<<
>>

Государство как субъект права

На сегодняшний день в юридической науке существует вполне сформировавшаяся общая теория субъекта права. По сути, она представляет собой заимствованные из цивилисти- ческой доктрины частнонаучные представления о субъекте гражданско-правовых отношений. В гражданско-правовой сфере субъект права обоснованно рассматривается как част­ное лицо, главным образом участник имущественно-право­вых отношений (имущественно-правового оборота). Этот частноимущественный аспект является определяющим для гражданского права, гражданско-правовых отношений и их участников.

Однако, по словам С.И.Архипова, данный аспект вовсе не является необходимым для других отраслей, для права в целом. Тем не менее конструкция частного лица - субъекта права, став достоянием общей теории права, пред­лагается всем отраслевым юридическим наукам в качестве общеправовой1.

Субъект права, по мнению Н.М.Коркунова, представляет собой идеальное построение, созданное путём синтеза того анализа представлений людей, который получен[CLXXVI] [CLXXVII]. В.Е.Чиркин понимает под субъектом права самостоятельное (автономное в пределах закона) правовое образование, имеющее свои инте­ресы, цели, волю, права и обязанности, выполняющее свою роль в обществе, участвующее в создании норм права и (или) в правоотношениях[CLXXVIII]. Положение о создании норм права, не­

типичное для юридических лиц частного права, относится, прежде всего, к некоторым видам лиц публичного права1.

Государство является публичным образованием, оно вы­полняет в обществе роль властвующего суверена. Эту роль не могут выполнять никакие другие субъекты права. Самую общую характеристику государства как юридического лица публичного права В.Е.Чиркин сводит к следующему: «это публично-правовое образование суверенной государствен­ной власти, создатель модели правопорядка в обществе, выступающее в правовых отношениях через свои органы и должностных лиц как представитель всего народа, осущест­вляющее арбитражно-регулятивную роль в целях выполне­ния «общих дел» и в социально-политических отношениях, являющееся источником права на легальное принуждение и несущее публично-правовую ответственность, которая может трансформироваться в материальную с правом регрессного иска к соответствующим органам и должностным лицам»[CLXXIX] [CLXXX].

Понятие субъекта права создаётся в результате абстрак­ции, как обобщающий образ реальности, как правовой сле­пок с человека, который применяется в равной мере к го­сударству, к коммерческой и некоммерческой организации, а также к индивиду. С.И.Архипов рассматривает три вида субъектов права: человек, юридическое лицо и государство. Государство является особым субъектом права, отличным от всех иных субъектов. Государство как субъект права есть правовая корпорация, главная её цель - не подчинение всех единой власти, а создание системы правового общения, пра­вовой коммуникации, направленной на согласование воль участвующих в ней граждан, формирование правовых связей, обеспечивающих осуществление их правовых интересов.

_ 171

Принципиальное отличие государства от всех иных субъек­тов права (включая всех существующих юридических лиц) заключается не в какой-то особой материи, его составляю­щей, а в том, что данный субъект создаётся во имя служения праву, что право определяет его назначение, внешние цели, функции и внутреннюю организацию.

Поэтому, по мнению С.И.Архипова, когда мы говорим о том, что государство - это правовая корпорация, то это не означает лишь оформлен- ность, урегулированность всей государственной сферы пра­вом, но выражает сам дух, само понятие государства, это есть его содержательное определение как особого субъекта пра­ва, отличного от всех иных правовых лиц. В государстве как правовой корпорации человек находит свою обособившуюся правовую сущность. У него нет другой такой корпорации, где его правовые качества могли бы сформироваться, само право не может существовать вне этой корпорации[CLXXXI].

Теория государства - субъекта права, юридического лица или корпорации, была очень популярна среди украинских и российских политико-правовых мыслителей, сторонников преимущественно юридического позитивизма. Над разви­тием этой теории работали учёные-юристы А.С.Алексеев, В.М.Гессен, А.Д.Градовский, А.А.Жилин, Ф.Ф.Кокошкин, Я.М.Магазинер, В.А.Незабитовский, Н.И.Палиенко, Ф.В.Тарановский и др. Все они подчёркивали важность для политико-правовых исследований именно догматического метода, многие из них отрицали обоснованность применения какого-либо одного метода.

Владимир Матвеевич Гессен (1868-1920) отбрасывал возможность использования исключительно исторической методологии. По его мнению, использование только истори-

1 Раздел 2. Юридические теории государства

ческого метода исследования невозможно, поскольку минув­шая эпоха создаёт непроходимую пропасть между тем, что было, и тем, что есть. В.М.Гессен убеждён, что в эпоху, когда вопросы государственного права стали вопросами активной политической борьбы, менее всего эти вопросы способны стать объектами спокойного и научного исследования. «По­этому, - писал он, - я совершенно сознательно ограничиваю себя, включая в своё преподавание только строго догматиче­ские задачи»1.

Ещё в 1860 г. профессор университета Св. Владимира в Киеве Василий Андреевич Незабитовский (1824-1883) заме­тил тенденцию в современной ему науке, которая была свя­зана с персонификацией государства и которая стала, по его словам, «идеалом политики». В.А.Незабитовский констати­ровал тот факт, что в теории права аналогия между государ­ством, с одной стороны, личностью и организмом, с другой, принята исходной точкой суждений и выводов. Но понятие организма, заимствованное из наук естественных, указы­вает преимущественно на разнообразие частей, соединённых в одну гармоническую целостность; с понятием личности не­разрывно соединена мысль о едином и нераздельном. «Идея государства-организма принята посему основным началом в государственном праве; идея государства-личности возведе­на в принцип права межгосударственного»[CLXXXII] [CLXXXIII].

Государство выступает во внешних отношениях, в отно­шениях с другими государствами, как организация, которая действует согласно определённым нормам права, созданным не данной организацией, а всем международным сообще­ством. Эти нормы связывают его поведение во внешних отно-

_ 173

шениях. Международное сообщество, членом которого го­сударство является, есть понятие более широкое по объёму и более общее, чем государство. Поэтому, понятие государства можно вывести из более общего понятия международного общения, в котором государство выступает и рассматривает­ся как член сообщества, то есть как субъект прав и обязан­ностей. Вместе с тем и внутри страны в своих частноправо­вых отношениях государство выступает как субъект права, то есть как юридическое лицо, как субъект, который не является физическим лицом.

В.А.Незабитовский осознавал, что аналогия между госу­дарством и лицом имеет свои пределы и меру. Государство, как и лицо, едино, то есть является субъектом права, имею­щим определённые права и обязанности. Однако права и обязанности государства отличаются от прав и обязанностей человека. Отношения между государствами существенно отли­чаются от отношений между индивидами. К тому же, лицо - субъект нераздельный, государство - собирательный образ, то есть сообщество, состоящее из многих субъектов, которые имеют свои права. Что же касается человека, здесь юридиче­ское значение могут иметь лишь внешние отношения лица с другими субъектами. О внутренних отношениях его не мо­жет быть и речи, ведь лицо - индивид нераздельный.

По мнению В.А.Незабитовского, учёные, которые рассмат­ривали государство только как единицу, не учли все возмож­ности такого субъекта и потому их суждения имеют опреде­лённые недостатки. Во-первых, политико-правовая теория целиком отделила права государства во внешних отношениях от обязанностей его во внутренних отношениях и разорвала связь международного права с правом внутригосударствен­ным. Во-вторых, в праве внутригосударственном эта теория целиком объединила общество с государством, человека пре­

образовала лишь в члена государственного целого. В-третьих, в праве международном идея государства-лица привела к разъ­единению государств. Все эти ошибки В.А.Незабитовский связывал с одной причиной: за пределами внимания теорети­ков осталась идея союза общенародного.

Анализируя элементы государства, В.А.Незабитовский сравнивал власть государства над своей территорией с вла­стью над вещью в гражданском праве (dominium). Террито­рию населяют люди, власть государства распространяется и на них (власть такого рода называется imperium). Imperium и dominium объединяются в одном общем понятии государ­ственного владения. Разрыв с вотчинной традицией наме­тился тогда, когда власть перестала быть принадлежностью монарха, к участию во власти было привлечено население в лице народных представителей. Учение о территориальном верховенстве стало ненужным. Все те полномочия власти, которые ранее выводились из территориального верховен­ства, нашли своё надлежащее объяснение в том праве при­нуждения, которое составило основную принадлежность и отличительный признак господства. Поэтому территорию стали рассматривать не как объект вещного владения со сто­роны государства, а как пространственный предел действия государственной власти.

Государство, по мнению В.А.Незабитовского, владеет в пределах территории, но не над территорией, и территория есть не предмет, а предел государственной власти. «Учение о территории находит себе место в учении о границе госу­дарственной власти»[CLXXXIV]. В.А.Незабитовский первым создал но­вую теоретическую конструкцию государственной террито-

_ 175

рии. В 1867 году её разработку продолжил немецкий учёный К. Фрикер1.

В.А.Незабитовский пришёл к выводу, что цель и оправда­ние владения не в вещи, а в её владельце: человек владеет в своём интересе. Основание и цель власти в лице подвласт­ном, а не властвующем. Власть должна поддерживать поря­док, охранять права, беречь общественный мир. Государство, по своей сути, является держателем власти: это сообщество людей, объединённых под одной верховной властью[CLXXXV] [CLXXXVI]. Та­ким образом, государство является главным политическим установлением. Такое определение государства приближает В.А.Незабитовского к позиции сторонников социологическо­го позитивизма.

Принципы юридического позитивизма последовательно отстаивал выпускник Харьковского университета, профессор Санкт-Петербургского университета и имп. Александровско­го лицея Александр Дмитриевич Градовский (1841-1889). В своих трудах «Основы российского государственного права» (1875-1883, т. I-Ш), «Государство и право важнейших евро­пейских государств» (1886), «История местного самоуправ­ления в России» (1868, т. I), «Высшая администрация в Рос­сии и генерал-прокуроры» (1866) он пытался всё множество факторов исторического процесса (экономика, авторитет церкви, идеология, семья, община) представить в качестве

176_______________________________________________

элементов истории права. Национальные особенности пра­вовой системы рассматривал как результат взаимного влия­ния нескольких (иностранных и отечественных) образцов, правовых идей, которые свободно переносятся из одной на­циональной почвы на другую и способны значительно иска­зить исходный путь развития права1.

А.Д.Градовский анализировал государственно-правовые институты в их историческом развитии. Сущность истори­ческого метода он сформулировал так: «отрицание абсолют­ного, признание прогресса»[CLXXXVII] [CLXXXVIII]. Через историю А.Д.Градовский приходил к практике, считал её основой и источником любой настоящей теории. Критерий же практики освобождал исто­рическое познание от односторонней метафизики и рацио­нализма в объяснении общественных явлений. Разум, по его мнению, не может быть безусловным основанием бытия ве­щей. Методы научных исследований, как и мировоззрение тео­ретиков государства, не должны основываться на «вечных, прирождённых», а потому абсолютных началах разума, кото­рые требуют абсолютной, совершенной формы государства. Новая политическая теория, учитывая успехи исторических знаний, должна видеть в каждом государстве определённую степень общежития, то есть определённый момент в исто­рическом развитии народа. Государство - это явление исто­рическое, подчинённое условиям пространства и времени. От этих условий зависит практическое выражение государ­ственной идеи, то есть каждая данная форма государства. Ни одна из этих форм не может представлять собой безусловный принцип, не может быть воплощением абсолютной истины. Государство, как и любое другое историческое явление, под-

-______________________________________________ 177

чинено условиям развития, его формы переходят от одного относительного принципа, пригодного для одного времени, к другому, пригодному для времени следующего. Таким обра­зом, делал вывод А.Д.Градовский, отрицание абсолютного и признание прогресса является началом современной полити­ческой философии. Во имя этого начала она отказывается от всегда пригодной формы государства, но настоятельно тре­бует, чтобы каждому состоянию общества, существующему в тот или иной период времени, соответствовала надлежащая ему форма государства1. Он предупреждал о недопустимости провозглашения существующего государственного строя та­ким, который не подлежит изменению.

Пребывая под влиянием идей Л.Штейна, А.Д.Градовский считал, что благодаря условиям общественной жизни XIX в. вопрос о форме государства заметно потерял свою актуаль­ность. «Общество XIX в. обращает внимание не столько на форму государства, сколько на задачи его деятельности и способы их реализации»[CLXXXIX] [CXC].

Рассматривая государство как лицо, А.Д.Градовский назы­вал его «организмом». Но сторонником органической школы он не был. А.Д.Градовский не соглашался с учением индиви­дуалистов, что лицо и ассоциация являются главным орудием прогресса, а государство - главным представителем охрани­тельной системы, и что любой прогресс возможен лишь как победа общества над правительством. Основным условием прогресса, согласно А.Д.Градовскому, есть передача общих результатов экономической и интеллектуальной жизни од­ного поколения другому. Здесь основная роль принадлежит именно государству.

Основы государства А.Д.Градовский ищет в человеке и его нуждах, которые считает исходной точкой деятельности всех учреждений. Он излагает свои представления о месте и роли государства в обеспечении исторического процесса, о государственно-организованной форме участия различ­ных народов во всемирной истории. Следует согласиться с В.С.Нерсесянцем, что А.Д.Градовский, не будучи гегельян­цем, всё же использовал ряд идей Гегеля1. Его попытки исто­рического освещения проблем государства, права, политики и т.п. дополняются философским постижением идей, лежа­щих в основе этих понятий.

Самой актуальной задачей науки А.Д.Градовский считал создание теории национально-прогрессивного государства. По его мнению, основанием государства есть начало народ­ности. Ориентация на общечеловеческие ценности только укрепляет анархию. Полемизируя со славянофилами, кото­рые, по словам А.Д.Градовского, считают государство только внешней, материальной силой, создают теорию юридически неоформленного государства, которое построено на одних лишь моральных основах, он подчёркивал, что государство не является только «внешней силой», оно имеет и большую моральную миссию - через улучшение форм жизни возно­сить значение и достоинство всего народа[CXCI] [CXCII].

В развитии человечества учёный обнаружил две тенден­ции: на ранней стадии - созревание условий внутреннего единства в определённой группе людей, позднее - выделе­

ние этой группы из общей массы человечества под назва­нием народности, национальности. Мотивом обособления национальностей есть как осознание своей интегрированной личности, так и требование свободы и самостоятельности в своём развитии. Из соединения этих моментов создаётся го­сударство, в котором национальность достигает своего само­сознания.

В противовес либералам, которые решали вопросы о пра­вах и свободах лица исключительно в аспекте борьбы с го­сударством, А.Д.Градовский рассматривал государство как единство личностей, которые в него входят. Вопрос о правах лица, по его мнению, следует решать не из позиций государ­ства, как такового, а из позиций его политического института - правительства. Государство не следует сводить лишь к по­литической власти. Правительство - это только орган (эле­мент) государства. Положение лица зависит, прежде всего, от действий политической власти, которые основываются на принуждении.

Все виды государственного принуждения А.Д.Градовский объединяет в три группы: охрана, которая касается общих усло­вий безопасности государства; содействие, которое касается развития народной жизни; прогресс, который выражается в позитивном осуществлении целей и инициатив. Всё, что остаётся за пределами этих форм принуждения, составляет сферу предприимчивости и свободы[CXCIII]. Принуждение, в отли­чие от властного произвола, имеет свои пределы. Прибегая к принуждению, государство обязано учитывать положение и потребности общества.

А.Д.Градовский рассматривал государство как сложное образование, единое целое, которое состоит из суммы орга­

низаций, совокупности властей различного рода, которые уже существовали в обществе. Государство формируется лишь тогда, когда каждый из этих элементов достаточно определился, когда каждому из них отведено место в обще­стве, когда сам народ, который по-своему выработал эти эле­менты, готовится стать деятельным субъектом среди других народов.

Первым и основным элементом каждого государства А.Д.Градовский называл власть, причём не в смысле учреж­дений, которые её осуществляют, а в смысле могущества, которым обладает государство. Под властью он понимал идеальное могущество государства, идею государственного абсолютизма, независимо от той или иной его формы. Такая идея является одним из обязательных признаков государ­ства. Представить себе государство без власти, по мнению А.Д.Градовского, равнозначно анархии[CXCIV]. Причём характер власти, в том виде, как она воплощается в государстве, суще­ственно отличается от характера власти, которая имела место в предыдущих сообществах. На процесс формирования госу­дарства влияет семья, род, община, церковь. Власть достигла своего идеального значения именно благодаря влиянию этих сообществ.

Государство, согласно А.Д.Градовскому, следует считать не только воплощением общенациональной власти, но и представителем народной силы. Сила является необходимым условием для проявления прав, а лучшим доказательством непригодности какого-либо права есть его бессилие. Сила, которая в предыдущих установлениях мало чем отличалась от насилия, воплощаясь в лице государства, становится ис­тинной силой.

Значение государства, таким образом, заключается имен­но в том, что оно является высшим выражением власти и главным представителем силы, человек видит в нём вершину любого авторитета. Но если власть и сила составляют сфе­ру государственной деятельности, то они никоим образом не определяют её характер. Каждое государство, завершившее правильный цикл развития, представляет собой ступень в общечеловеческом развитии. Поэтому историки государ­ства ищут признаки государственного развития каждой на­циональности в её законодательстве. Какой безграничной ни была бы идея, человек всегда пытается вместить её в опреде­лённые формулы, причём эта работа осуществляется тем лег­че, чем более нормально происходит развитие данной идеи. Вместе с развитием власти в обществе появляются и нормы, правила, которые определяют отношения правителей и под­чинённых.

Движущей силой каждого общества А.Д.Градовский при­знаёт его материальное обеспечение. На первых этапах раз­вития общество было бедным, окружённым хищными сосе­дями, вынужденным вести борьбу с природой. После того, как появилась возможность удовлетворить потребности пер­вой необходимости, люди стали сближаться и объединяться, благодаря совместной экономической деятельности стали пробуждаться другие потребности, такие как достижение истины, блага, пользы; вместе с тем стали раздвигаться и исчезать рамки первичных организаций. Исчезает первона­чальная религия, падает первоначальное общество с исклю­чительными правами, общим отчуждением, насилием всех в пользу немногих. Христианство призывает всех людей поль­зоваться благами духовными, новое государство объявляет всех людей способными принимать участие в выгодах со­вместной жизни.

Если о государстве в классическом смысле можно говорить с того момента, когда государство, благодаря идеям Солона, Законам XII таблиц, деятельности Перикла, преторов и три­бунов, запретило родителям убивать и продавать своих детей, то государство нового времени начинается с уничтожения па­тримониальных прав, феодальной юрисдикции, препятствий частной предприимчивости. Оно начинается с покровитель­ства промышленности, освобождения крепостных, сведения собственности с её политическим могуществом в сферу чис­то экономической деятельности. Капиталисты и рабочие, которые пришли на смену феодалам с родовыми и земель­ными правами, разрушают представления, что землевладе­ние является единственным источником каких-либо прав: рядом с этим приобретает значение талант и труд. Введение каждого элемента в характерную для него сферу, включение каждого человека в общественную жизнь, насколько это по­зволяют его собственные способности и труд, - это и есть, по мнению А.Д.Градовского, задача современного государства. Государство действует не во имя собственности, потому что источник собственности не только в государстве, а во всей нации, оно действует не во имя той или иной религии, по­тому что под её покровительством каждый народ по-своему молит Бога, не во имя милосердия, потому что милосердие касается морального закона и не имеет в себе ничего прину­дительного, не во имя силы, потому что сила является лишь одним из средств государства, но не его высшим началом - а во имя того закона, которому все должны подчиняться, кото­рый не знает исключений, написан для всех одинаково, - то есть во имя справедливости[CXCV].

Во имя справедливости государство вынуждено, согласно А.Д.Градовскому, не только ограничивать собственность, но

и приводить её в равновесие с трудом, не только содейство­вать семье, но и отдельным её членам, действующим против этой же семьи. Государство поддерживает различные ниже­стоящие организации и имеет возможность поддерживать отдельного индивида в борьбе против массы, если право на его стороне. А.Д.Градовский убеждён, что лишь на двух, полно­стью различных стадиях развития, человеческая личность имеет возможность полностью реализоваться: в период ди­кого состояния, когда человеку неизвестны другие формы общежития; в государстве, когда нация достигает полного самосознания. Между этими двумя пунктами располагается долгий ряд сообществ, в которых человек выступает не просто от своего имени, но обязательно как член какого-то учреждения: то он действует как член семьи, рода, курии; то его человеческое достоинство заслоняется значением феода­ла; то весь человек поглощается понятием гражданина. Чем большее значение приобретает государство и его законы, тем более тесной становится связь государства с отдельным че­ловеком во имя вечной справедливости.

Учёный не остался в стороне от дискуссии, которая ве­лась в современной ему политико-правовой теории относи­тельно соотношения государства и общества. Верный своему догматико-юридическому подходу, А.Д.Градовский заявлял, что когда речь идёт о правах официального государства отно­сительно прав общества, то эти две сферы должны быть разделены, они не имеют между собой ничего общего. Права государства являются тем, что ограничивает общество; права общества, лица, в свою очередь, ограничивают права госу­дарства. А.Д.Градовский писал: «Каждый ищет в обществе равного для всех ограждения прав и охранения безопасности. Дальше этого не идут притязания человека. Обеспеченный в своей безопасности и правах, он достигнет целей своего бла­

госостояния. Следовательно, общество может быть рассма­триваемо как совокупность самостоятельных лиц, стоящих относительно осуществления своих целей друг подле друга и связанных единственно повиновением общим законам. На­значение общества состоит поэтому в ограждении тех есте­ственных прирожденных прав, которые человек имеет уже в состоянии естественном, но гарантии которых он ищет в со­стоянии общественном. Роль власти состоит в том, чтобы осу­ществить указанную цель общества. Оно должно заботиться о том, чтобы члены общества действительно стояли друг подле друга, не вторгаясь в чужую «сферу свободы», чтобы направление их деятельности давало параллельные линии, не встречающиеся на бесконечном пространстве. Для этого государственный авторитет должен определить меру свобо­ды каждого, провести «границы» между всеми участниками общества. При проведении этих границ он должен руковод­ствоваться следующим правилом: свобода одного оканчи­вается там, где начинается свобода другого; следовательно, каждый имеет право на всё, что не вредит другому. Но для того, чтобы закон, как мера свободы каждого, действительно заключал в себе только эти ограничения, необходимо, чтобы общество принимало участие в его составлении. Только при этом условии государственные законы будут законами свобо­ды, изданными в интересах свободы. Следовательно, народ­ное представительство и политическая свобода суть средства обеспечения свободомерной деятельности государства»[CXCVI].

Общество и государство, как институции противополож­ные в сфере права, по мнению А.Д.Градовского, примиряют­ся, сливаются в сфере управления, то есть в сфере осущест­

вления практических задач политического сообщества. Ведь каждая значительная цель общественной жизни для своего осуществления нуждается в содействии многих сил. Каждая из них предусматривает определённую долю правительствен­ных действий, средств различных органов самоуправления и участия частных лиц. Государственная регламентация, само­управление и частные союзы - вот три способа осуществления различных общественных задач, которые не исключают друг друга, но взаимно дополняют недостаток средств каждого.

А.Д.Градовского не удовлетворяло объяснение существо­вания сообществ (в том числе государств) общей целью, кото­рую как будто имеют все члены общества. Такую общую цель западноевропейские и отечественные мыслители часто назы­вали справедливостью, общим благом и т.п. Эта цель была преимущественно гарантией личных интересов, блага всех и каждого. Она не предусматривала каких-либо действий, но для её достижения достаточно было бездеятельности граж­дан, которые должны заботиться только о себе и не мешать другим. Следует полностью согласиться с А.Д.Градовским, что в прогрессивном развитии человечества существенную роль играет эгоизм, который никак не может содействовать появлению общей цели. Отличие между общей и частной це­лью состоит именно в том, что первая требует жертв и даже самоотдачи, вторая, напротив, соответствует эгоистическим чувствам. Исходя из этого, нельзя назвать общими те цели, в которых нет ничего, кроме эгоистических стремлений, даже если для их достижения объединяется много людей. По его словам, армия во время бегства, стая животных, которая го­нится за добычей, - имеют подобную, но не общую цель: по­добие не устанавливает общность[CXCVII].

А.Д.Градовский пришёл к выводу, что отношения между государством и обществом не являются отношениями по­бедителя и побеждённого; общество принимает участие в управлении не для того, чтобы завоевать себе какие-то права; государство содействует осуществлению различных обще­ственных интересов не во имя своих верховных прав, кото­рые оно когда то забрало у общества. Все эти силы дейст­вуют во имя солидарности всех государственных и обще­ственных целей и в связи с недостаточностью каждой из них в отдельности. Настоящая совместная жизнь начинается с того момента, когда определяется и конкретизируется общая цель деятельности людей, такая цель, которой люди посвя­щают все свои мысли и силы, то есть народ достигает само­сознания. Существование этой цели является главной осно­вой совместной жизни.

В 80-90-е годы XIX ст. формально-догматическим мето­дом руководствовался видный российский правовед, доктор юридических наук, профессор Московского университета Александр Семёнович Алексеев (1851-1916). Отстаивая са­мостоятельность чисто юридического метода в науке, он обра­щал внимание на зависимость основных правовых понятий от потребностей общества, их соответствие требованиям времени[CXCVIII].

А.С.Алексеев присоединился к идеалистическому направ­лению в государствоведении, в основном к немецкой школе К.Ф.Гербера, П.Лабанда и Г.Еллинека, основные позиции ко­торой изложены выше. Эта школа объясняла юридическую

связь, которая объединяет людей в государстве, не личным верховенством, а общественным, то есть не личной волей правителей, а волей государства как целого, как юридическо­го лица, которое имеет свои права, свою цель, свою волю и свою сферу деятельности1.

А.С.Алексеев признавал, что для выяснения юридиче­ской сущности государства следует исходить из того, что юридические нормы и юридические отношения не имеют никакого внешнего бытия, они существуют исключительно в сознании человека. Любые юридические отношения имеют материальный субстрат, но предметом изучения юриста есть не этот субстрат, а сами юридические отношения. Мате­риальным субстратом государства есть территория и люди, а юридическими отношениями есть та связь, которой госу­дарственная организация объединяет как свои органы, так и граждан в одно целое, предоставляет им права и возлагает на них обязанности. Только такая связь и есть предмет изучения юриста. Вопрос же о моральных основаниях государства, его историческом возникновении, физиологических, психологи­ческих и экономических связях, объединяющих народ - всё это, по мнению А.С.Алексеева, юридическая наука не изу­чает[CXCIX] [CC]. Понятие государства, сформулированное при помощи формального метода, должно дать характеристику государ­ства не исходя из его материального субстрата, а исходя из той юридической связи, которая объединяет людей в одно орга­низованное целое, предоставляет им определённые права и возлагает на них обязанности.

Природу этой юридической связи А.С.Алексеев связывал с общественным господством, подчинением людей государ­

ству, как целому. При этом государство не является единством в том смысле, в котором единством есть человек. Государство не является физическим лицом, не является организмом, ко­торый можно видеть. Государство является единством юри­дическим, которое, как и всё юридическое, нельзя ни видеть, ни ощущать. Государство является единством в силу той искусственной юридической организации, которая дана ему людьми. Эта организация возносит государство на ступень юридического единства в том смысле, что делает государство дееспособным целым, имеющим волю: она создаёт органы, естественная воля и естественная деятельность которых вы­ражена в юридических формах и осуществлена в юридиче­ских пределах, признаётся юридической волей и юридиче­скими действиями государства, как целого.

Рассматривая государство как юридическое единство, А.С.Алексеев тем самым констатировал тот факт, что госу­дарство является союзом, объединённым в искусственное юридическое целое, которое имеет юридическую волю, отли­чающуюся от суммы естественных воль членов государства. Отношения, существующие в государстве, он объяснял не подчинением одного лица другому, а подчинением члена союза самому союзу.

А.С.Алексеев разделял точку зрения А.Генеля, что пони­мание государства как юридического лица и субъекта права не охватывает все специфические черты юридической при­роды государства. Чтобы более точно определить эти черты, надо сравнить государство с другими общественными союза­ми и показать, по каким юридическим признакам можно отличить государство от любого другого общественного объ­единения.

Прежде всего следует сформулировать понятие государ­ства. А.С.Алексеев рассматривал современное ему «государ-

ство европейской культуры» как высший территориальный союз общественного господства, который преследует неот­вратимый интерес любого сообщества, а именно интерес принудительного порядка[CCI]. При этом учёный подчёркивал, что это союз равных, а значит и свободных людей, кото­рые признают над собой не личную власть, а только власть общественную. Вместе с тем государство является высшим территориальным союзом. Все территориальные союзы пре­следуют какие-то интересы. Если же государство есть выс­ший союз, то оно должно преследовать интерес, который является высшим относительно всех других интересов, пре­следуемых территориальными союзами. Высшим интересом А.С.Алексеев считал интерес правового порядка.

Охрана принудительного порядка как высшего обще­ственного интереса всегда остаётся задачей высшего терри­ториального союза. Это специфическая задача государства. Такой общественный интерес является высшим. Во-первых, он представляет собой самое необходимое условие существо­вания любого сообщества, а во-вторых, он является необхо­димым условием осуществления всех других общественных интересов. Государство имеет и другие интересы, а именно: строит пути сообщения, школы, содействует развитию тор­говли и промышленности, земледелия, наук и искусств. Но этим занимается не только государство, но и другие обще­ственные союзы. Охрана правового порядка остаётся исклю­чительной задачей государства.

К существенным признакам государства А.С.Алексеев отно­сил народ, территорию и верховную власть. Государство - это не случайное собрание граждан, не толпа ничем не свя­занных между собой лиц, а союз, единство которого поддер­

живается народом. Это единство предшествует государству и основывается не на одном только подчинении государствен­ной власти. В отличие от теоретиков школы естественного права и общественного договора, А.С. Алексеев не рассмат­ривал государство как добровольный союз людей, которые объединились в политическое целое по взаимному согласию. Он противопоставлял своё понимание государства понима­нию последователей абстрактной философии, которые виде­ли в государстве совокупность индивидов, ничем между со­бой не связанных, кроме добровольного соглашения, «фор­мой которого есть вроде бы договор»[CCII]. Утверждая, что един­ство государства держится единством народа и что основ­ной связью в государстве есть народная связь, А.С.Алексеев рассматривал государство не как искусственное образование, а как самобытное историческое явление, которое сформиро­валось независимо от доброй воли людей, как исторический союз, связь между отдельными членами которого поддержи­вается благодаря всем условиям, которые влияют на народ­ное единство, то есть совместной жизнью на одной террито­рии, одинаковой исторической судьбой, единством обычаев и морали, единством языка и вероисповеданий. При этом А.С.Алексеев не имел в виду только национальное государ­ство. Для него главное, чтобы государственная связь не была обусловлена только подчинением государственной власти, а основывалась главным образом на народной связи.

В основе связи между гражданами государства лежит пле­менное родство, которое не является единственной связью. Народная связь закрепляется подчинением государственной власти и системой совместных политических учреждений. А.С.Алексеев утверждал, что одно лишь подчинение госу­

дарственной власти не могло создать политическое целое из толпы людей, ничем между собой не связанных, таких, кото­рые случайно объединились на общей территории. Всегда и везде мы видим, что основой государства есть народ, который не может разойтись на все четыре стороны и разделиться на отдельных индивидов с исчезновением той политической орга­низации, которая поднимает этот народ до уровня государ­ства. «Без народа нет государства»[CCIII], - писал А.С.Алексеев.

Таким образом, в отличие от теоретиков общественного договора, А.С.Алексеев рассматривает граждан государства не как механическую совокупность, а как историческое, орга­ническое единство, способное к самостоятельной жизни, объединённое естественными связями.

Государственно организованный народ должен занимать какую-то территорию. По мнению А.С.Алексеева, только оседлое племя может создавать государство. Но государство - это не только оседлый народ, это народ организованный правовым порядком. Когда народ не имеет самостоятель­ной политической организации, он не создаёт государство, он пребывает или на пути к государству, или же составляет часть государства. Признаком этой организации есть вер­ховная власть. Верховную, то есть государственную власть, А.С.Алексеев характеризует как искусственно организован­ную волевую силу, приспособленную к охране принуди­тельного порядка в пределах данного государства. В юриди­ческом смысле власть государства господствует над всеми союзами. По словам А.С.Алексеева, во имя безусловного господства правового порядка, но лишь во имя его, государ­ство, которое является союзом не личного, а общественного верховенства, наделено властью высшей, безусловной - то есть

суверенитетом. Вместе с тем А.С.Алексеев признавал, что го­сударственная власть по своей сущности есть власть ограни­ченная. Юридические нормы, которые создают государство, одновременно ограничивают и связывают государственную власть, таким образом, власть государственных органов ос­нована на праве и правом связана1.

К теоретикам, которые разрабатывали юридическое поня­тие государства, присоединился украинский правовед, акаде­мик Всеукраинской Академии наук, доктор государственно­го права Николай Иванович Палиенко (1869-1937)[CCIV] [CCV]. Будучи сторонником юридического позитивизма, Н.И.Палиенко в своих научных исследованиях использовал не только методы догматической юриспруденции, но и методы социологичес­кой и психологической школ права. Его взгляды эволюцио­нировали в сторону социологического направления и, со­впадая во многом с взглядами других известных сторонни­ков либеральной концепции государства (М.М.Ковалевского, Л.И.Петражицкого, Б.А.Кистяковского), в то же время отли­чались оригинальностью и новизной подхода в толковании многих вопросов, общепринятых как в России, так и за её пределами. Радикализм Н.И.Палиенка, который сочувство­вал прогрессивным политическим силам, удачное соеди­нение методов различных направлений политико-правовой мысли, даёт ему возможность сформулировать нестандарт­ные для юридической науки начала XX в. выводы, которые интересны и сегодня как для теоретических исследований,

так и для общественно-политической практики[CCVI].

Н.И.Палиенко разрабатывал доктрину правового госу­дарства. Основываясь на понимании государства как юри­дического лица, на понимании органа государства как его представителя в пределах своей компетенции, на понимании разделения властей в государстве как разделения функций и признавая государственную власть явлением коллективно­психологического характера, он обосновал связанность госу­дарства правом.

Государство учёный рассматривал как определённую орга­низацию общества, определённую правовую форму обще­ственного союза. Важнейшей силой, которая организует сов­местную жизнь людей в сообществе, есть право. По словам Н.И.Палиенко, когда эта постепенно развивающаяся право­вая организация общественных отношений приобретает определённую постоянную форму, можно говорить о такой форме общественного союза, которую мы называем, в отли­чие от всех других общественных форм, государством. Госу­дарство всегда представляет собой определённую правовую организацию элементов, которые в него входят: населения, территории и власти. Власть государственная не есть просто отношения господства, она является правовым, определён­ным образом организованным властвованием. Носителем, или субъектом единой правовой государственной власти есть

само государство как юридически организованное целое, как юридическое моральное лицо, с единой юридически орга­низованной волей и властью1. Юридическое лицо государ­ства для Н.И.Палиенка - не фикция, не выдумка, как и дру­гие юридические понятия, это - абстракция, отклонение от действительных отношений жизни и характера отношений властвования. Учёный признаёт государство коллективным единством и самостоятельным субъектом, носителем прав властвования[CCVII] [CCVIII].

Н.И Палиенко согласен, что это единство неестественно. Это всего лишь организованное правом единое целое, воля которого не является естественной волей живого организма. В данном случае речь идёт об особенном юридическом соеди­нении воль и сил физических индивидов, которые входят в состав государства. Это только юридически организованная воля, отличающаяся от естественных воль отдельных инди­видов или от простой совокупности таковых. Идея формаль­ного единства юридического лица государства, которая охва­тывает всё жизненное разнообразие отношений и элементов, составляющих содержание государственной жизни, имеет существенное значение для правильного понимания юри­дической сущности государства и его правовых отношений. Она целиком соответствует мнению, что главным принципом государственной организации есть и должно быть право, что деятельность государства как юридически организованного общественного целого, должна осуществляться в правовых формах и согласно праву. Ведь юридическое лицо может вы­ражать свою волю только в правовых формах. Лица, испол­

няющие в государстве властные полномочия, не являются носителями или субъектами каких-либо своих личных прав на власть. Они всего лишь лица, на которых государство возложило обязанность осуществлять его власть, осущест­влять его право приказывать и принуждать в определённых отношениях и в определённом объёме. Поскольку эти лица действуют в пределах указанной им правом компетенции, они выступают как органы государства, которые могут дей­ствовать лишь правомерно. В противном случае, воля лиц, которые выполняют властные полномочия, не будет волей и действиями государства и его органов, а будет только волей частных лиц, которая юридически необязательна. Здесь по­зиция Н.И.Палиенка полностью совпадает с точкой зрения Г.Еллинека[CCIX].

Таким образом, не само государство, как юридическое лицо, нарушает нормы права, а конкретное лицо в нём, кото­рое не выполняет обязанности, нарушает свою компетенцию. За такие действия лицо, которое их совершило, несёт личную ответственно сть.

Заслуживает внимания утверждение Н.И.Палиенка, что для юридического лица государства право является формой жизни. Государство как юридическое лицо может изменить ту или иную правовую норму, установить новые правовые нормы, однако оно всегда действует в тех формах, которые определены правом, организующим данное государство. Если физическое лицо без права жить может, то государство как правовая организация вне права существовать не может.

1 Раздел 2. Юридические теории государства

Если бы государство отменило все свои законы и уничтожи­ло весь свой правовой порядок, это было бы равнозначно са­моуничтожению1 .

В работе «Суверенитет. Историческое развитие идеи су­веренитета и её правовое значение» (1903) Н.И.Палиенко называет необходимым признаком государственной власти суверенитет, но уже в книге «Учение о существе права и пра­вовой связанности государства» (1908), он утверждал, что это понятие является искусственным. Ведь союзы с перво­начальным общим властвованием имеют больше сходства с суверенными союзами, государственный характер которых никто не отрицает, чем с традиционным типом зависимых сою­зов, называемых колониями, провинциями или «общинами государств», несмотря на их широкое самоуправление и не­зависимость. Н.И.Палиенко считает возможным расширить понятие государства за счёт отнесения к числу государств несуверенных союзов первичного властвования. По его мне­нию, сохранение понятия суверенитета как необходимого признака государства не только противоречит уже признан­ной политической терминологии, но и объединяет в один класс (общин или провинций) довольно разнородные союзы, или же вынуждает искать для этих союзов новые названия[CCX] [CCXI].

И.И. Палиенко безоговорочно не поддерживал ни одну из теорий возникновения государства. По его мнению, тот или иной фактор в создании государства не имеет решающего значения, важно лишь то, что весь комплекс явлений, в ко­

торых проявляется государственная власть, основывается на психике индивидов, которые создают общественный союз и общаются между собой. Чувственные и интеллектуальные переживания этих лиц благодаря взаимодействию, взаимно­му влиянию и обусловленности, придают их союзной жизни, а значит и её особенной форме - государству с его властво­ванием, коллективно-психологический характер. Таким обра­зом, государственная власть в основе своей есть явление кол­лективно-психологического характера1.

Исходя их вышеизложенного, Н.И.Палиенко делает вы­вод, что сущность государственной власти невозможно объ­яснить только силой и вообще свойствами конкретных её распорядителей, то есть властвующих, оставляя без внима­ния подвластных.

Идеи юридического позитивизма развивал также Фёдор Ва­сильевич Тарановский (1875-1936) - выдающийся теоретик, историк и философ права, профессор университетов в Варша­ве, Дерпте, Петрограде, Екатеринославе, Харькове, акаде­мик ВУАН (с 1918 г.)[CCXII] [CCXIII]. Научное признание Ф.В.Тарановскому принесли его труды в сфере теории и истории государства и права. Его творческий метод предусматривал исследование проблем истории права, в частности истории государствен­ного права иностранных государств сквозь призму полити­ческих доктрин своего времени, использование историче­ских фактов для широких теоретических обобщений, анализ государственно-правовых институтов определённой страны в свете европейского и мирового опыта. Подчёркивая важ­

ность догматического метода, Ф.В.Тарановский утверждал, что применение юридических категорий к политическим отно­шениям было вызвано не произвольными постулатами той или иной теории, а конкретными нуждами публичного права. Из судебной практики развивалась публично-правовая дог­матика. По времени своего возникновения она предшество­вала школе естественного права, а в дальнейшем своём раз­витии действовала рядом с ней1.

Под государством Ф.В.Тарановский понимал организа­цию властвования, один из видов общежития, в котором раз­вивается и действует право. Это союз людей, которые живут на определённой территории и подчинены единой полити­ческой власти[CCXIV] [CCXV]. Выделял конструктивные элементы госу­дарства: территорию, государственную власть и население. Ф.В.Тарановский, как и А.С.Алексеев, считал государствен­ный строй принадлежностью оседлой культуры. Обществен­ные организации эпохи кочевой культуры противопоставлял государственному строю. Оседлая жизнь со свойственным ей бытом, по мнению учёного, создаёт особенные экономичес­кие и психологические условия для развития государствен­ности. Можно сказать, что определяющее для государствен­ной организации значение территории проявляется не непо­средственно, а через то устройство, прежде всего экономиче­ской системы, которое формируется исходя из тех или иных территориальных данных.

Ф.В.Тарановский признавал, что государство не является каким-то особым существом, а представляет собой опреде­лённый общественный процесс. Вместе с тем он говорил о

лице государства и его воле, поскольку лишь в таких фор­мулах считал возможным дать надлежащее выражение в юридических категориях той мысли, что акты властвования определяются не чьими-то индивидуальными, а общими це­лями. При этом общую волю понимал не деонтологически (как должное), а онтологически (как сущее). Общая воля стремится достичь той реальной общей цели, того объедине­ния индивидуальных и классовых интересов, которое реаль­но достигается при данном состоянии и соотношении обще­ственных групп.

Характеристику государства как юридического лица Ф.В.Тарановский начинал с исследования суверенитета. Су­веренитет, по его мнению, есть принадлежность государства как юридического лица, он характеризует специфическое ка­чество государственной власти, - её верховенство как вне, так и внутри государственной организации. Власть учёный рассматривал как верховенство одних людей над другими, верховенство принудительное, обязательное, независимое от согласия подвластных и такое, которое не может быть устра­нено по их желанию. Отношения властвования - это, прежде всего, отношения фактические. Поскольку властвование яв­ляется одним из видов поведения людей в обществе, а со­циальное поведение регулируется юридическими нормами, то и власть в своих проявлениях и организации определяется юридическими нормами. В связи с этим возникает вопрос: что представляет собой власть с юридической точки зрения?

По словам Ф.В. Тарановского, право регулирует поведе­ние людей путём воздействия на их волю. Поэтому челове­ческое поведение рассматривается правом как выражение воли. С точки зрения права акты властвования представля­ются волевыми актами, а власть рассматривается как воля суверенная, или верховная воля в организованном обществе.

Субъектом этой воли признаётся государство как юридичес­кое лицо. Государственная власть - это воля юридического лица государства[CCXVI].

В данном определении государственной власти Ф.В.Тарановский исходил из понимания воли не в психо­логическом, а в юридическом смысле, то есть воли не как конкретного душевного переживания, а как абстрактного по­строения субъективной причинности. Воля в юридическом смысле характерна для любого субъекта права, как физиче­ского лица, так и юридического, несмотря на то, что послед­нее не существует как психологическое лицо, а потому не мо­жет испытывать никаких душевных и волевых переживаний.

В юридическом смысле волю следует понимать формально. Для признания свободного волеизъявления в правоотноше­ниях необходимы определённые формальные условия по­зитивного характера (правоспособность, дееспособность) и формальное отсутствие определённых внешних препятствий (насилия, угроз и т.п.). Сюда же следует отнести и способы формирования и выражения воли, которые устанавливают­ся правом. Позитивное право точно определяет, как имен­но воля физических лиц преобразуется и становится волей юридического лица. Такими способами есть предписания позитивного права относительно создания, компетенции и функций органов юридических лиц. Поэтому и волеизъявле­ние юридического лица государства означает не что иное, как решение или постановление, принятое соответствующими органами на основе юридических норм, которые определяют государственную организацию.

Ф.В.Тарановский считал право продуктом деятельности государства. Был сторонником доктрины правового государ­ства. В развитии правового государства различал две стадии:

-______________________________________________ 201

первая характеризуется установлением законности правле­ния, вторая - кроме этого, ещё и признанием субъективных публичных прав подданных, которые становятся в силу этого гражданами. По его мнению, законность правления и систе­ма субъективных публичных прав взаимно дополняют друг друга и в своей совокупности обеспечивают полное осущест­вление идеи правового государства1.

Будучи сторонником юридического позитивизма, Ф.В.Тарановский различал права на участие во власти, права на свободу от власти и права на содействие власти. Сферу гражданского общества обеспечивают права на свободу от власти. К ним причислял свободу вероисповедания, личную свободу (свободу передвижения и защиту от незаконного ареста), неприкосновенность жилища, свободу и неприкос­новенность частной собственности, свободу и тайну пере­писки, свободу занятий и промыслов, свободу слова, печати и др. Эта сфера духовных и материальных интересов долж­на быть исключена из сферы влияния и вмешательства цен­тральной власти[CCXVII] [CCXVIII].

Связь юридической природы государства с причиной дей­ствия индивидов и социальных групп находил Ф.Ф.Кокошкин, ученик А.С.Алексеева. По его мнению, понятие о государ­стве как о лице является понятием юридическим, которое не совпадает с понятием лица в бытовом смысле. Лицо в юри­дическом смысле и человек - не одно и то же. Человек явля­ется субъектом права лишь как носитель интересов, которые охраняются правом, и только в этом смысле он признаётся лицом. Как известно, субъект права является субъектом того интереса, которому обеспечивается возможность удовлетво­

рения благодаря господству воли, которая осуществляет этот интерес. Везде, где есть особенный в субъективном смысле интерес, там есть и особенный субъект права. Деятельность государства направлена на общественные интересы: эти инте­ресы невозможно приписать тем физическим лицам, кото­рые осуществляют права государства, - монарху, членам парламента, чиновникам. Они должны действовать не в сво- ихинтересах, а в интересах всего народа, поэтому они не мо­гут быть субъектами соответствующих прав. Нельзя также сказать, что субъектом прав в государстве есть все гражда­не: это неправильно, поскольку общий интерес не является суммой частных интересов, а выводится из них как средняя величина. Поэтому, те права, которые называются правами государственной власти, мы не можем отнести их ни к одно­му физическому лицу, а только к государственному союзу как целому, который и является субъектом этих прав[CCXIX].

Признавая интересной позицию Ф.Ф.Кокошкина, сложно согласиться с его толкованием общего интереса, как средней величины из суммы частных интересов. Более обоснован­ным в данном случае есть суждение А.Д.Градовского отно­сительно подобных интересов.

Ф.Ф.Кокошкин анализировал элементы государства исхо­дя из понимания последнего как юридического лица. По его мнению, народ, то есть совокупность людей, входящих в со­став государства, является субъектом, с которым государ­ство связано определёнными юридическими отношениями. Эти люди - граждане или подданные, а значит являются составными частями личности государства. Вместе с тем эти люди являются материальным субстратом идеального, коллективного субъекта права. Таким образом, территория

_ 203

вместе с людьми и благодаря людям становится составной частью государства. Будучи неотъемлемой от государства, территория не может служить объектом права государства и предметом произвольного распоряжения со стороны госу­дарственной власти. Государственная территория нераздель­на и неотчуждаема.

Здесь взгляды Ф.Ф.Кокошкина расходятся с позицией Г.Еллинека, который считал, что территория имеет в государ­ственном праве двойное значение: с одной стороны, она является составной частью лица государства, а с другой - объ­ектом государственного права. Ф.Ф.Кокошкин, в отличие от Г.Еллинека, совершенно обоснованно признавал, что только в сфере международного права отношение государства к тер­ритории напоминает отношение собственника к вещи. Ни одно государство не имеет права действовать на территории другого государства без его на то согласия, подобно тому, как в частном праве никто не может пользоваться вещью без со­гласия её собственника.

Негативная обязанность любого государства - не вмеши­ваться в деятельность другого государства на его террито­рии. Это действительно напоминает соответствующую нега­тивную обязанность не препятствовать собственнику в осу­ществлении права пользования вещью. Вместе с тем между территорией и объектом вещного права есть существенное отличие. Собственник может потерять свою вещь и даже все вещи, принадлежащие ему, но при этом он всё равно остаётся лицом, субъектом права. Государство же, потерявшее свою территорию, или даже определённую её часть, прекращает своё существование. В частном праве определённая террито­рия может быть объектом права собственности государства, но в публичном праве территория не может быть объектом права. Основные юридические отношения современного пуб­

личного права, - это те отношения, из которых следуют все другие, связаны с обязанностью подданных подчиняться го­сударственной власти и правом власти на такое подчинение. Территория определяет круг лиц, которые принимают учас­тие в этих отношениях, то есть обязанных подчиняться, но она не является объектом этих отношений. Объектом в дан­ном случае Ф.Ф.Кокошкин называет действия людей[CCXX].

Ф.Ф.Кокошкин пришёл к выводу, что территория является составной частью лица государства не сама собой, а благо­даря населению, которое проживает на ней. Из этого следует, что территория является составным элементом государства только потому, что она населена подданными. Но государ­ственная власть может взять под свой контроль и такую тер­риторию, на которой никто не проживает, например, необи­таемый остров. Такая часть территории, которая совсем не заселена, или заселена не гражданами, не может быть состав­ным элементом государственного лица, она служит объектом государственной власти.

Не соглашаясь с распространённым толкованием госу­дарственной власти как «воли государства», Ф.Ф.Кокошкин считал, что не только государство имеет власть, но и другие союзы и даже лица. Если под властью понимать только волю, можно сказать, что власть имеет и субъект, который живёт изолированно от людей. Но на самом деле только человек, который находится в определённых отношениях с другими людьми, воля которого пребывает в определённых отноше­ниях с волей других лиц, может иметь власть. В частноправо­вых соглашениях воля государства не является властью, она стоит рядом с волей частных лиц. Власть представляет собой

_ 205

не волю, а определённые отношения одной воли с другой, верховенство одной воли над другой.

Ф.Ф.Кокошкин признавал власть специальным видом субъективного права, которое отличается от других его видов тем, что действия, составляющие предмет обязанности, не предопределены нормой права, они определяются в извест­ных пределах волей субъекта права.

Исходя из понятия юридического лица государства, мож­но сделать вывод: поскольку государственная власть и права, которые из неё следуют, принадлежат всему государству, то только к государству как к юридическому лицу можно отнести и то свойство государственной власти, которое называется су­веренитетом. Суверенитет не может принадлежать ни монар­ху, который является органом государства, ни народу, который есть физический субстрат государства. Народ не может быть субъектом, отделённым от государства. Любая совокупность людей может выступать как субъект права лишь тогда, когда она организована. Но народ, как совокупность всех поддан­ных, никакой другой организации, кроме государственной, не имеет. Организованный народ и есть государство[CCXXI]. Если же мы мысленно отделим народ от государства, то перед нами будет неорганизованная масса людей, которая субъектом права быть не может. Государственная власть вырастает из этой массы, из её осознанной и неосознанной коллективной психической жизни. Но это социальное явление, которое служит основа­нием права и государства, само пребывает за пределами права. Народ, по мнению Ф.Ф.Кокошкина, не выступает самостоя­тельным, отделённым от государства юридическим лицом.

Сторонником юридического позитивизма был украин­ский правовед, доктор государственного права Александр

2^6 Раздел 2. Юридические теории государства

Алексеевич Жилин (1880-после 1928). Он не отрицал, что точка зрения социологической школы относительно общего учения о государстве полезна, вместе с тем считал, что юри­дическая конструкция государства имеет преимущества, так как государство является не только явлением природы, но и юридической организацией с рядом сложных юридических отношений, сущность которых можно понять лишь руковод­ствуясь особым методом исследования.

А.А.Жилин зачислял государство в категорию органи­зованных общественных союзов, рассматривал его как «союз людей, объединённых в одно целое определённой организацией»[CCXXII]. Существенным обстоятельством для выде­ления данного союза из числа всех других союзов есть то, что это высший союз и его власть самостоятельна, а не про­изводна от какого-нибудь другого союза.

По мнению А.А.Жилина, теория государства как юриди­ческого лица наиболее удачно объясняет юридическую при­роду государства. Персонификация государственного союза путём наделения его правоспособностью не создаёт какую- то несуществующую реальность, или фиктивный организм. Речь идёт только о юридическом формулировании того фак­та, что совокупность лиц действует в юридическом обороте как особенное единство в отличие от членов этого единства. Если внутри государственного союза мы имеем дело с рядом юридических отношений, то в частноправовой корпорации нередко имеют место отношения между корпорацией и её членами. Вместе с тем определяя юридическую природу кор­порации, её признают юридическим лицом, поскольку это су­щественно для её характера, её юридической организации и даже для огромного большинства юридических отношений,

_ 207

которые присутствуют внутри данной корпорации[CCXXIII].

А.А.Жилин, как и большинство его современников, основ­ными элементами государства называл власть, народ и территорию. Государственную власть рассматривал как волю государственного союза, организованную правовым спосо­бом. Отличительной чертой государственной власти считал первичность, самостоятельность. Существенный признак го­сударства видел также в принудительности и верховенстве. Действуя с использованием принуждения и постепенно пре­образуясь в цивилизованных государствах в монополиста принуждения, государственная власть становится властью безусловной в том смысле, что её влияния невозможно избе­жать. А.А.Жилин рассматривал государство как союз не­рушимый, такой, из которого нельзя произвольно выйти. Такое утверждение он объяснял тем, что государство, даже если оно допускает в определённых случаях выход из своего подданства, всё же само определяет условия и пути такого выхода.

Государственная власть, согласно А.А.Жилину, едина. Она всегда принадлежит государству как целому, осуществляется от имени государства. Это свойство государственной власти вместе с её постоянством находит своё удачное определение в учении, которое персонифицирует государственный союз. Постоянство государственной власти проявляется в том, что она всегда остаётся одной и той же волей всего государства, независимо от того, какие отдельно взятые конкретные орга­ны или лица её осуществляют. Она не изменяется при изме­нении последних.

В учении о свойствах государственной власти наиболее важным вопросом, по мнению А.А.Жилина, есть вопрос о

208 Раздел 2. Юридические теории государства

суверенитете, то есть о юридической природе суверенитета. Под суверенитетом он понимал характерную для государ­ственной власти возможность быть высшей, верховной отно­сительно других властей. Учёный обращал внимание на не­обходимость различать суверенитет как верховенство самого государства и как верховенство государственных органов. В последнем случае можно говорить о монархическом сувере­нитете или народном. Более важным есть понятие суверени­тета как свойства самого государства, его способности быть властью независимой и верховной.

А.А.Жилин признавал суверенным только такое государ­ство, в котором верховная воля, управляющая союзом, не подчинена воле каких-либо других союзов, есть или высшей, или равной им, но никогда не ниже. Суверенитет, по его мне­нию, не может быть ни уменьшен, ни ограничен какой-либо другой властью, ни разделён. Здесь позиция А.А.Жилина со­ответствует мнению П.Лабанда, М.Зейделя и Ю.Хелда, ко­торые также отстаивали абсолютную невозможность разде­ления суверенитета1. А.А.Жилин отрицал даже возможность разделения суверенитета на внешний и внутренний. По его словам, - это две стороны одного и того же понятия.

Таким образом, суверенитет является единым и необхо­димым атрибутом целостности государства. Вместе с тем в процессе осуществления государственной власти разделение и объединение различных функций возможно, но при этом верховная власть остаётся принадлежностью самого персо­нифицированного единства. Государство потому и высту­пает как самостоятельная и независимая структура в сфере

1 Laband Р. Das Staatsrecht des Deutschen Reiches. - В., 1876. - S.79; Seydel M. Kommentar zur Verfassung - Urkunde ftir das Deutsche Reich. - B., 1897. - S. 3; Held J. von. Die Verfassung des Deutsche Reichs. - B., 1872. - S. 17,18. Противоположную теорию - теорию делимости суверенитета - в немец­кой политико-правовой науке отстаивали Г.Вайтц, К.Ф.Гербер, Р.Моль. - См.: Waitz G. Grundzuge der Politik. - Breslau, 1862. - S. 9.

_ 209

международного права, что оно является союзом высшим, неподчинённым каким-либо иным союзам в праве внутри­государственном. А.А.Жилин пришёл к выводу, что государ­ством, с юридической точки зрения, следует признать такие союзы людей, объединённых на определённой территории под верховенством единой высшей власти, принудительное господство которых является их собственным правом, осно­ванным на их собственной организации1. Право руководить свободными людьми и самостоятельно организовывать своё политическое устройство - вот основные юридические кри­терии государства. По мнению А.А.Жилина, если эти права целиком независимы от каких бы то ни было других союзов, мы имеем дело с суверенным государством. Если же они ограничены и зависят от воли других высших союзов, в та­ком случае перед нами государство, которое нельзя считать суверенным.

А.А.Жилин предлагал исключить суверенитет из понятия государства. Такое предложение обосновывал тем, что с по­явлением союзных государств этот критерий отличия госу­дарства от других союзов становится малозначимым. Он не даёт возможности объяснить целый ряд политических обра­зований. А.А.Жилин присоединился к П.Лабанду, который отличительным признаком государства считал наличие само­стоятельного права управлять свободными людьми. Неболь­шое государство, которое не является суверенным, имеет это право как своё собственное. Но общины, колонии и различ­ные иные территориальные союзы, какими бы большими и самостоятельными они ни были, осуществляют это право только тогда, когда имеют соответствующие полномочия того государства, в состав которого они входят[CCXXIV] [CCXXV].

Юридическая квалификация государств у А.А.Жилина предполагает разделение их на неорганизованные и органи­зованные, которые, в свою очередь, построены по принципу господства и подчинения и по принципу равенства. Органи­зованными объединениями государств А.А.Жилин предлагал признать реальную унию, союз государств и союзное госу­дарство. Неорганизованными - личную унию, отношения в так называемом государстве государств, или отношения сюзеренитета и отношения протектората. Последние пред­ставляют собой объединения на основе неравенства, другие - объединения на основе равенства. Наконец, унии, союз государств и протекторат - это объединения государствен­но-правового характера. Такая классификация основана на чисто правовых связях, а именно: организованности связей, их характере и регулировании той или иной системой норм права.

Союз государств А.А.Жилин рассматривал как длящееся, организованное юридическими отношениями объединение ряда суверенных государств на основе международного пра­ва. Поэтому союз государств не является юридическим ли­цом. Эту мысль в своё время высказал ещё Г.В.Лейбниц, раз­вил её П.Лабанд1. Присоединяясь к этой позиции, А.А.Жилин заявлял, что союзное государство, в отличие от союза госу­дарств, является именно государством, юридическим лицом, в котором можно найти все основные характерные признаки, необходимые для юридического понимания государства[CCXXVI] [CCXXVII].

Основными чертами юридического понятия союзного го­сударства А.А.Жилин называл следующие: суверенитет союз­ной власти; непосредственное подчинение населения этой

-______________________________________________ 211

власти; наличие государств-членов и их участие в создании верховной власти союзного государства. Союзное государ­ство является, таким образом, одновременно и государством государств, и государством единого народа. Последнее на­лагает особый отпечаток на его организацию, существенно отличает эту организацию от организации союза государств.

Союзное государство, по мнению А.А.Жилина, имеет три основных элемента: единую территорию, единое население и единую верховную власть, которая управляет населением в пределах территории. Самым существенным признаком го­сударства он считал наличие единой верховной и самостоя­тельной принудительной власти.

Таким образом, используя метод сравнительного истори­ко-юридического анализа государства и права, А.А.Жилин выводил основные категории государственных объединений исходя из структурного познания широкого спектра проявле­ний фактического бытия государства.

Теорию государства-лица поддерживали не только теоре­тики конституционной монархии. Сторонники неограничен­ной монархии также объявляли государство-лицо полным выражением государственного единства: «Воля государства как юридического лица в неограниченной монархии ото­ждествляется с волей монарха как физического лица. В этой монархии единство государственной воли является вполне наглядным и естественным»[CCXXVIII].

Теория государства-лица оставалась популярной даже в первые годы советской власти. Так, профессор Петроградско­го университета Яков Миронович Магазинер (1882-1961) на­ходил юридическую сущность государства-лица в его внеш­

нем и внутреннем единстве. Такой подход не исключает, а наоборот - предусматривает сложную систему взаимоотно­шений между членами этого юридического лица, подобную взаимоотношениям юридического лица в частном праве: сна­ружи это единый субъект права, а внутри он состоит из са­мостоятельных субъектов, которые снаружи выступают как части, то есть органы целого. Внутри они связаны отноше­ниями как самостоятельные субъекты права. Подобно тому, как в частном праве юридическим лицом есть само объединение людей, которые составляют это лицо, а не только отношения, которые их связывают, так и в публичном праве государством есть само организованное сообщество людей, а не только отно­шения между этими людьми. Точно так же, как и любое другое юридическое лицо, государство правоспособно, оно может приобретать, иметь и терять права. Государство ещё и дееспособно, оно способно самостоятельно осуществлять свои права собственными юридическими действиями: госу­дарство дееспособно лишь в лице своих органов, которые осуществляют юридические акты от имени государства[CCXXIX].

Я.М.Магазинер рассматривал государство как корпорацию (а не учреждение), представляющую собой единую совокуп­ность людей, реально существующих и действующих. Это не простая сумма одинаковых величин, а форма некоторого организованного единства, члены которого имеют общий, хотя и не одинаково существенный для них интерес, а само абстрактное лицо способно ради блага своих членов иметь и приобретать права, то есть оно правоспособно. Поскольку естественную волю может иметь только физическое лицо, а несколько физических лиц из своих естественных воль не

-______________________________________________ 213

могут составить единую естественную волю, необходимо установить определённый порядок, благодаря которому из естественных воль членов данного союза, иногда очень раз­личных или даже противоположных, создаётся единая юри­дическая воля конкретного сообщества. При помощи этого порядка естественная воля некоторых членов союза становит­ся и везде признаётся юридической волей всех членов данно­го сообщества. Лица, воля которых признаётся волей сообще­ства, называются органами данного союза, органами данного юридического лица, в частности органами государства1.

Сторонники государства-лица признавали, что существо­вание последнего как реальности ещё никем не было дока­зано. Однако некоторые из них утверждали, что если недо­казанная истина полностью объясняет целый ряд явлений, и если в этом объяснении нет ни внутренних противоречий, ни противоречий с действительностью, то этого достаточно, чтобы такую истину условно было принято как доказанную. Я.М.Магазинер называл такую истину не фикцией, и не абстракцией, как её рассматривал Г.Еллинек, - а правовой ги­потезой, которой она действительно является[CCXXX] [CCXXXI].

По мнению Я.М.Магазинера, с точки зрения гипотезы го­сударства как лица, оно является субъектом права, юриди­ческим лицом народа, своеобразной персонификацией, во­площением в данном лице множества лиц, объединённых в государство. Эта теория условно в виде гипотезы допускает, что некая вполне живая и достижимая для внешних ощуще­ний реальность, а именно весь народ в целом, включая лиц с ограниченной право- и дееспособностью, рассматривается как самостоятельное лицо, как субъект права, как юридиче­

ское лицо. Это лицо, которое персонифицирует в себе весь народ как целое и противопоставляется всем другим ли­цам в обществе и не только, является государством - юри­дическим лицом. По словам современного исследователя С.И.Максимова, в юридическом позитивизме субъект рас­сматривается не в его целостности, а из него абстрагируется логическая конструкция субъекта отношения. Он является носителем обязанности выполнять нормы, причём делает это в результате внешнего принуждения1.

Сторонников теории государства-лица в конце ХІХ-нача­ле XX ст. было много, но не меньше было и её противников. С критикой этой теории выступил Г.Ф.Шершеневич. По его словам, юридическое понятие государства вообще невозмож­но, «понятие о государстве только одно - социологическое»[CCXXXII] [CCXXXIII]. Г.Ф. Шершеневич считал, что государство хотя и выступает источником права, но субъектом права не является и даже не может быть определено юридически.

Учёные, которые рассматривали государство как право­отношения, тоже присоединились к критикам теории государ­ства - субъекта права. Наибольшее количество возражений вызвало утверждение о наличии у государства воли. По мне­нию Н.М.Коркунова, государство не может быть единой во­лей, поскольку: 1) оно создаётся в результате борьбы многих и различных интересов и воль; 2) государственные установ­ления часто организованы так, что они не только не выражают

единую волю, а наоборот - парализуют её. Более того, го­сударство не только не является единой волей, это вообще не воля. Закон обычно является абстрактным, поэтому не всегда можно установить действительную волю законодателя. Дей­ствие закона, как правило, определяется не только волей за­конодателя, но и противодействием воли исполнителей[CCXXXIV].

Если же рассматривать волю в праве как понятие услов­ное, то нет принципиальных препятствий для того, чтобы приписывать волю не только отдельному человеку, но и це­лому союзу. Вместе с тем понятие государственной воли не отождествляется с волей отдельного физического лица. Это очень сложное явление, которое возникает из взаимодей­ствия многих индивидуальных воль, поэтому его нельзя при­писывать никакому конкретному физическому лицу. Здесь речь может идти только о волеизъявлении всего государства.

С критикой теории юридического лица государства высту­пили и сторонники плюралистической (синтетической) тео­рии. Но вся их критика была связана с обоснованием своего собственного подхода к пониманию сущности государства, поэтому к ней мы вернёмся позже в процессе анализа соот­ветствующих теорий.

216

2.2.

<< | >>
Источник: Тимошенко В.И.. Теория государства в политико-правовой мысли Украины и России (конец XIX-начало XX вв.); под. ред. В.И. Тимошенко: моно­графия. - [2-е изд., перераб. и доп.]. –Чернигов,2014.-624 с.. 2014

Еще по теме Государство как субъект права:

  1. §2. Вопросы непосредственного применения государствами международных норм о правах человека.
  2. Вопрос о субъекте права на развитие
  3. § 1. Теоретические вопросы международной правосубъектности транснациональных корпораций
  4. §1. Правовая характеристика предприятия как субъекта права
  5. Теоретические исследования цели государства
  6. Государство как субъект права
  7. § 2. Эволюция содержания теоретической модели взаимосвязи нормы права, правоотношения и юридического факта
  8. § 1. Понятие и общая характеристика гарантий избирательных прав граждан в Российской Федерации
  9. 1.4. Субъекты прав на наименования мест происхождения товаров
  10. 5.1. Институционные механизмы защиты прав субъектов общими гражданско-правовыми и специальными семейно-правовыми нормами
  11. 1.2. Проблемные вопросы структуры процессуальной нормы права
  12. § 4. Статутная юридическая ответственность как основа взаимо­отношений личности, общества и государства в либеральной и позити­вистских доктринах второй половины XVIII - XIX вв.
  13. Глава 1. Общие представления о государстве как субъекте права
  14. §1. Основные юридические подходы к пониманию государства
  15. §2. Государство как правовая корпорация
  16. §3. Устройство государства и его функции
  17. §1. Общая правоспособность государства