<<
>>

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Комплексное изучение деятельности провинциальных и уездных вое­водских учреждений в 1708-1781 гг. позволило выявить общие и специфиче­ские черты управления на территории Чувашии.

В ходе крупной административно-территориальной реформы 1708 г. уезды, занимавшие территорию современной Чувашии, полностью вошли в Казанскую губернию (1708-1781 гг.), а в последующем - в Нижегородскую (1714-1717, 1719-1780 гг.) и Астраханскую (1719-1722 гг.) губернии. На но­вых территориальных образованиях было учреждено губернаторское правле­ние. Несмотря на имеющиеся характерные черты, присущие воеводской вла­сти XVII в. и губернаторам XVIII столетия, институт губернаторства стал особым этапом развития административного управления в истории россий­ской государственности.

Объединение в губернии несколько различных по площади уездов без учета численного, этнического, конфессионального и социального состава населения проводилось в условиях военного времени и строительства Петер­бурга. При острой нехватке бюджетных средств старое воеводское управле­ние не могло в полной мере удовлетворить правительственные запросы. По­степенное сужение воеводской власти, начатое еще в 1699 г., привело в ре­зультате к подчинению воевод губернаторам и полной ликвидации их долж­ностей в 1710-х гг. Для управления обширными территориями и всеми от­раслями государственного хозяйства губернаторы были наделены широкими административными, полицейскими, фискально-финансовыми, судебными и иными функциями. В целях бесперебойного и эффективного извлечения с территории Чувашии материальных и людских ресурсов губернаторская власть держала уездные органы управления в строгой подчиненности и от­четности. Эти изменения местной системы управления определялись проис­ходившим процессом бюрократизации и установления абсолютистских усто­ев в России в целом.

Параллельно с унификацией структуры местных органов управления шел поиск оптимальной организации административно-территориального устройства.

В ходе очередной областной реформы 1719 г. огромнейшая Ка­занская губерния была разукрупнена и территория Чувашии оказалась в ве­домстве казанского и нижегородского губернаторов. Следующим этапом пе­реустройства территорий было учреждение провинций во главе с провинци­альными воеводами. В промежуточных между уездом и губерниями образо­ваниях функционировали органы отраслевого управления - судебные, фи­нансовые, военные, нотариальные и надзорные государственные учреждения. В целях улучшения работы местной администрации была произведена децен­трализация власти губернаторов, что усилило роль провинциальной воевод­ской власти.

Новая вертикаль местной системы управления, не успев окрепнуть, была подвергнута изменению очередной областной реформой 1726-1727 гг. В ходе нее разветвленная специализированная сеть властных структур была ликвидирована. Их заменили провинциальные и уездные воеводы, подчинен­ные власти губернатора и наделенные широкими административными пол­номочиями. По реформе 1763 г. об оптимизации воеводских учреждений Яд- ринская воеводская канцелярия Алатырской провинции Нижегородской гу­бернии перешла к комиссару, подчиненному курмышскому воеводе. Развитая законодательная основа, регламентировавшая все стороны организации и функционирования воеводских учреждений, упрочила местную власть в гу­берниях, позволила воеводам и комиссарам активно взаимодействовать как между собой, так и с различными ведомствами.

При этом деятельность воевод регулировалась особыми правовыми нормами, относящимися к нерусскому населению на территории Чувашии. Отдельные узаконения должны были воеводской администрацией приме­няться на практике в процессе исполнения сбора налогов, отдачи рекрут, вы­несения судебного вердикта и т.д. Они были связаны с христианизаторской политикой правительства, проводившейся в середине XVIII в., и с предостав-

214 лением новокрещенам льгот. В отличие от великорусских уездов и провин­ций здесь воеводам предлагалось одних «иноверцев» за принятие правосла­вия материально поощрять, а других - противников христианизации - нака­зывать штрафами, взимать двойные налоги и т.д.

Важной составляющей в деле функционирования местных учреждений выступала организация службы чиновничества. Согласно правительствен­ным предписаниям, структура провинциальных и уездных воеводских орга­нов власти была однотипна и состояла из администрации - воевод, и.о. и за­местителей воевод, секретарей - и работников канцелярии - канцеляристов, подканцеляристов и копиистов, а также штатной команды (рассыльщиков), сторожей. Подразделениями канцелярий были столы и повытья.

Кадровый состав воеводских учреждений главным образом отличался в зависимости от уровня территориального управления. Герольдмейстерская контора при Сенате старалась в провинциальные города на территории Чу­вашии направлять дворян-чиновников I-II разрядов (I-V и VI-VIII классы по Табели о рангах), а в уезды - II-III разрядов с VI-VIII и IX-XIV рангами по Табели о рангах. Большинство воевод являлись отставными военными в воз­расте от 30 и старше 50 лет. Важно отметить, что как и в случае с ранговым составом, в провинции определяли более опытных воевод преимущественно старше 50 лет. Срок нахождения воевод, заместителя воевод и секретарей при должности зависел от их профессиональных качеств, опыта работы, ис­полнения служебных обязанностей.

Решение текущих делопроизводственных дел воеводских канцелярий ложилось на приказных людей и штат рассыльщиков. Согласно бюрократи­ческим устоям и в зависимости от профессиональной квалификации канце­лярские служители делились на три группы: канцеляристы, подканцеляристы и копиисты. Они исполняли свои полномочия в строгом соответствии с зако­нодательством и находились под опекой воеводской администрации. По­ступление на службу, чинопроизводство, наказания, увольнения и другие условия их деятельности регламентировались едиными правовыми актами.

Анализ сведений о социальном составе приказных людей провинци­альных и уездных воеводских канцелярий позволяет заключить, что на тер­ритории Чувашии шел постепенный процесс формирования местного чинов­ничества. Различные источники проникновения в корпорацию канцелярских служителей из духовного звания, разночинцев и других сословий отразилось на неоднородности их состава.

В провинциях доля занятых в канцеляриях из подьяческой среды была больше, чем в уездах.

Численность канцелярских служителей и рассыльщиков определялась правительством, и от нее зависела эффективность деятельности всей воевод­ской системы управления. Основной проблемой для воеводских ведомств оставалась нехватка рабочих рук. Она, несмотря на принятые Штаты 1763 г. о выдаче денежного жалованья, сохранялась вплоть до 1781 г. При этом в трех провинциальных и четырех уездных воеводских органах управления на территории Чувашии должен был нести службу 361 чел., в том числе руково­дящий состав, канцелярские служители, рассыльщики и сторожи. Как и по­всеместно, в провинциальных учреждениях количество служащих было вы­ше по сравнению с уездными воеводскими канцеляриями.

Чиновничество воеводских органов управления было представлено русскими. Поэтому на территории Чувашии в условиях многонационально- сти населения была востребована должность толмача-переводчика, которая выбиралась по мирскому согласию нерусских народов и утверждалась воево­дами. На институт толмачества ложилась большая ответственность по транс­ляции воеводского управления и проведению политики правительства в ино­национальной среде. Однако толмачи не получили должного оформления в структуре воеводского управления, как это было сделано в губернских кан­целяриях по Штатам 1763 г., и не обеспечивались денежным жалованьем.

Материальное обеспечение и условия службы воеводского чиновниче­ства были неудовлетворительными. Постоянная нехватка денежных средств канцелярий и нерегулярная выплата жалованья до 1763 г. отрицательно ска­зывались на мотивационных составляющих у служащих и свидетельствовали

о неважном их служебном и материальном положении. Дополнительным ис­точником получения заработка для них являлись ведение собственного хо­зяйства и занятие различными промыслами. При этом воеводская админи­страция и другие должностные лица возмещали свои материальные затруд­нения и улучшали условия службы за счет управляемого населения.

Неза­конные поборы и выбивание взяток на территории Чувашии получили широ­ких размах. В разорении крестьян и других социальных групп участвовали практически все уровни, начиная от воеводы и закачивая представителями выборных людей общинного самоуправления и толмачами. Надзорные и следственные органы, проводившие регулярную борьбу с лихоимцами, не могли повсеместно искоренить вышеуказанные пороки местной системы ор­ганов управления.

Существование широких административных, полицейских, военных, фискально-налоговых, хозяйственных, судебных и нотариальных функций позволяет вести речь о многофункциональности провинциальных и уездных воеводских органов власти. При этом на территории Чувашии практика при­менения воеводской власти имела свои особенности.

Административные функции воевод регулировали всю деятельность их аппаратов управления и позволяли всеобъемлюще проводить политику абсо­лютизма. Одним из главных рычагов сохранения спокойствия и стабильности во взаимоотношениях среди различных социальных групп населения на тер­ритории Чувашии оставались полицейские функции воеводских ведомств. В рамках полицейского надзора велась борьба с беглыми, разбойничьими шай­ками, пугачевцами и др. Не без участия воевод в 1733-1735 гг. проводились правительственные мероприятия по оценке ущерба и ликвидации голода и эпизоотии на территориях Ядринского и Курмышского уездов.

Наряду с реализацией полицейских прерогатив воеводская админи­страция организовывала отбор и отправку рекрутов, готовила провиант и лошадей на нужды армии и т.д. Фискально-финансовая функция являлась ключевой среди других полномочий провинциальных и уездных воевод.

Бывшие ясачные чуваши, вошедшие в 1724 г. в состав сословия государ­ственных крестьян, платили с другими податными группами населения с каждой ревизской души мужского пола подушину и собирали многочислен­ные мелкие налоги. Некоторые сборы, введенные с начала XVIII в., взима­лись вплоть до 1780-х гг. Несмотря на строгий контроль со стороны воевод и военных ведомств, недоимки по сборам росли, а казна недополучала огром­ные денежные суммы.

Все это говорило о неэффективности системы налого­вого сбора на местах. Дефицит средств приводил к сокращениям ассигнова­ний, выделявшихся на хозяйственные нужды воеводского управления. По­этому казенные здания и инвентарь находились в плачевном состоянии, об­ластным правителям редко удавалось добиться постройки новых каменных палат или тюрьмы для воеводских учреждений на территории Чувашии.

Воеводская судебная власть разрешала различные гражданские иски, выносила вердикты на основе уголовных статей Соборного уложенья 1649 г. и других законодательных норм, принятых в XVIII столетии. Провинциаль­ные воеводские учреждения являлись апелляционной инстанцией и разбира­ли рассмотренные уездными воеводами-судьями дела. К ним же обращались с заявлениями сельское и городское население. Воеводские органы старались соблюсти всю процедуру расследования и проведения судебного процесса. При этом волокита и большие издержки судебной тяжбы ложились огром­ным бременем на население и разъедали воеводскую судебную практику. Поэтому в наказах, составленных крестьянами и другими социальными группами для Уложенья 1767 г., говорилось о необходимости упрощения во­еводского судопроизводства или замены другими судебными учреждениями.

Крепостные конторы при уездных и провинциальных воеводских ве­домствах придавали юридическую силу частноправовым актам и различным документам, связанным с земельными, наследственными и другими вопро­сами сельских и городских обывателей. За заключенные сделки и оформле­ние крепостей взимались пошлины, которые шли в бюджет.

На территории Чувашии огромные исполнительные функции осу­ществляло низшее звено воеводского управления в лице не только толмачей, но и волостных сотников, пятидесятников, десятников, старост и т.д. Об­щинное самоуправление, находившееся в тесном взаимодействии с воевод­скими структурами, было проводником политики воеводской воли. Опреде­ленную помощь воеводским органам управления в нерусской среде оказыва­ли представители духовенства. Дополнительными прерогативами для воевод были постоянное вмешательство в дела городской администрации, связанные с фискальными, полицейскими и судебными вопросами.

Многонациональный и поликонфессиональный состав населения на тер­ритории Чувашии привносил свои особенности в деятельность провинциальных и уездных воеводских учреждений. В период массовой насильственной христи­анизации чувашей и других нерусских народов в середине XVIII столетия вое­водские власти всячески содействовали в работе духовным лицам. Воеводски­ми канцеляриями новокрещенам предоставлялись на определенный срок льго­ты. Все тяготы налогового нажима, рекрутского набора и несения многочис­ленных повинностей ложились на не принявших православие язычников, в том числе и за новокрещен. При судебном разбирательстве воеводы давали снис­хождение иноверцам, которые принимали православную веру.

В целом провинциальные и уездные воеводские учреждения, представ­лявшие звенья губернской системы власти, претворяли в жизнь политику аб­солютизма. При этом организация и функционирование воеводского управ­ления происходили с учетом правительственных задач и без уделения долж­ного внимания к локальным и этническим особенностям на территории Чу­вашии. Кроме сохранения крепостнических устоев на местах воеводы испол­няли главные задачи по извлечению материальных и людских ресурсов и проведению инкорпорации нерусского населения путем насильственной хри­стианизации и использования дифференцированной политики в регионах Среднего Поволжья.

<< | >>
Источник: Басманцев Дмитрий Викторович. ПРОВИНЦИАЛЬНОЕ И УЕЗДНОЕ ВОЕВОДСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ НА ТЕРРИТОРИИ ЧУВАШИИ В XVIII ВЕКЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Чебоксары - 2015. 2015

Еще по теме ЗАКЛЮЧЕНИЕ:

  1. Заключение
  2. Форма договора о суррогатном материнстве, его участники и порядок заключения
  3. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  6. 73. Порядок заключения договора поставки. Урегулирование разногласий при заключении поставки. Периоды и порядок поставки товаров. Исчисление убытков при расторжении договора.
  7. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  8. Заключение
  9. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  10. Консультативные заключения Межамериканского суда по правам человека
  11. Заключение
  12. Получение заключения уполномоченного органа
  13. Заключение
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -