<<
>>

§ 3 Организация и функциональная характеристика земских органов.

Мероприятия центральной власти по реформированию системы мест­ного управления: ограничение власти наместников и волостелей, усиление контроля над ними со стороны местного общества посредством введения института лучших людей, а затем и появление губных учреждений, послу­жили своего рода подготовительными мероприятиями для ликвидации кормлений на территории всего государства и проведению одного из крупнейших преобразований в период правления Ивана Грозного - земской реформы.

В результате которой на многих территориях государства вме­сто наместников и волостелей на местном уровне были созданы органы земского самоуправления, действовавшие на принципах, соответствую­щих новой форме правления Русского государства- сословно-предста­вительной монархии.

Вместо назначаемых царской властью кормленщиков, возглавлявших наместничества и волостельства. в соответствии с уставными грамотами земского самоуправления вводятся выборные земские представители от местных миров, избирались которые всеми категориями населения (за ис­ключением служащего класса) на земских собраниях: волостных и посад­ских сходах или всеуездных советах.

Свидетельством избрания того или иного лица к земской службе являлся протокол собрания: избирательный список или выбор, содержащий как перечень присутствовавших на сходе жителей, так и указание на избран­ных с детализацией полномочий.

Протокол выборов отсылался в Москву в соответствующий финансовый или областной приказ ’. куда для утверждения в должности являлись и гла­вы земских ведомств и там приносили торжественную присягу, которая

оформлялась крестоцеловальной записью1. Другие члены земской избы к присяге приводились на месте[80] [81].

Следует отметить, что население следило, чтобы принцип выборности местных властей приказной администрацией не нарушался, в противном случае на приказных людей подавалась жалоба[82].

Требования, предъявляемые к кандидатам на эти должности не были так строги как к губным властям. Выбор к земским должностям, особенно к главным, предполагал соблюдение имущественного ценза. Так. в соответ­ствии с Двинской грамотой 1556 г. в сотские, пятидесятские и десятские необходимо было выбрать крестьян, которые "добры и прямы и всем... любы'[83]. Поэтому созданные в ходе реформы органы мест ного самоуправ­ления стали формой господства верхушки посадского и крестьянского на­селения, возглавлявшей земские учреждения.

Сначала на земские должности избирались бессрочно[84]. Однако в отли­чие от губных властей, своих земских выборных население всегда могло пе­ременить[85]: "И будет посадские люди и волостные крестьяне похотят вы­борных своих судей переменити, и ... всем выбирати лучших людей, кому их судите и управа меж ними чинити да тех своих излюбленных судей при­сылают в Москву..."[86]. Позднее выборы производились обычно на год[87].

По окончании срока службы выборный должен был дать отчет о своей деятельности, что касалось прежде всего должностных лиц, чья деятель­ность была связана с финансами. Наряду с отчетом осуществлялась и пере­дача всех дел, документации и оставшихся в мирской кассе денег[88].

Центром ведения местных дел являлась земская изба, иногда называе­мая судной. Функционировали земские избы практически повсеместно. В Важской земле их, например, было две.

Возглавлял земское ведомство обычно земский староста, излюбленный судья, которому подчинялись все выборные, входящие в аппарат земских учреждений. В его компетенцию входило руководство подчиненными, со­зыв собраний, председательствование на них, назначение перевыборов и обеспечение эффективного функционирования земской избы. Круг полно­мочий его определялся в выборных списках, в соответствии с которым он мог выступать по преимуществу в качестве финансового агента, или су­дебно-полицейского, или и тем и другим одновременно.

Обычно для полицейского управления в волостях и на посадах главы земского ведомства пользовались старинными властями десятичной сис­темы. Почти повсюду в земских округах с этой целью выбирался сотский. На нем лежала обязанность "про земские дела сыскивать, " на записки хо­дити" (составлять протоколы) и производить предварительное следствие*.

Важно отметить, что в большинстве поморских волостей сотский вы­полнял по преимуществу полицейские функции, ведая полицией безопас­ности, преследуя работников и осуществляя надзор за тем, чтобы "в волос­ти не было татям приходу и разбойников приезду", чтобы крестьяне не иг­рали в азартные игры и не держали корчм, в его ведении находилась тюрь­ма и заключенные2. Он присутствует при осмотре и оценке имущества, принимает явки о совершенных правонарушениях, а также обычно вхо­дит в состав судебной коллегии. Так, например, одной из функций Суджан- ского сотника было осуществление надзора за изготовлением жителями ви­на и пива3.

1 Смжыборный список крестьян Чушсвской волости //Приложение 5. N 9 Богославсхнй М.М. Укт. соч. T.I.

і Тем же. N 67.70.

»РГАДА. Ф. 396. On. I. Ч. 36. Д. 53275. Л. 1.

Аналогичные обязанности возлагаются на этого выборного и Двин­ской уставной грамотой 1556 г., по которой ему надлежит "всякому в своей сотни и в пятидесятни и десятни беречи того накрепко чтоб у них... в во­лостях... татей и разбойников или к кому лихим людям приезд и корчем и ябедников, и подписчиков и всяких лихих людей не было"’. Однако, ана­лиз выборных списков позволяет говорить, что функции сотского как в Двинском уезде, так и в ряде волостей Важского уезда, были иными, чем это определялось, например Двинской грамотой, в соответствии с которой эти земские власти и выбирались.

В этих волостях земские старосты и судьи занимают второстепенное ме­сто в местном аппарате, сотский же возглавляет земскую избу. И, напри­мер. в Куростровской волости, входящей в состав Двинского уезда, ком­петенция сотского определяется прежде всего как главы губного ведомст­ва с финансовой направленностью. Как лицо, возглавляющее земскую избу он должен: во-первых, "всякие дела делати земские волостные", во-вторых, осуществлять финансовые функции: "разрубы волостные збирати", "деньги займовать", "считатисяво всяких проторех и в розходах" с волощанами2. Сотский председательствовали на волостных сходах и являлся главным представителем волостного мира. Таким образом, характер полномочий сотского в этих волостях сближал его с положением земского старосты (в тех местностях, где именно земский староста возглавлял органы само­управления).

Через своих агентов, пятидесятских и десятских, обязанности которого были производны от компетенции сотского (обычно они исполняли от­дельные поручения полицейского ведомства, осуществляли следственные действия, докладывали ему обо всем произошедшем в своем десятке.

'ААЭ. T.I.N25O.

: Куросіровские cro;iMiiw... N 20.

оповещали крестьян обо всех распоряжениях местной власти и т.д.)1. По­следний получал таким образом необходимую информацию "о всяких зем­ских делах". Такая двусторонняя связь между местной властью и жителями приводила к тому, что "аппарат сотского доходил до каждого крестьянина волости, десяток, как первичная, вероятно круговой порукой связанная группа, был основой общественной административной жизни волости"2.

Письменной частью в земской избе заведовал дьяк? Эта должность в составе земского ведомства всегда присутствует в формуляре уставных гра­мот. Избрание дьяка должно было происходить обязательно на сходе, ведь должность эта в местном управлении была очень важной. "Владея тайнами грамоты, для многих недоступной ... земский дьячок, облекавший решения мирского схода и выборных земских властей в письменную фор­му. может быть, нередко при формировании и подсказывавший само ре­шение и сходу, и властям, пользовался в волости большим влиянием, свя­зями и авторитетом”4.

Земский мир поэтому и должен был оказать доверие лицу, занимающе­му эту должность. Документы, написанные не дьяком доверия не встречали и обычно рассматривались как подложные. За свою службу дьяк получал вознаграждение, размер которого фиксировался в избирательных списках.

Помощником излюбленного старосты являлся целовальник. Он выпол­нял отдельные поручения старосты, наряду с последним входил в состав суда и "крестьян судил"5. В некоторых районах на него было возложено выполнение некоторых полицейских или финансовых функций6. В Совьин- ской волости Слободского уезда земский целовальник возглавлял земскую избу: он вея финансовые отчеты, заботился о всех приезжавших в волость приказных людях, созывал сходы и председательствовал на них7. На

’ РГАДА. Ф. 396. On. I. Ч. 36. Д. 53153. Л.Л. 1-26.

: Копане* А.И. Крестьянство... С. 221-222.

» РГАДА. Ф.396. ОП.!. Ч. 36. Д. 53665. Л.І.

4 Богословский М.М. Укаї. соч. Т. I. С. 29В- 300.

'ААЭ. Т.1. N 242.

‘ РГАДА Ф. 141. On. I. Д. 35. Л. 7|.

7 Подробнее см.: Копаней А.И. Крестьяне... С. 21 К-224.

уровне же всего Слободского уезда находился всеуездный земский староста и посадский целовальник.

Кроме этого, в состав земских органов могли выбираться денежные сборщики, рассылки, разрубные целовальники, сторожа, доводчики и др. Кроме постоянного штата земской избы собрание выбирало своих предста­вителей на временные должности, вводимые для решения определенного вопроса, после чего ликвидировались.

Необходимость производства выборов на временную службу у зем­ских властей возникала довольно часто. Например, при приближении сро­ка раскладки платежей между волощанами, в случае, если розруб прово­дился "по земле" мирское собрание избирало из своей среды представите­лей. полномочных провести перепись земельных владений каждого дво­ра. Члены такой комиссии, производящие вервление. назывались веревщи- ками. По окончании розрубной операции эти должности ликвидирова­лись. мир рассчитывался с такими выборными, выплачивая им обуслов­ленную договором найма сумму. Так, в 1585 г. крестьяне Куростровской волости произвели выбор веревщиков и приняли решение их работу опла­тить[89].

Для выведения же основных данных по каждому хозяйству по имуще­ству выбирались оценщики. А.И. Копанев по этому поводу приводит инте­ресные сведения о том, что волощане, собиравшиеся на сход, не были сто­ронними наблюдателями и активно вмешивались в решение всех вопро­сов, затрагивающих их интересы, в особенности финансовые. Так. кресть­яне Кемской волости, решая вопрос о вознаграждении оценщиков, одному из них "миром положили 10 рублей", другому “миром накричали" более высокую сумму, третьему к оценке в 230 рублей "миром положили 70

Представляется важным рассмотреть, решение каких же вопросов явля­лось исключительной прерогативой местных собраний.

Важной функцией схода, являвшейся отправной точкой для начала функционирования земских учреждений был выбор должностных лиц ор­ганов самоуправления[90]. В уставных земских грамотах в основных чертах фиксировался состав земской избы, основные полномочия выборных. Од­нако конкретизация положений грамот, приведение требований законода­тельного материала в соответствие с местными условиями и практикой управления происходило на собрании жителей самоуправляющегося окру­га.

Все лично участвующие на сходе волощане или посажане вносились в избирательные списки, предшествовавшие собственно мирскому пригово­ру. И хотя, как показало исследование деятельности волостных сходов кре­стьян Куростовской волости в 16 веке, проведенное А.И. Копаневым они (сходы) никогда не являлись собранием всех волощан (на волостных сходах редко участвовало и половина населения волости). Однако прини­мался приговор от имени всей волости и имел обязательную силу для всех, даже и не явившихся на сход крестьян. Занесение имен участников схода преследовало цель закрепления решений, принятых на нем. При этом пе­речень участников этих собраний свидетельствует о ведущей роли на них верхушки волостного общества - разбогатевших крестьян, которые на про­тяжении многих лет участвовали в работе сходов и избирали местные вла­сти из своей же среды3.

Таким образом, именно на сходе волощан происходило формирование органов земского самоуправления* выбирались старосты, судьи, целоваль­ники, полицейские власти, а также выбирались крестьяне для исполнения временных поручений*, ходатаи ио земским делам в Москву, всрёвщики и рублей сверх всего"'. Избирались к этой службе по мере необходимости, иногда через 2,4 года.

Временный характер носила должность лосылыцика. выбирался кото­рый чаще всего для пересылки мирских ходатайств в Москву. Так. земски­ми властями Окологородской волости в Москву с челобитьем был отправ­лен посыльщик Матвей Попов2. И чем важнее было ходатайство, тем более представительная делегация отвозила это прошение3. Земский мир, избирая ходатая, наделял его необходимыми полномочиями и определял его обя­занности. а также и размер его вознаграждения4. Специальные посылыцики посылали в Москву и для решения судебных дел: "за судным списком така- ти’’5.

В случае недостатка денежных средств для уплаты налогов или для ме­стного хозяйства, мир иногда прибегал к займам6, для чего в необходимых случаях избирались уполномоченные, которые должны были найти креди­тора и заключить с ним от имени избирателей договор займа.

Таким образом, помимо постоянного штата земской избы из среды жи­телей округа производились выборы на должности экстренного характера. Эти выборные выполняли отдельные поручения мира и на период своей службы находились в подчинении земского старосты и были ответственны перед населением округа.

Выборность должностных лиц органов местного самоуправления, не­обходимость принятия совместных решений по наиболее важным вопросам предполагали регулярные волостные, посадские сходы (съезды, советы), яв­лявшиеся высшими органами управления самоуправляющейся единицы.

оценщики,1 специальные разрубные целовальники, выборные к государст­венным службам[91] [92].

Двинской земской грамотой 1556 г. предписывалось в каждой волости выбрать излюбленных голов, сотских, пятидесятских и десятских, а также и земского дьяка[93]. В соответствии с этой грамотой Куростровская волость и формировала аппарат земской избы. 11 февраля 1589 г. крестьяне ’’выбрали и излюбили в Куростровской волости судью Мокея Нечаева сы­на Пикишева", которому крестьян "судити во всяких делах по государеве по уставной грамоте"[94].

В этом отношении представляет интерес выборный список 50-х годов 16 в. по которому в волости были избраны: соцкий, два пятидесятских, во­семь десятских. Причем, в этом выборе указано распределение волощан по десяткам. В десятке не обязательно бьшо по 10 человек, могло быть и больше и меньше.

В избирательных списках в развитие уставных грамот детализируются полномочия земских должностных лиц. Например. В Куростровской во­лости основные полномочия сотского сводились не к полицейской деятель­ности. как это предписывалось Двинской грамотой, а к решению финан­совых вопросов[95]. Таким образом, избиратели нс слишком строго следо­вали предписаниям грамот и допускали определенные отступления от за­крепленных положений.

Сам выбор представителей от населения волосгн, посада на должно­сти, особенно к различным государственным службам, иногда проходил нелегко, так как часто население государственных служб было связано с большими неудобствами для выборных. В связи с чем, население саботи-

ровало выборы и земским властям, призванным их осуществить, приходи­лось специально ездить за выборщиками к месту жительства последних'.

Одной из главных забот земского мира было обеспечение исправной уплаты налогов и финансовых потребностей самой волости. Разверстка причитающихся с округа платежей была непростым делом, затрагивающим интересы каждого землевладельца.

Поэтому важной задачей мирского схода являлась раскладка налогов и местных сборов, причем, сходы собиравшиеся по этим вопросам, были наиболее частным явлением. Так, Куростровские волощане в 1547-1548 г.г. собирались с этой целью 7 раз[96] [97].

Происходила она, как правило, поэтапно. Сначала на земском собра­нии избирались специальные выборные комиссии, имеющие своей целью выяснение точного экономического положения каждого тяглеца. Затем уже на самом сходе жителей в соответствии с принятым принципом раскладки производилась разверстка платежей по каждому землевладельцу. Причем, оценка имущественного положения произведенная комиссией, на сходе могла быть изменена. Такой демократический принцип раскладки плате­жей в определенной степени гарантировал от явных злоупотреблений, а также обеспечивал точность исходных для обложения данных.

Решение схода, занесенное в протокол, было обязательным для населе­ния. Произведенное на сходе обложение не подлежало пересмотру. Ино­гда в отношении не явившихся на столь важное мероприятие лиц. волост­ной или посадский мир даже производил раскладку платежей "по усмот­рению мира , и в случае недовольства произведенной разверсткой отсутст­вовавший на сходе лишался права на ее пересмотр. При этом к окладу та­кого нерадивого тяглеца по усмотрению мира могла быть сделана надбав­ка‘, что являлось своего рода наказанием за уклонение от выполнения обя­занностей по явке на собрания.

Следующей важной функцией схода в финансовой области было осу­ществление контроля за расходованием денежных средств выборными вла­стями, что реализовывалось посредством финансовых отчетов земских должностных лиц перед населением. А.С. Лаппо-Данилевский отмечает, что в посадах северной части Московского государства старосты не име­ли права взимать и расходовать денежные средства без мирского совета[98] [99] [100]. Однако и в центральных регионах России также действовали советы с ана­логичными функциями[101].

Обязанность выборных, заведовавших финансовой частью в земской из­бе. представить отчет о своей деятельности по отбытии срока службы воз­лагается на них в избирательных списках. Например, выборный список от

3 октября 1591 г. куростровских крестьян в обязанность сотскому, заведо­вавшему всеми финансовыми вопросами волости, вменяется "считатися во всяких проторех и в расходах с волощанами"[102]. Выбор, данный крестьяна­ми Чушевицкой волости, требует от земского судьи "платежную отпись". свидетельствующую о сдаче причитающихся с волости платежей, "принести и отдать в мир... крестьянам"5.

Для того, чтобы отчитаться перед миром, земские власти фиксировали все произведенные за период службы расходы, отмечая и доходную часть, ведя приходно-расходные книги, а также составляя и другие оправдатель­ные документы: заемные кабалы, издержечные росписи, мировые записи и др.

Так, например, в Сольвычсгодской земской избе целовальниками велись счета прихода и расхода денег, записи о взятии денег в долг, отписи об их сдаче и другие документы[103]. При осуществлении выборными каких-либо платежей обычно присутствовали 2-3 местных жителя, имена которых за­носились в расходную книгу[104], что служило своего рода гарантией как от возможных злоупотреблений выборных, так и средством защиты местных властей от нападок со стороны самого мира при счете.

Если за период деятельности финансового агента сумма, израсходован­ная им, превышала расходы, подтвержденные оправдательными докумен­тами. то на него производился денежный начет, который необходимо было вернуть в местный бюджет. И только после этого считалось. что должност­ное лицо с миром полностью рассчиталось.

Однако на практике все происходило не так гладко, как это было пре­дусмотрено земскими документами. Часто счет сопровождался трениями и конфликтами: то земские власти уклонялись от финансового отчета, то само население не спешило с ним. Что, в свою очередь, порождало много­численные иски как населения к выборным, так и последних к населению. За содействием обе стороны часто обращались к правительственной власти, которая вынуждена была реагировать на допущенные нарушения и давать соответствующие указания конфликтующим сторонам, или создавать спе­циальные ревизионные комиссии, некоторые члены которых назначались по указу из Четвертных приказов.

Все это приводило к втягиванию правительственной власти в земские дела и несколько изменяло саму суть местного самоуправления, лишая зем­ские органы самостоятельности в некоторых делах.

Одной из важных сфер деятельности мирских советов было составление коллективных челобитных, являвшихся еще одним, помимо судебного, средством защиты прав и интересов земского мира.

Волостное и всеуездное земство довольно часто обращаются за содейст­вием к царской власти по самым различным вопросам. При этом в одних случаях ходатайства пишутся от имени всех жителей уезда, волости, в дру­гих - составляются земскими властями, действующими по поручению на­селения округа[105]. Иногда прошение подавалось от группы волостей.

Основным содержанием волостных и всеуездных ходатайств являлись просьбы, связанные с послаблением налогового гнета, с возмещением за­трат, понесенных населением на казенные нужды, о выдаче ссуд из госу­дарственной казны на мирские расходы, и конечно же, жалобы на непра­вильные действия как правительственных должностных лиц, так и мест­ных2. Нередкими были обращения к посредничеству правительства в кон­фликтах, возникающих между всеуездными. волостными земствами, свя­занные главным образом с распределением тягла и использованием земель и угодий.

Отметим, что хотя среди обращений к центральной власти встреча­ются и ходатайства и об изменении порядка местного управления, о смене неугодных должностных лиц. Но все же большая часть челобитных связана была с разрешением финансовых вопросов, а именно, со сбором в госу­дарственную казну налогов и податей.

М.М. Богословский, например, анализируя существо мирских обраще­ний за почти 50-летний период 17 века, указывает, что более половины хо­датайств, а именно "54 процента относятся непосредственно к тяглу.... хо­датайства. касающиеся местной приказной администрации, составляют 14 процентов, выборного управления 16 процентов, споров и пререканий ме­жду мирами 12 процентов"5.

На наш взгляд, это не случайно, ведь и различного рода отписки и гра­моты из центральных ведомств4 местным властям с напоминанием о неза­медлительном сборе всех причитающихся платежей, о производстве раз­личных сборов экстренного характера были также часты.

Решение же каких вопросов находилось в ведении новых учреждений? Ответ на этот вопрос важен не только для освещения внутренней жизни по­садов и волостей, но и для выяснения действительной роли земского инсти­тута в системе государственного управления.

Главной задачей земских выборных органов было обеспечение ис­правности уплаты населением государственных налогов. В связи с чем зем­скими властями осуществлялись раскладка, сбор и доставка в Москву всех собранных податей, которые ранее платились кормленщикам. Так. за по- сошные кормленые сборы и судебные пошлины-кормы, присуд, пятно, гос­тиную явку, питейные деньги, праведчиковы и доводчиковы поборы и др. - население, покупая право на свой земский суд, должно было платить в каз­ну единый оброк - ’’кормленный откуп”, который устанавливался для ка­ждого самоуправляющегося округа и зависел от денежной доходности бывших кормлений[106]. Теперь эти подати отвозились в Москву и сдавались в царскую казну сначала "кормленым дьяком", ранее ведавшим кормления­ми и состоявшими при казне2, а позднее в особые финансовые приказы - четверти.

Однако как указал М.М. Богословский, характеризуя тяглую организа­цию Поморья, прямые налоги, поступавшие в Четверти и поэтому назы­вавшиеся четвертными доходами, "занимали по количеству поставляемых ресурсов второстепенное место", при этом главная роль принадлежала "сборам экстренного характера, назначавшимся по мере нужды”5, ведь на­ряду с постоянными налогами, собиравшимися ежегодно, особыми распо­ряжениями вводились сборы на разные государст венные нужды.

Помимо денежных сборов на государственные нужды, у каждого зем­ского мира были денежные траты и на собственные "мирские издержки".

по своей величине несравнимые с государственным тяглом. На наш взгляд, все мирские расходы условно можно разделить на две группы:

во-первых, издержки, связанные с собственными расходами земского округа, направляемые на общие нужды материального и духовного харак­тера;

во-вторых, ото средства, направляемые на содержание представителей центральной власти, а также на выполнение различных служб, возла­гаемых правительством.

Что касается первого направления, источники позволяют выделить не­сколько основных направлений, на которые расходовался мирской бюд­жет. Прежде всего, немаловажной статьей расхода являлось содержание земской избы и ее аппарата. Здесь можно отметить затраты на оплату не­которых земских выборных (судей, старост, трапезников, дьяков), что на­зывалось в актах "наймом", содержание зданий, находившихся под при­смотром выборных властей: земских и судных изб. городских и волостных тюрем1. Путем самообложения покрывались издержки по созыву волост­ного схода, рассылка повесток его членам, содержанию земской канцеля­рии[107] [108].

Кроме этого, значительная часть бюджета расходовалась местной адми­нистрацией на оплату разъездов своих представителей по разным делам в отдаленные районы и в Москву, а также на вознаграждения нанимаемых миром для выполнения всякого рода поручений "экстренных агентов" - це­ловальников, ходоков, посыльщиков. веревшиков.

Сообща несла волость расходы и по судебным делам. Часть средств шла на удовлетворение духовных потребностей жителей: постройку церкви, монастыря, наем священнослужителя.

Владение общими земельными угодьями, промыслами также часто при­водило к денежным затратам мира на выплаты за снятые на оброк у казны земли, или на покрытие расходов, связанных с организацией коллективных промыслов.

Помимо этого, большая часть мирских денег шла на государственные нужды, являясь как бы дополнением казенного тягла: оплата подвод для приезжающих представителей казенной администрации, и их содержание, гласные и негласные подарки и подношения приказным людям и другим мелким чинам, средства, связанные с выполнением натуральных государ­ственных повинностей и т.д.

Сбор кормленного откупа, других государственных налогов, экстрен­ных сборов, денег в мирскую казну возглавлялся на земские власти. Ими же осуществлялась раскладка платежей по земским тяглым единицам, поса­дам, станам и волостям.

Земские органы рассматривались правительством как "гибкое орудие" взимания налогов с населения, так как недобор податей выборными ста­ростами должен был покрываться за счет собственных средств[109]. "Круговая порука считалась лучшим обеспечением во всех обязатсльсг- вах"2.

Подать налагалась на земский округ в целом, а не на каждый двор в отдельности, что обеспечивало большую исправность платежа. И только затем оклад разводился по земским единицам, и в конечном итоге, собст­венно раскладывался на конкретных плательщиков.

Раскладка налогов и иных сборов происходила по экономической со­стоятельности дворовладельца, то есть по хозяйственным силам и средст­вам плательщика. Причем, законодатель в уставных грамотах конкретно­го принципа, обязательного к применению, не устанавливает, предписывая лишь земским властям "меж собя самим, но животам и промыслам... раз­водить Потому, решение о выборе принципа раскладки принималось самим населением земской единицы: по "головам”, то есть по числу работ­ников в хозяйстве, по "животам”, то есть по имущественному положению двора, или по земле- по земельным владениям хозяйства.

Конечно же этот выбор давался нелегко, так как. по разному обеспечен­ные посадские люди или крестьяне могли предпочесть более выгодный для себя тот или иной способ раскладки.

Для проведения "разруба" земским властям, да и всем собравшимся на сход жителям, необходимы были точные сведения о действительных раз­мерах земельных владений, имущественном положении, числу работни­ков каждого хозяйства. Если раскладка производилась по "земле", то для получения необходимых сведений создавались особые выборные комис­сии. состоявшие из веревшиков и окладчиков, которые перемеряли земли каждого владельца, внося эти сведения в специальные верёвные книги[110], а уже затем, в зависимости от качества почвы и удобства пользования, вы­водился оклад каждого домохозяина. А так как земельные владения кре­стьян часто менялись, то и вервление производилось регулярно.

При раскладке платежей по "животам" составлялись оценные книги, которые также периодически обновлялись. В них имущество каждого кре­стьянского двора фиксировалось в твердой сумме, согласно которой на сходе определялся конкретный размер платежа с двора2.

Непосредственно на собрании составлялись волостные документы, фик­сировавшие раскладку государственных налогов и платежей между жите­лями- розрубные или разметные списки, в соответствии с которыми и должны были взиматься денежные средства со всех земских людей.

И все же, несмотря на этот видимый порядок в распределении сборов, в действительности часто они были несоразмерны "в обременении... боль­шей части землевладельцев в полыу некоторых, особенно зажиточных"'.

Возглавив земские органы, богатые крестьяне использовали всевозможные средства, чтобы переложить тяжелое бремя налогов на волостных кресть­ян1. Центральная власть, заинтересованная в сохранении тяглоспособности крестьянина и понимая опасность попыток богатой верхушки провести разверстку в свою пользу, требует, что- бы "промеж себя (крестьяном)... во всяких государевых податях считатися, смотря по своим животам и по промыслам... и класти им меж себя на лучших людей побольше, а на мо- лотчих поменьше, а лишка им на молотчих людей не класти, чтоб отто­го... люди не разошлись.[111] [112]"

Уставными грамотами сбор податей закреплялся за всеми земскими вы­борными . Однако на практике обязанности финансового характера в од­ном случае возлагались нераздельно на весь состав выборных с определен­ными разграничением их полномочий в указанной сфере (целовальнику мог быть поручен сбор налогов[113], а на земского судью обязанность отвезти собранные деньги в Москву), в другом - могла производиться определен­ная специализация должностей и поручение раскладки налогов особым вы­борным лицам: "сборным", "данным", "разрубным" целовальникам[114]. Кон­кретизация полномочий выборных в данной сфере являлась прерогативой земского мира, на собрании представителей от которого, составлялся изби­рательный список, определяющий полномочия каждого должностного лица местной администрации.

В связи с указанной деятельностью мир предоставлял земским властям право принимать в отношении неплательщиков податей принудительные меры - "правеж" и заключать их в тюрьму.

Таким образом, какого-либо общего для всех земских округов порядка сбора, распределения и доставки податей отметить нельзя. В зависимости от сложившейся практики управления, от решений, принятых земским схо- выборным своим судьям", которые, "обыскав" лихих людей, "чинят упра­ву".

Интересно отметить, что по Важской земской грамоте 1552 г. полицей­ские обязанности были возложены на все население, хотя и там выбира­лись сотские и пятидесятские. Так. в случае, если "учнут которые лихие лю­ди от того дела бегати или хоронится", главе земской избы предписывается не самому выявлять бежавших преступников, а лишь "наметывать" их "на тех людей, кто с кем в одной деревне живете велети им добывать и перед собой ставити’[115].

Здесь стоит обратить внимание на то обстоятельство, что в аналогич­ных случаях губным властям предписывалось самим осуществлять розыск бежавших лихих людей совместно "все заодин свестясь". осуществляя обыски и погони за преступниками. Земским учреждениями хотя и поруча­ется производство розыска, однако, все же законодатель рассматривает их как судей и финансовых агентов, а не как сыщиков, возлагая сам поиск преступников на население. При этом "как поощрение за это ему (населению) передавалось и оставшееся от лихих людей имущество’”.

По Двинской же грамоте 1556 г. розыск бежавших осуществлялся не­посредственно выборными полицейскими властями: именно "соиким. и пя- тидесятских и десятским, в которой сотной тот человек живет..." выборные судьи должны были поручать поиск, они же несли ответственность своим имуществом в размере исцовых исков, если недоглядели за порядком3. К тому же. по этой грамоте ездить на "поличное предписывается не приста­вам, посланным земскими властями, а самим выборным судьям.

Столь тщательная регламентация именно этой стороны деятельности земских органов Двинской уставной грамотой отличает ее от других гра­мот, представляя в силу этого "своеобразный разбойный устав черносош- дом, полномочия выборных в финансовой сфере, а также их практическая деятельность в этой области имели свои особенности в каждом районе.

Помимо сбора и уплаты налогов выборные осуществляли надзор за общественным порядком в округе. Полицейскими функциями в той или иной степени наделялись практически все органы управления (наместники и волостели, губные власти, приказные люди). Не являлись в этом плане исключением и земские учреждения. При этом объем полномо­чий местных администраторов в данной сфере в разных самоуправляю­щихся округах был неодинаков. Компетенция земских органов в тех мест­ностях где не было губной организации, охватывала сферу деятельности губных властей, и была поэтому намного шире полномочий земских долж­ностных лиц, действовавших на своей территории совместно с губными .

Различия наблюдались также и в том, на кого возлагалось осуществле­ние указанных функций.

Представляется важным рассмотреть это направление деятельности зем­ских органов подробнее.

Для полицейского управления земские учреждения пользовались ста­ринными властями десятичной системы: сотскими, пятидесятскими и де­сятскими, которые несут при земских органах те же обязанности, что и при губных. Земским старостам поручается организация полицейского аппа­рата. для чего им необходимо учредить должности сотских, пятидесятских и десятских, выбрав людей "которые б были добры и прямы и всем кресть­янам любы..."’.

Полицейским властям предписывается, во-первых, "беречи накрепко" "всякому в своей сотни, в пятидесятки и десятий", чтоб у них "гатей, и разбойников и ябедников, и подписчиков, и костарей. и всяких лихих лю­дей не было"2, во-вторых, если же у них такие люди все же появятся, то сотские с подчиненными им людям обязаны немедленно "поймав", "отдати

• ААЭ. T.I.N 250. ’ААЭ.T.I.N 234.

ных волостей”1, что можно объяснить отсутствием в этот период в Двин­ской земле губных старост и переходом их функций в руки новых земских властей.

Однако, собственно губными делами компетенция выборных земских органов в административной сфере не исчерпывалась. Следующей важной обязанностью новых властей было пересечение изготовления населением спиртных напитков на продажу и содержание корчм. Излюбленные голо­вы должны были следить, чтобы крестьяне "питья на продажу не держа­ли". В случае нарушения этого запрета земским властям предписывалось брать с виновных штрафы. Изготовление спиртных напитков разреша­лось только по праздникам, поминкам и только после получения разреше­ния у старосты.

Земские власти следили за тем, чтобы в волостях не было "разврата, азартных игр: зерни, игр в кости и в карты а также вменяется в обязанность выборным"[116] [117].

Осуществлялись новыми органами также как и губными и нотариальные функции. В частности, всех купленных, проданных и вымененных лошадей волостные люди должны предъявить выборным головам с тем. чтобы со­вершенная сделка была оформлена письменно[118].

Грамотами выделялось и такое направление деятельности земских вла­стей как осуществление надзора за перемещением крестьян и посажан[119]., хо­тя подробной регламентации полномочий по учету населения, как это бы­ло в губных грамотах и наказах, законодатель не дает. Земским органам поручалось "вывозить назад по старым их деревням бессрочно и безпо- шлинно крестьян", "где хто в которой деревне жил преже всего", а также "в станах и волостях на пустоши и на пустые деревни" зазывать крестьян с тем чтобы не снижалось тяглоспособность мира[120] и чтобы предотвратить сход крестьян на привилегированные владельческие земли- в "белое тяг­ло".

Наконец, выборные вообще должны были заботиться о том, чтобы "от кого ни буди" местным жителям "насилий и обид не было, взяток чтобы никто не брал и не давал"[121].

Однако не только финансовые и полицейские дела находились в ведении земских властей. Традиционно, значительное место в деятельности всех местных органов, в том числе и земских, занимало осуществление адми­нистративно-хозяйственных функций.

Совместное владение принадлежащими всей волости и посаду земля­ми и угодьями, необходимость общего участия в различных хозяйственных операциях требовали регулирования поземельных и хозяйственных отно­шений, что и было поручено новым выборным.

В силу владения определенной территорией, на посадский и волостной миры было возложено осуществление общего надзора за ее использова­нием. Земским властям принадлежало право распоряжения покинутыми и выморочными земельными участками, которые часто сдавались новым тяглецам на определенных условиях, фиксировавшихся в особых докумен­тах - "данных". Причем, иногда мир прсдосгавлял определенные льготы съемщику участка, освобождая его на некоторое время от несения тягла, но в тоже время отбирая обязательство у нового своего члены о добросове­стном несении налогового бремени по истечении срока льготы, осуществ­ляя таким образом запись человека в тягло.

Стремясь по возможности не допускать запустения земельных угодий, земские органы производили сдачу пашни в одной деревне для ее обра­ботки "наездом" крестьянам из других деревень, а иногда осуществляя и продажу земли.

Таким образом, земельные участки часто переходили из рук в руки под непосредственным контролем со стороны выборных1, которые следили за тем, чтобы "каждый новый владелец принимал на себя все тягловые обя­занности" и стремились побыстрее передать пустые земли во владение но­вых тяглецов, так как "каждое новое лицо облегчало общую податную обязанность, и напротив того, запустение участков увеличивало общее бремя”2. И, хотя, действительно, подобная деятельность местных властей препятствовала снижению тяглоспособности земского мира, все же, на наш взгляд, нельзя ее расценивать только как преследующую фискальные задачи3. Подобные мероприятия волости по оживлению земельных угодий улучшало землепользование и тем самым позволяло избегать пагубных по­следствий пустош для земледельческого хозяйства4.

Регулировали местные власти и использование пахотной земли, лугов, лесов, выгонов, рыбных ловель и других угодий, находившихся в совмест­ном пользовании, нередко организуя их коллективную эксплуатацию и вы­ступая в этом случае в роли организаторов промыслов. Что касается Се­верных земель, то коллективное хозяйствование там встречается особенно часто5 при эксплуатации выгонов, сенокосов и лесов.

Часто волостью осуществлялось совместное использование рыбных ло­вель. Волость представляла собой промысловую артель при организующей роли земской власти, распределяющей обязанности между волощанами и наблюдающей за соблюдением общих правил. Подобный надзор осущест­влялся и за охотничьими угодьями, через регулирование промысловой дея­тельности местных жителей.

Местные власти от имени всего мира вступают в различные обязательст­венные отношения, заключая договоры найма лиц для выполнения пору-

и соиналисіичс-

Ill

чений’, займа денег на общие или казенные нужды, совершают сделки с имуществом.

Кроме этого, на население посадов, волостей было возложено отправ­ление повинностей, связанных с обеспечением государственных нужд, рас­пределение которых по волостям и уездам происходило в зависимости от их географического положения. На уезды, расположеннные по речным системам, государство налагало выполнение повинностей, связанных с по­ставкой судов, перевозкой грузов[122] [123]. Главной заботой Сольвычегородского уезда была, например, ямская повинность: в ведении мира находились на­ем подвод, уплата ямских прогонов, сбор ямских денег. Поэтому и основ­ная деятельность сольвычегодского всеуездного старосты была связана именно с организацией ямского дела, в связи с чем его часто называли ям­ские земским старостой.

Двинская область обязана была поставить охотничьих птиц, подводы правительственным агентам[124]. В 1589 г. в связи с обострением обстановки на северной границе России земские власти должны были произвести роз­руб денег, необходимых на снаряжение воинских людей и наем судов[125].

Под руководством старост или специально выбранных к этому делу "острожных" целовальников, население должно было отбывать городо- вую повинность. Местные власти следили за тем. чтобы этот вид тягла распределялся равномерно между всеми жителями уезда, выборными производилась детальная разверстка повинностей по всем жителям с указа­нием необходимых для поставки строительных материалов, плотников, и т. д.[126].

Из среды местных жителей производились выборы к различным госу­дарственным службам: в таможенные и кабацкие головы и целовальники, в ямщики, а также в помощники к представителям приказной администра-

ции. находящимися в уездах и волостях с правительственными распоряже­ниями.

Важной задачей выборных органов являлась защита подведомственной территории от посягательств на нее извне, с тем чтобы при описании земель общинные угодья не передавались в чужие руки. Земские власти должны были заботиться и о том, чтобы земли не захватывались "сильными людь­ми". а также чтобы не осуществлялось использование этих угодий посто­ронними. При выявлении подобных нарушений, от имени всего мира ме­стными властями перед правительством возбуждались ходатайства, или следовало обращение непосредственно в суд, причем, издержки в этих случаях местное общество несло сообща. Так, например, споры двух по­граничных волостей на Пинеге по поводу неправомерного использования рыбных угодий продолжались в течение 70 лет. причем, в ходе судебного разбирательства этих дел волостные власти использовали все средства за­щиты своих интересов, представляя в суд находящиеся в волостном архиве письменные документы, подтверждающие их права на земельные владе­ния. вызывая в суд представителей местного общества и т.д.*. Волостной и всеуездный миры судятся из-за земельных владений и с отдельными лица­ми. и с монастырями, и с другими мирами. Таким способом местные жи­тели через своих избранников довольно часто отстаивали свои интересы.

Предметом заботы выборной власти были также нотребносги и духов­ного характера. Под покровительством посадских и волостных людей на­ходилась церковь, "символизируя не только идеологическое единство" жи­телей, но и "материально выражая результаты общих забот"[127] [128].

Именно от населения прихода исходила инициат ива постройки церкви, во исполнение которой выборными властями на каждог о жителя налага­лись обязанности по заготовке необходимых материалов (гвоздей, бревен.

и т.п.)1, предоставлению денежных средств, а также осуществлялся наем церковных мастеров. На волостных сходах избирались священнослужите­ли[129] [130]. Заведовали земские власти призрением обездоленных людей, органи­зуя у себя "общежительные монастыри" и выделяя средства на их содержа­ние. Ведь на Севере монастыри являлись в большей части заведениями об­щественного призрения, выполняя роль приюта или богадельни, "для ду­шевного своего спасения и на поминок родителей своих, и для пострига­ння... нищих... которые по миру скитаются"[131].

Прежде чем перейти к рассмотрению компетенции земских властей в судебной сфере остановимся на присущих земскому суду принципах судо­производства. Следует заметить, что грамотами провозглашались глас­ность и коллегиальность местного суда: рассмотрение дела всегда произ­водилось судебными коллегиями, состав которых, в округах был неодина­ков.

В одних волостях и посадах состав коллегии ограничивался только выборными должностными лицами: старостами, земскими судьями, цело­вальниками. а также и местными полицейскими властями: сотскими и пя­тидесятскими.

В других случаях, в местном суде наряду с постоянными земскими вы­борными присутствовали заседатели от общества, называемые "добрыми людьми", "посажеными мужами". В судебном процессе они являлись не только наблюдателями, но и имели право голоса[132].

Конкретный состав лиц, присутствовавших в суде, применительно к ка­ждой волости и посаду указывался в избирательных списках. Причем, анализ этих списков и документов практики (судебных протоколов) по­зволяет говорить о том, что требования, зафиксированные в нем , не всегда соблюдались. Избирательным списком выборным Веденского стана, на­пример, предписывалось "к судным делам спорным к приговору садить добрых людей, сколько человек пригоже1". Ряд же документов практики свидетельствуют, что некоторые дела подобного рода рассматривались и без заседателей от общества[133].

Однако состав коллегии земских судей мог быть и еще представитель­ней. Так, согласно ст. 11 Уставной земской грамоты крестьянам трех волос­тей Двинского уезда от 25 февраля 1552 г. крупные или спорные дела должны были разрешаться на съезде всех судей трех волостей: "и тем из­любленным головами...с товарищи десяти человекам съежатися им в Выю... и управу чинити заедино всем"[134], мелкие же дела решаются в каждой волос­ти своей судебной коллегией. Подобное постановление больше ни в од­ной из земских грамот не встречается.

Возникшим вследствие отмены кормленщиков, земским учреждениям были переданы и судебные функции.

Так как в районах осуществления земской реформы вотчинное и поме­стное землевладение, как правило, отсутствовало, поэтому с отменой вла­сти наместников и волостелей, земской администрации передавались и губные дела, что тем самым приводило к концентрации в руках земских старост наместничьего суда в полном объеме.

Уже земская грамота крестьянам Плесские волости 28 февраля 1551 г. предписывает старосте и целовальникам "разбойничьи и татины дела суди­ти по губным грамотам"[135]. Указывая на полномочия земских властей по сыску и расправе с лихими людьми, составители уставной грамоты волос­тям Двинского уезда 25 февраля 1552г., предписывают властям наряду с полицейским надзором осуществлять сыск и расправу над "всякими лихими людьми" - татями, разбойниками, подписчиками, ябедниками, душегубца- ми. Сам "суд и управа" по всем делам, находившихся ранее в ведении на­местников и губных старост, должны вестись земскими судьями.

1 Приложение И. //Богословский М.М. Укаї. соч. Т.1. С.92.

а. м А ль Л Vvft« r>r*ti С* 179

Однако иногда при замене кормленщиков выборными земскими вла­стями, в компетенцию последних рассмотрение губных дел не передава­лось, они продолжали находиться в ведении губных старост. По мнению А.А. Зимина, эти изменения в проведении земской реформы в черносошных волостях были связаны, в первую очередь, "с дальнейшим обострением классовой борьбы: губные старосты из дворян оказались более надежными карательными органами, чем земские власти, выбиравшиеся из местных по­садских людей и крестьян"1.

Так. уставные земские грамоты Переяславским рыболовам 15 октября 1555 г.. Успожкого уезда 15 октября 1555 г. прямо предписывают земским властям губных дел не рассматривать: "А в разбойных делах крестьян су­дити и управливаги губным старостам, по их губным уставным грамотам и по наказным спискам"2. Аналогичное постановление содержит и грамо­та Устьянским волостям 8 сентября 1662 г. Что касается последней грамо­ты. то стоит отметить, что хотя ею и предписывалось рассматривать губные дела губным старостам, что соответственно предполагало наличие губной организации во всех устьянских волостях, в действительности же, особые губные старосты параллельно с земскими избирались только во Введенском стане, и то только до 1637-1638 г.г.3, которые и рассматривали в соответствии с грамотой губные дела. В других же Устьянских волостях уже с самого введения там земской власти в 1555 г. рассмотрение указанной категории дел относилось к ведению земских выборных. Интересно, что и в избирательных списках земским властям указанных волостей, с той или иной степенью подробности, содержится регламентация судебных полно­мочий, включающая и рассмотрение дел, прежде подведомственных губ­ным органам: ’’а ему выборному судье быти и в губных старост вместо и про разбойные и про татиные дела сыскивать и судити с товарищи"1. Та­ким образом, передача дел о "лихих людях" губным старостам в волостях оказалась нежизненной, как это видно на примере Устьянских волостей, где губные старосты избирались только в одном стане (хотя, согласно грамоте должны были быть во всех волостях), но и там в первой половине 17 века перестают существовать.

В некоторых районах губные дела ведались земскими судьями совме­стно с губными старостами[136] [137]. При этом круг действия губных органов с появлением земских учреждений расширялся, так как совместному суду те­перь подлежали не только татьба и разбой, но и "душегубство, и пожег, и ябедничество, и подписка и всякое лихое дело, учиненное ведомыми лихи­ми людьми"[138]. Но, расширяя свою компетенцию, губные власти проигрыва­ли в самостоятельности.

В ведомство земской власти помимо уголовных, входили и "судные дела исковы"[139]. В грамотах прямо указывается, что новые "излюбленные голо­вы" "ведают и судят" посажан и волощан во всех делах и "во всем управу чинят по Судебнику".

Исключение составляла "выдача" лиц. обвиняемых в неуплате долга, в долговое рабство заимодавцу, так как подобные решения земские власти могли принимать только с царского доклада[140]. И только в Важской грамоте 1552 г. специально оговаривалось, что земские старосты судят "во вся­ких делах и по кабале". В дальнейшем, а именно 8 марта 1556 г. на этой грамоте по запросу важан к правительству, была сделана приписка, подпи­санная дьяком, о том, что дела по кабалам остаются в ведении земских властей, которые могут отдавать неисправных должников истцам в рабст­во "до искупа"1. Подобными полномочиями были наделены и выборные Вохонской волости[141] [142] [143].

Таким образом, постановления, касающиеся рассмотрения дел о "заемных кабалах" содержатся не во всех грамотах, что, однако, по мнению Н.Е. Носова, не позволяет считать, что на эти дела компетенция новых зем­ских властей в других округах не распространялась, так как в новой ре­дакции уложения о заемных кабалах прослеживается связь с новыми явле­ниями социально-экономической жизни России середины 16 века, и вопрос этот касался не только Поморья (хотя там он и был наиболее злободнев­ным), а имел общегосударственный характер3.

Итак, рассмотрение вопроса о компетенции земских учреждений в су­дебной области, позволяет прийти к выводу, что объем полномочий зем­ских властей в разных самоуправляющихся округах был различен.

Компетенция земских органов в тех местностях, где не было губной организации, охватывала сферу деятельности губных учреждений, включая в себя наряду с гражданскими и мелкими уголовными, рассмотрение и "лихи дел". В этом случае земские власти действительно "чинили суд и управу во всех делах".

Там же где губные органы после введения земского самоуправления продолжали действовать, коллизия между ними в судебной сфере могла решаться двумя путями: в первом случае, рассмотрение уголовных дел о "лихих" людях оставалось у губных властей, земским же вмешиваться в эту область запрещалось, во втором случае, земские и губные власти дейст­вовали совместно.

Изучение состава, устройства и деятельности новых учреждений, анализ законодательного и актового материала позволяет заключить, что оконча­тельный состав земских органов, объем полномочий должностных лиц и

ПК

значение их в местном управлении во многом определялись самими жите­лями самоуправляющихся округов в зависимости от величины земской единицы и от объема дел, от уже сложившейся в местном управлении спе­циализации и других обстоятельств.

Одной из особенностей данной системы управления являлось отсутствие строгой специализации в деятельности должностных лиц земских органов, в переплетении, а зачастую и дублировании ими функций друг друга, хотя в избирательных списках полномочия выборных могли бьпъ и довольно чет­ко разграничены.

Определяя полномочия своих избранников с различной степенью под­робности, земский мир с учетом местных особенностей иногда возлагает на земские власти осуществление обязанностей, и не предусмотренных устав­ными грамотами.

Самостоятельное формирование и распределение средств местного бюд­жета земскими органами не только создавало материальную базу для их функционирования, но и обусловило довольно широкую компетенцию но­вых учреждений в судебной, административной и финансовой сферах.

В отличие от губного института, земский мир, снабжая своих избранни­ков широкими полномочиями, оставлял за собой право контроля за их дея­тельностью: в любое время население могло провести перемены в составе земского аппарата, а по окончании срока службы в земской избе требовать отчета от своих избранников.

Помимо этого, деятельность местных собраний ( советов), без одобрения которых по наиболее важным вопросам выборные не могли принимать са­мостоятельные решения, обеспечивало и текущий контроль за земскими властями.

Сосредоточение в руках земских органов всех отраслей местною управ­ления. входивших в то время в круг государственных задач: судебные функции, сбор и доставка податей, административная деятельность, при-

влечение их к государственным сыскам, свидетельствовало не только о ре­альной их власти ( особенно на черносошном Севере), но и о том, что эти учреждения являлись опорой центральной власти и занимали важное место в системе местного управления Русского государства.

<< | >>
Источник: МАКСИМОВА Наталья Анатольевна. МЕСТНОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ РОССИИ В 16-17 В.В. (ИСТОРИКО-ПРАВОВОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. САРАТОВ - 1996. 1996

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 3 Организация и функциональная характеристика земских органов.:

  1. ОГЛАВЛЕНИЕ
  2. ГЛАВА I. ПРОБЛЕМА МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ РОССИИ XVI - XVII ВЕКОВ В ИСТОРИЧЕСКОЙ И ИСТОРИКО­ПРАВОВОЙ ЛИТЕРАТУРЕ.
  3. § 2. Эволюция наместничьего управления.
  4. § 3 Организация и функциональная характеристика земских органов.
  5. §2. Элементы предприятия как имущественного комплекса.
  6. § 1.1. Концептуальные подходы к определению судебной власти
- Авторское право РФ - Аграрное право РФ - Адвокатура России - Административное право РФ - Административный процесс РФ - Арбитражный процесс РФ - Банковское право РФ - Вещное право РФ - Гражданский процесс России - Гражданское право РФ - Договорное право РФ - Жилищное право РФ - Земельное право РФ - Избирательное право РФ - Инвестиционное право РФ - Информационное право РФ - Исполнительное производство РФ - История государства и права РФ - Конкурсное право РФ - Конституционное право РФ - Муниципальное право РФ - Оперативно-розыскная деятельность в РФ - Право социального обеспечения РФ - Правоохранительные органы РФ - Предпринимательское право России - Природоресурсное право РФ - Семейное право РФ - Таможенное право России - Теория и история государства и права - Трудовое право РФ - Уголовно-исполнительное право РФ - Уголовное право РФ - Уголовный процесс России - Финансовое право России - Экологическое право России -