<<
>>

§ 1. Методология исследования юридической ответственности

Юридическая ответственность - одна из центральных категорий пра­воведения, изучению которой посвящено множество работ различного ха­рактера и уровня. Возникнув в качестве нормативной модели в первых ис­точниках права Древнего Востока, юридическая ответственность сопрово­ждает государственно-правовое развитие человечества до настоящего вре­мени, показывает свою необходимость в различных сферах регулируемых правом человеческих отношений.

Исследования юридической ответственности сохраняют свою акту­альность на протяжении длительного времени и условно разделяются на три категории: прикладные, отраслевые и общетеоретические.

Прикладные исследования юридической ответственности связаны с разработкой подходов, методов и методик (своего рода «рецептов») наибо­лее эффективного применения специальных знаний о ней. В числе научно­исследовательских положений по формированию и реализации антикор­рупционной уголовной политики, проводимых Академией Генеральной прокуратуры Российской Федерации (на настоящий момент - Университет прокуратуры Российской Федерации), О. С. Капинус были выделены: раз­работка новых практико-ориентированных знаний о противодействии кор­рупции, совершенствование подходов к исследованию антикоррупционной экспертизы законодательных актов, оптимизация практики привлечения виновных лиц к уголовной ответственности, формирование и использова­ние конкретных предложений по совершенствованию законодательства в соответствующей области[4]. По мнению В. И. Бочарова, академическое со­общество вузов системы МВД всегда было ориентировано на выработку научно-обоснованных решений, серьезных проблем практики, подготовку методических рекомендаций, направленных на помощь сотрудникам орга­нов внутренних дел в решении своих непосредственных служебных задач[5].

В структуре прикладного юридического знания В. И. Червонюк раз­личает уровень прикладного стратегического знания, направленный на оценку правовой реальности как объекта преобразования и уровень при­кладного оперативного знания (правовой инженерии), которая нацелена на решение текущих задач, обусловленных сложившимися потребностями

практики[6].

Как показывает практика, непосредственным объектом при­кладных исследований юридическая ответственность выступает крайне редко. Традиционно, в ходе проведения собственно-юридических и меж­дисциплинарных (смешанных) прикладных исследований затрагиваются отдельные функциональные элементы системы юридической ответствен- ности[7] (прежде всего, цели, принципы, функции, основания возникнове­ния, последствия и др.). Но встречаются и исследования, аккумулирующие и ориентирующие методологический потенциал других наук на решение проблем прикладного использования юридической ответственности[8]. Не­смотря на свою особую значимость, в юридической науке подобного рода исследования занимают сравнительно небольшой объем по отношению к отраслевым и общетеоретическим исследованиям, зависят от качества ре­зультатов последних.

Отраслевые исследования юридической ответственности проводятся для выявления существенных характеристик и свойств отдельных (прежде всего, отраслевых) видов юридической ответственности как с точки зрения их внутреннего содержания (системы), так и во взаимодействии между со­бой, с иными социально-правовыми явлениями и процессами. По своему удельному весу в структуре юридического познания отраслевые исследо­вания занимают первое место и выступают в роли связующего звена меж­ду теорией права и юридической практикой, опираются на систему зако­нодательства и обобщают опыт его применения. По этому поводу В. А. Кислухин заметил, что «основы, регулирующие ответственность в частном и публичном, праве находят, большей частью, адекватное выра­жение, конкретизацию и развитие в нормах отраслевого (текущего) зако- нодательства»[9]. Особое внимание в отраслевых науках уделяется изучению конституционно-правовой, уголовно-правовой, административно-правовой

и трудоправовой ответственности, их подвидам. В последнее время актуа­лизированы исследования процессуальных видов ответственности (кон­ституционно-процессуальной, уголовно-процессуальной, гражданско­процессуальной, арбитражно-процессуальной), а также, разновидностей международной ответственности.

В контексте разграничения отдельных отраслей права продолжается поиск и обоснование новых форм юридиче­ской ответственности (налоговой, бюджетной, семейно-правовой, спор­тивной и т. д.). Между тем Конституционный Суд Российской Федерации (далее - Конституционный Суд РФ), оценивая законодательные решения в области разграничения мер юридической ответственности, обратил внима­ние, что недостаточная их дифференциация может повлечь несогласован­ность в нормативном регулировании[10].

В контексте размышлений мы полагаем возможным выразить при­верженность к подходу Конституционный Суд РФ, согласно которому межотраслевой институт права представляет собой комплекс различного рода правоотношений и вычленять из данной системы отношений какой- либо его вид - методологически неверно. Механически переносить один вид законодательного регулирования на соответствующее регулирование отношений, упорядоченных межотраслевыми средствами - ошибочно[11].

Общетеоретические исследования юридической ответственности проводятся на уровне максимального обобщения и системного моделиро­вания юридической ответственности как таковой. Определяются понятие и сущность ответственности в праве, элементы ее системы, взаимосвя- зи/взаимодействия с другими правовыми явлениями и процессами.

Общая теория государства и права по отношению к отраслевым и прикладным юридическим наукам обладает существенным преимущест­вом, поскольку рассматривается в качестве своего самостоятельного объ­екта саму юридическую науку. Как обоснованно замечает Н. А. Пьянов «отечественная теория государства и права ввиду отсутствия в системе юридических наук особой науковедческой науки изучает как вопросы юридической науки в целом, так и собственные науковедческие вопросы. В этой связи в структуре предмета науки теории государства и права мо­жет быть выделен еще один компонент: наиболее общие закономерности возникновения, развития и функционирования юридической науки, вклю­

чая и науку теорию государства и права»[12].

Сказанное означает, что сущ­ность и методология юридических исследований осмысливается и научно обосновывается именно с общетеоретических позиций.

Применительно к рассматриваемой проблематике также можно от­метить возрастание общего числа работ, посвященных особенностям ис­следований в сфере общей теории юридической ответственности. По объ­екту изучения названные работы (и соответствующие им исследования) можно условно классифицировать на четыре группы:

1) работы, посвященные организации, обеспечению и проведению

исследований юридической ответственности и непосредственно связанных

13

с ней правовых явлений и процессов[13];

2) работы, посвященные характеристике юридической ответственно­сти (ее укрупненных видов/типов) и непосредственно связанных с ней пра­вовых явлений и процессов, а также их взаимодействию и взаимовлиянию (цели, функции, основания возникновения, реализация и т. д.)[14];

3) работы, посвященные характеристике взаимодействия юридиче­ской ответственности с иными (не охватываемые ее объемом) явлениями и процессами[15];

4) работы, объединяющие в своем составе предыдущие три направ­ления исследований в том или ином сочетании[16].

В свете последних тенденций развития теории юридической ответст­венности становится очевидным, что научные исследования в этой области

приобретают регрессивный характер, а перспективы серьезных достиже­ний отдаляются на неопределенное время и становятся все более размы­тыми. Сложившаяся ситуация наблюдается повсеместно и заставляет пра­воведов со всего мира обращаться к основам познания юридической ответ­ственности - методологии ее изучения. Потребность в фундаментальных общетеоретических исследованиях ответственности в праве не оспаривает­ся.

Специфика исследования юридической ответственности в своей основной части заключается в особых методологических ориентирах, ко­торые необходимо учитывать в процессе познания рассматриваемой пра­вовой категории.

Методология как общенаучный феномен находится в зоне особого внимания субъектов познания и интенсификация разработки соответст­вующих подходов к ее пониманию и содержанию определяется потребно­стями проникновения в суть сложных процессов общественного развития, а также перспектив их преобразования[17]. Универсальный характер методо­логии проявляется в единстве ее сторон: инструментально-дескриптивной, субъектно-деятельностной и мировоззренческой, определение взаимосвязи которых способно обеспечить максимально эффективный контакт между субъектом и объектом познания[18]. Следует согласиться с Г. А. Антиповым и А. Н. Кочергиным в том, что методология - это рефлексия науки, в кото­рой осуществляется осознание структур, расположенных в основе теорети­ческого освоения человеком мира и целью которой выступает создание по­средством философского анализа адекватного образа научной деятельно­сти. По мнению авторов, проблема метода ставится с внутренней и внеш­ней стороны. Внутренняя сторона характеризует постановку и реализацию потребностей науки в описании и разработке различных форм исследова­тельской деятельности для решения научных задач через основной вопрос философии (интенция). Внешняя методологическая позиция проявляется в рассмотрении исследователем эмпирической данности в качестве процес­сов и механизмов познания безотносительно к конкретным задачам с точки зрения соотношения подразделений науки (например, фундаментального и прикладного знания)[19].

По мнению Г. В. Ф. Гегеля, метод является не внешней формой, а душой и понятием содержания, он есть движение самого содержания и не может разрабатываться вне связи с реальной действительностью и практи­

кой[20], поэтому предмет и метод разводить нельзя. Как верно заметил В. Гейзенберг, научный метод «изменяет предмет познания, вследствие че­го сам метод уже не может быть отстранен от предмета»[21].

Актуальность и ценность подобного рода положений, а также обще­методологических установок в науке описывается С. С. Алексеевым сле­дующим образом: «Теоретические положения, имеющие общее методоло­гическое значение, выводят исследователя на исходные позиции при ре­шении данных вопросов, позволяют выработать эти решения на базе стро­гих мировоззренческих, философских начал. Метод играет ключевую роль - роль компаса, который дает возможность ориентироваться в фактах дей­ствительности, определять общую стратегию исследования»[22]. Тем не ме­нее, мысль о том, что все «методологические предписания имеют свои пределы и единственным правилом, которое сохраняется, является прави­ло "все дозволено"»[23] тоже в известной мере отражает сложившуюся на се­годняшний день ситуацию в области научного познания - описывает твор­ческий потенциал науки.

Мы особо обращаемся к высказываниям авторов научно-популярной

книги «Объект исследования - наука», которые утверждают, что знать мир

- значит воспринимать его определенным образом через имеющиеся у нас

представления. При этом исходные представления ускользают от нашего

внимания, и мы попросту отождествляем их с объектом, чем и объясняется

тот факт, что зачастую ученые не знают тех методов, которыми они поль- 24

зуются[24].

Принципиальное значение методологии науки проявляется в ее не­отъемлемой связи с практикой. Праксиологическая функция общей теории права (и, следовательно, общей теории юридической ответственности) в системе функций правовых категорий признается определяющей. Как пра­вильно замечает С. Л. Бутина: «Чистый теоретизм оказывается недостато­чен как для познания бытийной действительности, так и для полноценной рефлексии, осуществляемой в отношении теоретического мышления»[25].

Применительно к предмету текущих размышлений сказанное выше означает, что методология как инструментарий познания юридической от­ветственности не может рассматриваться в отрыве от самой юридической ответственности, поскольку, с одной стороны, неразрывно связана с ней, а

с другой стороны - определяет адекватный «научный образ», категориаль­ную конструкцию и модель ответственности в праве. Мы помним, что не только результат научного исследования, но и «ведущий к нему путь дол­жен быть истинным. Исследование истины само должно быть истинно, ис­тинное исследование - это развернутая истина, разъединенные звенья ко­торой соединяются в конечном итоге»[26].

Следовательно, базовой функциональной задачей методологии ис­следования ответственности в праве на сегодняшний день мы признаем раскрытие «опорных точек» (подходов), а также приемов познания, ис­пользование которых позволит наиболее эффективно изучать правовую природу и систему юридической ответственности. Ранее рассмотренные дедуктивные построения в системе методология (как учение и как сово­купность подходов, принципов и приемов) методология науки мето­дология общей теории государства и права методология исследования юридической ответственности как общетеоретической категории[27], с уче­том сложившейся в отечественной науке ситуации, дает нам право утвер­ждать следующее:

1) методология научных исследований юридической ответственно­сти редко становится самостоятельным предметом изучения[28], комплекс­ные работы в этой области практически отсутствуют;

2) выбор и использование методологического инструментария при исследовании юридической ответственности часто происходит интуитивно и неосознанно, что может быть оправдано творческим процессом поиска истины, но, в то же время, свидетельствует о недостаточно системном ме­тодологическом подходе и нередко приводит к увлеченности исследовате­ля каким-либо одним (сингулярным) методом, подходом или типом фило­софствования вопреки требованиям поиска истины;

3) первостепенным методологическим ориентиром изучения юриди­ческой ответственности является установление ее сущностной (исходной) составляющей, которая охватывает природу (предназначение) и основной признак ответственности в праве;

4) в целях достижения полноты и ясности в исследованиях юридиче­ской ответственности необходимо сосредоточить особое внимание на изу­чение ее внутренней системы, используя структурный метод научного по­знания во взаимосвязи с иными специальными методами (диалектическим, формально-логическим, системно-функциональным, формально-юриди­

ческим, правового моделирования, сравнительного правоведения и т. д.), возникает необходимость обеспечения синтеза философской трактовки от­ветственности и теоретических разработок проблем ее правопонимания в

29

рамках аналитической и социологической юриспруденции[29];

5) восприятие идеи позитивной юридической ответственности (за будущее законопослушное поведение) методологически неоправданно и размывает границы данной категории, вовлекает в сферу исследования юридической ответственности избыточные доктринальные позиции, отно­сящиеся к правомерному поведению[30] и внеправовой проблематики - оче­видной представляется мысль о невозможности объединения и мирного

сосуществования двух разных аспектов ответственности в единой конст-

31

рукции[31].

В качестве основных положений теории юридической ответст­венности, которые определяют и направляют методологический арсенал правоведения, мы называем следующие. Во-первых, юридическая ответст­венность служит целям охраны правопорядка и обеспечению эффективно­го действия норм права. Во-вторых, юридическая ответственность - явле­ние ретроспективного (негативного) плана и ее осуществление возможно лишь при наличии противоправного деяния, которое имело место в про­шлом. В-третьих, юридическая ответственность независимо от отраслевой принадлежности и процедуры реализации всегда связана с государствен­ным принуждением (обеспечена им). В-четвертых, юридическая ответст­венность подразумевает возложение дополнительных лишений на право­нарушителя; охватывает собой категорию наказания. В-пятых, при уста­новлении правовой природы юридической ответственности следует учи­тывать ее: объективное (нормативное) закрепление и субъективное вопло­щение в конкретных общественных отношениях; статические и динамиче­ские свойства. В-шестых, юридическая ответственность может рассматри­ваться с различных позиций (как институт права, как правовое средство, как мера принуждения и т. д.). В-седьмых в системе «близких» правовых категорий (меры защиты, меты оперативного воздействия и т. д.) юридиче­скую ответственность необходимо выделять, исходя из содержания основ­ного признака и направленности (предназначения) последней.

Вышеизложенное наводит на мысль, что юридическая ответствен­ность, будучи системной правовой категорией, для своего всестороннего изучения требует обращения к особым неклассическим методологическим конструкциям (методам), предназначенным для постижения природы и

сущностных свойств системных правовых феноменов - синергетическому

методу и методу правового моделирования.

Синергетический метод этимологически опирается на явление си­нергетики, которая рассматривается в качестве научно-философского принципа, характеризующего природу и мир как самоорганизующуюся комплексную систему[32]. В области гуманитарного знания синергетический метод первично использовался в социологии, экономике, политологии и только позднее в правоведении. Как отмечает Н. Н. Тарасов, в современное время задается «социокультурный контекст исследования методологиче­ских проблем юридической науки, позволяющий представить ее как разви­вающуюся систему, сопрягаемую с ведущими философскими идеями и ценностно-целевыми структурами общества»[33].

Предшествующее исследование сущности и содержания синергети- 34

ческого метода в составе методологии юридических исследований[34] дает нам право назвать наиболее важные особенности данного метода:

1) синергетический метод заключается в характеристике государст­венно-правовых явлений как самоорганизующихся систем со своими регу­лятивными и охранительными механизмами, нацеленными на приведение всех элементов этих систем в порядок;

2) синергетический метод основывается на стремлении общества (людей) к приведению общественных отношений в стройную и непротиво­речивую систему, в том числе исходя из правотворческого и правореали­зационного опыта для обеспечения собственной безопасности и комфорт­ных условий совместного сосуществования;

3) синергетический метод акцентирован на кибернетических связях между государственно-правовыми явлениями, стремящимися к состоянию «равновесия» и находящимися в горизонтальной (нормативно-правовые акты, юридические прецеденты), вертикальной (объективное и субъектив­ное право) и иных плоскостях;

4) результатом применения синергетического метода является более глубокое понимание динамической составляющей государственно­правовой действительности;

5) синергетический метод носит подчиненный (вторичный) характер по отношению к основным методам юридических исследований.

В отношении юридической ответственности преимущества исполь­зования синергетического метода проявляются в следующем:

1) становится возможным рассмотреть юридическую ответствен­ность с точки зрения системы, целостность и стабильность которой обес­печивается специальными подсистемами (механизмами), расположенными

во всех структурах правовой системы: нормативной, организационной и идеологической;

2) юридическая ответственность методологически характеризуется как неотъемлемый элемент правопорядка и обязательное условие сущест­вования государственно-организованного общества, который является ча­стью механизма самоорганизации системы общественных отношений и нуждается в своем должном правовом закреплении (статика юридической ответственности) и эффективной реализации (динамика юридической от­ветственности);

3) возникает основа для исследования прямых и обратных связей юридической ответственности с:

3.1) категориями, входящими в систему юридической ответст­венности (основаниями возникновения юридической ответственно­сти, наказанием, обстоятельствами исключающими ответственность и освобождающими от нее и др.);

3.2) категориями, тесно связанными с ответственностью и не­посредственно влияющими на ее статику и динамику (правовая по­литика, государственное принуждение, негативная санкция, право­нарушение, правоотношение, нормы права и др.);

3.3) категориями, косвенно влияющими на статику и динамику юридической ответственности (правосознание, правовая культура, юридическая наука и др.).

4) создаются условия для углубленного изучения процессов реализа­ции юридической ответственности с точки зрения ее развертывания и функционирования по стадиям процесса правового регулирования и пра­воприменения;

5) методология юридической ответственности дополняется очеред­ным «гармонизирующим» и «систематизирующим» методом, ориентиро­ванным на познание системной модели юридической ответственности с позиции ее потенциала к самоорганизации и саморазвитию.

Метод правового моделирования рассматривается как самостоя­тельный метод научных исследований и предполагает создание моделей государственно-правовых категорий - идеальных образов (воспроизведе­ний, абстракций) объективно существующих явлений и процессов, подле­жащих изучению. В советской юридической науке при анализе социально­правовых вопросов моделирование традиционно рассматривалось в каче­стве способа, позволяющего учесть как единство, так и различия в содер-

35

жании научных знаний[35].

Моделью часто называют формулирование различных исходных юридических понятий, алгоритмическое возможное описание исследова­

тельского процесса, или математическое представление различных свойств социально-правового явления, графическое представление объекта (про­цесса) в виде таблиц или блок-схем, или в виде кривой, представляющей процесс, и ряд других форм и понятий, которых существует достаточно много. Например, О. С. Федотова видит сущность моделирования в по­строении искусственного объекта на основании типологических свойств реального объекта, причем сущность модели позволяет распространить та­кой принцип исследования и на более частные явления, в которых один объект замещает другой[36].

Рассуждая об особенностях программы социологического исследо­вания, В. А. Ядов приходит к мнению, что предмет исследования должен проявиться в виде ясно выраженного (эксплицированного), четкого и оп­ределенного образа. Предмет необходимо подвергнуть предварительному системному анализу (всестороннему изучению), который, по сути, и пред­ставляет собой моделирование исследовательской проблемы. В конечном итоге объект изучения рассматривается как расчлененный на качественно различные, но гипотетически взаимосвязанные элементы[37], что обычно демонстрируется в виде графической схемы. Б. К. Фраазен подчеркивает, что «научная деятельность представляет собой конструирование моделей, которые должны быть адекватны явлениям», причем теории и в особенно­сти модели не обязательно должны быть истинными, чтобы их можно бы­ло использовать[38].

Мы установили, что в результате моделирования создается модель, которая будучи аналогичной исследуемому объекту, отображает и воспро­изводит в более простом виде свойства, взаимосвязи и отношения между элементами исследуемого объекта. При этом модель в процессе познания позволяет исследователю получить новую информацию о самом исследуе­мом процессе, явлении и предмете познания[39]. В ходе использования мето­да моделируется как правовая система общества в целом, так и механизмы

правового регулирования, правотворчества, правопорядка в частности, а

40

также протекающие в указанных системах и механизмах процессы[40].

Использование метода правового моделирования применительно к исследованиям юридической ответственности оправданно по следующим

причинам:

1) юридическая ответственность как системная правовая категория находится в одновременном взаимодействии и взаимосвязи с многочис­ленными государственно-правовыми явлениями, которые в совокупности обеспечивают статику и динамику ответственности - для одновременного восприятия всей системы юридической ответственности и объективности исследования необходимо построить соответствующую модель ответст­венности в праве;

2) возникает возможность провести сопоставление теоретической (аккумулирующей теоретические воззрения и подходы) и практической (основанной на нормах права и материалах юридической практики) модели юридической ответственности, вследствие чего - получить достоверные знания о юридической ответственности, пригодные для практического ис­пользования;

3) сформированная системная модель юридической ответственности позволяет экстраполировать (накладывать) ее на любую разновидность юридической ответственности, обеспечивая, тем самым, единство и ком­плексный подход к изучению юридической ответственности (создается, своего рода, доктринальная познавательная конструкция);

4) построение модельных таблиц и диаграмм (блок-схем), отражаю­щих внутреннее строение юридической ответственности и внешние связи упрощает работу исследователя, стремящегося проникнуть в сущность со­ответствующих структурных элементов и связей;

5) длительное эффективное использование метода правового моде­лирования является перспективным с точки зрения расширения возможно­стей научного мировоззрения, посредством ускорения перехода от поня­тийно-категориального восприятия на уровень модельно-структурного анализа юридической ответственности.

Подтверждая важность методологических подходов в правоприме­нительной деятельности, Конституционный Суд РФ в одном из своих по­становлений обратил внимание на конституционно-методологическое зна­чение своих правовых позиций при оценке количественных параметров (показателей) определенного вида административного наказания и опреде­лении меры ответственности за любое административное правонаруше- ние[41].

Таким образом, проведение любых научных изысканий в области проблем юридической ответственности должно сопровождаться тщатель­ной подготовкой методологического инструментария, от содержания и ка­

чества которого, в конечном итоге, будут зависеть результаты научно­исследовательской деятельности. Привлечение современных научных (в т. ч. инновационных) методов и средств в данный процесс является обяза­тельным в целях обеспечения соответствия ожидаемых выводов исследо­вания реальной общественной практике.

<< | >>
Источник: Кузьмин, И.А.. Системная модель юридической ответственности : монография / И. А. Кузьмин. - Иркутск : Иркутский юридический институт (филиал) Университета прокуратуры Российской Федера­ции ; Тип. «Иркут»,2018. - 186 с.. 2018

Еще по теме § 1. Методология исследования юридической ответственности:

  1. § I. Юридическая ответственность как система
  2. 1.2. Юридические основания подхода к личности преступника как к объекту психологического исследования
  3. Концепция и организация психологического исследования криминогенной сущности личности преступника
  4. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
  5. ОГЛАВЛЕНИЕ
  6. § 1. Методология исследования юридической ответственности
  7. § 2. Понятие и особенности системной модели юридической ответственности
  8. § 1. Методология исследования правовой системы
  9. § 3. Взаимодействие юридической ответственности с иными правовыми явлениями
  10. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
  11. ВВЕДЕНИЕ
  12. 3.2. Соотношение юридического процесса и юридической процедуры
  13. § 1. Методологические основы позитивной юридической ответственности органов исполнительной власти
  14. § 5. Перспективы развития парламентской ответственности Правительства в России и совершенствование российского законодательства