<<
>>

§ 4. Распределение компетенции в области внешних сношений между органами ЕС

Рассмотрение правосубъектности ЕС во внешней сфере оставляет открытым вопрос о том, какие органы осуществляют компетенцию Союза в международных отношениях. Ответ на поставленный вопрос позволяет четко представить правовой механизм осуществления внешних связей ЕС.

Безусловно, наиболее важным представляется анализ распределения полномочий Союза в области заключения международных договоров, поскольку договорная практика относится к наиболее распространенной форме участия ЕС в международных отношениях.

В общем виде в Учредительном акте ЕОУС зафиксирована нор­ма, согласно которой Объединение представлено в его отношениях с третьими лицами своими органами — каждым в рамках своих полномочий (п. 4 ст. 6). Эта формула одинаково применима как к отношениям внутри Объединения, так и к его внешним связям. В двух других учредительных актах не содержится подобной общей нормы, они ограничиваются положениями, устанавливающими право заключать договоры с государствами или международными орга­низациями. В ЕВРОАТОМе Комиссия уполномочена проводить пе­реговоры и заключать договоры. Задача Совета состоит в издании "директив"1 для проведения переговоров о заключении междуна­родных соглашений и в их утверждении, по крайней мере в тех случаях, когда такие соглашения не могут быть исполнены без его участия или не могут быть выполнены в пределах соответствующе­го бюджета (п. 2, 3 ст. 101).

В Сообществе за Комиссией сохранено право проводить пере­говоры, однако договорная правоспособность закрепляется за Сове­том (п. 1 ст. 228). Совет заключает соглашения после консультации с Европейским парламентом в тех случаях, когда это предусмотре­но Учредительным договором. Вместе с тем ряд статей Римского договора уточняют эту процедуру. Например, соглашения, заклю­чаемые ЕЭС на основании ст. 113 (по поводу осуществления ОТП), проходят более сложную процедуру.

В случае необходимости Ко­миссия вырабатывает рекомендации Совету, который поручает ей начать необходимые переговоры. Комиссия будет вести эти перего­воры, консультируясь со специальным комитетом, назначенным Со­ветом для оказания помощи Комиссии в выполнении этой задачи, и в рамках директив, которые Совет может дать ей. В состав этого комитета назначаются представители всех государств — членов ЕС. Маастрихтский договор сделал важное дополнение к этой ста­тье о том, что применяются соответствующие положения ст. 228, следовательно, такие соглашения также подлежат утверждению Советом. Однако, поскольку в ст. 113 ничего не говорится о кон­сультациях с Европейским парламентом, очевидно, они в этом слу­чае не потребуются.

Следует отметить, что несмотря на то, что первоначально ст. 228 Римского договора требовала консультаций с Европейским парламентом только в отношении соглашений об ассоциации, заключаемых на основании ст. 238, в последующем Совет добровольно согласился предварительно оповещать парламент о начале переговоров и о подписании и формальном заключении соглашений об ассоциации с 1964 г., а торговых соглашений — с 1973 г. Кроме того, на Штутгартском заседании Европейского Совета в 1983 г. был сделан вывод о необходимости предварительной консультации с Парламентом при заключении всех значительных международных соглашений Сообщества. Договор о Европейском Союзе требует предварительной консультации с Парламентом при заключении всех соглашений, кроме тех, которые заключаются на основании ст. 113. Таким образом, сейчас требуется согласие Парламента на заключение соглашений об ассоциации; соглашений, создающих специальные институционные рамки для организации сотрудничества; соглашений, влекущих серьезные последствия для бюджета Сообщества, и соглашения, ведущие к включению поправок к акту, принятому на основании процедуры ст. 189b.

Наконец, важными полномочиями в сфере внешних сношений обладает Европейский суд. Согласно п. 6 ст. 228 Совет, Комиссия или государства-члены могут получить заключение Суда о том, является ли намечаемое соглашение совместимым с положениями Учредительного договора.

В случаях, когда Суд дает отрицательное заключение, соглашение может вступить в силу только в соответствии с процедурой, установленной в ст. "N" Договора о Европейском Союзе. Вместе с тем нельзя сводить роль Суда только к определению конституционности международных соглашений ЕС. Опираясь на ряд выработанных в практике Суда концепций и общих принципов права (таких как доктрина подразумеваемых полномочий, закрепленная в ст. 235 Римского договора), Европейский суд может также давать толкование о разграничении полномочий между ЕС и государствами-членами в сфере внешних сношений, или толковать компетенцию других органов ЕС в этой области, как это было сделано в деле-ERTA1.

В указанном деле имело место расхождение мнений Комиссии и Совета ЕС относительно того, кто имеет право вести переговоры о заключении соглашения о Европейском дорожном транспорте с государствами-нечленами: Комиссия или государства-члены? Комиссия считала, что ст. 75 Римского договора, закрепившая за Сообществом достаточно широкие полномочия в вопросах осуществления общей транспортной политики, должна применяться как к внешним отношениям, так и к внутренним мерам в рассматриваемой области. Она полагала, что действительность этой нормы будет под lвопросом, если полномочия -Сообщества, признаваемые указанной статьей, и в особенности те из них, которые содержатся в подпунк­те 1-"с" указанной статьи (право Совета устанавливать "все другие необходимые положения"), не будут распространяться на заключе­ние соглашений с третьими странами. Даже если это полномочие' вначале не полностью распространялось на сферу транспорта, оно могло впоследствии, когда общая политика в этой области начала осуществляться, приобрести более широкое значение и применять­ся в отношении актов, принимаемых для реализации указанной общей политики.

Совет, со своей стороны, отмечал, что поскольку Сообщество может иметь только такие полномочия, какие за ним были закреп­лены учредительным актом, следовательно, в случае явного отсут­ствия соответствующих положений Учредительного договора; нельзя презюмировать права заключать соглашения с третьими странами. Более того, по его мнению, ст. 75 относится исключительно к внут­ренним мерам Сообщества, а поэтому ее нельзя толковать таким образом, будто в ней содержится разрешение органам Сообщества заключать международные соглашения.

Суд, рассмотрев аргументацию сторон, пришел к выводу, что регулирование любых транспортных проблем должно содейство­вать осуществлению целей интеграции. С этой позиции он и выра­ботал концепцию разграничения компетенции между государства-» ми-членами и Сообществом, а также дал оценку аргументам сто­рон. С учетом конкретных условий, в которых происходило заклю­чение указанного соглашения, Суд признал действия государств-членов по проведению переговоров обоснованными, а усилия Сове­та по координации позиций государств-членов в отношении согла­шения вполне правомерными. Из этого следовало, что сам по себе факт неиспользования Комиссией полномочий, предоставленных ей ст. 75, не имел особого значения. Отсюда видно, что Суд достаточно широко использовал доктрину подразумеваемых полномочий для толкования вопросов разграничения компетенции внутри Сообще­ства, что, в свою очередь, свидетельствует о его больших возмож­ностях в сфере внешних сношений.

<< | >>
Источник: В.В. Безбах, А.Я. Капустин, проф. В.К. Пучинский. Право Европейского Союза: правовое регулирование торгового оборота. Учебное пособие. Под ред. проф. В.В. Безбаха, доц. А.Я. Капустина, проф. В.К. Пучинского. — М.: Издательство ЗЕРЦАЛО,2000. — 400 с.. 2000

Еще по теме § 4. Распределение компетенции в области внешних сношений между органами ЕС:

  1. $ 3. Компетенция субъектов Российской Федерации в регулировании вопросов избирательного права
  2. Судебный нормоконтроль за состоянием законности
  3. § 1. Конституционная модель распределения законодательной компетенции между Российской Федерацией и субъектами Российской Федерации
  4. § 2. Способы преодоления коллизий законодательной компетенции
  5. СОДЕРЖАНИЕ
  6. § 2. Органы Сообщества и их компетенция
  7. Глава VIII. Правовое регулирование внешних сношений Европейского Союза
  8. § 1. Правовая природа внешних сношений ЕС
  9. § 4. Распределение компетенции в области внешних сношений между органами ЕС
  10. § 5. Место международных соглашений в системе источников права внешних сношений ЕС
  11. Правовое регулирование распределения доходов работников сельскохозяйственных коммерческих органи­заций (предприятий)
  12. §2. Предметы ведения субъектов Российской Федерации в области законодательства об административных правонарушениях
  13. §7. Административное право Японии
  14. §11. Административное право Италии.
  15. § 1. Категория «общественный контроль» в науке информационного права и информационном законодательстве
  16. §2. Компетенция Международного трибунала по морскому праву а) общие положения относительно МТМП в Конвенции ООН по морскому праву
  17. § 2. Компетенция Камеры поспорам, касающимся морского дна
  18. Государственные органы власти и управления общей и специальной компетенции в области охраны окружающей среды при радиационном загрязнении
  19. ИСТОРИЯ ФЕДЕРАЛИЗМА И ФЕДЕРАТИВНЫХ ОТНОШЕНИЙ В РОССИИ