные требования: одни хотели конституцию, другие - единения царя с народом на основе местного само­управления, третьи - требовали включения земств в Государст­венный совет. При этом либеральное движение оставалось на монархических позициях. Оно испытывало влияние право­славных религиозно-философских идей.

Одним из первых российских мыслителей, предприняв­ших систематический пересмотр взглядов на государствен­ность, которые сложились в европейской политической фи­лософии, был известный государствовед, философ, историк религии и публицист Лев Александрович Тихомиров (1852- 1923), который осуществил наиболее основательную разра­ботку монархического принципа.

Монархистом Л.А.Тихомиров был не всегда. Во время учёбы в Московском университете он входил в круг револю­ционеров-народовольцев. В 1873 году за участие в деле «193-х» был арестован и осуждён. После более чем 4-х лет заключе­ния в Петропавловской крепости снова вернулся к револю­ционной деятельности. В 1882 году, избегая ареста, выехал за границу - сначала в Швейцарию, а потом во Францию. Там Л.А.Тихомиров пересмотрел свои политические взгля­ды. Сравнивая сильную в то время Российскую империю с Францией, в которой один за другим возникали громкие по­литические скандалы, мыслитель сделал выводы не в пользу демократического принципа власти. В 1888 г. Л.А.Тихомиров написал и выдал брошюру «Почему я перестал быть рево­

люционером», в которой заявил о разрыве с революционной идеей и о своём новом мировоззрении. Получив разрешение на возвращение в Россию, в начале 1889 г. прибыл в Санкт- Петербург. Бывший революционер стал сторонником само­державия и выдающимся идеологом монархического движе­ния1.

Исследуя государственный феномен российского само­державия, Л.А.Тихомиров сделал общетеоретические выво­ды, направленные на создание новой теории «прогрессивной эволюции самодержавия»[DL] [DLI]. Разработку государственно-пра­вового учения о монархическом принципе власти он начал в своей книге «Единоличная власть как принцип государствен­ного строения» (1897)[DLII]. Наиболее полное изложение монар­хическая идея нашла в его четырёхтомном издании «Монар­хическая государственность» (1905).

Л.А.Тихомиров исходил из того, что одной из характерных черт человека есть стремление к взаимоотношениям с други­ми людьми. Гражданственность человека - это такой же есте­ственный инстинкт, как инстинкт борьбы за существование. Гражданственность эволюционирует от союзов семейных и родовых к союзам сословным. Государство является высшей формой гражданственности. Оно объединяет все социальные группы общества. Но любое объединение нуждается во вла­сти и подчинении. Власть появляется одновременно с соци­альным процессом. Это следствие общественного процесса

-______________________________________________ 429

и одно из необходимых условий его осуществления. Власть является силой направляющей, но и она сама порождается общественными силами. Если же нет ни власти, ни подчине­ния, то наступает свобода в её чистом виде, то есть состояние бездеятельности. При этом лицо никому не подчинено и ему не подчинён никто, кооперативная жизнь отсутствует. При таком положении общество разрушается1.

Мыслитель обосновывал психологические основы власти. Власть и подчинение, согласно Л.А.Тихомирову, не обяза­тельно является результатом какого-либо насилия, угнетения одного лица другим. Власть - это прямое следствие природы человека. По словам Л.А.Тихомирова, это «черта нашей пси­хологии», черта, которая выражает поэтическое созерцание идеала, который мы ищем, и который очаровывает нас в от­дельных своих воплощениях, вызывает наше преклонение и подчинение[DLIII] [DLIV]. В конечном же итоге, оценка власти и подчине­ния зависит от того, с какой целью и с какими последствиями власть применяет своё влияние, а подчинение ищет и допу­скает влияние власти.

В социальном плане человечество, согласно Л.А.Тихомирову, проходит две стадии развития - патриар­хальную и гражданскую. Патриархальный быт напоминает семью, члены которой могут лично между собой общаться. С увеличением семьи патриархальный быт превращается в быт родовой, в котором отсутствует власть патриархального властителя. Поэтому родовой строй является этапом перехо­да к быту гражданскому, где появляется власть политическая, основанная не на семейных и не на родовых отношениях. С переходом к гражданскому состоянию появляется понятие

«верховная власть»1.

Общество и власть развиваются параллельно, создавая го­сударственность нации. Государство у Л.А.Тихомирова пред­стаёт как естественное состояние нации. Он рассматривал государство как единственное учреждение, способное соеди­нить свободу и порядок[DLV] [DLVI]. Власть возникает как естественный регулятор социальных отношений. Она становится силой, осуществляющей в обществе и государстве высшие начала правды. Для Л.А.Тихомирова возникновение государства - это неминуемый факт, высший этап развития гражданствен­ности. В государстве создаются условия не корпоративного существования, не сословного, не какого-то иного, замкнуто­го в своих отдельных или групповых целях, а условия обще­человеческого существования. Государство является реаль­ным союзом, который нуждается в реальной силе, которая по своей идее и по своим задачам стояла бы выше всех других, то есть государство не может существовать без верховной власти. Л.А.Тихомиров рассматривает государство как «союз социальных групп, основанный на общечеловеческом прин­ципе справедливости, под соответствующей ему верховной властью»[DLVII]. Из этого определения следует, что Л.А.Тихомиров выделяет два обязательных элемента государства: 1) союз людей, разделённый на социальные группы; 2) верховную власть. Его дальнейший анализ государственности - это, по сути, анализ отношений этих двух элементов.

Л.А.Тихомиров рассматривал элементы государственной структуры в том положении и соотношениях, в которых они находятся согласно своей природе, то есть в стабильном со-

-______________________________________________ 431

стоянии. Он различал четыре элемента, связанные между со­бой, но существующие отдельно: 1) нация, представляющая собой совокупность лиц и групп, совместное существование которых порождает идею верховной власти, властвующей над ними. Государство помогает национальному единению и в этом смысле содействует созданию нации, но последнюю собой не заменяет и не отменяет. В случае распада государ­ства, нация остаётся. Через века она снова способна создать государство; 2) верховная власть, являющаяся конкретным воплощением принципа, который нация воспринимает как объединяющее начало; 3) государство как объединение вер­ховной власти и подданных; 4) правительство как организа­ция системы управления. Оно организуется верховной вла­стью, является её орудием, но не заменяет последнюю1.

Л.А.Тихомиров предостерегал относительно объединения воедино верховной власти и власти управления (правитель­ства). По его словам, именно из такого объединения в XIX в. возникли две ложные идеи: «единой верховной власти» и «разделении властей», которые переносятся и на саму вер­ховную власть. Позиция Л.А.Тихомирова относительно раз­деления властей сводится к следующему: «принцип разделе­ния властей относится только к сфере власти управленческой, но никак не Верховной»[DLVIII] [DLIX]. По его мнению, верховная власть представляет собой проявление принципа, идеи. Правитель­ство же является творением практических условий, условий времени и места. В принципе и в идеале верховная власть организует правительство согласно своей собственной идее. Но верховная власть и правительственные учреждения всег­да существуют раздельно, их интересы и стремления могут

432 Раз^ел 4- Идеократические теории государства

не только не совпадать, а даже быть противоположными. Правительство, как и любая другая организация, пытается развиваться в соответствии со своим принципом, а значит, быть независимым от верховной власти и действовать само­стоятельно. При ослаблении верховной власти эта тенденция правительственных учреждений развивается до угрожающих размеров.

Основное отличие между властью верховной и прави­тельственной Л.А.Тихомиров видел в различном строении этих властей. Так, верховная власть основана на каком-то одном принципе, она едина, концентрирована и нераздельна. Власть правительственная, наоборот, представляет собой со­единение различных принципов и основана на специализа­ции, порождая тем самым разделение властей.

Согласно Л.А.Тихомирову, верховная власть, в соответ­ствии со своим принципом, должна быть единой и неподкон­трольной никакой власти, иначе она была бы не верховной, а делегированной властью. Она не может быть разделена на законодательную власть, исполнительную и судебную. Все эти три проявления, по его мнению, следуют из единой верховной власти. Разделение же власти управленческой не­минуемо в связи с необходимостью её специализации, и чем больше она специализирована, тем более совершенна.

В теории Л.А.Тихомирова верховная власть воплощает в себе один из трёх принципов: монархический, аристо­кратический или демократический, в зависимости от этого осуществляются три формы правления: власть единоличная, власть влиятельного меньшинства или власть всего населе­ния. Все эти три формы власти являются типами, а не фазами эволюции власти. Они не возникают друг из друга эволюцион­ным путём, а если и изменяют друг друга, то только вслед­ствие государственного переворота или революции. Все три

_ 433

принципа верховной власти в человеческом обществе не уничтожаются, отличие между ними может быть только в их положении. Один принцип всегда будет верховным, а два других реализуются в управленческих учреждениях.

Выбор принципа верховной власти зависит от идеологи­ческих факторов: морально-психологического, религиоз­ного (влияние православного идеала), от тех идеалов, кото­рые сформировали мировоззрение нации. Если нация при­держивается моральных принципов, которые, по словам Л.А.Тихомирова, всех приводят к готовности добровольного подчинения, то появляется монархия. В этом случае для го­сподства морального идеала нет необходимости в действии силы физической (демократической), нет необходимости искать и толковать этот идеал (аристократии), а нужно только наилучшим образом его воплотить, а для этого наиболыие подходит отдельная личность как существо нравственно раз­умное. Эта личность должна быть полностью независима от каких-либо внешних влияний, способных нарушить равно­весие её суждений с идеальной точки зрения.

Монархические идеи Л.А.Тихомирова базируются на его религиозных представлениях. Он считал, что один человек может стать воплощением верховной власти для своего наро­да лишь под влиянием религиозного начала, благодаря кото­рому монарх предстаёт как представитель какой-то высшей силы. Лишённая религиозного начала единоличная власть, пусть даже самого гениального человека, может быть только диктатурой, властью безграничной, но не верховной, а управ­ленческой, которая получила все права лишь как представи­тель народной власти[DLX]. Л.А.Тихомиров неоднократно повто­рял, что единоличная власть способна стать верховной толь­ко тогда, когда нация ставит над своим политическим твор­

чеством определённый всеохватывающий моральный идеал, то есть ставит его даже выше государства. Итак, только госу­дарственность спасёт свободу, государственность сильная и монархическая[DLXI].

Наиболее благоприятные условия для формирования мо­нархии, согласно Л.А.Тихомирову, создаёт патриархальный быт, поскольку монархическая власть по своему характеру аналогична патриархальной власти. Если родовой строй ещё недостаточно развит и появляется необходимость, например, в самозащите или нападении, то формируется монархическое государство. Если же необходимость общей власти возникает уже при развитом родовом строе и властители родов доста­точно могущественны, как правило, возникает государство аристократическое. В этом случае, согласно Л.А.Тихомирову, монархическая форма правления может возникнуть позднее, когда демократически настроенная масса в борьбе с принци­пом аристократии содействует появлению монархии, которая примиряет силы, враждующие между собой.

От верховной власти Л.А.Тихомиров требовал сознатель­ного понимания сущности своего принципа. Монархия, по его убеждению, всегда является представителем определённого примиряющего начала, каким может быть только моральный идеал. С развитием общественности монархия формируется тем легче, чем более сильными и сложными являются обще­ственные элементы. Будучи достаточно сильны и независимы друг от друга, эти элементы способны к объединению лишь посредством некоторого высшего принципа, оторванного от их раздельного существования, но такого, который это су­ществование не отрицает. Таким принципом есть мораль­ный принцип, который исходит из идеи личности, её прав, её

_ 435

блага, её потребностей и т.п. Этот принцип выдвигает власть монархическую, которая, согласно Л.А.Тихомирову, является моральной.

Если же объединяющим началом есть идея государ­ства, республики, Отечества - основу верховной власти Л.А.Тихомиров видит в аристократии или демократии, кото­рые допускают единоличную власть только как диктатуру, то есть как власть абсолютную, но делегированную.

Следовательно, для окончательного формирования мо­нархической идеи на помощь социальным условиям должны прийти религиозные верования, только в этом случае абсо­лютизм превратится в настоящий монархизм.

Л.А.Тихомиров выделял три формы монархии:

1) Монархия истинная, представляющая собой верховен­ство народной веры и духа в лице монарха. Это монархия с амод ержавная.

2) Монархия деспотическая, самовластная, дающая мо­нарху власть верховную, но без обязательного для него и на­рода определённого содержания.

3) Монархия абсолютная, в которой монарх, по сути, обла­дает только всеми разновидностями власти управленческой, но не имеет верховной власти. Эта власть остаётся за наро­дом, который её не использует, но, вместе с тем, сохраняет потенциальную силу этой власти[DLXII].

Монархическую (самодержавную власть) Л.А.Тихомиров рассматривает как правильную, а две другие - как её извра­щение. Монархия правильная нуждается для своего сохра­нения и развития в существовании абсолютного морального идеала, причём не утилитарного, а верховного. Такую монар­хию поддерживает та часть народа, которая осознаёт верхо­венство морального начала над всеми другими. Таким обра­

зом, согласно Л.А.Тихомирову, монархия является верховной властью морального идеала. Единоличная власть способна быть верховной лишь в том случае, если нация ставит все­охватывающий моральный идеал над своими политическими предпочтениями, то есть выше государства. Если монархия попытается подчинить мораль политике, подчинить мораль­ное начало государству, она тем самым отнимает у морально­го начала его верховенство, а значит, уничтожает и себя, как силу верховную.

Согласно Л.А.Тихомирову, в монархии правильной воля монарха подчинена истинному Богу, а народ подчиняется монарху потому, что видит в нём божьего слугу. Монархии, основанные на ложных религиозных концепциях, порож­дают произвол монарха. Такие монархии Л.А.Тихомиров назы­вал деспотическими. Произвол или деспотизм власти осно­вывается на обожествлении монарха, или же на религии, в которой нет морального смысла, а признаётся только сила, которую народ может бояться. Власть, которая считает себя не созданной никем и независимой ни от кого, кроме себя, Л.А.Тихомиров называл абсолютизмом. Абсолютизм похож на диктатуру, поскольку соединяет в себе все власти, но не представляет собой власть верховную. Все власти, которые им созданы, являются народными, а поскольку абсолютизм не представляет власть Божественную, не следует религиоз­ной идее, а является самодостаточным, он не имеет вер­ховной власти над народом. Делегирование народом власти одному лицу в какой-то сложный для государства момент ещё не создаёт верховенства этой единоличной власти. На­род всегда может требовать от такого правителя возвращения того, что ему доверил. Поэтому, по мнению Л.А.Тихомирова, абсолютистские монархии возникают из демократии, как её произведение, и к ней же и приводят.

_ 437

Л.А.Тихомиров достаточно низко оценивал демократию, он разработал целую систему опровержения демократиче­ского принципа[DLXIII]. Единой народной воли, по его убеждению, быть не может, а потому верховная власть в демократическом государстве, как правило, имеет много недостатков (шат­кость, переменчивость, некомпетентность, слабость). Поэто­му личность при демократии связана или властью денег, или властью толпы. Но приоритет должен иметь не коллектив, а именно личность. Это первоисточник общественной жизни, она сама создаёт общество и государство, она является жи­вой силой общества и государства. Всё, что может сделать государство для развития личности - это не мешать ей, не уничтожать условия, которые ей необходимы, наконец, даже содействовать тому, чтобы эти условия были. Указывать же пути развития, определять его цель - это не дело государства. Согласно Л.А.Тихомирову, всё должно быть наоборот, то есть именно личность указывает пути и цель развития госу­дарства. Учёный осуждает подчинение морали политике. По его мнению, личность способна развивать индивидуальность только из своего содержания, а не по указанию внешних сил (государства).

Повторяя Н.К.Михайловского, Л.А.Тихомиров объявлял одним из основных законов социальной жизни «борьбу за индивидуальность». По его мнению, существование насто­ящей монархии невозможно без осуществления таких прав и свобод, как свобода печати, право союзов и собраний, со­противление незаконным требованиям власти и т.п. Прогрес­сивная эволюция монархической государственности должна сопровождаться дальнейшим расширением круга политичес­

ких прав и личных свобод, вытекающих из естественного права, связанного с природой личности, общества и государ­ства1 . Законодательное закрепление естественных прав явля­ется необходимым условием «создания личности», то есть её просвещения и воспитания в монархическом духе.

Всеохватывающий моральный идеал, согласно Л.А.Тихомирову, может давать только верование. При этом свобода личного вероисповедания не исчерпывает потребнос­ти человека в религиозной независимости от государства. Верование всегда приводит к объединению в определённую коллективность, и право этой коллективности (церкви) на сво­бодное существование более важно для человека, чем личная свобода совести. «Свобода совести есть пустым звуком, если она не дополнена свободой коллективного существования»[DLXIV] [DLXV].

После издания Основных государственных законов Российской империи от 23 апреля 1906 г. Л.А.Тихомиров выступил с предложением относительно проведения ряда «правых» реформ, основное содержание которых сводилось к введению монархического народного представительства, задачей которого было бы доведение мнения и потребностей народа до верховной власти. Такое представительство стало бы одним из учреждений государственного управления. Не подрывая верховную власть императора, это представитель­ство укрепляло бы её и оказывало ей помощь.

Как давний сторонник идеи сословной монархии, Л.А.Тихомиров исходил из того, что общественные классы и группы получают от государства полномочия на осущест­вление его управленческих функций в пределах своей ком­петенции; государство при этом может и должно направлять

_ 439

и согласовывать их деятельность. Он указывал, что пред­ставительством могут пользоваться только «гражданские» группы, а не элементы антигосударственные. В законода­тельных учреждениях не может быть представительства от групп, враждебных обществу или государству1. В отличие от Б.Н.Чичерина и других теоретиков конституционной мо­нархии, Л.А.Тихомиров отстаивал идеалы именно сословно­представительной монархии. Он утверждал, что строение го­сударства должно быть согласовано со строением общества, а значит классы, естественный продукт общественной жиз­ни, «должны входить в конституцию государства», то есть они должны быть подняты до уровня сословий[DLXVI] [DLXVII].

Такое разделение на сословия должно было отразиться и на правах и обязанностях населения, которое Л.А.Тихомиров предлагал делить на две части. Первую часть составляли бы все россияне, которым предоставляется статус «граждан Импе­рии», они получают личные и политические права. Вторую часть составят те народности, которые по своему характе­ру и историческим традициям не способны поддерживать чуждую им национальную российскую государственность. Этим народностям Л.А.Тихомиров считал возможным пре­доставить статус подданных. Они могут пользоваться только личными правами. Политические права государство им не предоставляет[DLXVIII].

Л.А.Тихомиров признавал, что политические права «граж­дан Империи» в принципе должны быть равны, однако реали­

зация этих прав должна соответствовать подготовке человека к выполнению обязанностей, которые на него возлагаются. Для этого Л.А.Тихомиров предлагал ввести систему цензов: сословного, имущественного, образовательного, морально­го. Эти цензы должны обеспечить реализацию политических прав в полной мере «достойным гражданам».

Идею монархической власти развивал также оригиналь­ный российский консервативный мыслитель Николай Ива­нович Черняев (1853-1910). После окончания юридическо­го факультета Харьковского университета Н.И.Черняев был оставлен в этом же университете для приготовления к про­фессорскому званию. В 1881 году он оставил университет и занялся публицистикой - стал постоянным сотрудником харьковской газеты «Южный край». Первой попыткой систе­матизации представлений Н.И.Черняева о российском само­державии как о государственном феномене стала его книга «О российском самодержавии» (1894). Продолжением идей, изложенных в этой книге, стал сборник работ под названием «Необходимость самодержавия для России. Природа и значе­ние монархических начал» (1901), в котором исследовались все виды монархии, начиная с Древнего Востока и Византии.

Для Н.И.Черняева российское самодержавие было одно­временно и тайной и идеалом. По его мнению, национальное единение возможно только при условии единовластия. Только подчинение верховной власти всех властей или сил страны может обеспечить ту свободу нации, с которой она будет го­това к полноценной жизнедеятельности, которая является, по сути, целью государственности. Государь же ограничен лишь содержанием своего идеала. Его самодержавие не является ни абсолютизмом, отрицающим народную волю, ни диктатурой, выполняющей требования её меньшинства или большинства. Монархия подчиняет все народные стремления, интересы,

-______________________________________________ 441

одной высшей правде. «Самодержавие выше народовластия - всегда мятежного, такого, которое шатается под влиянием различной пропаганды»1, - писал Н.И. Черняев.

Монархическая идея у Н.И.Черняева, как и у Л.А.Тихо­мирова, находит моральное обоснование. Н.И.Черняев утверждает, что основой монархического принципа есть со­весть. Поэтому указанный принцип эффективен в борьбе за правду, он позволяет не зависеть от мнения меньшинства или большинства, от политических партий или финансовых группировок.

Монархическую идею поддержал один из известных российских и украинских юристов, доктор права Пётр Евгеньевич Казанский (1866-1947). С 1893 г. он рабо­тал в Казанском университете, а в 1896-1919 гг. - в Ново­российском университете (г. Одесса). Будучи сторонни­ком исторической школы права, П.Е.Казанский в 1913 г. издал книгу «Власть Всероссийского Императора», в кото­рой синтезировал взгляды юристов и политиков в единую философию права российского самодержавия. По мнению современного учёного М.Б.Смолина, эта книга является «энциклопедией российской имперской юридической мыс­ли, специально посвящённой верховной власти Российской империи»[DLXIX] [DLXX].

П.Е.Казанский утверждал, что спор между юристами по поводу того, может ли государство иметь волю, не имеет существенного значения. Основной вопрос для юриста не в том, может или не может государство иметь волю, а в том, кто

имеет верховенство, кому принадлежит право на суверенитет, то есть, кому принадлежит верховная власть. В нормативных актах каждого государства определяются права и обязанности отдельных лиц, а не самого государства как целого. О правах государства речь идёт только в том случае, когда государство выступает субъектом международного права или субъектом гражданско-правовых отношений. Внутренняя государствен­ная жизнь состоит только из юридических отношений част­ных лиц и союзов лиц между собой, отношений с органами государства, отношений органов между собой. Государство как целое не имеет вообще никаких прав, а значит, и публич­ной власти, в том числе и права верховенства. Последнее при­надлежит в Российском государстве только императору1. Во внутригосударственном праве, в отличие от международного права, по его мнению, государство может быть только юриди­ческими отношениями. В этих отношениях монарх на основе публичного права занимает особенное положение, пользует­ся такими полномочиями, которые не имеет никто, то есть он является сувереном. П.Е. Казанский полностью отбрасывает идеи как государственного суверенитета, так и суверенитета народного. Такие понятия он рассматривал как образные вы­сказывания и политические идеи, которые не являются в дей­ствительности юридическими понятиями.

«Неубедительным» называл П.Е.Казанский и учение о верховенстве закона. У сторонника монархической идеи вы­зывали сомнения сами выражения «верховенство закона» и «суверенитет закона». Он считал, что верховенство является определённым правом, определённой властью. Право может принадлежать определённым людям, «а не произвольным по­нятиям, одним из которых есть закон»[DLXXI] [DLXXII]. Под верховенством

-______________________________________________ 443

закона П.Е.Казанский понимал верховенство законодателя, воля которого выражена в законе.

Монархическая идея разрабатывалась и теоретиками украинской консервативной политической мысли, которые придерживались различных взглядов относительно формы правления в будущем государстве: обосновывали концеп­цию класократии в форме исторического гетманата, то есть трудовой легитимной монархии (В.К.Липинский); трудовой клерикальной монархии, объединения монархии и греко-ка­толической церкви (С.Т.Томашевский); милитарной монар­хии (В.В.Кучабский). Учёных консервативного направления объединяло то, что все они придерживались одинаковых кри­териев исторической оценки (самостоятельная социальная ценность человека, этические основы достоинства и чести, иррациональное влияние, религиозный этос, украинское го­сударство с его конкретной формой правления)1.

Украинский историк, политолог, государственный деятель, основатель государственнического направления в украин­ской политической мысли Вячеслав (Вацлав-Викентий) Казимирович Липинский (1882-1931) свою политико-право­вую доктрину изложил в труде «Письма к братьям-хлеборо­бам» (1926-1927). Исходной точкой эффективного построе­ния государства он считал консерватизм и традиционализм. Власть, по его мнению, является предпосылкой всех свобод. Свобода без гарантий авторитета - это пустой звук, который ничего не стоит[DLXXIII] [DLXXIV]. Власть, государство и нацию он рассматри­вал как «продукты воли и творчества, а не растительной, ве­

гетативной жизни»[DLXXV]. Силу консерватизма, необходимую для организации нации и завоевания политической власти, он связывал с понятиями чести, преданности, дисциплины, ре­лигиозности, которые персонифицируются в монархически- гетманском правлении.

Наиболее приемлемой для Украины формой государствен­ного правления В.К.Липинский считал «наследственную (дидичную)» монархию, а не выборную, правовую, законом ограниченную, то есть конституционную. Наследственная монархия в традиционной форме гетманата в его теории ба­зируется на таких основах, как аристократия, класократия, территориальный патриотизм, религиозный это с. Идею мо­нархии В.К.Липинский считал консолидирующим факто­ром украинского общества. В лице гетмана, по его мнению, наилучшим образом будет реализована украинская нацио­нальная идея, гетман станет символом государства. Он мо­жет выступить политическим регулятором разнообразных, противоречивых интересов, взглядов и идеалов. В своём лице он должен воплощать религиозное, политическое, на­циональное и организационное единство народа. По замыс­лу В.К.Липинского, при гетманско-монархической форме украинского государственного строя класс хлеборобский смо­жет объединиться, организоваться и приобрести ту внутрен­нюю силу, без которой не может быть им объединена украин­ская нация и не может быть построено украинское государство. В теории В.КЛипинского, которая имела выраженный автори­тарный характер, гетманский монархический режим должен был строиться на концентрации полноты исполнительной власти у гетмана, как «суверена нации, главнокомандующего

-______________________________________________ 445

и премьера»1. Для В.КЛипинского гетманство - это символ единства украинской нации и силы своего государства, пер­сонифицированный в лице «дидичного» гетмана.

В.К.Липинский обосновывал необходимость установле­ния в Украине особого политического режима - класократии. При таком режиме власть реализует активное меньшинство - аристократия, элита. Она - творец государства и нации.

В.К.Липинский рассматривал государство как перманент­ную и абсолютную ценность, усматривал в нём наивысшую форму социальной организации, которая свойственна всем развитым народам. Он осознавал первостепенное значение государства в историческом развитии народов и мировой цивилизации. Считал, что национальное государство играет творческую роль в организации общества, что Украинское государство должно быть независимым и национальным. Лозунг «Украина для украинцев» предлагал понимать так: «Украина для всех, кто живёт на украинской земле»[DLXXVI] [DLXXVII].

Характерной чертой мировоззрения В.К.Липинского есть то, что в его основе рядом с государственническими идея­ми находится идея мессианизма, источники которой лежат в религии христианства и мистицизме. По его логике, без ми­стицизма веры не может быть готовности жертвовать собой, в чём нуждается всякая важная политическая акция. Будучи глубоко религиозным человеком, В.К.Липинский в основе построения нации и государства видел веру в Бога, а рели­гию рассматривал как определяющий и созидающий фактор.

Вопросы религии, которые исследуются в фундаменталь­ном труде В.К.Липинского «Религия и церковь в истории Украины», он рассматривал сквозь призму политики. Это озна­чает, что мыслитель не касался религиозных догм или вопро­са «какая религия лучшая». Учёный также не высказывался по вопросам внутренней церковной организации, которые должны решаться представителями духовенства. Его интере­совала религия в связи с политикой, в связи с решением во­просов государственной организации общественной жизни.

B. К.Липинский убеждён, что обеспечить эффективное разви­тие государства без церкви и без Бога, одним лишь террором или одной лишь «свободой», за счёт эксплуатации человече­ских инстинктов и материальных интересов - невозможно.

Учёный неоднократно подчёркивал, что основным усло­вием осуществления украинской государственности должно стать религиозное, национальное и политичес­кое единство. Особое внимание уделял религиозному единству. По его мнению, только религия способна вдох­новлять граждан, прививать им дух самопожертвова­ния и идеалистического порыва, создающего моральный климат, необходимый для государственного строитель­ства. Анализируя животворящую силу религии как идеи, спо­собной примирить украинцев, он вместе с тем предостере­гал относительно церкви, приспособленной к политической конъюнктуре, подчёркивал, что только та церковь может дать священный, национальный флаг борьбы за свободу, которая не служит политике[DLXXVIII].

Национальная идея В.К.Липинского - территориальный патриотизм, основанный на религии. Под территориальным

-______________________________________________ 447

патриотизмом он понимал любовь к своей земле (террито­рии), чувство единства и сотрудничества между всеми её по­стоянными жителями, верность и уважение своей террито­риальной власти, то есть монархии.

Не менее важен и политический фактор, объединяющий государство и нацию. Это распространение национальной политической идеологии, центральным элементом которой есть чувство территориального патриотизма. Важен и рели­гиозный фактор, который трактуется не как принадлежность к одной конфессии, а преимущественно как общехристиан­ские ценности. Государственническая, монархически ориен­тированная позиция, элитаризм и мистицизм - это важней­шие черты концепции В.К.Липинского[DLXXIX].

В.К.Липинского привлекал вопрос взаимодействия обще­ства и власти, в частности определение оптимального вари­анта такого взаимодействия для Украины. Общество считал ареной столкновения противоположных интересов, государ­ство же рассматривал как сферу упорядочения и конституи­рования отношений. Учёный акцентировал внимание на сле­дующих вариантах взаимоотношений между гражданским обществом и государством: 1) уничтожение государством свободного пространства для саморазвития гражданской актив­ности, что со временем останавливает всякое движение вперёд; 2) поглощение государства обществом, когда ничем не ограниченное движение вперёд уничтожает «сдерживаю­щую силу организованной государственной власти»; 3) гар­моническое развитие, когда надлежащим образом организо­ванное общество и власть дополняют друг друга, тем самым

обеспечивая стабильность1.

Выход гражданской активности из-под властного контро­ля государства, по мнению В.К.Липинского, может иметь разрушительные последствия. Преследуя цель обеспечить гармоническое развитие этих двух сфер жизнедеятельности человека, он предложил следующие гарантии: 1) прочная организация групп, которые определяют ценностно-идеоло­гический потенциал нации: учебно-просветительные заведе­ния, церковь, СМИ; 2) содействие развитию частного сектора экономики, создание оптимальных условий для функциони­рования среднего и малого предпринимательства и обеспе­чения государством их защиты от зарубежного давления; 3) создание дееспособного механизма политической системы, формирование процедур взаимного согласования политичес­ких отношений между высшими органами государственной власти. Особое значение при этом приобретает вопрос обес­печения чёткого механизма взаимной связи между власт­ными структурами, которые принимают политические реше­ния, и гражданским обществом, откуда должны поступать соответствующие импульсы. Роль посредника он отводил политическим партиям[DLXXX] [DLXXXI]. Как видим, мыслитель предложил конкретную программу построения гражданского общества, которое существовало бы в сильном государстве.

Монархической была теория известного галицкого исто­рика Степана Теодоровича Томашевского (1875-1930), изло­женная в работе «Об идеях, героях и политике» (1929), сборнике «Под колёсами истории» (1922). Свою концепцию создания украинского государства он выводил, опираясь на

-______________________________________________ 449

исторические традиции украинской монархии ещё времён Галицко-Волынского княжества XIII-XIV вв. По мнению С.Т.Томашевского, создание государства Украины необхо­димо начинать именно с монархии, так как именно она наи- болыне содействует утверждению авторитета и порядка.

В отличие от В.К.Липинского, С.Т.Томашевский не отбра­сывал республиканский тип политического устройства как результат эволюции монархии. Он вообще не проводил чёткого разграничения между монархией и республикой. Утверждал, что если республиканская форма правления создаётся путём эволюции традиционной для Украины мо­нархической формы государственного строительства, то та­кая форма правления может быть приемлемой для Украины. Внимание здесь акцентируется именно на мирной эволюции существующих форм правления как способе создания укра­инской государственности.

Консерватизм в Галиции опирался на греко-католическую церковь, которой С.Т.Томашевский отводил ведущую роль в своей концепции. Он убеждён, что прочную форму на­ционального государства дала только церковная уния, поэтому церковь должна играть важную роль в построении украинско­го государства и влиять на формы государственного правле­ния[DLXXXII]. Можно утверждать, что государственническая концеп­ция С.Т.Томашевского базируется на идее территориального патриотизма и этических основах греко-католической церкви.

Одной из наиболее ярких фигур в среде консервативных историков государства был Василий Васильевич Кучабский

(1895-1945) - доктор философии, политик, публицист и историк. На основе исследования развития украинской го­сударственности в 1917-1920 гг. В.В.Кучабский создал кон­цепцию государства, основные положения которой изложил в трудах «Большевизм и современные задачи украинского запада» (1925), «Вес и задачи западно-украинского государ­ства среди сил Восточной Европы на переломе 1918— 1919 гг.» (1932) и др.

В.В.Кучабский придерживался геополитической концеп­ции, согласно которой каждое государство является неповто­римым индивидуальным организмом, который формируется при определённых исторических обстоятельствах на опре­делённой территории1. Он подчёркивал важность военных аспектов в государственном строительстве и придерживался милитарной ориентации будущего государственного строи­тельства в Украине. При этом акцентировал внимание на осо­бой роли ведущего слоя (элиты) в этом процессе[DLXXXIII] [DLXXXIV].

В.В.Кучабский считал монархию наиболее приемлемой формой государственного правления для Украины. Необходи­мым условием создания государственной концепции Украи­ны считал государственную национальную идею, а основ­ной предпосылкой создания государства - формирование на­ции.

Национальная идея В.В.Кучабского - это идея украинско­го Пьемонта, способная организовать Украину на освободи-

_ 451

тельную борьбу. Распространение этой идеи опирается на два фактора: реальные потребности народа и существование ведущего аристократического слоя. Этот слой должен иметь сильный характер вождя, воинский талант, аристократизм национального чувства, для которого добрыми есть только те пути, которые скрепляют творческие, организаторские спо­собности населения и которые на всю национальную борьбу налагают отпечаток этически высокого рыцарского подвига1. Ведущим слоем народа, который сохранил в себе консерва­тивные рыцарские свойства, согласно В.В.Кучабскому, мо­жет быть как один общественный класс (землевладельческий слой), так и представители нескольких, или всех обществен­ных классов, которые будут объединены верностью монарху - выразителю единства.

Таким образом, украинский консерватизм начала XX в. строился на идее монархической формы правления, призна­нии приоритета государства в обществе, ведущей роли ари­стократии в процессе создания государства, важности для соз­дания украинского государства религиозного единства народа.

Следует согласиться с точкой зрения современного укра­инского историка П.Г.Радько, который утверждает, что не­обходимо отличать монархический строй в теории от такого строя на практике. Монархическая идея отличается от всех других идей создания государства тем, что она ориентиру­ется на реального претендента, который имеет хотя бы ви­димость легитимности, и на историческую традицию. Но в действительности Украина такой традиции не имеет[DLXXXV] [DLXXXVI].

Общей тенденцией для всех консерваторов было понима­ние государственной власти как синонима самодержавия. Го­сударственная власть рассматривалась как главная жизнеобес­печивающая сила общества - организующая, направляющая и карающая.

4.2.

<< | >>
Источник: Тимошенко В.И.. Теория государства в политико-правовой мысли Украины и России (конец XIX-начало XX вв.); под. ред. В.И. Тимошенко: моно­графия. - [2-е изд., перераб. и доп.]. –Чернигов,2014.-624 с.. 2014

Еще по теме Монархическо-идеократические теории государства:

  1. СОДЕРЖАНИЕ
  2. Раздел 4 ИДЕОКРАТИЧЕСКИЕ ТЕОРИИ ГОСУДАРСТВА
  3. Монархическо-идеократические теории государства
  4. Религиозно-философские теории государства
  5. Евразийская теория государства
  6. Введение
  7. 2.1 Характерные черты реформирования правоохранительной системы России в различные исторические периоды